Темные крылья

He told me he loved me While he laughed in my face He just led me astray He took my virtue I feel so cold inside Sorrow has frozen my mind... "Caged" - Within Temptation

Он бежал. Несся вперед, без разбору ломая хлесткие ветви, срывая листву, спотыкаясь, расцарапывая ладони, локти, лицо и ноги в кровь. Дыхание его срывалось, сердце в груди задыхалось от бессилия и ужаса, охватившего все естество человека. Стук его набатом бил по вискам – главная мышца долбилась о ребра, норовя сломать их одним особо сильным ударом. Лес вокруг превратился в непробиваемую стену, что встала на его пути. Огромные стволы окружали его, травы обвивались вокруг щиколоток, не позволяя сделать очередной рывок к свободе, цепкие ветви кустов расцарапывали тело. Весь мир будто ополчился против одного единственного существа, что так тщетно пыталось ухватиться за тонкую соломинку, на конце которой каплей росы сверкала надежда. Все вокруг было против него. Все вокруг отныне служило злу. Не так все должно было кончиться для него – сиятельного ангела господня. Не так он должен был исчезнуть. Не смерть пугала его, а безучастность. Отныне он не сможет вершить судьбы мира и воздвигать новые цивилизации на осколках погибших. Он не сможет защитить мир, ради которого сражался, который заповедал хранить ему сам Господь. Он – ничтожен, смертен, бессилен и слаб. Всего лишь земляной червь, которого можно раздавить ногой. Боль в новообретенном теле ощущалась как никогда ярко. Ушибы ныли, ссадины щипали, кожа горела, а в груди катастрофически не хватало столь живительного воздуха. Гортань и легкие невыносимо жгло, а во рту, кажется, образовалась пустыня. Но он не мог остановиться. Ему было страшно. Впервые за все свое бесконечное существование ему действительно было страшно. И страх этот проникал в самые укромные уголки его души, хватал своими цепкими, склизкими лапами внутренности, выжимал из них все соки, выпивал кровь, будто ненасытное чудовище, пожирающее все на своем пути. С каждой секундой он подбирался все ближе к сердцу, готовясь вот-вот настигнуть остатки самообладания и захватить разум. За спиной снова раздался душераздирающий хруст ломаемых ветвей, а после – громкий, надсадный вой, от которого кровь в жилах окончательно свернулась, превратившись в кристаллики льда. Ноги обожгло горячим дыханием, и что-то тяжелое практически навалилось сверху, стремясь прижать сопротивляющееся тело к земле. Мужчина рванулся, сбрасывая с себя невидимого противника и чувствуя, как жадные когти оставляют на его плечах и спине кровоточащие полосы. Боль снова пронзила его тело, заставив споткнуться. Из глаз брызнули слезы, а из груди – отчаянный крик, больше похожий на сип умирающего человека. Всего лишь добыча. Он стал жертвой. Превратился из устрашающего, сиятельного воина в загнанного зверя, которому на хвост уселась сама Смерть. И убегать от нее теперь было бессмысленно. Зубы клацнули в нескольких миллиметрах от его икры, и мужчина с размаху въехал ногой по оскаленной морде адской гончей, заставив ее жалобно заскулить и на долю секунды потерять ориентацию в пространстве. Но эти псы не выпустят свою добычу. Они будут гнать ее до тех пор, покуда сердце ее не остановится, и тело не упадет на отсыревшую, покрытую не одним слоем пепла землю. И он это знал. Поэтому все же развернулся и позволил адовым псам повалить себя на землю. Горячая ядовитая слюна капала ему на лицо и шею, а глаза-угли смотрели прямиком в душу, желая разорвать ее и поглотить окончательно, но такой приказ им не был отдан. - Где ты, предатель? – прошипел Ориэль, брезгливо морщась. Когти впились ему в грудь, грозя выломать ребра и обнажить сердце. – Покажись. Выйди из тени, Анаэль! - Ты все еще не забыл мое имя, брат, - трава и пепел захрустели под тяжелыми подошвами ботинок. Палач шел лениво и медленно, будто растягивая время и пространство. Костяные крылья возвышались за его спиной – все перья осыпались вместе с плотью, и теперь на болезненно-желтых остовах постепенно натягивалась черная полупрозрачная пленка. – Это… очаровательно. - Ты гниешь, падший, - процедил Ориэль, с ненавистью и омерзением глядя на него. – Ты превращаешься в гниль. - Я уже стал ею, - палач остановился рядом, насмешливо взирая на распластанного врага сверху вниз. Блондин дернулся, когда острая кость коснулась его щеки и оцарапала кожу. Кровь мгновенно слизнул адский пес, благодарно заурчав. – Я уже сгнил, - бывший ангел опустился на колени около своего собрата, черные глаза торжествующе сощурились. – А вот тебе сие только предстоит, брат. - Не смей… - процедил Ориэль, - мы не братья боле, и никогда ими не были! Ты предал всех нас! Ты предал Отца! Ты предал Фалет! В черных глазах вспыхнула ярость. Сильная рука сжала горло блондина, лишая его шанса вздохнуть. Остовы крыльев расправились, угрожающе скрипя костями. Черная пленка на них натянулась с такой силой, что еще немного – и хрупкие, едва появившиеся ткани порвались бы с душераздирающим треском. С окровавленных губ демона сорвался рык. - Они все предали меня, - он сжал горло лежащего перед ним человека. – Вы предали меня, столкнув вниз тогда, когда я нуждался в вашей помощи. За то, что я помог смертной, меня свергли. За то, что я проявил милосердие, - он сощурился. – Не тебе с твоими принципами судить меня. - Ты… - Ориэль сумел хватануть губами воздух, - ты… чудовище… - Я – бывший праведник, - Анаэль резко убрал руку и отпрянул от забившегося в судороге брата, - у которого отобрали его праведность. Он больше не был тем задиристым молодым юношей, что пытался спасти брошенный Создателем на произвол судьбы мир. Теперь Анаэль мечтал о мести. Жестокой. Беспощадной и всепоглощающей. Кровавые разводы украшали его одеяния, покрывали лицо и кожу. Он словно выбрался из самого ада, куда самолично сбросил тех, кто однажды посмел ему противиться. А в глазах разворачивалась бездна. - Скольких… - блондин дрожащими губами глотал кислород. Его взгляд снова метнулся к тому, кто предал не только небеса, но и весь мир, - скольких… ты уже убил… скольких обрел на погибель? - Всех, кто однажды перешел мне дорогу, - тонкие губы растянулись в угрожающей ухмылке. Остались лишь единицы, и тебе повезло войти в их число. - Что ты… - Я позволю тебе присоединиться к твоей семье, ангелок, - Анаэль вытянул руку, крепко сжав в пальцах окровавленное древко возникшего из ниоткуда Жнеца. Лезвие коснулось кожи на горле блондина, заставив того запрокинуть голову. – Ты ведь так желаешь воссоединиться с ними. - Но прежде я жажду твоей смерти, - прошипел Ориэль, чувствуя, как слабнет давление на грудь – адский пес отступил, повинуясь воле своего нового хозяина. Остальные зло зарычали, чуя близкую кровь. - Твое желание похвально, - усмехнулся демон, растягивая тонкие бледные губы, из-под которых сверкнули чуть заостренные клыки. – Вот только кто меня убьет? Я – пятый всадник апокалипсиса, - в черных глазах засветилось пламя, заставив человека невольно сжаться от накатившего на него ужаса и холода, что парализовал, замораживая кровь и обращая ее в лед. – Я – альфа и омега. Я – тот, кто уничтожит этот мир и создаст новый. Не тебе бросать мне вызов. - Ты не выиграешь, - выдавил Ориэль сквозь стиснутые зубы. – Ты потерпишь крах и падешь так низко, как ни падал даже твой хозяин… - У меня нет хозяев, - улыбнулся демон. Падший ангел перед ним застыл в немом ужасе, услышав его слова. Нет… Не может этого быть… Костяные крылья расправились, натягивая тонкую черную пленку и затмевая собой остатки неба. Анаэль – сам ангел погибели - шагнул вперед и наклонился к самому лицу того, кто так отчаянно сопротивлялся своему страху. Черные глаза, в глубине которых полыхало пламя преисподней, торжествующе сверкнули. - И следующим в моем списке стоит Светоносный, - янтарные глаза человека распахнулись, и в этот же момент изогнутое лезвие косы вспороло его грудь, обнажая ребра и задохнувшееся сердце. Ориэль испустил свой последний мучительный вздох, кровь запузырилась на его губах. Тело забилось в конвульсиях. Раздался влажный звук разрываемой плоти и ломающихся костей, а после голодный рык адских гончих. Демон усмехнулся, размазывая по щеке кровь, что брызнула ему на лицо. Янтарные глаза человека потухли, остекленевшим взглядом уставившись в пустующее небо. Анаэль взглянул ввысь и хмыкнул: туда смотреть больше незачем. Ничего святого на этих небесах уже не осталось. - Черт! Сихаил в отчаянии ударил кулаком по стене, оставляя вмятину. Вся его поза кричала об отчаянии и гневе: ссутуленные, напряженные плечи, сжатые губы, сверкающие яростью глаза и мелькающие на стене тени взъерошенных крыльев. Все движения его были рваными, нервными и слишком уж резкими, будто ждал он нападения в любой момент. - Чертов идиот! Что же он творит?! – на пол полетела ваза, задетая острыми перьями. Осколки ее брызнули во все стороны, усыпая пол сверкающей пылью. Люди, сидящие на диване, вздрогнули. - Заткнись, истеричка, - укоризненно прикрикнул на него Грей Фулбластер, крепче сжимая поникшие плечи девушки, что пустым взглядом уставилась в экран телевизора. – Своими проклятьями ситуацию ты не исправишь. - Будто у тебя есть предложение получше! – вспыхнул тот. – Я – едва ли не последний оставшийся в живых ангел! Этот полудурок почти всех уничтожил! - Он уничтожил людей, а не ангелов, - поправил его человек, устало вздохнув. Когда эти двое появились в его доме, повалив на пол журнальный столик со всем его содержимым, Грей едва не кинулся на них с ножом. Все это время он находился здесь, в четырех стенах, в полнейшем неведении. Что-то в груди его тревожно ныло, будто предчувствуя надвигающуюся беду, поэтому он не побрезговал вытащить из ящика небольшой кинжал и крепко стиснуть его в руке. Сихаил едва успел оттолкнуть его, держа на руках бессознательную девушку, бледную, словно полотно. Вдвоем они осторожно уложили вымотанную, как морально, так и физически, блондинку на постель, где до этого она спала с Нацу. Но стоило им выйти из комнаты, как за их спинами раздался тихий всхлип – девушка уткнулась лицом в подушку, все еще сохранившую запах бывшего архангела, и едва слышно плакала. Без слез. Ее тело сотрясалось мелкими судорогами, а голос исчез. Оставлять ее в таком состоянии было нельзя, поэтому Грей поспешил привести подругу сюда – в гостиную, где смог бы за ней приглядывать. - Он убил тех, что стали людьми, - процедил Сихаил, в отчаянии стискивая кулаки. – Все каналы завалены сообщениями о страшных, жестоких убийствах, происходящих по всему вашему крохотному миру! Мои братья и сестры гибнут, Фулбластер! – в голубых глазах блестела влага, когда архангел подлетел к человеку и приподнял его за грудки. – Моя семья гибнет, а я ничего не могу сделать! - Тебя никто здесь не держит! – рыкнул Грей, отталкивая его от себя. – Ты сам сидишь и ноешь. Твои крылья при тебе, но ты все равно не спешишь быть благородным спасителем человечества! - Да потому что я не имею таких сил! – крикнул Сихаил так, что затрещали стекла. – Анаэль в десятки, в сотни раз сильнее меня! Я заведомо проиграю ему! - Лучше сидеть и вообще ничего не делать? – спросил Грей, зло сверкнув глазами. – Тоже мне, всесильный архангел! Оторви уже свой ноющий без конца зад от дивана и… - Замолчите, - прервал их тихий, но уверенный голос. Люси едва заметно вздрагивала, опустив голову. – Прекратите сейчас же. - Лу… - Грей мгновенно остудил свой пыл и виновато взглянул на нее. - Вы не понимаете? – голос ее дрогнул. Изящные руки сжали ткань покрывала, которым были укрыты ее ноги. – Нацу… он… - Он нас предал, - отрезал Сихаил, вздернув голову. – Он убивает нашу семью, Фалет, а ты все еще пытаешься найти ему оправдание? - Я… - девушка подняла голову, и юноши отпрянули – по ее щекам тянулись нити слез. – Я не ищу ему оправданий! Я… - голос ее срывался, - я всего лишь хочу сказать, что… что понимаю его… Он, - Люси надрывно всхлипнула и спрятала лицо в ладонях, размазывая слезы, - он запутался! Нацу в отчаянии, все мы в отчаянии, и я… - Фулбластер опустился рядом с ней и прижал к себе, позволяя уткнуться лицом в плечо и зарыдать. Надрывно. Захлебываясь. Сейчас он готов был убить своего друга за то, что он так поступил с той, которую так безвозвратно в себя влюбил. Люси была ангелом. Она не заслужила такого обращения. Это было слишком жестоко и неправильно. Девушка цеплялась тонкими пальцами за его плечи, пряча лицо у него на груди и пытаясь подавить собственное, волнами поднимающееся из недр ее души отчаяние. - Не обманывай саму себя, Фалет, - резко отрезал Сихаил. – Все шло к этому. Этот безумец знал, на что шел. - Не знал, - выдавила сквозь всхлипы девушка, утопая в объятиях Грея, который укоризненно глядел на разозленного архангела, беззвучно призывая его одуматься. – Никто из нас не знал, и он… - Он больше не наш брат, смирись, - снова оборвал ее Сихаил, сжимая кулаки до побелевших костяшек. – Отныне, Нацу Драгнил, известный как падший ангел Анаэль – наш злейший враг. Мы должны уничтожить его. Услышав роковые слова из уст того, в ком она надеялась найти помощь и понимание, девушка задохнулась, вскидываясь и невольно вырываясь из рук Фулбластера. Грей окликнул ее, подрываясь, было, следом, но Люси кинулась к застывшему каменным изваянием брату и, собрав все свои силы, ударила кулаками по его груди. Пальцы мгновенно заныли от пронзившей их боли, а из глаз покатились предательские слезы. Сердце с громким, оглушающим гулом оборвалось, оставив на своем месте зияющую дыру, а в легкие, кажется, залили раскаленную магму. - Ты… - она сжала жесткую ткань его рубашки, - ты не можешь так со мной поступить… - глаза ее полны были болезненной тоски. – Ты не можешь предать его… - Он предал нас раньше, - Сихаил попытался мягко отцепить ее руки от своего одеяния, но девушка вцепилась в него с еще большим остервенением, будто это могло удержать сиятельного архангела от братоубийства. - Нацу не предал, - красивые губы сжались в тонкую линию. – Он всего лишь запутался. - Запутался столь сильно, что уничтожил небесную цитадель? – с долей сарказма вопрошал небожитель. – Неужели ты столь слепа, что не видишь очевидного, Фалет? – он обхватил ладонями ее лицо и заставил поднять взгляд, видя в карих глазах напротив упрямое отрицание реальности. – Нацу Драгнила больше не существует, - девушка попыталась вырваться, но сил ее не хватало. – Он умер для нас. Он умер для всего мира! - Лжец! – процедила Люси, накрывая его руки своими и пытаясь разогнуть намертво стиснутые пальцы. – Ты обещал ему всегда быть рядом, а сам бежишь при первой же возможности! Анаэль нуждается в нашей помощи, и мы должны вырвать его из когтей Светоносного, пока не стало слишком поздно…. - Да нечего там уже вырывать! – обреченно воскликнул Сихаил. – От него уже ничего не осталось, кроме выжженной дотла оболочки! Люси рванулась назад, вывернувшись из рук архангела. Глаза ее полубезумно сверкали, а побледневшие губы дрожали, сдерживая очередной, полный боли, всхлип. - Лжец… - прошептала она, дерзко выпрямляясь и вздергивая голову. – Всегда есть шанс вернуться к началу. - Но предотвратить конец не дано, - ответил ей Сихаил. - Но будущее можно исправить, - сказала девушка, сжимая кулаки. – Все можно исправить. - Раскрой глаза, - обреченно выдохнул архангел. – Это больше не тот человек, которого ты знала! Твоего Нацу больше не существует! – он шагнул к ней, порываясь снова стиснуть ее плечи в своих руках, но блондинка тут же отступила назад, зло сверкнув глазами и отказываясь верить правде. – Он умер, Фалет! Теперь есть лишь падший ангел Анаэль, в чьих руках находится погибель этого мира! – он взволнованно втянул воздух пересохшими губами. – Мы должны немедля уйти отсюда, Фалет… слышишь? Мы должны бежать, иначе не выжить… - глаза Сихаила возбужденно блестели. – Иначе у этого мира не останется ни единого шанса… Девушка отшатнулась от него, в полнейшем неверии качая головой и задыхаясь от нагрянувшего на нее ужаса от такого предательства. - Ты хочешь сбежать, - выдавила она. – Ты желаешь оставить человечество на погибель, жаждешь избежать очередной смерти… ты… - У нас нет выбора! – сцепил руки в замок перед собой архангел, будто умоляя сестру прислушаться к нему. – Если мы не уйдем сейчас, то у нас не будет возможности помочь этому миру после. Мои силы иссякнут, и я больше не смогу быть способным хоть на какое-то, самое малое, чудо, - он снова попытался заглянуть в карие глаза, но не нашел там ничего, кроме растерянности и страха. - Ты… - Грей сглотнул, мотнув головой в неверии, и буквально выдавил окончание фразы: - хочешь бросить нас…здесь? – в голосе его послышалось ироничное безумие. С губ сорвался тихий смешок. – В этом аду, что устроит здесь сатана и его прихвостни? - Да вы не понимаете! – окончательно взорвался архангел, яростно сверкая глазами. Свет замигал – несколько лампочек дрогнули и взорвались, окна затрещали, а стены затряслись от сверхъестественного гнева. Темные силуэты гигантских крыльев затрепетали в тусклом свете. – Не будет здесь ада! Не будет сатаны! – бумаги со столешницы, испуганно шелестя, разлетелись по полу – дикий порыв ветра прошелся по тесному пространству комнаты. – Здесь ничего не будет! - Что ты несешь? – напряженно спросил человек, глядя, во что превращается его гостиная. - Анаэль никогда не был дураком, - процедил архангел, нервно вздрагивая, будто его старший брат вот-вот появится за спиной и вонзит клинок между лопатками. – Недаром его поставили во главе гарнизона во время войны с Вавилоном*. Именно он, по указу Отца, рассеял людей, создав меж ними барьер непонимания… - Чего? – недоверчиво переспросил Фулбластер. – Какой барьер? - Языковой, дубина, - вздохнул, потирая переносицу, архангел. – Он создал новые языки, лишив человечество возможности договориться друг с другом. Поэтому Вавилонская Башня так и не была построена. - И это дело рук На… Анаэля? – Грей вовремя себя одернул, заметив, как вздрогнула Люси при одном упоминании имени Драгнила. - Ваши человеческие легенды умалчивают об этом, - угрюмо кивнул Сихаил. – Впрочем, они умалчивают о многом… - он вздохнул и смерил человека тяжелым взглядом. – Анаэль не станет служить Люциферу. Он никому не будет подчиняться. Пусть ему и затуманили разум злом, но умение мыслить он с этим не потерял. Сатана создал не универсального солдата, как предполагал, а нечто более жуткое. Страшное и неуправляемое, - Сихаил бессильно прикрыл глаза и сморщился, будто от зубной боли. – Анаэль будет действовать стихийно, его шаги нельзя будет предугадать. Но одно я знаю точно, - архангел обвел своих ошарашенных собеседников усталым взглядом, - он обязательно уничтожит Светоносного, но прежде выпустит его на волю. А где-то на краю мира падший поливал ангельской кровью последнюю печать, в предвкушении усмехаясь. Вспышка. *** Перевод эпиграфа: "Он говорил, что любит меня, Смеясь мне в лицо. Из-за него я сбилась с пути, Он забрал всё хорошее, что было во мне. Я чувствую лишь холод внутри, Горе затмило мой разум". *Вавилонская Башня - — легендарная башня, которой посвящено библейское предание, изложенное в 11 главе книги Бытие. Согласно этому преданию, после Всемирного потопа человечество было представлено одним народом, говорившим на одном языке. С востока люди пришли на землю Сеннаар (в нижнем течении Тигра и Евфрата), где решили построить город (Вавилон) и башню высотой до небес, чтобы «сделать себе имя». Строительство башни было прервано Богом, который создал новые языки для разных людей, из-за чего они перестали понимать друг друга, не могли продолжать строительство города и башни и рассеялись по всей земле. P.S. Автор позволил себе немного приврать по поводу того, кто именно создал разные языки и рассеял людей по всей земле.