Дочь двух стихий

      Я сидела на земле, облокотившись спиной о могучий, чешуйчатый бок белого дракона. Ноги и руки ныли от усталости и бешеного напряжения. — «Ты молодец, хозяйка», — проговорил дракон. — «Ты с достоинством выдержала эту битву». — «Да, битву-то я выдержала, а вот отомстить за смерть своего народа не смогла!» — проговорила я, косясь на бесчувственно лежащего на земле глашатая. — «И правильно сделала, что не убила», — проговорил дракон, но видя мое недоумение, поспешил объяснить: — «Его имя Андриан, он из Нуменорцев, они перебрались в Средиземье еще когда Саурон только начал творить свои злые деяния. И они самые первые пали и предались ему, соблазнившись чернокнижной наукой. Но именно он один очень долго сопротивлялся этому, но по какой-то причине Саурону все-таки удалось взять над ним вверх». — «Получается, он не осознавал, что делает?» — спросила я дракона. — «Да, но теперь, когда Саурон пал, его разум снова свободен, он единственный, кто остался из своего рода, и вряд ли он будет помнить, какие ужасные вещи он делал», — проговорил дракон, широко зевая и обвевая меня хвостом. — Как мне быть? — спросила я саму себя. — «Хммм… Казнить его или позволить ему жить — решать только тебе», — проговорил он, положил свою морду около моих ног. Я сидела и думала, как поступить, пока ко мне не подошли мои друзья с сестрами и их капитаны. — Ну, ты и устроила шухер, ураганчик, — скалясь, проговорил Рьюши. — И когда ты научилась управлять молниями? — спросил он у меня. Пожав плечами, я задумчиво ответила: — А мне откуда знать! Они появились неожиданно, и я не могу призвать пламя и воду. — Странно! — проговорила Нэя, ее поддерживал Эомер, так как ее правая нога была перебинтована. — И я о том же, — проговорила я. — Надо будет спросить учителя, что за фигня. — Тяжело поднявшись, я стала отряхивать штаны от черной пыли. — А когда-нибудь такое уже было? — спросил меня Леголас. Подойдя ко мне, он обнял меня одной рукой за талию, притягивая к себе. — Неа, хотя такое было, когда моя матушка… — тут я запнулась, не договорив. — Что твоя матушка? — спросил с любопытством Рьюши. «Не может быть!» — подумала я. — Абигель! — громко окликнул меня Леголас, а его рука крепче сжала мою талию. — А? — непонимающе спросила я его. — Что твоя матушка? Ты не договорила! — снова задал он свой вопрос, смотря мне в глаза, а белый дракон то и дело смотрел то на меня, то на эльфа. — Да так, кое-что вспомнила, хотя это не относится к этому случаю, — отстраненно проговорила я, не глядя на него. — Абигель… — начал было он, но его перебил протяжный негромкий стон. Развернувшись, я увидела, что бывший глашатай приходит в себя, его глаза больше не светились кроваво-красным огнем, теперь они были цвета яркой бирюзы, и я поняла, что влияние Саурона исчезло. Отстранившись от Леголаса, я медленно подошла к нему и встала напротив. Рядом со мной тут же очутились Рьюши, Леголас, Арагорн и мои сестры. Андриан посмотрел на нас непонимающе, а потом, увидев в моей руке окровавленный серебряный меч, проговорил уверенным голосом: — Хоть убейте, но Саурону я не за что не подчинюсь! Ребята удивленно переглянулись между собой, а я, лишь еле заметно улыбнувшись, взмахнула мечом. Андриан спокойно закрыл глаза; секунда… Сковавшие его руки молнии разлетелись на мелкие кусочки и вскоре совсем исчезли. Андриан открыл глаза и посмотрел на меня в недоумении. Убрав меч в черные ножны, я протянула ему руку. — Саурон пал, и теперь ты свободен, Андриан, — проговорила я, смотря на него. — Что тут случилось? И откуда ты знаешь мое имя? — спросил он. Вздохнув, я опустила руку и, встав перед ним на одно колено, принялась ему рассказывать все, что поведал мне дракон, и что тут произошло. Мы разговаривали около часа, время от времени он перебивал меня и задавал вопросы, я терпеливо отвечала на них. Закончив, я встала и печально смотрела на поникшего воина. — Я