Путешествие в никуда.

Мягкие, золотистые лучи утреннего солнца неторопливо пробирались сквозь щель между занавесками, осторожно прокрадываясь в палату. Они касались ресниц девушки, словно играли с ней, как дети играют с тихим прудом, не осмеливаясь его тревожить. На её лице застыла улыбка — не притворная, не натянутая. Настоящая. Из той глубины, где чувства живут не словами, а дыханием, прикосновением, взглядом. Даже во сне Джессика казалась счастливой. Её дыхание было ровным, руки — поджаты к груди, а пальцы иногда слегка шевелились, будто ловили чей-то сон. Над ней склонился он. Томас. Сидел, не двигаясь, словно боялся разрушить эту гармонию. Его глаза — чёрные, но с тёплыми отблесками — изучали каждую черту её лица, будто он пытался выучить её наизусть. Вдруг он нежно провёл пальцами по её щеке и наклонился, прикасаясь губами ко лбу. — Доброе утро, дорогая, — прошептал он, голосом, в котором можно было утонуть. Джессика чуть вздрогнула, но не открыла глаз. Улыбнулась. — Доброе… — протянула она с ленивой нежностью. — Ты опять ночевал здесь? — А ты сомневалась? — он усмехнулся, приобнял её за плечи, ощущая её тепло. — Где бы я ещё хотел быть? — Не знаю… может, в своей роскошной квартире? В своей огромной кровати с белоснежным бельём и видом на Манхэттен? — дразняще произнесла она, всё ещё не открывая глаз. — Ни один вид на город не сравнится с видом на тебя, — шепнул он, целуя кончик её носа. Она рассмеялась, наконец распахнув глаза. Его лицо было близко, слишком близко, и от этого у неё сладко кольнуло под рёбрами. В такие моменты казалось, что мир вокруг — фон, и только они двое настоящие. — Тебя дома не хватились? — с приподнятой бровью спросила она, всё ещё не отводя взгляда. — Я предупредил родителей. Мама прислала мне сердечко в мессенджере. Думаю, это знак одобрения, — усмехнулся он. Она прижалась к нему сильнее, и он позволил себе задержать руку на её талии чуть дольше, чем надо. Всё это было так по-настоящему. Без масок. Без страха. Но волшебство прервал резкий звук. Мобильный на тумбочке зловеще завибрировал. Имя на экране вспыхнуло, будто спичка, зажжённая в темноте. Джейсон. Джессика сжала губы. Сердце дало сбой, словно не ожидало встречи с прошлым так рано. Рука дрогнула, когда она взяла телефон. Томас прищурился, взглядом спрашивая: «Нужно ли это?» — Алло… Да, Джей… — голос её был на полтона ниже обычного. — Да, сегодня… выписывают. — Что?.. — Ты хочешь поговорить?.. — Хорошо… Где?.. Поняла. Через час. Ладно. Пока… Она отбросила телефон на тумбочку и замолчала. Несколько секунд — ни звука. Потом она медленно выдохнула и повернулась к Томасу. — Это был он, — тихо сказала она. — Я понял, — голос парня звучал спокойно, но в глазах мелькнула тень. — Он хочет поговорить. Закрыть всё. Окончательно. Я… я должна пойти. Хотя бы попытаться поставить точку, — она говорила искренне, не отпуская его руки. Томас медленно кивнул. Он не был собственником. Но… он был мужчиной. И чувство тревоги в груди уже начало пульсировать. — Ты уверена, что хочешь его видеть? После всего? — Мне нужно. Чтобы закончить. Чтобы не тянуть это между нами. Я не хочу, чтобы ты сомневался. Я с тобой. Но мне надо быть честной. Даже с прошлым. Он сжал её ладонь. Крепко. — Хорошо. Только ненадолго. И, прошу тебя… будь осторожна. Он тебя уже однажды… — он не договорил. — Я знаю. Но мне надо, Том. Иначе я не смогу двигаться дальше. Мы не сможем. Он поцеловал её лоб, прижимаясь щекой к её виску. Там, где бился пульс. — Только пообещай, что если он хоть слово скажет резкое — ты встанешь и уйдёшь. Обещай. — Обещаю, — прошептала она. А потом они начали собирать её вещи — молча, но с тёплой тишиной между ними. Потому что иногда любовь — это не только прикосновения. Это — разрешение быть сильной. Быть собой.

