Дочь двух стихий

      Утро началось с суеты. Все бегали, готовясь к предстоящей битве. Всех женщин и детей по приказу короля нужно было спрятать в пещере. «Ну, на меня это не распространяется, и я не собираюсь отсиживаться, пока мои друзья будут сражаться. Хотя Леголас и Рьюши уже попытались меня туда затащить! И когда только они спеться успели?» — думала я, внимательно наблюдая за стражей, которая помогала расположиться поудобнее пожилым людям. Вдруг я заметила мельтешившие светлую и темную макушки и поняла, что пора сваливать. Тихо выбравшись, я припустилась бежать, замечая краем глаза выбежавших следом за мной Леголаса и Рьюши. Зло рыкнув, я побежала быстрее, думая, где можно спрятаться. — Абигель, стой! — кричали они в один голос. «Вот же настырные!» — промелькнула у меня в голове. Петляя между небольшими улочками, я отчаянно пыталась запутать след. Прибежав в конюшню, я наткнулась на Гимли. Он удивленно посмотрел на меня и сказал: — Изумрудик, ты чего такая запыхавшаяся? Как будто ты убегала от голодных волков. Тяжело дыша, я кое-как ответила: — Так оно и есть. Только волки — это Леголас и Рьюши, которые очень хотят затащить меня в пещеру. Гимли рассмеялся, но не успел он и слова сказать, как послышались их голоса. Подпрыгнув, я лихорадочно стала озираться по сторонам, ища место, где можно было бы спрятаться, и нашла. — Гимли, если что, ты меня не видел, — проговорила я, ныряя в стог сена, что лежал рядом с моим черным жеребцом. Буквально через несколько секунд в конюшню вбежали Рьюши и Леголас. — Гимли, ты случайно не видел Аби? — просил эльф. — Видел, а что случилось? — проговорил гном. Я напряглась, готовая в любую минуту броситься наутек. — Да она от нас уже третий раз ускользает, — проговорил запыхавшийся оборотень. — А что вы хотите от нее? Если она от вас убегает, как заяц от волков, — проговорил гном, смотря то на одного, то на другого. — Понимаешь, Гимли, мы не хотим, чтобы Абигель сражалась в этой битве, — проговорил эльф, осматривая конюшню. — Мы и так ее чуть не потеряли. — Если ты ее видел, так скажи, куда она побежала, пожалуйста, — проговорил Рьюши, внимательно смотря своими янтарными глазами на гнома. Из сена я наблюдала, как Гимли задумался, решая, выдавать меня или нет. — Я видел, как она вбежала сюда, — я напряглась, — но когда она меня увидела, то резко развернулась и убежала в сторону крепости, — проговорил гном. Я облегченно выдохнула, благодаря всевышнего. — Знаешь, Гимли, мне кажется, или ты чего-то не договариваешь? — спросил Рьюши. Гном вздрогнул и проговорил, немного заикаясь: — С-с чего ты взял? — А ну-ка отойти в сторонку, — Рьюши и Леголас ловко обошли гнома и двинулись по направлению ко мне. Я затаила дыхание и напрягла ноги, готовясь в любую секунду выскочить и дать стрекача. Как только они подошли ближе, черный красавец угрожающе заржал и забил передним копытом. Эльф и оборотень дружно остановились, не подходя ближе к рассерженному жеребцу. К ним тут же подбежал конюх, пытаясь успокоить разбушевавшегося жеребца. Когда тот успокоился, конюх повернулся к мои друзьям и сказал: — Прошу прощения, господа, но этот жеребец никого к себе не подпускает, кроме одной девушки. Рьюши и Леголас в недоумении переглянулись. — И что это за девушка? — спросил эльф Конюх немного задумался, а затем проговорил: — Снежноволосая, она вчера прискакала на нем днем. Рьюши засмеялся веселым смехом, проговорив: — Ну, теперь все ясно. Конюх улыбнулся и пошел по своим