Часть 2
3 сентября 2015 г., 01:12
Ночь тянулась слишком долго. Альфу мучил престранный сон, где он верхом на коне спасал из башни плюющегося ядом Фоула, а затем, увидев прекрасного белого дракона, отдавал бывшего мужа тому на растерзание и убегал в закат, держась за кончик обледенелого белого крыла.
Вернувшись в квартиру, альфа раздраженно рыкнул. Дверь была снята с петель и просто прислонена к беззащитному дверному проходу. В квартире был сплошной бедлам. Хотя назвать таким громким словом раскиданные стулья и сдвинутый с места матрац было трудно. К дверному наличнику была неаккуратно присобачена записка и мятая купюра:
"Мужик, вот тебе стольник, а то мне прям неловко даже"
Кэр криво усмехнулся. Его уже воришки жалеют. То, что они побывали в его квартире — сомневаться не приходилось. Какой дурак откажется проникнуть в уже вскрытую квартиру? Вот только поживиться в ней было нечем. Альфа никогда даже не интересовался сколько же сейчас на его счету скопилось не снятых денег. Автоматические переводы были хитро продуманы и делали жизнь альфы проще, а когда в каждой забегаловке принимают карточки и вовсе отпадает надобность в крупной наличке. Недовольно вспоминая, что сегодня только пятница, альфа уже мысленно готовился к насыщенной событиями неделе... Так и оказалось. Вечером воскресенья группа неизвестных устроила засаду возле дома клиента. Очередное покушение на не самого благоразумного бизнесмена этого города. Это, пожалуй, было самым запоминающимся событием недели. Остальные дни были один серее другого. Альфа, поселившийся временно у одного из напарников, периодически задыхался. Ему чудился блуждающий рядом запах кокоса. И от этого хотелось вешаться. Лишь только мысль о молодом омеге, с которым у него была назначена встреча в четверг, грела сердце. Кэр вдруг нахмурился. Гитара. Его должна была больше волновать проклятая гитара, чем тот слепой омега, чьи плечи ему довелось сжимать в объятиях. Но стоило вновь вспомнить блондина, как хищно суженные глаза вновь блажено прикрывались, а ногам так и хотелось вновь вышагивать под ритм вальса. Вечером среды хмурый альфа наглаживал специально купленный на завтра костюм. Впервые после досрочного возвращения со службы Кэр так трясся над собственным внешним видом. Ох, не к добру было это всё. Брови Кэрила то сходились на переносице, то блаженно разбредались в разные стороны. Мозг кричал что-то о долге, обязывающем заполучить и расфигачить проклятую гитару, а сердце расправляло крылья в груди, их кончиками щекоча рёбра. Задумавшись, альфа зашипел от боли, умудрившись уже в пятый раз наехать носиком утюга на пальцы левой руки. Весь четверг Кэр ходил сам не свой. Предприниматель опасливо косился на шагающего где-то в своих мыслях альфу и громко сглатывал, надеясь, что сегодня его не пристрелят из-за чьей-то невнимательности. Не выдержав нервотрепки, альфа отпустил Кэрила домой пораньше и, наконец, смог вздохнуть спокойно. Кэр летел домой, каждую новую минуту поглядывая на часы. До встречи было ещё три часа, но сердце уже билось о грудь с таким упорством, словно альфа уже стоял перед аркой вип залов, скрытой волшебным полумраком. "Может купить цветы?" — скользнула в голове крамольная мысль. Прекрасный букет из белоснежных роз с тонким нежным ароматом... Стукнувшись головой о так удачно подвернувшийся столб, альфа зарычал, распугав стайку мимо проходящих омег. Нет цветам. Запах грейпфрута и так окутывал его облаком удушающего аромата, а лишний раздражитель может только окончательно заставить Сатана задыхаться от отвращения. Час икс настал как-то неожиданно. Вроде только недавно Кэрил в пятый раз нервно чистил зубы, а вот уже минутная стрелка подползла к заветному числу. Стоя перед дверью, альфа нервно глотал своё сердце, что совершало попытку выбраться из тела. Кэр не боялся идти сквозь душные амазонские леса с автоматом наперевес, но боялся сейчас шагнуть через порог. "Может не идти," — мелькнуло в голове. Обозвав себя безмозглым качком, Кэр пошёл навстречу неизвестности.***
Бар был забит под завязку. Альфа взволнованно выдохнул и зашагал в сторону скрытой в глубине зала арки. Занимаемое омегой в прошлый раз место пустовало, на столике красовалась позолоченная табличка, оповещающая всех о том, что стол забронирован. Сердце, всё ещё находящееся где-то в горле, радостно задрожало. Подскочивший официант был вежлив, но настойчив. Лишь упоминание имени омеги заставило его осторожно кивнуть и позволить альфе остаться за этим столиком. Кэр мял руками уголок скатерти, чувствуя, как по его спине скатывается одинокая капля пота. В прохладном помещении было до невозможного душно, хотя, кажется, никто кроме самого альфы этого не замечал. Прошёл час, а может быть и два, и альфа раздраженно взглянул на часы. Пять минут. Прошло всего пять чёртовых минут. Откинувшись на спинку, Кэрил собрал себя в кучу и стал гипнотизировать затемнённый вход серыми глазами. Полчаса тянулись целую вечность. Они казались альфе настоящей пыткой. Когда позади остался час, Кэр забеспокоился. Через полтора его уже била мелкая дрожь, а в голове вертелись тысячи причин того, почему омега не приезжал, одна хуже другой. Авария, лестница, упавший на блондинистую головку рояль… Или та причина, что пугала альфу больше всего. Омега мог просто не захотеть увидеть его вновь. Заказанный виски испарялся куда-то с завидной быстротой. Официант уже поглядывал на нетрезвого посетителя, но молчал, принося новую порцию обжигающей выпивки. Кэр больше не смотрел на часы. Он точно знал, что идёт третий час его ожидания, а остальное его не волновало. В голове уже шумело, эмоции удавалось контролировать с трудом. Кажется, он вновь потерял что-то ценное…***
Сатан сидел в своём любимом кресле и не мог нормально дышать. Часы в каминном зале недавно пробили пять раз. Гаред заглядывал и предупреждал его, что через три часа они должны будут уезжать на запланированную встречу. Встречу с носителем самого превосходного на свете запаха… У омеги в голове тут же выстроилась цепочка из тех мелочей, что успели заметить его пальцы: коротко стриженный, мускулистый альфа с невероятным голосом и запахом грейпфрута. Сат взволновано вздохнул. Что-то не вязалось во всём этом. Не мог столь привлекательный альфа, по собственному желанию настаивать на повторной встрече. В том, что альфа прекрасен, омега был полностью уверен. Во время их танца он услышал не один завистливый вздох и постоянно чувствовал опаляющие спину взгляды. И что такой мужчина мог найти в нём? В калеке, что не мог его даже увидеть. От болезненных мыслей руки сцепились между собой на коленях. Сатан даже отказался от обеда. На нервной почве с его животом происходил настоящий аврал. Там кто-то постоянно двигался, было неимоверно жарко и больно одновременно. Гаред, услышав столь чудные описания, улыбнулся своей мягкой улыбкой и уклончиво ответил: — Думаю, вам стоит выпить немного вина и подышать свежим воздухом. Окно было распахнуто, омега перемещён из гостиной в комнату отдыха, но от всего этого Сатан лишь ощутил большее беспокойство и не мог теперь усидеть на месте. Дверь в комнату отворилась, а тихий голос слуги оповестил: — Сэр, через час мы должны быть в баре на Гастис авеню. Бета ждал от молодого хозяина какой-то реакции, но омега лишь крепче сжал подлокотники кресла пальцами и смотрел в сторону открытого окна. — Сэр, — осторожно позвал блондина седовласый. Сатан вздрогнул, очнувшись, и тихо прошептал: — Я никуда не поеду. Можешь вешать костюм обратно в гардероб. — Но, мой господин… — Я никуда не поеду, Гаред. В голове Сатана носились в панике, сбивались в неорганизованные кучи и учиняли беспредел мысли. Омега вздрогнул вновь, услышав голос слуги, о присутствии которого уже успел позабыть. — Как вам будет угодно. Вновь скрипнула дверь, и одновременно с этим омега обессилено уронил голову на плечо. Так будет правильно. Тот альфа… «Кэрил», — пропел внутренний голос. Кэрил точно хотел что-то получить. Может даже ту самую гитару, о которой спрашивал вначале вечера. Да всё что угодно могло заинтересовать этого альфу: деньги, дворецкий, вип-столик, но только не он, не Сатан. Омега вжался в высокую спинку кресла и тихонько заскулил от этой мысли. Прекрасным альфам нужны столь же чудесные омеги, а таких уродов, как он, нужно прятать как можно глубже под землёй. Рядом раздался тихий вздох беты. — Мой господин, прошу вас… — Н-нет, — омега сам поразился нерешительности своего голоса. — Займись ужином. Я хочу цыпленка в вине. Гаред взволнованно покосился на спрятавшегося за спинкой кресла омегу, но послушно вышел из комнаты. Сатан сидел бездвижно, считая монотонные тиканья напольных часов. Минута, две, четырнадцать, полчаса… Он точно знал, что уже опоздал. Он знал, что его уже никто не ждёт. Но сердце сжималось от тоски, хотело лично убедиться в том, что Кэрил ушёл, бросил, посмеялся над пугливо жавшимся к нему омегой. Голова разболелась, ноги уже мёрзли от вечерней прохлады, как вдруг откуда-то послышался тихий шепот гитарных струн. Сатан вскинул голову и замер. Он ни с чем бы не перепутал эти звуки и, после прошлого четверга, эту мелодию. Вспыхнули яркие воспоминания о столь же ярком запахе, и Сатан сдался. — Гаред! — закричал омега, боясь и одновременно мечтая передумать. Гитара замолкла и через секунду послышался совсем рядом тихий голос беты: — Да, сэр. Сатан поперхнулся словами, смешанными с воздухом, от волнения подскочил на нетвёрдых ногах. — Машину, срочно. И костюм. — Машина уже подана, господин. И я принёс ваш костюм, — с улыбкой в голосе, отчитался пожилой бета.***
Машина с шорохом шин остановилась у главного входа. Сатан, не желая дольше ждать, нащупал ручку на двери и выскочил из салона. Гаред уже был рядом, подхватывая оступившегося омегу под локоть. Омега часто-часто дышал, но воздуха по-прежнему не хватало. — Быстрей, прошу, — буквально взмолился и застыл, почувствовав манящий запах цитруса. В кромешной темноте, что стояла перед омежьими глазами, аромат Кэрила появился ярким светлячком. — Сатан, — пробасил совсем рядом ласкающий острый слух голос. Дождался… Сознание омеги окончательно помутилось, иначе чем ещё объяснить отчаянный рывок вперёд, к источнику голоса. Гаред не успел даже отреагировать, тогда как Кэрил уже поймал летящего мимо него омегу. Пошатнувшись, альфа всё же устоял на ногах. Нетрезвый мозг с удивлением чувствовал, как к телу прикасаются оголодавшие ладони, как они скользят по лацканам пиджака, перебегают на шею, зарываются в ёжик волос на затылке, посылая приятную стаю мурашек по всему телу. Почти разомлев, альфа всё же собрал в кучу мысли и грозно сдвинул брови. — Что случилось? — получилось слишком грозно. Омега на его руках застыл и стал поспешно убирать руки от чужого тела, заливаясь ярким румянцем. Обозвав себя мысленно парочкой нецензурных слов, альфа поймал дрожащую ладонь. Пьяный мозг не нашёл ничего лучше, чем, перевернув, поднести её к своим губам и запечатлеть мягкий поцелуй на доверчиво раскрытой ладони. Сатана затрясло от ощущений. Шероховатые губы, что оставили на его руке тёплый след, теперь будут вечно с ним, в его темноте. Омега задышал часто-часто, слишком возбуждённо, настолько слишком, что это не укрылось от внимания альфы. — Прошу простить нас за задержку. Это была всецело моя вина. Приношу вам свои искренние извинения, — поклонился застывшим в объятиях друг друга мужчинам бета. Кэр, загипнотизированный ароматом осенних листьев, что исходил от омеги, вздрогнул, умудрившись совсем позабыть о Гареде. Скользя взглядом по снежно-бледному лицу омеги, Кэрил тихо млел от, почему-то, не учуянного раньше запаха. Единственное тёплое воспоминание об отце было связанно именно с осенью. Тот день альфа помнил в мельчайших деталях. То, как он плакал всю ночь, прося отца не уезжать, и то сладкое мороженое, купленное у пожилого беты, и воздушные шары в виде двух танцующих зайцев, и улыбающееся лицо отца, который отменил ради него своё выступление. А ещё альфа помнил, что на следующий день его отца не стало. Сатан, унюхавший в запахе альфы перемены, в панике шарахнулся от опоясывающих его рук. — Прости, я не специально, просто… — Всё хорошо, — заверил блондина Кэр, не отпуская худое тело дальше, чем на пару сантиметров. Рука сама собой потянулась к мешавшимся очкам. Сатан протестующее пискнул, попытавшись даже ухватиться за дужку снимаемых очков, но получил лишь тихий рык в ответ. Бесцветные глаза задрожали, зрачки непроизвольно запрыгали туда-сюда, когда альфа тихо попросил: — Закрой на секунду глаза. В носу защипало от обиды. Ему противно. Конечно же, противно смотреть на всё это! Смотреть на него, такого урода. Но, пересилив себя, Сатан всё же послушался. Почти глотая слёзы, омега прикрыл веки, лишь бы ещё чуть-чуть побыть в чужих объятиях, сдался лишь для того, чтобы его не прогнали… Уголка правого глаза осторожно коснулись тёплые губы, и ноги омеги подкосились. Второй поцелуй был подарен ряду ресничек, что бросали едва заметную тень на белую кожу. Кэр держался как мог. Запах сухой листвы, тепла и уюта кружил голову, дарил храбрость для поступков, на которые альфа никогда бы не решился в другой ситуации. Исцеловывая дрожащее лицо, Кэрил вдруг ощутил на губах солёную влагу. «Испугал!» — громыхнула в голове паника. Оторвавшись от побледневшего лица и обнимая его ладонями, альфа сбивчиво зашептал: — Прости, прости. Я больше никогда так не сделаю, я обещаю. В рукав вцепились тонкие пальцы, а бесцветные глаза-альбиносы вновь открылись. Сухие губы омеги зашептали, как молитву, всего одно слово: — Ещё. Ещё! Альфа не смог не повиноваться. Губы скользнули к щеке, скуле, выглядывающему из волос ушку. Эти ласки могли бы длиться бесконечно, если бы не голос ухмыльнувшегося за их спинами альфы. — Ребят, это всё круто, но я уже двадцать минут не могу выйти. Сатан вздрогнул, пряча лицо на чужой груди. Никогда он не позволял никому кроме Гареда смотреть на свои неприкрытые глаза. Теперь список избранных пополнился ещё одним именем. Подхватив дрожащего омегу на руки, Кэр тихо извинился и зашагал в сторону маленького парка, что был недалеко от места их нахождения. Слыша за спиной тихие шаги беты, Кэр разглядывал макушку омеги, который, уткнувшись холодным носом в изгиб его шеи, пытался оправиться от захвативших его эмоций. Присев на первую же попавшуюся лавочку, альфа глубже втянул носом воздух. Алкоголь стал отпускать, возбуждение же наоборот, обнимало плечи альфы всё настойчивей. — Я рад, что смог тебя дождаться, — улыбнувшись, шепнул он Сатану. Омега на чужих коленях вздрогнул, ещё крепче прижимаясь к тёплой груди. — Я рад, что успел к тебе. Гаред не переставал умиляться картине, что рисовала сама себя на его глазах. Парочка на лавочке жалась к друг дружке, носы периодически скользили по чужой коже, ловя всё новые и новые нотки ароматов. Бета довольно улыбнулся, направляясь к машине. Не зря он кинул в багажник пару пледов и бутылку вина.
