Yours Truly

Лорен и Камила этого не планировали, но всё-таки решили провести следующую пару часов с остальными тремя девушками в доме Элли, частично из-за того, что нога Камилы всё ещё беспокоила её, и также потому, что всё, наконец, хорошо между всеми пятерыми. Больше никакого молчания, никакой напряжённости, никакого расстояния, никакой злости или грусти. Всё снова просто превосходно, особенно между Камилой и Лорен. Все пятеро девушек провели время разговаривая и шутя друг с другом, а основной темой для издёвок были Камила и Лорен, потому что они, очевидно, живут ради того, чтобы поиздеваться над ними. Это заставляло Камилу краснеть, как сумасшедшую, а Лорен нравилось. Пусть она и была невероятно смущена, к чему она, в принципе, привыкла, сейчас она наслаждается этим, потому что у её друзей есть хорошая причина, чтобы издеваться. В конце концов, они чертовски милая пара, и она была готова гордиться этим. Лорен начала тереть свои уставшие и зудящие глаза, после чего чихнула. — Хочешь, мы заберём твою машину, и ты поедешь домой? — предложила Нормани, как только заметила выступающие симптомы Лорен. — Наверное, это хорошая идея, — ответила Лорен, её нос был заложен, а голос гнусав. Все девушки кивнули и встали со своих мест (кроме калеки-Камилы), начали обмениваться объятиями и прощаться. Лорен крепко обняла Элли, благодаря её за помощь Камиле и за то, что позволила остаться, пусть они технически и не были приглашены. Дайна потянулась к Элли и заключила её в медвежьи объятия, оторвав от пола и покачивая её из стороны в сторону, пока маленькая девушка смеялась. Наверное, она смеялась для того, чтобы скрыть тот факт, что она задыхалась из-за сильных рук Дайны. Затем обнялись Нормани и Элли перед тем, как Нормани быстро поцеловала её в лоб. Элли — самая маленькая из них, но каждый её очень сильно любил. Лорен уже хотела поднять и понести Камилу на спине к машине Элли, чтобы Элли смогла отвезти её домой, пока трое остальных девушек поедут своим путём, но это предложила сделать Дайна. Лорен не собиралась отказываться, потому что она уже начинала уставать и она не хотела рисковать Камилой. Кроме того, она всецело доверяет Дайне. Однажды, на физкультуре, в их первый год, Лорен потянула лодыжку, пока они бегали, и Дайна немедленно понесла её к мед. сестре, хотя её никто не просил. Её защищающая и заботливая натура так хорошо развита, так что, она знала, что Камила в идеально хороших руках. Они все вышли из дома, и Дайна аккуратно положила Камилу на заднее сиденье машины Элли. Лорен терпеливо ждала в сторонке, улыбаясь и наблюдая за тем, как Дайна теребит волосы Камилы и говорит ей быть осторожнее. Затем к ней потянулась Нормани и по-дружески обняла её, прощаясь. Затем к машине прошла Лорен. Она всем телом потянулась внутрь машины и улыбнулась Камиле. — С твоей ногой всё будет в порядке? — спросила она. Камила мягко посмеялась, после чего потянула Лорен за ткань её свитера вниз, чтобы дотронуться своим лбом до её. — Да, Лорен, в миллиардный раз, я буду в порядке, — мягко заверила её Камила. — Просто небольшая рана, но она уже так сильно не болит, так что, я смогу ходить и всё такое. Моя нога будет в полном порядке завтра. — Окей, — прошептала Лорен. — Прости, что я так сильно волнуюсь за тебя, родная. [прим. переводчика: я не перестану пищать с этого "родная" НИКОГДА] Камила наклонила голову и нежно поцеловала её. — Не извиняйся. Я люблю это, — она улыбнулась, её карие глаза счастливо светились. — ВЫ ОБЕ ТАКИЕ ПРОТИВНЫЕ! [прим. переводчика: АХАХАХАХ] Лорен и Камила взглянули через лобовое стекло машины на Дайну, которая пялилась на них с отвращением. — Лорен больна и грязна, как чёрт, и вы всё ещё целуетесь? Лорен рассмеялась и показала средний палец своей подруге [прим. переводчик: sassy Lo]. — Заткнись, Дайна! [прим. переводчика: это как "заткнись, Ханна" или "заткнись, Тина" или "заткнись, Блейн" лол] Затем она вернула своё внимание обратно к Камиле и убрала прядь её мягких волос за ухо. Затем лицо Лорен