предлагаю тебе вот что, — проговорила я, а воин поднял голову и вопросительно посмотрел на меня, — первое: я предлагаю тебе присоединиться к нам и быть под командованием меня, либо выбрать любого из нас. А второе: ты можешь выбрать свой путь и идти своей дорогой, — я снова протянула ему свою руку. — Ну, и что ты выберешь? Андриан поднялся и минуту смотрел на мою руку. — Я выбираю первое, и я хочу служить под твоим командованием, — проговорил он и сжал мою ладонь. Как только он прикоснулся к моей ладони, он вскрикнул и отступил от меня на шаг. Я посмотрела на его правое плечо и увидела, что там светится метка в виде двух драконов, которые вместо сферы держат золотую молнию, моя бровь удивленно взлетела вверх. «Опять молния?!» — подумала я и снова посмотрела на удивленного воина. — Это моя метка, теперь ты под моим началом, и я назначаю тебя своим первым капитаном, — властно проговорила я. Андриан склонил передо мной колено и громко проговорил: — Да, моя госпожа! — Встань, мой капитан! — Андриан поднялся и посмотрел на меня, а я продолжила говорить: — Капитаны моих сестер объяснят, что тебе нужно делать и проверят твои способности, как во владение оружия, так и владение магией. — Госпожа Абигель! — начал было возмущаться капитан Айры. Резко развернувшись, я посмотрела на него и со сталью в голосе объявила: — Это мое решение. Я дала ему шанс исправиться, и тем более он ничего не помнит. — Госпожа! — опять возмущенно проговорил он. — Это мое ПОСЛЕДНЕЕ слово! — рыкнула я, а вокруг меня снова затанцевали золотые молнии. Капитаны и сестры вздрогнули и отшатнулись от меня в сторону, ощущая, какая сила исходит от меня. Моего плеча коснулась чья-то рука, оглянувшись, я увидела ласковую улыбку Леголаса. Моя злость угасла, а молнии исчезли, я посмотрела на капитанов и проговорила спокойным голосом: — Прошу, извините меня, я не знаю, что на меня нашло. — И я должен извиниться перед вами, — проговорил капитан Айры. — Мы с удовольствием выполним Вашу просьбу. Я улыбнулась и кивнула в знак благодарности. — Ну ты даешь, ураганчик, — проговорил Рьюши и положил мне на плечо руку, но тут же отскочил от меня. Я посмотрела на него, и мои глаза удивленно распахнулись: Рьюши держался за руку, а его черные волосы стояли дыбом. — Мне срочно нужен Гэндальф, — проговорила я, еле сдерживая улыбку.       Как оказалось, учитель улетел на орле Айры, прихватив с собой и птицу Аден, в поисках Фродо и Сэма, напоследок сказав, что как только их найдет, то отправится в Гондор. Всех погибших воинов мы предали огню, а мертвых орков так и оставили лежать на черной земле. Обратная дорога проходила спокойно и легко, мы ехали, ничего не опасаясь. Рядом со мной по левую руку ехал мой новоиспеченный капитан Андриан, а по правую Леголас с Гимли. Позади ехали все остальные. Долгожданный привал мы сделали поздно вечером, когда уже стемнело. Около разведенных костров небольшими группами сидели воины и о чем-то тихо переговаривались. Собрав чистые вещи и найдя в рюкзаке Аден приятно пахнущее мыло, я незаметно скрылась в густых зарослях кустарника. Идя на звук воды, я вскоре вышла к довольно большому озеру. В воде отражались яркие звезды и полная луна. Вдохнув свежий воздух, я скинула белый плащ и, расстелив его на земле, разложила чистую одежду. Сняв наколенники и налокотники, я положила их на плащ, за ними последовала кольчуга, сапоги и кожаные штаны. Оглянувшись, я стала расстегивать белую рубашку, раздевшись, я быстро юркнула в воду, она оказалась на удивление теплой. Вода мягко обняла меня, забирая усталость и напряжение. Набрав в легкие побольше воздуха, я нырнула под воду и поплыла в темную глубину. Я вертелась и кружилась в темной воде, но мне было не страшно, а даже как-то наоборот спокойно, но воздух в легких не вечен, и мне пришлось всплыть на поверхность. Как только моя голова показалась на поверхности, меня тут же сцапали