***

Выйдя из здания больницы, Джессика вдохнула прохладный весенний воздух, как глоток новой жизни. Лёгкий ветер трепал её волосы, а на лице играла тёплая улыбка. Попрощавшись с Томасом нежным поцелуем, она отпустила его руку, словно отпуская на время ту уверенность, которую он ей давал. Внутри, правда, было тревожно. — Всего лишь разговор. Один разговор, чтобы расставить всё по местам… — убеждала себя девушка, идя по оживлённой улице. В это же время, в уютном ресторанчике с тёплым светом и ароматом свежих томатов, Джейсон сидел за угловым столиком. Он смотрел в одну точку, не замечая официантов, не слыша приглушённой музыки. Его мысли клубились, как грозовое небо. — Она улыбается ему, целует его, будто я для неё уже никто… — Но я был первым. Я был рядом, когда она плакала, когда смеялась. Как он мог её так легко отнять? Он сжал стакан воды так сильно, что тот почти треснул в его руке. Но вот дверь ресторана отворилась — и всё вокруг затихло. В дверях появилась Джессика. Струя солнечного света за её спиной сделала этот момент почти нереальным. Она была лёгкой, изящной, как весенний ветер. Она подошла к столику, чуть склонив голову, и сдержанно улыбнулась. — Привет, Джей. Так что ты хотел? Он не ответил. Его взгляд был где-то в прошлом — в воспоминаниях, где Джессика смеялась только для него. — Джейсон! — повторила она, уже громче. — Ты меня слышишь? Он моргнул, словно только что вернулся из другого мира. — Привет… милая. Тебе уже лучше? — Спасибо за беспокойство. Но… ты ведь не ради этого меня позвал? Джей хотел что-то сказать, но тут раздался звон колокольчика над дверью — и в ресторан, как вихрь, ворвалась девушка в коротком платье, с ярко накрашенными губами и сияющими голубыми глазами. — Миииилый! Вот ты где! — пропела она и, не обращая внимания на сидящую Джессику, буквально повисла у него на шее. Несколько секунд Джессика молча наблюдала за этой сценой, сжав губы. А потом, встав из-за стола, бросила через плечо, язвительно, но гордо: — Сначала с подстилками разберись, Джей. А потом меня в ресторан приглашай. Adiós, amigo. Её каблуки отстучали по мраморному полу, а в душе — словно что-то оборвалось. Джейсон попытался стряхнуть с себя прилипшую девушку: — Отцепись, Марго! Не до тебя сейчас! — и, резко развернувшись, выбежал следом за Джессикой. Она шла по парку, всё ещё глотая эмоции. Сердце стучало, как после бега. В голове всё ещё звучал его голос — и её собственный, такой резкий, почти мстительный. — Почему я пришла? — спросила она себя. — Чтобы убедиться, что мы окончательно чужие? Что всё умерло? Джессика подошла к знакомому фонтану. Его вода струилась с нежным журчанием, как будто пыталась успокоить. Она села на скамейку и закрыла глаза. Ветер ласково коснулся её щёк. Бззз… бззз… Вибрация. Телефон в сумке. Она достала его и посмотрела на дисплей. Незнакомый номер. — Алло, я слушаю вас? — Алло, привет, сестрёнка! Девушка чуть не выронила телефон. — Камерон?.. Это ты? — Конечно, я! Я уже в Нью-Йорке. Вернулся. Жду тебя через час на нашем месте. Не опаздывай! — Кам… — начала было она, но он уже отключился. Мир качнулся. Как будто одна рана открылась, а другая вдруг зацвела надеждой. Губы Джессики дрожали от улыбки. Сердце забилось вдвое быстрее. Она резко встала, прижав телефон к груди. — Он вернулся. Он здесь. Камерон… И, будто девочка, которая узнала, что мечта сбылась, Джессика закружилась на месте — её волосы развевались, а в глазах впервые за долгое время вспыхнула настоящая, не замутнённая болью, радость.

***

🌙 Флэшбэк Когда восторг от неожиданного звонка немного улёгся, Джессика, всё ещё стоя у фонтана, вдруг прикрыла глаза и погрузилась в воспоминания — далёкие, но такие живые… …Детство. Лето. Тёплый ветер играл листвой, а сквозь кроны деревьев пробивался солнечный свет, танцуя на полу маленького домика на дереве. Там, среди подушек и детских игрушек, прятались двое: маленькая, испуганная девочка — пятилетняя Джессика — и её старший брат, восьмилетний Камерон. Девочка вся дрожала. Глаза, полные слёз, смотрели на брата, как на единственное спасение. Её щёки были грязными от слёз и пыли. Внизу во дворе кто-то кричал, смеялись мальчишки, которые только что её обидели. Но здесь, в деревянной крепости среди ветвей, было безопасно. Здесь был он. — Братик… ты ведь не бросишь меня, да? — сквозь всхлипы прошептала она, уткнувшись в его грудь. — Ты защитишь меня от этих мальчишек? Камерон, серьёзный не по возрасту, быстро вытер её щёки уголком своей футболки и крепко обнял. — Никогда, слышишь? Никогда тебя не оставлю. Я всегда буду рядом, Джесс. Я никому тебя не дам в обиду. Обещаю. — Его голос дрожал, но был полон решимости. Это было клятвой. Ребячьей, но настоящей. Он прижал её к себе, укрывая ладонями, как щитом. Девочка вздохнула глубже, словно впервые за весь день могла дышать. И, зарывшись в его тёплую шею, уснула под мерное биение его сердца… 🔙 Конец флэшбэка Открыв глаза, Джессика стояла у фонтана, и внезапно ей захотелось плакать — но не от боли, а от чего-то нежного, древнего, родного. Камерон. Её брат. Он вернулся. Он снова здесь. — Ты обещал, братик. И ты сдержал слово… Сжав кулак, она приложила его к губам, чтобы не разрыдаться прямо на людях. Она уже не была той испуганной девочкой. Но даже взрослым иногда нужен домик на дереве — хоть бы и в душе. И если Камерон рядом… значит, у неё он снова есть.