внезапно стало серьёзным, пока она смотрела прямо в карие, нежные глаза Камилы. — Я скучала по тебе, и мне жаль. Надеюсь, ты знаешь, что я ни в коем случае не хотела обижать тебя. — Я знаю, что ты не хотела, и мне жаль, что я была достаточно глупой, чтобы поверить в это, — извиняясь, сказала Камила. — Я знаю, что это был не тот случай, так что, мне тоже жаль. Лорен ободряюще улыбнулась ей. — Спасибо. Я ценю это, — она мягко поцеловала Камилу в висок перед тем, как сказать. — И я ценю тебя. Позаботься о своей ноге сегодня, окей? — О! Чуть не забыла, письмо, которое ты должна была забрать на английском, оно здесь, в бардачке перед пассажирским сиденьем. Лорен последовала её инструкциям и вытащила оттуда аккуратно сложенную часть бумаги. Затем она бережно положила его в задний карман джинс. — Спасибо, Камила. Я прочту его сегодня. Камила подняла палец вверх и одарила её ослепительной улыбкой. Лорен мысленно простонала. Ну почему она должна так поступать? Её миленькое, маленькое личико и её миленькая, маленькая улыбка заставляют Лорен украсть у неё последний поцелуй перед тем, как вылезти из машины и захлопнуть за собой дверь. Затем она села на заднее сиденье машины Нормани, Дайна и Нормани уже были внутри. Так как они никогда не были в том месте в лесу раньше, Лорен должна была показывать Нормани дорогу всё время. Возникшие сегодня обстоятельства заставляют Лорен показать Нормани и Дайне её место, хоть пусть ей и было удобнее сохранить его приватным, только между ней и Камилой, она не волновалась об этом. Нормани просто ужасно ориентируется на местности, так что, она даже не запомнит, где это место находится. А Дайна здесь всего лишь за компанию, но она тоже невежественна большую часть времени. Во время поездки, Дайна медленно и устрашающе повернулась на своём месте и улыбнулась Лорен, как идиотка. — Что? — спустя некоторое время спросила Лорен, странно глядя на неё. — Ты и Камила была очень дружны сегодня, — с намёком сказала Дайна, подмигивая ей для большей уверенности. — Никогда не видела тебя такой счастливой раньше. [прим. переводчика: господи я люблю эту женщину] Лорен покраснела. — Она делает меня счастливой. Я знаю, что вы не тупые и можете сказать, что что-то произошло между нами за эти несколько дней, но сейчас всё разрешилось. — Если ты не против моего вопроса, — начала Нормани, глядя на Лорен сквозь зеркало заднего вида. — Но что между вами произошло? Ты, конечно, не обязана отвечать, если не хочешь. Ну, между ними уже всё стало лучше, так что, никому не будет хуже от того, что она расскажет. Кроме того, они всё равно знают обо всех этих письмах и они, наверное, умрут, услышав о том, что случилось. Лорен и Камила отпустили это сегодня, так что, будет самым лучшим вариантом поговорить об этом сейчас и больше никогда не упоминать об этом. — Ну, я рассказала ей, что это я писала ей письма всё это время. — ЧТО? — удивлённо крикнули Нормани и Дайна, от чего Лорен подпрыгнула от страха. Нормани даже свернула с пути немного, пока они поворачивали головы, чтобы взглянуть на неё. Машина на другой линии посигналила им и увернулась от них перед тем, как подъехать к ним и с презрением на них взглянуть. — НОРМАНИ, ЕСЛИ ТЫ НЕ УСПОКОИШЬСЯ, МЫ ВСЕ УМРЁМ, И ВЫ НИКОГДА НЕ ДОСЛУШАЕТЕ ИСТОРИЮ, — орала Лорен, её сердце колотилось от страха. Нормани никогда не была самым... Опытным водителем в мире, но Лорен никогда не боялась за свою жизнь так, как сейчас. Она сделала заметку в голове: никогда не садиться к ней в машину снова. [прим. переводчика: сколько у неё этих заметок уже?] — Ну, извините, что я чуть не попалась! Лорен, ты не можешь просто взять и сбросить бомбу, как эта! О боже мой, ты знаешь, какая огромная это новость? — Ты сама попросила! — А ты рассказала! Дайна накрыла одной ладонью рот Лорен, а другой — рот Нормани. — Заткнитесь. Обе. Вы можете поругаться завтра, но сейчас я хочу послушать, что за херня произошла с Лорен. Нормани проворчала что-то себе под нос, после чего Дайна убрала руки. — Лучше? — спросила