делам. — Ладно, пойдем, Рьюши, ее нужно найти до темноты, — проговорил эльф, и они вместе выбежали из конюшни. Минуты через три гном повернулся и прошептал: — Выходи, Изумрудик, они ушли! Выбравшись, я стала вытаскивать из волос сено. — Спасибо тебе, Гимли, — проговорила я, склоняясь и целуя его в щеку. Гном покраснел и пробормотал: — Не за что. Но знай, я тоже против того, чтобы ты сражалась. Я тактично промолчала и, развернувшись, подошла к вороному и ласково погладила его по мягкому носу. — Спасибо и тебе, друг, что помог мне. Жеребец, фыркнув, ласково ткнулся носом мне в щеку. — Где ты нашла этого жеребца? — спросил подошедший поближе гном. Улыбнувшись, я проговорила: — Это не я его нашла, а он меня нашел. — Как это? — удивленно спросил Гимли. — Тогда, когда я была внизу того обрыва, он прискакал ко мне на помощь и привез сюда, — проговорила я, задумчиво гладя черную морду. — Понятно, — проговорил гном. — Ладно, Изумрудик, я пойду, а то эти двое заподозрят что-нибудь, — добавил он, выходя из конюшни. Я ничего не сказала, продолжая гладить коня. — Знаешь, красавчик, тебе нужно дать имя, — тихо проговорила я. Немного подумав, я, улыбнувшись, произнесла: — Альтаир, что означает " Ночной Король». Альтаир тихо, по-жеребячьи, заржал, давая понять, что имя ему нравится. Чмокнув его в нос, я попрощалась и вышла из конюшни. Смеркалось, а на небе не было видно ни одной звездочки, а в воздухе пахло свежестью. «Значит, будет дождь» — подумала я, идя в оружейную. — «А в дождь моя магия воды становиться намного сильнее. Зайдя в оружейную, я стала выбирать себе кольчугу по размеру, но, как назло, все были длинные и широкие в плечах. Вдруг я услышала голоса. Дернувшись, я лихорадочно стала искать, куда бы мне спрятаться. Я заметила небольшое углубление в скале. Рванув туда, я мигом залезла и затаила дыхание. Мне была отлично видна входная дверь, а вот царивший в оружейной полумрак отлично скрывал меня. Дверь с громким стуком распахнулась, и вовнутрь вошли злые Рьюши и Леголас, а за ними — Арагорн и Гимли. «Вот попала так попала: если они меня тут найдут, я уже не убегу» — думала я. — Вы чего такие злые, Рьюши, Леголас? — спросил их гном, подходя к столу, где лежали кольчуги. Рьюши, зло рыкнув, проговорил: — А чего нам не быть злыми? Мы с Леголасом целый день ищем Абигель, но не как не можем найти. — И что? Она совсем не попадалась вам на глаза? — спросил Арагорн, садясь и закуривая трубку. — Вот именно, что попадалась, — проговорил раздосадованно принц. — Но после третьего раза, когда мы увидели ее и побежали за ней, мы потеряли ее из виду и все. — Что все? — спросил гном, примеряя кольчугу, которая явно была ему не по росту. — Да она после этого как сквозь землю провалилась! — зло прокричал Рью и стукнул кулаком по столу. — Может, она уехала прокатиться, — предложил брат. — Уж больно хорош ее вороной жеребец. — Нет, он на месте. Мы только что пришли из конюшни, — проговорил задумчиво эльф. — Хорошо же она спряталась, — улыбаясь, проговорил Арагорн. — Вот почему же мне кажется, что это ты обучил ее этому, Арагорн, — сказал Рьюши. Арагорн, кивнув и выбив трубку, проговорил: — Не только я. Ее отец — хороший следопыт, я бы сказал даже — лучший. — Хорошо же вы ее обучили, — пробормотал Леголас, — что аж два опытных взрослых воина не смогли ее найти. Гимли весело рассмеялся, глядя на выражения лиц. Я едва сдержала смех. — Знаешь, Рьюши, мне кажется, что Аби где-то рядом, но она так ловко прячется, что