Держись за меня

Нцу перенесла на следующую главу, решила ударится в объяснения, ну и настроение поднять. В общем, насчет времени. Это происходит в тот же момент, когда Нацу помчался к Люське, точнее чуть попозже. Надеюсь, не запутала...       Вообще-то это, наверное, минимум глупо. Вот придет он к ней в комнату, и? Не переживай, все в норме? Давай оставим все как было? Бред же? Бред!       Грей задумчиво шагал к женскому общежитию, гоняя собственные мысли. Сколько у него времени до того, как она соберется на задание? Часа полтора. Наверное, Гажил уже уговорил Леви. Хотя, чего уж там? Леви даже и не противилась, поди. Странно, гильдия взрослеет не по дням, а по часам. Даже Драгнил вдруг стал принимать взрослые решения...       Хватит ли ему совести соврать в эти темно-синие глаза? Сможет ли он сказать, что все может остаться прежним? А сколько это может продолжаться прежде, чем ей окончательно надоест? Если она вдруг поймет, что устала? Что ей надоело видеть его постную физиономию? Надоело заботиться и ничего не получать взамен, кроме грубости? Что она станет делать тогда? Уйдет? Попробует обрушить свои чувства на кого-нибудь другого? Наверное, первым кандидатом станет... Леон? Порыв бешеной злости внезапно сковал ледяного мага, заставив замереть посреди дороги. В голове родились роковые картинки. Вот она дарит ему смущенную улыбку, готовит бенто, вцепляется в рукав... Кулаки сжались. А вот уж фиг! Давно надо было просто признать, что ему небезразлична эта странная фея без тормозов.       Вспомнив ее глаза, наполненные ненавистью, когда она обрушила собственный гнев на алхимика, Грей невольно вздрогнул. Он бы никогда не выдержал этого взгляда. Никто не выдержал бы. Но именно он заставил бы сердце ледяного мага разорваться на месте.       Итак, он ничего не решил, а общежитие все ближе. Сможет ли он солгать ей? Нет, не сможет. Он устал. Устал врать. Устал делать вид, что ее попытки привлечь его внимание ничего не значат. Устал от страха, что ей надоест. Что в один прекрасный день вместо "Грей-сама" услышит холодные "Грей-сан", или "Грей-кун". Он устал от самого себя.       Наверное, он никакого морального права не имеет давить на нее. Требовать что-то. Понятно, что она, наконец, захотела сбежать от него. Она тоже устала. Устала от его бесконечной грубости. Устала, что он не обращает внимание на нее. Устала слышать, что он в ней не нуждается, хотя на самом деле еще как нуждается...       В общем, сейчас надо просто сказать ей, что все хорошо. Что ей не нужно краснеть, или чувствовать себя не в своей тарелке. Что ее признание ничего не поменяет между ними. Что она и дальше может... Может что? Дальше терпеть его издевательства? Нет, так не пойдет... Сегодня он должен сказать, что оставит ее в покое. Да, именно так! Ей не нужно убегать, поскольку он не станет больше портить ей жизнь. Теперь она свободна. Свободна... от него! Свободна? Черта с два! Для кого свободна? Для Леона? Нет, так тоже не пойдет. О, Боги, что делать?       Вот ее дверь. Что говорить? Что сказать-то теперь? На месте разобраться? Тогда точно какую-нибудь глупость брякнет. Но не стоять же тут теперь вечность. Не дай Бог, Эльза увидит... И почему так сердце бьется? Чертовщина какая-то...       Тихонько постучав, ледяной маг прислушался. Шагов хозяйки комнаты не слышно. Неужели, ушла уже? Или... Хотя, нет, она не может знать, что это он торчит под ее дверью и прятаться. Или может? Ощущение, что от мыслей лопнет голова, охватывает тело. Нехорошо все это. Но если он не увидит ее сегодня будет гораздо хуже. Что же делать? Как быть?       Грей вышел на улицу, уставившись на стены общежития. А если? Да, иногда и Нацу может подавать нужный пример. Оглядевшись, ледяной маг создал ледяной трос. Наверное, он спятил. Хорошо, ее окно открыто. Нет, он определенно спятил! Но отступать уже поздно...

***

      Одни и те же мысли. Одни и те же слезы. Отчаяние и немая боль. Слезы смешиваются с водой, стекая по пышной груди водной волшебницы. Вода в ванне уже совсем холодная, но тело не чувствует холода. Оно замерзает уже давно. Замерзает от боли, от слез, от тоски, от чувства идиотской безысходности. Надо было давно понять, что уже все... Давно! Так почему же она с таким остервенением билась головой в глухую стену? Совсем дура, что ли? Как можно быть такой идиоткой? Невыносимой идиоткой? Верить в какое-то немыслимо глупое чудо, которому никогда... никогда не суждено быть! Глупая, глупая Джувия!       Тихие всхлипы внезапно затихли, и фея прислушалась. Шаги в комнате? Эльза-сан, что ли с ключа открыла? Или... это... воры?       Медленно выходя из воды, чтобы не устроить шум, волшебница наспех промокнула тело полотенцем и натянула зеленый шелковый халатик, забывая, что он едва прикрывает бедра. Куда там? Надо немедленно выяснить, кто пробрался в ее дом. И если это воры... Джувия сжала кулачки, не обращая внимания, что с волос капает вода. Подкравшись к двери, девушка прислушалась. Тихо. Неужели ушли? Нет, наверное, затаились. Ну, держитесь теперь!       Резко распахнув дверь ванной, водная волшебница выскочила в комнату в полной боевой готовности. Ну, сейчас, кто-то получит...       Увидев фигуру на диване, Джувия замерла на месте, хлопая глазами. Наверное, видение. Девушка потерла глаза кулачками, а фигура не исчезла. На диване сидел Грей Фуллбастер, держа в руках свою же маленькую копию. – Г-грей-с-сама? – выдохнула волшебница, едва устояв на ногах. – Как вы... – Милые привидения, – махнул маг в сторону игрушек в углу комнаты, представляющих маленьких белых призраков в круглой головкой. – А это я? – он показал девушке куклу, что держал в руках. – Как Грей-сама попал в дом Джувии? – поинтересовалась фея, игнорируя вопрос. – Через окно, – махнул Грей в сторону открытого окошка. – Тебе идет зеленый и... длинна эта тоже... – задумчиво протянул он, изучая стройные бедра. – Только в гильдии не вздумай так ходить!       Джувия впервые испытала порыв бешенства. Какого черта? Заявился к ней! Через окно! Еще и ведет себя так, будто так и надо! – Грей-сама влез в комнату, подобно воришке и напугал Джувию до полусмерти! Грей-сама, верно спятил! – прошипела водная волшебница, смерив его гневным взглядом. – Откуда такая безумная идея? – Друг один подсказал, – хмыкнул ледяной маг, с интересом разглядывая фею, которая впервые... орала на него?       Интересно, а зачем Нацу вечно к Люське в окно лезет? Дверей, что ли нет? Или такое появление эффектнее? Рассматривая полуголую волшебницу, парня вдруг осенило. Хитрец! А такого дурачка из себя строит. Конечно, нежданчик позволяет увидеть больше, чем положено. – И зачем вы здесь? – окончательно разозлилась девушка, едва сдерживая бешенство.       Действительно, зачем? Он так толком и не решил ничего. Хотел убедится, что у нее все в порядке? И именно поэтому полез в окно? Какая глупая ситуация. Зашел сказать, что Гажил ушел на задание с Леви? Глупо. Она могла сама об этом узнать, как и то, почему железный дракон потащил с собой Леви. Если взглянуть правде в глаза, он пришел, чтобы знать, что все еще что-то значит в ее жизни. Но нарвался на вот такой вот возмущенный взгляд, который, к слову, просто очарователен. И этот медовый запах бьет в нос. Слишком сладко она пахнет... Чем забита его голова? Надо бы веский довод придумать, а не любоваться ею, раскрыв рот. Болван! – А я-то думал, что любимого встречают поцелуями, – вдруг неожиданно для себя выпалил Грей. – Ты ломаешь всю статистику, Джу...       Фея застыла, как каменная. Щеки залил восхитительный румянец, а темно-синие глаза смотрели, не моргая. Что это такое он несет? Что заставляет его говорить такие глупости? Он ведь... Ведь, он никогда... не... что за черт? Шутка, что ли? – Грей-сама неудачно шутит, – выдохнула девушка, растерявшись.       Да, глупее не придумаешь. Ведь обещал себе оставить ее в покое, а сам что? Наверное, она права и он спятил! Спятил! От нее же и спятил. И не сегодня, а похоже давно, просто сам себя обманывал... Раз уж так вышло, то и отступать нефиг. Никакие Леоны ее не получат, она принадлежала, принадлежит и будет принадлежать лишь ему одному, и пусть все катится к чертям. – Конечно, Грею-саме же больше делать нечего, как шутить подобным образом! – фыркнул маг, наблюдая за ее реакцией, прижимая к себе свою же копию. Жарко здесь отчего-то... – Простите, – растерянно выдавила Джувия, почувствовав себя крайне глупо.       Вообще все было глупо. Эта ситуация. И Грей-сама на диване. И его способ попасть к ней в комнату и эти слова. Все глупо и совершенно непонятно. Вот, зачем это все? – Это ты меня прости, – вдруг улыбнулся Грей, поставив куклу в угол дивана, и поднимаясь. – Временами я бываю слишком груб, но ничего не попишешь, сама такого выбрала.       Глаза девушки расширились, а сердце едва не выпрыгнуло из груди. Что за черт? Грей-сама пьян, что ли? Или снадобья Миры-сан хлебнул? – Джувия поцелует милого Грея? – нахмурившись спросил маг, внезапно оказавшись слишком близко. Слишком короткий халат. А если бы правда воры были? И что за мода окна на растапашку оставлять? Совсем мозгов, что ли нет?       Джувия уставилась на ледяного мага, отрешенно наблюдая, как он пытается... одернуть халат? Что творится с ним сегодня? Девушка неуверенно потянула носом у губ Грея. Алкоголем вроде не пахнет. Тогда что это? Осознание током прошило голову. Жалость! Ну, конечно, это жалость! Он просто считает себя виноватым, что все так вышло и решил вдруг из себя жертву сделать, чтобы успокоить совесть? Как низко! Это... это... просто немыслимо! – Уходи! – отчетливо процедила водная волшебница сквозь зубы, впервые не обращаясь к нему на вы. – Мне твоя жалость ни к чему!       Маг удивленно изучал странную метаморфозу в поведении девушки. Хотя, чего он ожидал? Что она вот так поверит во все? Что кинется к нему в объятия? Что сумеет сразу забыть всю боль? Он вообще не должен был находится здесь. Он не заслуживает даже ее ногтя, после всего, что натворил. Но он пришел. Пришел, чтобы вновь ее мучить... Стоп! Хватит лгать себе и ей! Сколько можно делать вид, что они всего лишь согильдийцы? – Жалость? – переспрашивает Грей, задумчиво вскидывая брови. – Иди-ка сюда...       Схватив ее за запястья, маг увлек растерянную Джувию за собой на диван, усадив на собственные колени. Пришло время все решить и отступать уже поздно, да и давно не хочется... Сжав ее ладонь, он опустил ее в область бешено стучащего сердца, что эхом стучало в собственных ушах. – Чувствуешь? – тихо спросил маг, наблюдая за вспыхнувшей феей. – Грей-сама под воздействием какого-то заклинания? – предприняла последнюю попытку разобраться волшебница, борясь с собственным сердцебиением. – Именно, – сразу согласился ледяной маг. – Грей-сама под воздействием заклинания с твоим именем...       Джувия посмотрела в глаза Грея, задумчиво закусив губу. Наверное, это просто сон? Одна из ее привычных фантазий? Может, она просто спятила сама, а это плод больного воображения? Может, это какой-то выход неудержимых эмоций дал такой выплеск от боли? – Я виноват перед тобой, – начал Грей, понимая, что самое время посыпать голову пеплом. – Я пойму, если ты меня прогонишь, но может быть... нам стоит начать все заново? Может, у нас получится исправить все, что я натворил? Я постараюсь быть не таким грубым болваном, а ты постараешься немного себя сдерживать в гильдии?       Посмотрев на ее согнутые в коленях ноги, расположившиеся по бокам от его, он осекся. Черт! Надо было на расстоянии с ней разговаривать... И в горле отчего-то настоящая пустыня. – Может, меня даже хватит на пару свиданий прежде, чем... – с трудом сглотнув, маг уставился на ее губы, затем скользнув взглядом по фигурке, он остановил его на бедрах, где задрался халатик. – Ты... ты... трусики не надевала? – хрипло выдавил Грей, внезапно сжав ее талию.       Джувия отрицательно покачала головой, предприняв попытку опустить задравшийся халат, смутившись.       Это было пределом всего, что только можно было испытать. Как-то слишком внезапно слетела крыша, оставив лишь ощущение ее кожи под ладонями, что сейчас гладили ее бедра. Пусть неправильно, но слишком хорошо и кожа такая мягкая, манящая... и четров медовый запах ударил в нос, распаляя еще сильнее... – Меня на свидания не хватит, – простонал Грей прежде, чем впился в ее губки.