Дайна, уже успокоившись. — Нет, — немедленно возразила Нормани. — Продолжай, Лорен, — сказала Дайна, игнорируя комментарий Нормани. Лорен вдохнула, всё ещё пытаясь успокоить своё сердце от пережитой почти-смерти. — Ну, окей, так вот, я была у неё дома во время шторма в эти выходные, потому что, как я заметила некоторое время назад, она очень боится их, и я не хотела, чтобы она была одна. Так что, я пришла, и бла бла бла, мы тусовались... — "Тусовались", ага, да, — издевалась Дайна. Лорен быстро взглянула на неё, чувствуя, как нагреваются её щёки. — Окей, ладно. Мы целовались, но до этого мы тусовались. В любом случае, она резко оторвалась от меня и начала свою спонтанную, небольшую речь о том, как она хочет, чтобы между нами всё было официальным, пусть и она была тем, кто предложил немного подождать. Я была очень счастлива из-за этого, конечно, но в самый разгар этого момента, я забыла, что скрывала от неё одну большую тайну где-то месяц, и это вдруг вернулось, и в моей голове началась борьба между дьяволом и ангелом, сидящих на моих плечах. — Я чертовски нервничала, думая о том, рассказать ей или нет, но я поняла, что забочусь о ней слишком сильно, чтобы позволить чему-то такому просто исчезнуть не упомянутым. Я знала, что это большой риск, потому что у неё есть все права, чтобы злиться на то, что я держала это в секрете так долго, но она была очень непристойна в своих словах, что было очень обидно. Она вспомнила то, что я спала с девушками и больше никогда с ними не разговаривала, и подразумевала этим то, что она всего лишь ещё одна девушка для меня, и это больно, потому что она - намного большее, чем это. Я с полной уверенностью могу сказать, что я не чувствовала ни к кому ничего похожего на то, что я чувствую к ней, так что, это больно, если бы она сомневалась в этом, понимаете? После некоторого времени обработки информацией, Дайна ответила первая. — У вас обеих, определённо, есть причины расстраиваться. Я думаю, она была так озлобленна и мстительна, потому что ты долго скрывала это от неё. В это были вовлечены чувства, и это всё только запутывало. Вы обе значите многое друг для друга, так что, конечно, это было бы обидно, учитывая, что ты - последний человек, от которого она ожидала такой боли. — Точно, — присоединилась Нормани. — Она разозлилась потому, что открыла тебе своё сердце и душу в этих письмах, или, по крайней мере, я полагаю, что она так сделала, так что, как только ты ей рассказала, она, наверное, взбесилась, потому что почувствовала себя уязвимой. Это очень больно, когда человек, держащий курок, это тот, от которого ты меньше всего этого ждёшь. Но вы в порядке теперь? Казалось, что, определённо, да. — Следующий поворот, Мани, — указала Лорен. — Но, да, я полностью понимаю, о чём вы. Я сожалею, что не рассказала сразу, потому что мы буквально повстречались официально две минуты перед тем, как я рассказала об этом, и это всё было так запутанно, и я не хочу вдаваться в подробности, но сегодня мы поговорили друг с другом наедине, извинились, и всё теперь хорошо. [прим. переводчика: каждый раз я умираю от счастья, встречая здесь испанский. bueno - хорошо. как киндер] Они приехали туда несколькими минутами позже, где Лорен припарковала машину, и они вышли из машины, чтобы попрощаться. Лорен обняла Нормани первой и поблагодарила её за то, что та потратила время, чтобы подвезти её. — Да не за что, — сказала она, по-дружески сжимая плечи Лорен. — И я уже говорила это, но я почувствовала облегчения от того, что у вас снова всё хорошо. Я люблю Камилу, я люблю тебя и я хочу, чтобы вы обе были счастливы. — Я тоже тебя люблю, — Лорен улыбнулась, отрываясь от неё. — Спасибо тебе. Лорен повернулась на каблуках и расставила руки в стороны, чтобы обнять Дайну, но та не подошла к ней, и Лорен наклонила голову, будучи в замешательстве. — И где мои обнимашки? — Ты их не получишь, чувак, — Дайна посмеялась. — Не с твоей больной задницей. Лорен не уйдёт без обнимашек. С расставленными руками, она