Дочь двух стихий

      Я буквально влетела в комнату, со всей силы распахивая дверь. И увидела, как на полу в мучительной боли корчился Пиппин, держа в руках небольшой светящийся шар. Не думая ни о чем, я подлетела к Пиппину и с силой выдернула шар из его рук. «Ох, е-мае, зря, по-моему, я это сделала!» — подумала я, чувствую в ладонях ужасную боль. Рухнув на колени, я пыталась разжать пальцы, что так крепко вцепились в гладкую поверхность шара. В моей голове стали появляться смутные картинки чего-то непонятного, а через секунду я услышала ужасный голос. Он о чем-то спрашивал меня, но я ничего не говорила, из-за это спрашивающий разозлился и стал причинять ужасную боль. Не вытерпев, я громко закричала. — Абигель! — крикнул кто-то. Секунда, и шар исчез из моих рук, а я без сил упала в крепкие объятия. Тяжело дыша, я пыталась сфокусировать взгляд на расплывчатом лице, что с тревогой смотрело на меня, и я поняла, что это был Леголас. Он аккуратно взял меня за руку, и я тут же застонала от нахлынувшей боли. — Гэндальф, — с тревогой проговорил Леголас. — Ее руки! Мне все-таки удалось прояснить свой взгляд, и, посмотрев на свои руки, я увидела, что они покрытые черной паутиной, и эта паутина поднималась вверх до самых плеч, тянулась к сердцу. К нам стремительно подошел Гэндальф. Я посмотрела на учителя и дрогнувшим голосом спросила: — Учитель, это то, о чем я думаю? Гэндальф опустился рядом со мной на колени и с сожалением в глазах проговорил: — Да, дитя, черная магия действует на тебя как яд. Ты ведь понимаешь, что я обязан тебя излечить? Я кивнула и дрогнувшим голосом ответила: — Да, учитель, я понимаю. — А затем, повернув голову к Леголасу, я проговорила: — Держи меня крепче. Эльф кивнул и крепко обнял меня одной рукой за талию, а второй сжал вместе мои руки. Гэндальф положил свою теплую ладонь на мои запястья. Его рука засветилась белым светом, а меня снова пронзила адская боль. Снова это ощущение, как будто меня разрывали на части изнутри. Я громко закричала и попыталась вырвать руки, но Леголас держал меня крепко. Минуты через две все закончилось. Меня била крупная дрожь, волосы взмокли, тяжелое дыхание вырывалось из груди рваными толчками. — Леголас, отнеси ее в комнату, она должна отдохнуть, — проговорил маг. — А ты, Рьюши, ступай с ними, но потом возвращайся — нам нужно будет поговорить. Оборотень кивнул и подошел к нам, с тревогой смотря на меня. Леголас осторожно поднял меня на руки и вышел из комнаты, Рью тихой тенью последовал за нами. Через минуту мы были уже в моей комнате, и я услышала, как Рьюши тихо говорит: — Мне нужно вернуться к магу, а ты, будь добр, присмотри за Абигель. — И Рью выскользнул за дверь, тихо закрыв ее. — Леголас, поставь меня на пол, — тихо проговорила я уставшим голосом. — Абигель, ты слишком ослабла, ты не удержишься на ногах, — возразил он. — Леголас, мне нужно снять платье, я ведь не смогу так спать, — краснея, ответила я. Эльф, подумав, аккуратно поставил меня и тут же проговорил: — Держись за спинку стула, а я помогу тебе расшнуровать платье. Я покраснела сильнее, но поспешила схватиться за спинку стула, так как руки Леголаса принялись ловко распускать шнуровку корсета. Вскоре платье легким облачком упало к моим ногам, и я осталась стоять пред эльфом в одной кружевной, белой сорочке. Я слышала позади тяжелое дыхание эльфа, и перед тем, как повернуть меня, Леголас снова поднял меня на руки, неся к кровати. Аккуратно положив, он укрыл меня одеялом и поцеловал в лоб, а затем развернулся, чтобы уйти, но я его успела поймать за край рукава, попросив: — Не уходи! Пожалуйста, останься со мной. Леголас медленно развернулся и, посмотрев на меня, тихо проговорил: — Хорошо. Эльф снял светло-голубой камзол и сапоги, оставаясь в штанах и белой рубашке. Приподняв край одеяла, он залез ко мне, тут же притягивая к себе и крепко обнимая за талию. — Спи, Аби, тебе нужно набраться сил, — проговорил он, нежно целуя меня в лоб. Кивнув головой, я прижалась к нему ближе и, уткнувшись носом ему в грудь, заснула легким сном.       «Утро так быстро настало», — думала я, все стараясь открыть глаза. Вдруг я почувствовала, как по моему плечу нежно проводят пальцами, рисуя невидимые, причудливые узоры. Открыв глаза, я встретилась с нежным взглядом синих глаз Леголаса. Улыбнувшись, я проговорила: — Доброе утро, Леголас. — Доброе, моя Амари, — тихо ответил он, смотря на меня. — Как ты себя чувствуешь после соревнования с Гимли? — весело спросила я его. — Я-то нормально, а вот за Гимли я не уверен, — весело улыбаясь, проговорил он. — Надо будет ему помочь отойти от похмелья, — хохоча проговорила я, смотря на эльфа. Я села в кровати и хотела было уже встать, как вспомнила, что на мне одна лишь кружевная сорочка, а на спине я чувствовала внимательный синий взгляд эльфа. Покраснев, я смущенно проговорила: — Леголас, отвернись, пожалуйста, я хочу одеться. — А вчера вечером ты не стеснялась, — проговорил он, проводя пальцами, почти невесомо, по моей спине. По моему телу прошла предательская дрожь, и я ответила дрогнувшим голосом: — Это было вчера, и тем более я плохо себя чувствовала. Секунда, и Леголас опрокинул меня на кровать и навис сверху. Я немного с испугом посмотрела на него и не успела и слова сказать, как эльф страстно впился мне в губы. Леголас покусывал мне губы, призывая ответить, и я подчинилась, послушно приоткрыв ротик. Леголас тут же ворвался в мой рот, своим горячим языком в страстном танце переплетаясь с моим. Его горячие руки начали жадно скользить по моему телу, не пропуская ни миллиметра. Застонав, я оторвалась от его губ, жадно глотая воздух, а губы Леголаса перешли мне на шею, целуя и покусывая ее. Когда руки эльфа проникли под сорочку и несильно сжали грудь, я кое-как проговорила: — Леголас, остановись, Рьюши может в любую минуту зайти. Я захлебнулась очередным стоном, когда пальцы Леголаса сжали мой затвердевший сосок. Тело выгнулось дугой навстречу его ласкам, мне хотелось быть еще ближе к нему. Руки Леголаса прошлись по моей спине, секунда — и я сижу у него на коленях. Мои белые с рыжими кончиками волосы каскадом спадали на его плечи, перемешиваясь с его волосами цвета солнечного луча. Жадные руки эльфа прошлись по моей талии вниз к ягодицам и несильно сжали их, прижимая еще ближе к себе, так, чтобы я почувствовала его отвердевшее желание. По моему телу снова прошла неконтролируемая дрожь. Закусив нижнюю губу, я принялась чуть дрожащими руками расстегивать пуговицы на его белой рубашке, и вскоре она белым облаком упала на пол. Я принялась исследовать его тело, руками проводя по широким плечам, накаченным рукам, по мускулистой груди, спускаясь по плоскому животу и очерчивая пальчиком каждый кубик пресса. Под моими руками тело Леголаса задрожало, а я понимающе, соблазнительно улыбнулась. Леголас тоже в долгу не остался. Тихо рыкнув, он снял с меня сорочку, и теперь я сидела перед ним полностью обнаженная и красная как мак. Леголас смотрел на меня пожирающим взглядом, а затем склонился, припадая к моей груди мягкими и горячими губами. Я снова застонала, выгибаясь ему навстречу. Эльф, не отрываясь, снова уложил меня на мягкую кровать. Пока Леголас дразнил мою грудь языком, его руки продолжали двигаться дальше, проходя по изгибам моего тела, а затем одна его рука проникла мне между ног, лаская. Я вновь ощутила те же самые ощущения, как и в тот раз, но только теперь его пальцы касались какой-то точки, отчего огонь внутри меня разгорался все сильнее. Через минуту он проник в меня пальцами и начал ими неспешно двигать. С моих губ сорвался то ли стон, то ли хрип, от которого по телу прошла мучительная, сладкая судорога. Я вскрикнула: наслаждение было настолько сильным, что я выгнулась до хруста в спине. Придя в себя, я поняла, что мое содрогающееся тело крепко прижимает к себя Леголас. Посмотрев на него, я увидела глаза полные страсти, желания, нежности и любви. Я прижала ладошку к тому месту, где сильно билось его сердце, а эльф, улыбнувшись, поцеловал меня в шею, и я снова задрожала. — Ты такая чувствительная! — тихо, хриплым от возбуждения голосом проговорил он. Вместо ответа я притянула его к себе, впилась в его губы страстным, жадным поцелуем и обняла ногами его бедра, этим самым сильнее распаляя эльфа. Вдруг Леголас чувствительно прикусил меня за шею, оставляя свою метку. Я вскрикнула и в отместку до крови прикусила его губу. Эльф посмотрел на меня, а я лишь улыбнулась, провела языком по его шее и потерлась коленом о его твердую плоть. Глаза эльфа вспыхнули ярче, и он, шумно выдохнув, снова припал к моим губам. Я застонала, ощущая, как он начал развязывать шнуровку на штанах, и я снова задрожала в сладком предвкушении. — Ураганчик, тебя срочно хочет видеть Гэндальф, — проговорил Рьюши, входя в комнату. Я ошарашено уставилась на вошедшего Рьюши. Его глаза широко, в немом шоке, распахнулись. Я как бы видела глазами Рью: я была растрепанном и разгоряченном состоянии, лежащая обнаженная под эльфом, а сам эльф с настойчивой силой прижимался ко мне. Оттолкнув от себя Леголаса, я натянула простынь до самого подбородка, смотря то на Рьюши, то на Леголаса. — Леголас! — прорычал оборотень, в его глазах читалась ярость. Эльф, выругавшись, резко поднялся и стал одеваться. — Тебя не учили стучаться? — как ни в чем ни бывало проговорил он, натягивая сапоги. Рьюши задохнулся от возмущения и зло проговорил: — Да как ты смеешь? — Смею, еще как смею, — проговорил он, а затем показав на меня пальцем, проговорил: — Я люблю ее! И она принадлежит только мне! — в глазах эльфа читалась стальная уверенность и непоколебимость. Он с вызовом смотрел на оборотня. Рьюши зло рыкнул и подался вперед. Я стрелой соскочила с кровати, завернувшись в простынь, и встала между ними. — Остановись, Рьюши! — прокричала я, выставляя одну руку вперед, а второй придерживая простынь. Рьюши затормозил в нескольких сантиметрах от меня. Он смотрел на меня непонятным взглядом. В сердце больно кольнуло, но я, собравшись с мыслями, проговорила: — Рьюши, Леголас, пожалуйста, покиньте мою комнату. Мне нужно одеваться, меня учитель ждет, а как вы знаете, не стоит заставлять мага ждать. — Я посмотрела сначала на оборотня, а затем на эльфа. Оба кивнули, но тут Леголас резко притянул меня к себе и крепко поцеловал. — ОСТРОУХИЙ! — взревел оборотень. Леголас оторвался от меня и, смеясь, сиганул за дверь. Рьюши тут же сорвался за ним, громко бранясь на своем языке и так же громко хлопнул дверью. Я стояла в немом шоке, а затем громко выругалась. — Идиоты! — и тут же звонко рассмеялась. После разговора с учителем на душе у меня было тяжко. Гэндальф ускакал вместе с Пиппином в Минас-Тирит, чтобы сообщить о грядущей буре, а нам оставалось только ждать.       С того момента прошло три дня, я старалась никому не попадаться на глаза, часто проводя время в конюшне наедине с Альтаиром. Друзья с королем Теоденом обсуждали план предстоящего боя. Два дня назад к нам присоединились двадцать следопытов, явившихся с севера. Брат этой встрече был очень рад. Вздохнув, я попрощалась с Альтаиром и вышла из конюшни. На улице уже стемнело, полная луна светила на небе, а яркие звезды то потухали, то зажигались еще ярче. Пройдя немного вперед, я заметила недалеко от протекающей реки яркое пламя костра. Свернув с дороги, я стала спускаться с небольшого пригорка, пытаясь разглядеть, что там. Подойдя ближе, я увидела, что около костра сидели и разговаривали следопыты, и даже Арагорн к ним присоединился. Мое любопытство разгорелось сильнее, и я подошла еще ближе, но не заходя в свет костра. — Арагорн, что это у тебя светится на руке? — спросил один из следопытов. Странник посмотрел на свою руку, и я тоже проследила за его взглядом и увидела, что кольцо, которое я подарила, светится тусклым белым светом. Арагорн вскинул голову и всмотрелся во тьму, а затем, улыбаясь, негромко проговорил: — Аби, я знаю, что ты тут. Выходи. — Командир, тут никог… — начал было говорить тот же следопыт, но слова его оборвались, когда он увидел, как из темноты в отблеске костра появилась я. Арагорн ласково и широко улыбался, а все остальные в удивление смотрели на меня. Улыбнувшись, я проговорила: — Прошу прощения, господа, я совсем не хотела вам мешать. — Ты и не помешала нам, Аби, — ответил Арагорн, вставая. — Арагорн, что это за очаровательная девушка? — спросил один из следопытов. — Представь уж нам ее, коль вы знакомы. Странник подошел ко мне и, взяв за руку, проговорил: — Господа, это — Абигель, моя ученица, хороший друг и названная сестра. Я склонила голову в знак уважения. По толпе прошелся шепот, а спрашивающий Арагорна следопыт встал и, поклонившись, сказал: — Меня зовут Гальбарад, и для меня большая честь познакомиться с названной сестрой нашего капитана Арагорна. Дальше Арагорн представил мне всех остальных. После знакомства мы все весело сидели и болтали. Постепенно эта радость затмила чувство страха перед грядущей битвой. Северные следопыты рассказывали о своих приключениях, а я сидела и внимательно слушала, как когда-то слушала рассказы брата. Когда костер почти потух, Арагорн сжал мою руку и проговорил: — Аби, спой что-нибудь нам. Все присутствующие с любопытством посмотрели на меня, а я, взглянув на брата, согласно кивнула: — Хорошо, у меня как раз есть кое-что подходящее. Брат кивнул, и я, посмотрев на еще пока горевшее пламя, вспомнила одну песню, которую однажды слышала в деревне от одного почтенного старца. Она почему-то запомнилась мне. Может, из-за того, что касалась всех следопытов? А может из-за другой причины? Ответа у меня на это не было, и я тихо запела: В ночи глухо шепчутся ели, Роса холодна словно лед, И в Скопье черных ущелий Бесформенный страх восстает. На улице мирных селений, Неся с собой холод и жуть, Ползут безымянные тени, Но мы преграждаем им путь. Охрана в поселках беспечных Судьбою доверена нам, И в мире дорог бесконечных Наш дом, что открыт всем ветрам. То снегом швыряет в нас буря, То ветер горячий пылит… Мы редко встречаем друг друга, Бродя по дорогам земным. Ведь нас в Средиземье немного: При встрече оброним «привет», И вновь разведет нас дорога, Ветра разровняют наш след. Посмотрит на нас, как на нищих, Привратник у крепких ворот, Презрительно хмыкнет трактирщик — Бродяги, беспутный народ. Усмешку мы горькую прячем, Не знает никто на земле, Что живы в народе бродяжьем Потомки других королей. И если пророчеству древнему Реальностью стать суждено, На знамени белое древо Завьется над битвою вновь. И заново будет откован Меч, сломанный в давние дни, И войско, нарушавшее слово, Восстанет из серой тени. Поднимется ратная сила, От грохота вздрогнет земля, И вспыхнет звезда Элендила Опять на челе короля, короля… Закончив петь я посмотрела на следопытов, они о чем-то глубоко задумались, взглянув на брата я увидела грустную улыбку. Дотронувшись ласково до его руки, я тихо проговорила на эльфийском: — «Брат мой, когда-нибудь это время настанет, и ты вернешь все то, что принадлежит тебе по праву». Арагорн посмотрел на меня печальными глазами и ответил: — I'm not suitable for this (Я для этого не гожусь). — «Брат мой, время покажет», — проговорила я, смотря на костер. Вдруг один из следопытов встал и, указывая куда-то в небо, проговорил: — Что это там, в небе? Мы с братом одновременно взглянули в ту сторону и увидели, что к нам приближается какое-то белое пятно. Встав, я пригляделась и через минуту поняла, что мои губы растянулись в улыбке. Видя мое выражение лица, Арагорн спросил: — Аби, что ты там видишь? Ничего не сказав, мои глаза вспыхнули серебром, и я методично просвистела и вытянула руку. Минута, и на нее аккуратно сел крупный, огненно-белый орел. Все присутствующие смотрели на это с восхищением. Орел негромко проклекотал, а я, радостно улыбнувшись, проговорила ему: — Передай ему, что я с радостью буду его ждать. — И взмахнула рукой. Орел тут же расправил крылья и стремительно полетел обратно. — Аби, чей это орел был? — спросил у меня брат. Повернувшись к нему, я радостно сказала: — Это орел Халдира, а он и более четырехсот эльфов будет тут завтра к вечеру. Арагорн радостно заулыбался и крепко обнял меня. Мы еще долго сидели и разговаривали, пока меня не начало клонить в сон. Устало опустив голову на плечо брата, я закрыла глаза и задремала. — Арагорн, Ваша сестра заснула, — услышала я чей-то голос сквозь сон. — Да, уже поздно, — проговорил он, легко касаясь моей щеки и убирая с нее локон волос. — Она ведь маг? — спросил, как я поняла, Гальбард. — Да, и очень сильный маг, — ответил ему брат. — Но что такая хрупкая девушка делает на войне? — спросил он снова. — Женщина должна сидеть дома и растить детишек, а не воевать. Арагорн тихо засмеялся и ответил: — Это не про нее, мой друг, и вовсе она не хрупкая, как говорит Эомер. Такую храбрую девушку нужно еще поискать, — а потом тихо добавил: — Ведь именно она спасла мне жизнь. Вдруг я услышала тихий, едва уловимый легкий бег, а через секунду услышала голос. — Арагорн, вот ты где! Ты не видел Аби? Я ее не могу нигде найти, — спросил Леголас. — Тиши, мой друг, тут она, спит уже, — проговорил брат. Леголас подошел и сел с другой стороны от меня. — Вот же неугомонная, — тихо проговорил он. — Мы с оборотнем ее обыскались. — Капитан, мы пойдем уже, — проговорил Гальбард. — Доброй ночи, друзья, — проговорил брат Послышалось множество удаляющихся шагов, и над небольшой поляной повисла тишина. — Нам тоже следует отдохнуть, — снова проговорил брат и хотел взять меня на руки, как его опередил Леголас. Я почувствовала, как меня поднимают крепкие руки и несут куда-то. Наслаждаясь теплом крепких объятий и запахом хвойного леса, я провалилась в спокойный безмятежный сон