крепкие мужские руки. Испугавшись, я сильно ударила локтем в чей-то живот и, вырвавшись, быстро отплыла немного в сторону. Развернувшись, я увидела… — ЛЕГОЛАС! — зло прошипела я. — Хороший удар! — проговорил он, улыбаясь. Я подплыла к нему ближе. — Сколько можно меня так пугать?! Особенно в это время, когда я напрочь не контролирую свои силы, — сердито ругалась я на него. Леголас лишь притянул меня к себе и крепко обнял. — Леголас! — предостерегающим тоном начала я, когда почувствовала, как его рука прошлась по моей талии, поднимаясь выше. — Лего… — но эльф резко припал к мои губам в бешеном поцелуе, тем самым обрывая мои возмущения. Я крепко сжала губы, не пуская его наглый язык внутрь, и протестующе замычала. Горячие руки Леголаса накрыли мою грудь, несильно ее сжимая. От острых ощущений я негромко охнула, чем и воспользовался эльф. Его язык тут же скользнул мне в рот, сплетаясь с моим. Я застонала ему в губы, а руки взлетели ему на плечи, крепче притягивая его к себе. Оторвавшись от моих губ, эльф принялся за шею, то нежно целуя, то ощутимо покусывая. — Леголас! — тихо простонала я его имя, когда почувствовала, как его пальцы проникают в меня. С мох губ срывались громкие стоны удовольствия, а тело наполнялось жаром, я чувствовала, как огонь внутри меня разгорается все сильнее и сильнее. Вдруг эльф прекратил свои действия, я, недовольно заворчав, посмотрела на него. Его глаза светились синим огнем страсти. Эльф поднял меня, и я тут же обхватила его бедра ногами. Не отводя от меня взгляда, он стал медленно проникать в меня. У меня перехватило дыхание, когда он задвигался в тягучем ритме. С каждым его толчком мое тело вздрагивало, как от удара молнии, а он наблюдал за этим, не сводя пристального взгляда. Обняв его за шею, я срывающимся от страсти голосом проговорила: — Прошу, Леголас… Сильнее! — и прикусила кончик заостренного уха. Послышал громкий рык, и эльф задвигался в бешеном, быстром темпе, глубоко и сильно вторгаясь в меня. Он сводил меня с ума своей твердой плотью, которая с каждым ударом проникала все глубже, и вскоре меня захлестнула волна судорожного удовольствия.       Сидя уже в лагере, я беззаботно болтала с друзьями, мы весело смеялись и шутили. — Ну, брат, когда состоится коронация? — спросила я его, улыбаясь. Арагорн поперхнулся дымом и посмотрел на меня удивленным взглядом. — А когда твоя? — вопрос на вопрос ответил он. — Не раньше того, когда коронуют тебя, — проговорила я, хитро скалясь. Арагорн сердито запыхтел, смотря на меня, а через секунду его лицо озарила хитрая улыбка. — Ты чего это так улыбаешься? — подозрительно спросила я его. — Как только мы прибудем в Гондор и город заново отстроят, так и пройдет коронация. — Я кивнула. — Но их будет две, — закончил брат. Теперь моя очередь была удивляться. — Неужели ты хочешь сказать, что… — но брат меня перебил: — Да, ты будешь коронована вместе со мной в один день, — торжественно и непоколебимо проговорил он. Я закатила глаза и хлопнула себя по лбу. — Шантажист! — тихо проговорила я, а в воздухе зазвучал веселый смех. Мы сидели почти в полной тишине. Смотря на яркое пламя костра, я тихо запела: Он был эльфийским королем, И арфы плач ведут о нем. Гил-Галад — значит звездный свет, И рыцаря прекрасней нет. И благородней короля Еще не видела земля. Он бился рядом с королем, Он был прославленным вождем. Ведь Элронд свой высокий род От светлой Лютиэн ведет. В нем отблеск славы давних дней, Кровь майар, элдар и людей. А третий был король людей, И среди смертных королей Он всех могущественней был, Владыка верный Элендил. И грозный меч в его руках Вселял в сердца неверных страх. Четвертый был неустрашим, Кто мог в бою сравниться с ним. Исилдур, яростный душой, В сраженьях бешеных герой, Безжалостна его рука, И нет врагу страшней врага. А пятый — мудрый корабел, Что бранной славы не хотел. Тому, кто любит шум волны, Сраженья звуки не