медленно направилась к Дайне, которая в это время попятилась назад. Шаги перешли в лёгкий бег, лёгкий бег перешёл в спринт [прим. переводчика: спринт - гонки/быстрый бег на короткие дистанции], и в итоге, следующее, что они помнили — это Дайна и Лорен, кричащие друг на друга, бегая кругами, словно в драматической версии "Tag" [прим. переводчика: сама хз что это, фильм или ещё что]. Дайна, казалось, действительно боялась за свою жизнь, пока Нормани прислонилась спиной к своей машине и с удовольствием наблюдала, искренне наслаждаясь изображением "Голодных Игр". — Мани, не стой столбом! Помоги мне! — орала Дайна, едва уворачиваясь от хватки Лорен, практически переставая дышать. — Извини, каждый сам за себя, — беспечно сказала Нормани, глядя на свои ногти. — Это ты не хочешь её обнимать. Лорен была быстра, но и Дайна тоже, так что это был какой-то тупик между ними. Лорен была вынуждена придумать что-то, чтобы заманить её в свои сети. Она на секунду остановилась и ухмыльнулась, помня, что Дайна легко возбудима, как щенок. Лорен остановилась и указала на какую-то случайную точку в небе. — Смотри! Воздушный шар! Вдруг, Дайна (и даже Нормани) остановилась и подняла голову небо, бешено разыскивая взглядом несуществующий шарик. При нормальных обстоятельствах, Лорен бы рассмеялась в два раза сильнее из-за того, насколько глупы её друзья, но у неё была миссия, и она собиралась выполнить её. Используя то время, пока Дайна была всё ещё идиотски отвлечена, Лорен подбежала к ней и прыгнула ей на спине, как маленькая обезьяна. Она немного подождала, пока Дайна начинала сходить с ума и пыталась скинуть её с себя перед тем, как её здравый смысл сказал ей, что Лорен просто так не отстанет. Так что, она сдалась. — Ладно, — фыркнула Дайна, придерживая своими руками колени Лорен, чтобы та не упала. — Ты выиграла. Но если я заболею к утру, я лично приду к тебе домой и убью тебя. Лорен гордо улыбнулась сама себе, мягко обнимая подругу за плечи. — Люблю тебя! Дайна долго и тяжело вздохнула, перед тем, как проворчать себе под нос: — Я тоже тебя люблю. Лорен могла понять по её голосу, что она закатила глаза. После того, как Лорен слезла с её спины, она села в свою машину и поехала обратно. Сначала, она проехала вместе с Дайной и Нормани к дому последней, чтобы показать друзьям обратный путь из новой местности, куда они только приехали. К счастью для Лорен, никто из них, казалось, не удивлялся тому, какого чёрта Лорен припарковалась в какой-то заднице. Дайна и Нормани знают, что иногда Лорен нравится быть таинственной и забывать о времени, так что, они не подумали об этом дважды, и она благодарна им за это. Лорен вернулась домой после заката и, зайдя в дом, она увидела своих родителей, вовлечённых в спокойный разговор и улыбающихся друг другу, после чего они повернулись, чтобы поприветствовать её. — Эй, Лор, — мягко сказала её мама. — Где ты была? Тебе лучше? — Я гуляла с друзьями, но решила вернуться домой, потому что моему носу становилось хуже, да и я уже начинала уставать, — сказала она, всхлипывая, что только ещё больше убеждало их. Её голос всё ещё звучал ужасно непривлекательно, как и всегда, когда она болеет, но Камиле, казалось, было всё равно. По факту, ей даже нравилось. Если бы Лорен не знала её так хорошо, она бы предположила, что у Камилы что-то вроде фетиша на сопливые носы, гнусавые голоса, влажные, красные глаза и постоянное чиханье. — Ты голодна? — спросил Майк. Лорен помотала головой, вежливо отказываясь. — Нет, я недавно поела, но, спасибо, всё равно. Я думаю, что просто приму душ и лягу в кровать. Не хочу пропустить ещё один день в школе. Майк с Кларой кивнули и пожелали дочери спокойной ночи перед тем, как она поднялась по лестнице в свою комнату. Сначала она вытащила письмо от Камилы из заднего кармана и положила его на кровать. Она прочитает его позже, после сильно необходимого душа. Она провела большую часть своего времени на улице, и, как бы она это не любила, она всё равно чувствует себя отвратительно. Лорен