мы ее не замечаем, — проговорил Леголас. Я аж подскочила от этих слов, мысленно подумав: «Ты даже не представляешь, насколько ты прав, Леголас!» Вдруг Рьюши встал и проговорил, смотря на эльфа: — Леголас, пойдем, я, кажется, знаю, где она может быть! — оборотень вышел за дверь, за ним вышел удивленный Леголас, тихо прикрыв двери. — Не найдут они ее, — проговорил Арагорн — Это еще почему? — спросил у него удивленный Гимли. — Да потому, что она была все время у них под носом, — ответил он, хитро улыбаясь. — Ведь так, Аби? — спросил он, глядя в мою сторону. Вздохнув, я вышла из укрытия. Гимли пораженно открыл глаза, кольчуга выпала из его рук. Не выдержав, я засмеялась. — Так ты была все время здесь? — спросил он у меня. Я кивнула и посмотрела на брата. — Как ты понял, что я тут? — спросила я его, садясь напротив. — Ну, во-первых, я — твой учитель. Во-вторых, я знаю, где ты любишь прятаться. А в-третьих, кольцо, что ты мне подарила, светится легким белым светом, когда ты поблизости, — проговорил он. — Ясно, — проговорила я. — Абигель, что ты решила? — спросил у меня брат. — Я буду сражаться, Арагорн. Я не брошу вас, — проговорила я, смотря на него. Гимли молчал, глядя на нас. — Ты ведь понимаешь, что ты можешь погибнуть? — он смотрел на меня серьезно. Не успела я ответить, как прозвучал звук рога. Мы дружно посмотрели на небольшое окно, а сигнал повторился. Резко вскочив, я проговорила: — Это звук эльфийского рога! — и, не дожидаясь друзей, я рванула на выход, летя по каменным коридорам. Выбежав к главным воротам, я увидела около четырехсот эльфов: они были в доспехах и вооруженные, а во главе их был мой друг Халдир. — Халдир! — радостно закричала я, несясь к нему маленьким ураганом. На мой голос обернулись стоящие с ним Рьюши и Леголас и удивленно смотрели на меня. Подбежав к эльфу, я крепко обняла его за шею. Халдир, обняв меня, закружил и, перед тем, как поставить обратно на землю, легко чмокнул меня в щеку. Засмеявшись, я отступила, краем глаза замечая ревнивый взгляд Леголаса. — Халдир, ты что тут делаешь? — спросила я его. — Лесная Владычица предвидела, что вам нужна помощь и послала нас сюда, — проговорил он. Радостно улыбаясь, я отошла, давая место подошедшему Арагорну. Заметив, как смотрят на меня Леголас и Рьюши, я решила, что пора сваливать, но стоило мне немного отойти, как я была схвачена Леголасом. Он, отведя меня в сторону, спросил: — Ты где была? Я и Рьюши целый день тебя ищем! — Я была все время рядом, — проговорила я, невинно смотря на него. — Я не виновата, что вы меня не видели, — и, ловко увернувшись, я пошла к Халдиру, оставляя в недоумении эльфа. Эльфы разместились вдоль стены, проверяя готовность луков. Я шла рядом с Халдиром. Вдруг он повернулся ко мне и спросил: — Аби, а где твой лук? — Как где?! Тут он, — проговорила я, протягивая за спину руку, но нащупала лишь только колчан со стрелами и рукоять меча. — Вот дьявол! — выругалась я. — Я его в комнате оставила, сейчас приду, — проговорила я другу и бросилась бежать в свою комнату. Залетев в нее, я осмотрелась и увидела свой белый лук лежащим на кровати. Подойдя к кровати, я взяла лук и повесила его себе через плечо. Улыбаясь, я развернулась к двери и увидела, что в дверном проеме стоит Леголас. Его руки были скрещены на груди, и он смотрел на меня недовольным взглядом. — Леголас, ты почему не на стене? — спросила я его. — Ты не идешь на битву, — проговорил он. — Леголас, мы уже говорили об этом! — строго проговорила я. — НЕТ! Я не собираюсь смотреть, как ты сражаешься и висишь на волосок от смерти, — проговорил он и резко закрыл дверь. Я обомлело смотрела на дверь, но когда я услышала звук поворачивающегося ключа, я кинулась к двери, громко стуча по ней. — Леголас, ты не можешь так поступить со мной! Леголас! — кричала я. — Прости меня, Абигель, но все дали согласие, что тебя не должно быть на этой битве, — тихо говорил он. — НЕТ! — я кричала, а из глаз потекли горькие слезы обиды. — Если ты не выпустишь меня, я никогда тебе этого не прощу, — говорила я, продолжая стучать по двери. — Лучше ты будешь меня ненавидеть, но останешься жива, прости, — и я услышала тихие удаляющиеся шаги. — Вернись, Леголас, ЛЕГОЛАС! — но ответа не последовало. — Чтоб тебя, — зло проговорила я, пнув дверь. Я просидела в комнате около часа, и вдруг я услышала громкий звук вражеского рога. Резко вскочив с кровати, я стала лихорадочно думать, что делать. Хищно улыбнувшись, я одела зеленый эльфийский плащ, поверх него я прикрепила черные ножны с мечом, белый колчан, полный стрел и белый лук. Встав в метре от двери, я вытянула вперед руки. Мои глаза засветились серебром, и я создала большой огненный шар. — Ну что, не хотели по-хорошему, значит будет по-плохому, — проговорила я, запуская шар в закрытые двери. Дверь от столкновениям с шаром разнесло в щепки. Потушив огонь, я вышла в коридор и оглянулась. Натянув на голову капюшон, я двинулась к эльфам из Лориэна. Поднявшись наверх, я незаметно встала между двух светловолосых эльфов. Когда я посмотрела вниз, я еле слышно охнула. Там кишмя кишело черное воинство — приземистые, широкоплечие орки и рядом рослые грозные уракхаи с воронеными щитами. А из-за Гати появлялись все новые и новые сотни. Вдруг небо окрасила яркая молния, а долину огласил гром, и нам на головы хлынул ливень. Мои глаза сами по себе засветились синим цветом. Молнии вспыхивали одна за другой, и орки приободрились: они орали, размахивали копьями, били по железные щитам мечами. Загремели медные трубы, и огромное войско Сарумана ринулось на приступ. Одни к подножью ущелья стены и южной башни, другие через плотину на откос, к воротам Горнбурга. Туда бросилось огромное количество самых крупных орков и уракхаев. В блеске молнии на их шлемах и щитах была видна призрачно-бледная длань. Они бегом одолели откос и подступили к воротам. Я была под командованием Халдира, а неподалеку от меня стояли Леголас и Гимли. От нетерпения гном подпрыгивал на месте. — «Готовьте луки!» — услышала я приказ Халдира на эльфийском языке. Сняв лук, я вложила в него стрелу и натянула тетиву, целясь в огромного уракхая. — Shoot! (Стреляй!) — приказал он. «Вот и началось» — промелькнуло у меня в голове. И я отпустила тетиву. Крепость словно пробудилась, стрелы так и сыпались градом. Толпа врагов бросилась врассыпную и снова хлынула вперед. Громче прежнего взвыли трубы. На стену взлетели крюки, и вскоре к стене были приставлены осадные лестницы, и орки по-обезьяньи спрыгивали на стены. Повесив лук через плечо, я вытащила меч и проткнула им ближайшего орка. Рядом стоящие эльфы тоже вытащили клинки. Под стеной росли груды мертвых, и по изувеченным трупам карабкались хищные орки и озверелые урукхаи, и не было им конца. Я рубила, колола, наносила удары и парировала. Рядом со мной упал молодой эльф: у него из груди торчали две черных стрелы. Убив двух ближайших орков, я подлетела к нему: — Hang in there (Потерпи), — шепнула я ему на эльфийском и резко выдернула стрелы, предварительно сломав древко. Эльф стиснул зубы, я прижала левую руку к его ране и прошептала: — Излечись! — мои руки засветились голубым светом, а глаза и до этого уже горели синим огнем, наши спины прикрывали трое эльфов. Через минуту раны исчезли, и я помогла эльфу подняться, а он с благодарностью проговорил на эльфийском: — «Спасибо тебе, что спасла мне жизнь. Как я могу тебя отблагодарить?» — Survive (Выживи), — просто проговорила я и побежала на помощь к Гимли, услышав напоследок: — My name is Vanir (Меня зовут Ванир), — крикнул он мне вслед. — Abigail (Абигель), — прокричала я, несясь к гному, которого окружили три орка. Встав спиной к нему, я отразила удар, нацеленный прямо в спину гному. Орк разозлено зарычал и кинулся на меня, но пара ударов и тело орка тяжело рухнуло к моим ногам и тут же я услышала, как Гимли говорит: — Слышь, остроухий, я не просил помощи, — и развернулся. На его лице появилось шокированное выражение. — Я не остроухая, Гимли, — проговорила я и, широко улыбаясь, подмигнула ему на прощание. Я побежала в сторону стены, слушая как за спиной от души ругается гном. Взлетев по ступеням, я увидела сражающих эльфов во главе с Халдиром. И тут мои глаза в ужасе распахнулись: к Халдиру сзади подкрадывался огромный уракхай, занося свой ятаган. — НЕТ! — закричала я, и ближайших орков снесло огромной магической волной, а в сторону уракхая полетели три ледяные стрелы. Уракхай захрипел и упал на спину, а из горла торчали те самые стрелы. Халдир ошалело смотрел по сторонам. И тут он встретился с моими синими глазами. Подлетев ко мне, он спросил: — Ты что тут забыла? Резко выбросив вперед руку, я пронзила орка позади Халдира. — Стареешь, друг, — проговорила я, вставая с ним спиной к спине. — Тебя же Леголас вроде бы запер в комнате, — проговорил он — Запереть — запер, а вот про магию забыл, — ответила я, сражаясь с уракхаем. — И как ты выбралась? — с любопытством спросил он. — Просто разнесла дверь в щепки, — проговорила я с такой хищной улыбкой, что ближайшие орки отступили. — Ты не меняешься, — проговорил он, смеясь. — Рьюши с Леголасом знают, что ты тут? — снова задал он вопрос. — Нет, и надеюсь не узнают, а то трепки мне не избежать, — проговорила я, наблюдая, как брата окружают. К нему на помощь спешили Леголас и Рьюши. «Не успеют», — подумала я. — Халдир, прикрой! — проговорила я, пряча меч и срывая с плеча лук. Эльф кивнул и встал около меня, позвав еще троих эльфов. Вложив стрелу, я натянула тетиву, мои глаза засветились еще ярче, а стрела вспыхнула ледяным светом, и я властно приказала: — Рассыпься! — и отпустила тетиву. Сорвавшаяся стрела полетела как разъяренный сокол: миг и она вспыхнула, а во врагов летят уже десятки стрел, пронзая их, но не задевая людей. Эльфы и люди смотрели на это с восхищением. — Вот ты себя и выдала, — проговорил Халдир мне в ухо. — Да, — ответила я, обреченно вздохнув, замечая на себе взгляд синих и янтарных глаз. Леголас и Рьюши тут же рванули ко мне. Минута, и они уже стоят около меня. — Балрог тебя подери! Я же тебя закрыл в комнате, — зло кричал Леголас. — И дверь на ключ закрыл. И тут я просто взорвалась. — Я ЭТУ ДВЕРЬ НА ЩЕПКИ РАЗНЕСЛА! И КАКОГО ЛЕШЕГО ТЫ МЕНЯ ПОСМЕЛ ЗАКРЫТЬ? КТО ДАВАЛ ТЕБЕ НА ЭТО ПРАВО? — я кричала на него, а от меня в разные стороны бежали ледяные дорожки, замораживая орков и уракхаев. — Абигель! — начал было Рьюши, но я его перебила: — А ты вообще молчи, я с тобой потом разберусь, — и не став его слушать, я снова повернулась к эльфу, проговорив: — Отныне не смей ко мне подходить ближе, чем на пять метров. — И я резко вытащила меч. Леголас, Рьюши и Халдир стояли в немом шоке. — Абигель, я же хотел как лучше! — проговорил Леголас, хватая меня за руку и снова разворачивая к себе. — Как лучше?! А ты подумал обо мне? Что будет со мной, если с вами что-нибудь случится? — и не дав ему ответить, продолжила: — Нет! Ты просто закрыл меня в комнате! — не сказав больше ни слова, я вырвалась и побежала вдоль стены убивая на пути орков. Не успела я отбежать подальше, как прозвучал оглушительный взрыв, а меня подбросило в воздух. В тот же миг и я приземлилась на обломки стены, больно ударившись спиной. От боли я хватала ртом воздух, и, кое-как встав, я увидела в стене огромную дыру, в которую волной хлынуло темное войско. Рядом со мной лежал без сознания брат. Подбежав к нему, я упала на колени и стала нащупывать пульс. — Жив! — облегченно выдохнула я. Я похлопала брата по щекам, приводя его в чувство. Арагорн, придя в себя, посмотрел на меня. — Абигель?! — спросил он. — Нет, блин, Рьюши в женской форме, — проговорила я, помогая ему встать. Через минуту мы с ним бежали снова в крепость. — Отступаем! — кричал он, отбиваясь. Мимо меня пробежал Халдир, за ним эльфы, следом вбежала я. Арагорн бежал за мной, но усталые ноги его подвели: он споткнулся, и тут же с радостным воем на него кинулись подстерегавшие снизу орки. Первый из них, самый громадный, опрокинулся со стрелой в горле, однако за ним спешили и другие, но их снесла огромная огненно-белая змея. А Арагорн прокатился по ледяной дорожке, и когда он был внутри, ворота с лязгом затворились за ним. Встав, он проговорил: — Плоховаты наши дела, друзья мои, — сказал он и утер рукавом пот со лба. — Да хуже вроде бы некуда, — проговорил Леголас, смотря на меня. — Где Рьюши? — встревоженно спросила я, оглядываясь по сторонам. — Не знаю, — проговорил Гимли. — Я видел, как он сражался у стены, а потом нас разнесло в разные стороны. В сердце закрался страх. Подойдя к Арагорну, я дотронулась до его кольца, и через секунду возник огненный сокол. Громко проклекотав, он сел мне на вытянутую руку. Смотря на него серебряными глазами, я проговорила: — Найди его! — и, взмахнув крылом, сокол тут же взлетел и вылетел через небольшое окно. Сев у стены, я поджала ноги и стала ждать, молясь, чтобы с Рьюши было все в порядке. Через минут двадцать вернулся сокол, неся в лапах, крупного, черного кота. Кот спрыгнул на пол. Миг, и передо мной стоит потрепанный Рьюши. Вскочив, я бросилась к нему, крепко обнимая. — Спасибо, что прислала за мной, — тихо шепнул он, обнимая меня. Я только кивнула головой, утыкаясь носом ему в грудь. — Рассвет, — вдруг проговорил Гимли. Я отвернулась от Рью и посмотрела в окно. И правда, в помещение пробрались первые лучи восходящего солнца, и тут меня как молнией ударило: в памяти всплыли слова учителя. — Гэндальф! — радостно прокричала я. Все удивленно посмотрели на меня. Не обращая на них внимания, я вырвалась из объятий Рьюши и встала посреди большого холла. Набрав в легкие побольше воздуха, я громко и мелодично просвистела. И холл разорвало громкое ответное ржание, а через секунду из-за угла вылетел огромный черный конь, а за ним бежали еще десяток лошадей, и были среди них и Арод, и Белогрив, и Хазуфел, и другие кони, которых я не знала. Вороной жеребец остановился около меня и склонил голову. — Альтаир, мой друг, — проговорила я, ласково гладя его по морде. Через минуту я ловко вскочила к нему на спину. — Трубите в рог Хельма, мы поскачем навстречу рассвету, — проговорил Теоден, садясь в седло. Я подъехала к Халдиру и протянула ему руку. — Прикроешь мне спину, мой друг? — спросила я его. — Да! — ответил он и вскочил на спину Альтаира позади меня, одной рукой обнимая меня за талию. Краем глаза я заметила злые взгляды Леголаса и Рьюши. «Сами виноваты!» — подумала я, улыбаясь. Ворота рухнули, и орки радостно взревели, готовясь густой оравой ринуться в пролом, и тут с вершины башни внезапно и грозно затрубил большой рог Хельма. — Вперед, всадники Рохана! — закричал Теоден, и мы рванули навстречу рассвету. Ни громадные латники-орки, ни уракхаи не устояли перед нами. Мечи сносили головы, копья вонзались в спины. Без оглядки с воем и воплями бежали они вниз по склону, ибо дикий страх обуял их с рассветом, а впереди ожидало великое изумление. Солнце выглянуло из-за восточного хребта, и там, на гребне, внезапно появился всадник в белом светоносном одеянии. Грянули рога, и за белым всадником появились целый отряд. — Глядите! — воскликнул Арагорн. — Белый Всадник! Гэндальф возвратился с подмогой! — Учитель! — закричала я и, хищно улыбнувшись, отпустила магию на волю. Вокруг нас закружились огромные вихри огня и воды. Еще миг, и в воздухе появились два огромных орла — белый и синий. Орлы, описав в небе изящный круг, ринулись на темное войско, с ними же с горы ринулись всадники Рохана во главе с учителем. Серогрив летел по склону, точно огромный олень, едва касаясь земли копытами. С башни снова затрубил рог, и мы ринулись в атаку по мосту через Хельмову Падь. Изенгарцы с воплями метались из стороны в сторону между двух огней. Орки, визжа, катились кубарем, бросая мечи и копья в поисках спасения. Все закончилось, я сидела на небольшом камне, отдыхая от ночной битвы. Рядом со мной сидели Рьюши и Халдир, а напротив меня — Гимли, Леголас, Арагорн и Гэндальф, они беседовали с королем. Вдруг Гимли проговорил, осматривая секиру: — Сорок два, любезный друг Леголас! Твои как дела? — На одного ты меня перегнал, — ответил Леголас. — Да ладно уж, гордись, коли ты на ногах держишься, а то мне и проиграть не в тягость. — Но у тебя сколько, Рьюши? — спросил довольный гном. Оборотень хитро оскалил клыки и проговорил: — Сто три! Гимли и Леголас удивленно переглянулись. — У меня тоже сто три! — проговорил Халдир, обрабатывая себе раны. Я засмеялась над лицами друзей. — Ну а у тебя сколько, Изумрудик? — спросил нервно гном. — Да у нее, наверное, меньше, чем у тебя, Гимли, — проговорил Рьюши. — А ты в этом уверен? — проговорили мы с Леголасом в один голос. Я взглянула на эльфа и тут же отвернулась: мне было еще обидно за его выходку. — Ну так сколько? — повторил гном в нетерпении. Я задумалась и с коварной улыбкой проговорила: — Я перестала считать на трехсот восьмидесятом, и это не считая тех, кого я прибила магией, — и я весело рассмеялась над ошарашенными лицами друзей. Гимли то открывал, то закрывал рот, как рыба, не в силах вымолвить ни слова. Леголас, Халдир и Рьюши смотрели на меня с гордостью. Встав, я, пошатываясь, направилась на разрушенную стену. Поднявшись по ступенькам, я посмотрела вдаль. Туда, где взошло новое солнце, озаряя голубое небо, прогоняя эту долгую, темную ночь, а где-то высоко в небе послышалось красивое пение соловья. После долгой ночи всегда наступает долгожданный рассвет.