нужны. Но долг зовет карать врагов, И к бою Кирдан был готов. И бился против всех один Проклятый Черный Властелин. Бой, впятером на одного, Стал поединком для него. Он знал, что безнадежен бой, Зачем же спорил он с судьбой. Что ж вихрем он не улетел, Он не сумел иль не хотел, И вот распятый на мечах Он мертвый пал на мертвый прах. И не спасло Кольцо его, Бессильно было колдовство. Но полно говорить о нем, Он был Врагом и сдох Врагом. Мы лучше славу воздадим Героям, что сражались с ним, Тем рыцарям, что впятером С одним расправились Врагом. Закончив петь, я встала и с наслаждением потянулась. Снова посмотрев на друзей, я улыбнулась ласковой улыбкой, проговорив: — Ладно, друзья мои, я пошла спать. Андриан, — я взглянула на своего капитана, — разбуди меня, пожалуйста, на рассвете. — И, развернувшись, зашагала к большому, раскидистому дубу. Расстелив плащ, я легла на него и, положив под голову руку, начала потихоньку проваливаться в сон. Вдруг я почувствовала, что сзади меня кто-то укладывается (хотя я уже поняла, кто это по запаху), мою талию обняли крепкие руки, прижимая ближе к мускулистой груди. Извернувшись в кольце рук, я уткнулась носиком в широкую грудь Леголаса и с наслаждением вздохнула запах хвойного леса. Он, накрыв нас одеялом, зарылся мне в волосы, вдыхая мой запах. — Знаешь, Аби, а твой запах поменялся, — тихо проговорил он. Приоткрыв один глаз, я спросила: — Да? И какой он стал? — Раньше ты пахла корицей и мятой, а сейчас ты пахнешь печеными яблоками и медом, — проговорил он. — Ммм… — промычала я, не в силах ничего сказать. — Спи, моя Амари, я посторожу твой сон, — услышала я напоследок. Улыбнувшись, я крепче прижалась к его груди, засыпая легким, безмятежным сном.

***

Месяц прошел с той роковой последней битвы. Теперь Гондор жил в спокойствие и мире. Город заново отстроили, и он снова стал такой же величественный, как и прежде. Чистое небо и ясное солнце были над зелеными полями и лугами; ничего не нарушало покой и тишину, как вдруг… — ВАШУ МАТЬ! РЬЮШИ! АНДРИАН! — проорал громкий женский голос из одной из многочисленных комнат дворца. — А-А-А! — послышался дружный, громкий крик, а из окна полыхнул яркий золотой свет, и послышался громкий треск. POV — Абигель Я сидела на кровати со скрещенными на груди руками и хмуро смотрела на сидевшие на полу два тела, которые отходили от нехилого заряда молнии. — Ох, е-е-е, — протянули они вместе. — Я вас предупреждала, и не раз, что я еще не научилась их контролировать, но нет: вы продолжаете меня пугать, — проговорила я возмущенным голосом. «И когда только успели спеться?!» — подумала я. — Так спроси Гэндальфа, как их контролировать, — проговорил Рью, вставая. — Рьюши прав, — вторил ему Андриан, тоже вставая, — а то это когда-нибудь до добра не доведет. — Да знаю я! — прикрикнула я на них, резко вставая, но тут у меня закружилась голова, и я покачнулась. — Абигель! — хором крикнули они и подскочили ко мне, ловя. Крепко вцепившись в плечо Рьюши, я снова села на кровать, и постепенно головокружение прошло. — Госпожа Абигель, с Вами все в порядке? — взволнованно спросил меня мой капитан. — Да, просто резко встала, — проговорила я и ласково улыбнулась ему. — Слушай, Аби, может тебе стоит показаться какой-нибудь знахарке? — спросил меня обеспокоенным голосом Рьюши. — А то это у тебя уже не в первый раз. — Нет, со мной все хорошо, — сказала я. — Тем более через три дня состоится коронация. — Да, и ты наконец-то станешь полноправной правительницей, — скаля клыки, проговорил оборотень. Я лишь закатила глаза и обреченно опустила голову на его плечо. По комнате разнесся тихий смех. Наступил полдень, солнце светило ярко и тепло, а на улице стояла безветренная погода. Переодевшись, я шла в сторону тренировочного поля. «Хоть и наступил мир, но в форме себя поддерживать нужно», — размышляла я, держа в руках черные ножны с мечом. Придя на поле, я увидела совсем небольшое скопление воинов: все они тренировались, кто с мечом, кто с луком, а кто в кулачном бою. — Аби! — вдруг кто-то негромко окликнул меня веселым голосом. Обернувшись, я увидела идущего ко мне Боромира с какими-то молодым на вид воином. — Боромир! — радостно улыбаясь, проговорила я, и, как только он подошел совсем близко, я обняла его за шею и чмокнула в щеку. — Каким ветром тебя сюда занесло? — спросил он меня, улыбаясь. — Попутным, — ответила я. — Да вот, решила немного размяться. У Боромира вдруг заблестели глаза азартным огнем. — Боромир, может, ты поведаешь мне, кто эта милая леди? — спросил воин у моего друга. — Ох… как нехорошо получилось, — пробормотал воин. — Аби, позволь представить моего младшего брата Фарамира. Фарамир, это моя лучшая подруга Абигель, — проговорил Боромир, а я покраснела. — Очень рад нашей встрече, — проговорил его брат, целуя мою руку. — Боромир рассказал мне, что Вы для него сделали. — Мне тоже приятно познакомиться с братом Боромира, — склоняя голову, проговорила я. — Аби, — начал было Боромир, — ты еще помнишь наше пари? Я посмотрела на него, а в моих глазах заплясали чертенята. — А как же! — Ну, тогда начнем, — проговорил он, вытаскивая из ножен свой меч, но не успел он встать в стойку, как я стремительно вытащила меч и тут же напала. Фарамир поспешно отошел в сторону, чтобы не попасть под удар. Я стремительно нападала на него, не давая ему возможности атаковать. — А ты стала намного сильнее, — проговорил он, ловко уходя от очередной атаки. — Ну, если только чуть-чуть, — проговорила я, скалясь в улыбке. Подстегнутая азартом сражения, я подпрыгнула в воздух более чем на десять фунтов, приземлившись за спиной Боромира, развернувшись еще в воздухе к нему лицом. Я стремительно атаковала его, и поле загудело от нашего топота ног и яростного звона мечей. Мы то бросались друг на друга, делая выпады, то отскакивали назад. После очередного скрещиванья клинков по поляне ударило три золотые молнии, но ни я, ни Боромир на это не обратили никакого внимания, продолжая сражаться. Но в конце концов мне удалось его обмануть ложным выпадом и пробиться сквозь его защиту, выбивая меч. — Ну вот, я снова проиграл тебе, — проговорил, тяжело дыша, Боромир. — Ничего, бывает, но ты можешь еще раз попросить о реванше, — проговорила я, улыбаясь. — Просто так ты от меня не отделаешься, — смеясь, проговорил он. Я засмеялась вслед за ним, но мой смех резко оборвался. У меня снова закружилась голова, а во рту резко пересохло. «Да что же это такое? — подумала я про себя, опираясь на меч. — Аби, с тобой все в порядке? — спросил меня Боромир, видя, как я пошатнулась. — Да, — выдавив улыбку, проговорила я, — просто немного голова закружилась. — Может, тебе помочь дойти до комнаты? — снова задал он вопрос. — Нет-нет, — поспешно ответила я, — все уже в порядке. Вложив в ножны меч, я развернулась, но только я сделала шаг, как в глазах резко потемнело, а мои ноги подкосились. Перед тем, как потерять сознание, я успела услышать испуганный крик. «Ох… как же голова болит!» — подумала я, открывая глаза. — " Стоп! Где это я?» — Ты в палатах врачевания, — ответил мне знакомый голос. Повернув голову, я увидела сидящего в кресле учителя. — И как я сюда попала? — спросила я его, садясь, но тут моя голова снова решила «прогуляться». Перед глазами все поплыло, и я почувствовала, как меня обратно укладывают теплые руки учителя. — Ну, ну, не торопись, — серьезно проговорил он, — и как давно ты стала себя так чувствовать? — спросил меня учитель. — Уже больше двух недель, — ответила я. — Какие еще изменения произошли? И почему ко мне не обратилась? — строгим голосом спросил маг. — Ну, ты лечил Фродо и Сэма, а это важнее. А изменения вот какие: у меня появилась способность к молниям, я не могу их контролировать. С большим трудом я могу призвать огонь и воду, ну и сегодня впервые упала в обморок, — проговорила я и, посмотрев на учителя, спросила: — Что со мной, учитель? Неужели в моем теле остался яд? — Нет, нет, тот яд я полностью удалил, — заверил он меня, а затем, посмотрев на меня хитрым взглядом, спросил: — Разве ты сама не чувствуешь, что происходит? Я задумалась, нахмурив брови, но через минут пять покачала головой. Учитель, вздохнув и ласково улыбнувшись, с теплотой в голосе проговорил, смотря на меня: — Ты носишь под сердцем ребенка, Аби! Мои глаза широко распахнулись от шока. Я смотрела на учителя, не веря своим ушам. — Ребенка? — осипшим голосом прошептала я. — Так, стоп! А причем тогда тут новые способности? — признаюсь честно, в моей голове сейчас царил полный сумбур. — Ну, это объяснить просто, — проговорил он. — Эта магия твоего ребенка. Когда ты напугана, взволнована или начинаешь злиться, то он или она старается защитить тебя и себя. Оттуда и частое появление молний, которые ты не в силах контролировать. Я покачала головой, пытаясь привести в порядок разбежавшиеся, словно муравьи, мысли. — Когда ты ему скажешь? — спросил меня маг. — Когда буду готова к этому, — тихо проговорила я, обхватывая руками свой пока еще плоский живот. Когда я зашла в свою комнату, то обнаружила спящего в кресле Леголаса. В горле от волнения тут же пересохло, и стоило мне сделать вперед шаг, как эльф открыл свои синие глаза и посмотрел на меня. — Аби! — проговорил он, подрываясь с места и крепко обнимая меня. — Что случилось с тобой? — Со мной все хорошо, просто переутомилась, — проговорила я, отводя взгляд в сторону. Руки, что обнимали меня за талию, сжались сильнее. — Абигель, ты недоговариваешь. Я спрошу еще раз, что случилось? — серьезно проговорил он. — Леголас я… я… — я никак не могла договорить до конца, и меня стало потряхивать. Эльф обнял меня еще крепче и стал успокаивающе гладить меня по распущенным волосам, тихо говоря: — Тише. Успокойся. Все хорошо. Я с тобой и никогда тебя не покину. «Ах, катись все к черту. Была не была!» — подумала я. Набрав в легкие побольше воздуха и отстранившись, на одном дыхании быстро проговорила: — Леголас, я беременна! Я почувствовала, как его руки напряглись. — Что? — шокировано спросил он меня. — Я ношу под сердцем твоего ребенка, Леголас, — совсем тихо проговорила я, опустив голову. — Ребенок! — радостно пробасил он. — У нас будет ребенок? — Да! — кивнула я головой, не смотря на него. Секунда, две, и меня подняли и закружили в воздухе, я с испугом посмотрела на эльфа и увидела, что Леголас радостно улыбается. — Я счастлив, Абигель, — проговорил он, ставя меня на пол, а затем он взял мои руки в свои и поцеловал обе ладони, а потом наклонился и нежно прикоснулся к моим губам. Когда он отстранился, я тихо прошептала: — Леголас… Эльф посмотрел на меня, а затем осторожно положил свою ладонь мне на живот и проговорил то, что я никогда не забуду. — Абигель, ты выйдешь за меня? Мои разноцветные глаза широко распахнулись, но через секунду я радостно проговорила: — Да, Леголас, я выйду за тебя! Леголас радостно заулыбался и снова припал к моим губам, но уже в более страстном и жарком поцелуе. Оторвавшись друг от друга, я, тяжело дыша, проговорила, лукаво смотря на него: — Ну, и где мое колечко? — Оно уже давно на тебе, как и твое на мне! — проговорил он и, взяв мою правую руку, показал на кольцо с изумрудом. — Так получается, что… — ошарашенно проговорила я, смотря на него. — Да, ты правильно поняла, — целуя мою шею, тихо проговорил он. — А как же твой отец? Как он к этому отнесется? — встревоженно спросила я. — Не думай об этом. Он будет только рад этому, — проговорил он сквозь поцелуи, одновременно развязывая ленты на платье. — Леголас! — простонала я его имя, чувствуя, как он осторожно сжал мою грудь. Этой ночью он был нежен, как никогда, он любил меня, а я отвечала ему тем же с пылкой страстью. Этой лунной ночью существовали только я и мой возлюбленный эльф.