приняла долгий душ, что отразилось на её пазухе, затем надела тёплую и свежую одежду, почистила зубы и села на кровать, пока её длинные, влажные волосы спадали на её плечи. После она прислонилась спиной к стенке кровати, укрыв себя удобным и объёмным одеялом. Её глаза уставали, а хотя было только восемь вечера, но её любопытство было сильнее, что же может быть в письме Камилы, так что, это заставило быть её бодрой до тех пор, пока она не прочтёт его. Она подвинулась и взгляда сложенную бумагу в руки перед тем, как открыть его, её глаза сразу пробежались по безобразному почерку Камилы. Это — первое письмо, которое Камила написала после признания Лорен, так что, всё, определённо, будет по-другому. Дорогая Лорен, Ну, это было странно. Я привыкла обращаться к тебе с помощью твоего прозвища, которое я дала тебе в первый день. А сейчас я могу с точностью представить твоё лицо на той стороне, читающее и отвечающее мне. Когда ты рассказала мне о том, что это была ты, было легко увидеть, что я злилась, мне было больно, и я была обижена. Но после некоторого времени раздумий, я поняла, что ты так же злилась, тебе так же было больно, и ты так же была обижена. Прости меня за то, что я сказала. Я надеюсь, ты знаешь, что я не имела это в виду. Я думаю, что ты — абсолютно замечательный человек, а за меня говорила моя неуверенная сторона. Я имею в виду, почему ты вообще должна была обращать внимания на кого-то, вроде меня? Лорен, ты могла бы получить любого, кого только захотела, и, возвращаясь к тому моменту, когда ты сказала, что я тебе нравлюсь, я не могла сдерживать себя, удивляясь: почему? Почему тебе нравится кто-то такой посредственный, как я? Так вот, когда ты сказала мне, что это твои глаза читали все письма, которые я писала последние несколько месяцев, секреты, чувства и всё такое, это меня испугало. Это испугало меня, потому что в тот момент я почувствовала, словно в моих сомнениях была доля правды. Я подумала, что ты просто притворялась, что я тебе нравлюсь, потому что ты знала, что нравишься мне. И мне искренне жаль, что я усомнилась в этом. Это было так неправильно с моей стороны, потому что это звучит так, словно я не думала, что твои слова или действия по отношению ко мне были искренними. Но ты так искренна, так честна, и я не могу поверить, что когда-то говорила такое. Я знаю, что ты не такая. Я бы потратила вечность, сожалея о своих отвратительных словах, которые я сказала тебе, тем самым обидев. Я не буду тебя винить, если ты навечно возненавидишь меня, но просыпаться по утрам и видеть, что тебя не рядом — это убивает. Я не хочу, чтобы ты оставляла меня, потому что мне никогда не нравился никто так сильно, как ты, и внутри меня появляются бабочки, когда я только вижу твоё лицо. Когда я просыпаюсь, ты — первый человек, о котором я думаю. Но если ты больше не чувствуешь того же, я не виню тебя. Кроме того, я не заслуживаю никого такого прекрасного и изумительного, как ты. Искренне твоя, Камила. [прим. переводчика: окей, дайте мне минуточку передохнуть, это слишком прекрасно, И ЭТО ФИЗИЧЕСКИ РАНИТ] Лорен сильно нахмурилась, заканчивая читать письмо. Камила так сильно винила себя из-за того, что сказала, и она не должна была чувствовать себя так дерьмово. Она практически раскритиковала и оскорбила себя, говоря, что она не заслуживает Лорен, в то время, как Лорен чувствует, словно она не заслуживает Камилу. Господи, если бы только она видела себя так, как её видит Лорен. Она бы больше не говорила ничего подобного. Лорен спрыгнула с кровати, больше не чувствуя усталости. Она обязана сказать Камиле то, что она должна услышать. Она не хочет, чтобы Камила когда-либо говорила или думала о себе так снова. Она села за стол и вырвала листок из блокнота. Затем она взяла ручку из маленькой чашки, внутри которой находятся все её письменные принадлежности, зная точно, что она хочет сказать. Дорогая Камила, Во-первых, я бы никогда, никогда не смогла ненавидеть тебя. Ты никогда не смогла сказать что-то, что вызвало у меня бы такие ужасные чувства к тебе. Да, мне было больно из-за твоих слов, но это всё потому что, они исходили из твоего рта. Твоё мнение очень многое значит для меня. Из-за тебя я хочу становиться лучше и я честно могу сказать, что я стала лучше только из-за тебя. То, что ты сказала мне, не было так далеко от правды. Я не горжусь тем, что была таким типом человека в прошлом году, но я бы никогда не поступила с тобой также. Камила, я бы никогда не использовала тебя. Я бы никогда не играла с твоими чувствами, потому что я знаю, насколько сдержанной ты можешь быть. Это значит всё для меня: то, что ты доверяешь и надеешься на меня, и я бы никогда не рискнула этим. Во-вторых, не думай так о себе. Тебя и близко нельзя назвать посредственной, родная. Нет ничего посредственного в том, как ты заставляешь меня улыбаться; как заставляешь потеть мои ладони, что происходит, когда ты поблизости; как бьётся моё сердце, когда я вижу твою прекрасную натуру; и как ты иногда заставляешь меня заикаться, как идиотка. Если бы ты была посредственной, ничего бы из этого не происходило. Но это происходит. Это происходит всё время, и я не думаю, что смогу когда-нибудь привыкнуть к этому или к тебе. Ты — экстраординарная. И последнее, если что, я тебя не заслуживаю. Я имею в виду, ты слишком чертовски хороша для этого мира. Тебя постоянно нужно защищать, и я всегда буду той, кто защитит тебя от всего и от всех, включая себя, что очень пугает меня, как ты вообще можешь думать, что в тебе нет ничего особенного? Ты особенная для меня. Ты написала мне это письмо перед тем, как нашла меня в лесу, но я всё ещё хочу повторить тебе это, чтобы это, наконец, дошло до твоего драгоценной, маленькой головы. Ты мне нравишься, Камила. Ты мне очень нравишься. Знаешь, ОЧЕНЬ, и я всегда буду напоминать тебе то, как много ты значишь для меня, особенно тогда, когда тебе больше всего нужно услышать это. Словами не описать то, как я счастлива, что мы помирились. Искренне, Лорен. P. S. Ты милая. P. S. S Ты чертовски милая. [прим. переводчика: СНОВА РОДНАЯ. подождите ещё минутку, мне снова нужно успокоиться.................. всё, шучу нЕТ] Лорен улыбнулась сама себе, после чего сложила листок бумаги и положила его в рюкзак, который находился около её ноги. Затем она нырнула обратно в свою постель, после чего она выключила свою лампу в то время, как её телефон начал вибрировать, и высветилось имя Камилы. С поднятыми бровями, Лорен ответила, удивляясь, почему она звонит. В любом случае, она счастлива ответить. — Алло? — Лорен Хурэги, — послышался звонкий голос Камилы на другой линии. — Почему ты всё ещё не спишь в этот прекрасный вечер? Лорен хихикнула и устроилась на кровати поудобнее, держа телефон около уха. — Я в кровати сейчас. Затем её нос начало щекотать изнутри, и они чихнула. И снова. И снова. Прошло где-то пять секунд, прежде чем её нос успокоился. Камила смеялась. — Будь здорова. Ты уже в кровати? — Спасибо, дорогая, — Лорен улыбнулась. — И, эм, да, конечно я там. Думаю, ты забыла, что я дерьмово себя чувствую. [прим. переводчика: ДОРОГАЯ АААААААААААААААААААААА] — Ну, ты, определённо, не выглядишь дерьмово. Лорен смеялась, мотая головой. — Ты флиртуешь со мной? — А это работает? — Это не твоя лучшая сторона, Кабелло, но я всё равно оценила, — Лорен улыбнулась сама себе, накрываясь одеялом с головой, чтобы спрятаться от всего мира, фокусируясь только на голосе Камилы. — Ты, определённо, тоже не выглядишь дерьмово. Но, серьёзно, почему ты позвонила? Тебе что-то нужно? Камила усмехнулась, но Лорен могла слышать, как она улыбается. — Неужели это плохо, если я звоню своей девушке тогда, когда скучаю по ней? [прим. переводчика: ДЕВУШКЕ. БОЖЕ УБЕЙТЕ МЕНЯ. ЭТО СВЕРШИЛОСЬ. ДЕВУШКЕ, ПОНИМАЕТЕ? Д Е В У Ш К Е. ОНИ ВМЕСТЕ. ОФИЦИАЛЬНО. АААААААА] С каких пор Камила такая напористая? Эта самоуверенная черта в ней просто безумно привлекательная. И тот факт, что она только что назвала Лорен своей девушкой, заставил её улыбнуться так сильно, что у неё заболели щёки. Лорен, вроде как, думала, что они расстались, после их ссоры, но, эй, она и не жалуется. — Нет, девушка. Я польщена. Но, как твоя нога? Лучше? — Эх, это всего лишь рана, я могу ходить, просто немного хромаю. Я буду в порядке. Выходит, что я больше не "калека-Камила", как вы, ребята, меня назвали сегодня. — Лентяйка, — Лорен смеялась. — Хотя, я была бы не против носить тебя на руках. — Я не хочу, чтобы тебе было больно, пока ты несёшь меня, знаешь, — Лорен слышала, как она ухмыльнулась. Затем она замолчала на секунду; слышался только звук их медленного и ровного дыхания. Такое иногда происходит. Никто из них ничего не говорит несколько минут, но, в принципе, никто и не против. По сути, Лорен находит это невероятно спокойным. Зная, что она здесь, даже если они физически не рядом. — Лорен? — сказала Камила спустя некоторое время. — Да? Со стороны Камилы чувствовалась небольшая неуверенность, но Лорен терпеливо ждала. — Ты когда-нибудь любила? Лорен понадобился момент, чтобы подумать об этом. У неё была одна девушка, которая ей немного нравилась, но это не было настолько сильным чувством, чтобы назвать любовью, как таковой. Она спала с кучей девушек, но это не включало в себя чувства. Не было никаких обязательств. Она несколько раз влюблялась, но это и близко не стояло со жгучим желанием и страстью внутри Лорен. — Нет, — ответила она после раздумий над вопросом. — Я чувствую, что если бы любила - я бы знала об этом, но этот момент ещё не наступил. А ты? — Не-а. Со мной это тоже ещё не произошло, — ответила Камила. — Что вообще означает "любовь"? Я имею в виду, так много разных определений этого слово. Например, я люблю Элли, люблю собак, люблю своих родителей, люблю бананы, но я никогда не любила. Иногда я удивляюсь, что же это за ощущение, если честно, и я удивляюсь, в каком же возрасте можно полностью понять истинное значение этого. Лорен повернулась в сторону, так что, она лежала на боку, её голова упиралась в её телефон. — Ну, — начала она. — Я не думаю, что для этого существует определённый возраст, когда ты сможешь полюбить кого-то. Чёрт, мы водим машину в пятнадцать и шестнадцать; голосуем, набиваем татуировки и делаем пирсинг в восемнадцать, так кто может ставить нам условия, когда мы будем достаточно зрелыми для того, чтобы полюбить кого-то? Я думаю, что это херня, когда родители говорят:"ты слишком молода, чтобы любить"! Типа, эй, нет. Кто они такие, чтобы говорить, кого и когда нам любить? Единственные люди, которые могут полностью понять наши эмоции - это мы сами. [прим. переводчика: подписываюсь под каждым словом, конечно, но это немножечко странненько - говорить о том, что ты никогда не влюблялась, со своей девушкой] Такие разговоры происходят между Камилой и Лорен не в первый раз. Одна из них поднимает определённую тему, чтобы они чувствовали себя достаточно хорошо для начала мини-декламацию и/или лекции насчёт этого. Но они любят это. Они любят слушать напряжённость голосов друг друга по ночам, на определённую тему. А не какие-нибудь дерьмовые маленькие разговоры. — Как ты думаешь, мы скоро встретим человека, который покажет нам, каково это - любить? — странно спросила Камила, её голос был тихий и спокойный сейчас. — Хм. Это может быть скоро, а может и позже, — ответила Лорен. — А может, сейчас? — застенчиво и тихо спросила Камила. Лорен не ожидала такого ответа. Она никогда об этом не думала, но её чувства к Камиле были близки к любви, чего она раньше никогда не чувствовала. Её чувства, определённо, развиваются сильнее каждый день, потому что, это чертовски легко — влюбиться в неё. Она всё облегчает. — Может, сейчас, — подтвердила Лорен, улыбаясь. — Я могла бы любить тебя. Она услышала лёгкий смех Камилы на той линии. — Я тоже могла бы любить тебя. Это, на самом деле, не так уж и сложно. [прим. переводчика: я отказываюсь переводить дальше, СЕРЬЁЗНО, ЭТИ ДВОЕ СВЕДУТ МЕНЯ С УМА] Лорен покраснела, причём сильно покраснела. Она закрыла лицо одной рукой, чтобы скрыть свою широкую улыбку, пусть она и была одна в комнате. Камила знает, как заставить её растаять, а колени — задрожать. Она точно знает, что делает, потому что Лорен может представить её маленькую гордую улыбку на лице прямо сейчас. — Уф, ты такая милая, что за чёрт? — простонала Лорен. — Ну почему ты позвонила мне? Теперь я всю ночь буду в предвкушении увидеть тебя завтра. Камила счастливо посмеялась. Боже, Лорен правда хочет увидеть её прямо сейчас, но она воздержится. У неё, как минимум, осталась хоть частичка самоконтроля. — Полагаю, тебе уже будет лучше завтра? — Не-а, я всё ещё болею, просто не хочу пропустить ещё один день в школе. — Лорен, ты буквально полная противоположность любому нормальному ученику. Они бы, наверное, убили, чтобы пропустить школу, а ты тут хочешь пойти. С того момента, когда она была помладше, она всегда ненавидела опаздывать и пропускать школу. Из-за этого ей казалось, словно она пропускает так много вещей, и будет похоронена горой работы, и у неё займёт очень много времени наверстать всё. Кроме того, школа всегда давалась ей легко. Она особо не истощается из-за неё. И это плюс, знать, что Камила будет первым человеком, кого она там увидит. Нельзя винить её за то, что она хочет пойти. Она стимулирует. — Мне нужно набить татуировку "уникальная" на лбу, — сказала Лорен перед тем, как устало зевнуть. Почему она вынуждена болеть, когда между ними, наконец, всё хорошо? Сон окончательно всё портит. — Хочешь спать? — Чуть-чуть. Громкий смех вырвался из горла Камилы. — Тебе следует пойти и поспать, но перед тем, как ты уйдёшь, не знаешь, где мой свитшот с человеком-пауком? Лорен невинно взглянула на своё грудь и провела пальцами по ткани материала. — На мне, — застенчиво пробормотала она. Это первый раз, когда она была поймана за тем, что держит её одежду в шкафу, и, пусть это веселит Камилу, Лорен никогда не замечала ничего более очаровательного в этом. — Ага! А теперь смотри, кто влюбился в человека-паука! — воскликнула Камила. — Я знала, что ты не сможешь устоять перед ним. Никто не может. — Я влюблена в тебя, не в него, — сказала Лорен, закатывая глаза. — Я ношу это только потому, что это принадлежит тебе. Камила мягко хихикнула. — Забавный факт: я одета в твою чёрно-красную толстовку сейчас. Лорен улыбнулась сама себе. Давайте будем реалистами. Лучшая часть того, что ты встречаешься с девушкой — бесконечная поставка одежды с приятным длительным запахом к тому же. Это помогает Лорен спать немного лучше ночью, потому что, пусть Камилы нет рядом, её одежда — вторая ближняя вещь к ней. — Но, в любом случае, — продолжила Камила. — Я позволю тебе поспать, окей? Хочу, чтобы ты чувствовала себя лучше. Пусть она и не хочет заканчивать разговор, Лорен знает, что борьба против сна будет не в её пользу. Так что. она уступила. — Окей. Спокойной ночи, Камила, — пробормотала Лорен с намёком на нежелание. — Доброй ночи, Лорен, — Камила улыбнулась. — Ох, и я буду ждать объятий и поцелуев с утра. Лорен в обожании помотала головой и счастливо, довольно выдохнула. — Ты их получишь.

***

— Лорен Мишель Хурэги, ты сказала, что сделаешь это, — Камила надулась, разочарованно скрещивая руки, глядя на свою девушку. [прим. переводчика: господи как же я люблю когда в фанфиках или в фильмах или в сериалах люди иногда называют друг друга по имени или фамилии, или вообще всё сразу. прям фетиш какой-то, лол] — Камила, я не буду целовать тебя сейчас, — в тысячный раз повторила Лорен. — Ты сопишь, у тебя болит горло, а всё потому, что я болею, и ты поцеловала меня вчера. Ты всё ещё хочешь поцеловать меня снова? — Эм, да, — очевидно сказала Камила перед тем, как положила руки на плечи Лорен и приподнялась на носочках, неудачно пытаясь соединить их губы. Ну, технически, она балансировала на одной ноге. Её правая всё ещё была недостаточно здорова, чтобы ходить на ней. Лорен повернула голову в другую сторону и поместила руки на талии Камилы, оттаскивая её, полностью вытягивая руки вперёд, чтобы отодвинуть ей на пару метров. — