Обмен шпильками.

Влада пришла в университет в прекрасном настроении. Вполне возможно, этому послужили прыжки с парашютом, организованные студенческим советом университета в субботу. Девушка безумно любила экстремальный отдых, успела уже перепробовать все, начиная от тарзанки до парапланов. В предвкушении завтрашнего дня, она прошла в аудиторию, где всего через пару минут должны были начаться занятия. В данный момент в аудитории стояла Маргарита Романовна, преподаватель физкультуры, рассказывая про эти самые прыжки. Терехина, не обращая никакого внимания на преподавателя, спокойно направилась к своему любимому ряду. Стас, конечно же, уже занимал, пусть и не вполне привычное для него, место на галерке и как всегда читал книгу. На этот раз «Теорию математического анализа в повседневности». — Привет покорителям воздушных просторов, — весело заявила девушка, плюхаясь на сиденье рядом. Авдеев криво усмехнулся и вздохнул. Пока она не пришла, было спокойно и тихо. Сейчас же он задницей чувствовал, что скоро начнется та еще эпопея. Однако все же рискнул спросить: — Причем здесь я и покорения воздушных пространств? — Ну как же, — фыркнула девушка. — Завтра прыжки, забыл? - А я должен помнить? — Удивился Авдеев. — Я не любитель подобных мероприятий, забыла? — Ну да, конечно, как я могла, — поморщилась Влада. — Гораздо лучше же уткнуться в книгу и все выходные провести дома. Стас усмехнулся, но возражать не стал. В конце концов, он не обязан перед ней оправдываться, это как минимум будет глупо смотреться. — Да признай просто, что тебе слабо! — воскликнула она почти на всю аудиторию, отчего половина однокурсников недоуменно покосилась на парочку ненормальных. Авдеев как-то скептически посмотрел на девушку и снова уткнулся в книгу. Понимая, что ее нагло игнорируют, Влада, искренне поражаясь такой изворотливости, покосилась на парня, а затем на «Теорию анализа». Потом невозмутимо отобрала у одногруппника книгу и положила ее рядом с собой. Стас так же невозмутимо забрал книгу назад и открыл на той странице, на которой остановился, пока его не перебили столь наглым образом. — Да ладно? — Усмехнулась Терехина, опустив голову и положив щеку на краешек стола, прищурено наблюдая за этой непонятной заучкой. Так и не дождавшись ответа, девушка пихнула игнорщика в бок и воскликнула: — Ну признай же, что кишка тонка! Стаса передернуло. Да сколько можно, в самом деле? Достала уже. Но спустя пару мгновений парень неожиданно расслабился и как-то загадочно улыбнулся. — Значит, кишка тонка? — иронично спросил он, чуть ли не мурлыча как кот, внезапно получивший целую миску сметаны. Девушка озадаченно приподняла голову и, подозрительно посмотрев на парня, на всякий случай напомнила: — Прыжки только для «золотой молодежи», забыл? — Маргарита Романовна, — позвал преподавателя Авдеев, — я же правильно понимаю, что, как участник системы, имею право посетить сие мероприятие? — Спросил он, ненавязчиво крутя на руке браслет. Женщина слегка замялась. В правилах это не упоминалось, так как они писались задолго до введения системы. Но заметив блеск браслета, она милостиво кивнула. В конце концов, одним меньше, одним больше... Никто и не заметит. — Что, думаешь, смелый такой? — Прошипела Влада, раздражаясь его изворотливости. Попыталась загнать кролика в яму, называется, а в итоге, словно сама кроликом оказалась. – Ну, посмотрим, как ты завтра прыгнешь. — Не переживай, милая, прыгну спокойно, — хмыкнул Стас и вернулся к чтению. От такого явного пренебрежения к своей персоне, девушка возмущенно открыла рот, видимо, намереваясь впрыснуть в собеседника порцию очередного яда, но Маргарита Романовна, вовремя уловив настроение ребят, прикрикнула: — Авдеев, Терехина, сбор в девять часов утра, слышали? — Слышали, — буркнула девушка, окончательно разочаровавшись в окружающем ее мире. Игорь озадаченно покосился на здание университета, в котором училась его сестренка. Высокие ворота, существенно мешавшие проникновению на его территорию, и проходная с десятком охранников действительно внушали уважение. Блондин прищурился и отошел к своей машине, поняв, что без пропуска его туда точно не пустят. Облокотившись на капот, он стал рассматривать здание, подмечая множество изменений. Когда-то и он хотел сюда поступить, но потом передумал и пошел в институт, славившийся обширным уклоном в информационные технологии. Впрочем, в итоге, он ничуть не пожалел об этом. Вытащив из кармана телефон, он написал Владе смску и застыл в ожидании. Девушка появилась спустя минут двадцать, какая-то раздраженная и недовольная. Удивленно посмотрев на сестричку, которая сейчас была жутко похожа на взъерошенного воробья, Игорь не удержался от подкола. — Ну и кто тебе там перышки повыдергивал? — задорно спросил он. — Ой, отстань, — поморщилась она, а потом устало спросила: — Что случилось то? — Если честно, сам не в курсе. Отец просил срочно отвезти тебя домой. — Зато я, кажется, в курсе, — неподвижно застыв, Влада устремила свой невидящий гневный взгляд на брата, а затем, ни слова не добавив, села в машину. Игорь озадаченно хмыкнул и последовал ее примеру. Влада сидела и чувствовала, как все внутри нее дрожит от ярости. Она прекрасно знала, зачем понадобилась отцу так скоро. И ее это знание напрягало, выводило из себя, сверлило невозможно. Казалось, каждая клеточка тела восстала против того беспредела, который недавно предложил ей отец. — Сволочь, — прошипела она сквозь зубы, стукнув кулаком по приборной панели. На протяжении всего пути это было единственное, что услышал Игорь. Девушка редко позволяла себе такие высказывания в адрес родственников, что заставило парня заметно напрячься. Однако он не имел ни малейшего представления обо всей этой ситуации, поэтому не стал задавать вопросов. Захочет — расскажет. Не сейчас, так позже. До особняка они доехали быстро. Просьба отца и такое нетипичное поведение сестры добавляло блондину скорости. Как только машина остановилась, Влада выскочила наружу и направилась прямо к кабинету человека, которого называла отцом. Не тратя время на стук, она со всей силы распахнула дверь и зашла внутрь. — Ты звал, — непроницаемым голосом произнесла девушка. Андрей Дмитриевич, до этого спокойно перебиравший бумаги, поднял глаза на свою дочь и подтвердил это кивком, добавив: — И ты знаешь зачем. К нам сегодня заезжал Рохтен, он все еще надеется на твое благоразумие. Волна ненависти поднялась из груди девушки. Быстро преодолев расстояние от двери до стола, она зашипела, словно разъяренная кошка. — Влад, — отец семейства посмотрел ей прямо в глаза, — ты же понимаешь, какие возможности открывает этот брак… — он попытался успокаивающе погладить ее по руке, но девушка резко откинула его руку и осознала, что все, терпеть не может. — Я не выйду за него замуж! Не выйду, пойми ты уже! — закричала она, затем схватила вазу, стоящую на столе и швырнула ее на пол. Кабинет огласил громкий звон разбитого фарфора. — Четырнадцатый век, — грустно прокомментировал отец. — Да хоть восьмой, — раздраженно фыркнула девушка, а затем посмотрела в глаза родителю и медленно, четко проговаривая слова, уже спокойно сказала: — Я не буду выходить за него замуж. — Но почему? — Потому, что этот брак выгоден только тебе. Ты получишь влияние, деньги и эту чертову долю в бизнесе. А я получу мужа, выбранного не мной, который будет постоянно ходить налево. Ты серьезно хочешь для единственной дочери такое будущее? — спросила девушка, опираясь на край письменного стола. Запал ненависти прошел, осталась лишь выжженная прерия эмоций, да холодный расчет. Кажется, теперь она слегка понимала Авдеева. Вот только находиться в таком состоянии всегда… Как же он терпит? Как принимает в себя эти куски льда, больно впивающиеся в сердце? Заставляющие медленно тлеть в этой пучине нестерпимого царства льда. Отец молчал. Отец просто молчал. Влада усмехнулась и, выпрямившись во весь рост, вышла из кабинета, на ходу стягивая с шеи легкий платок. Она не знала в какой момент ей стало трудно дышать.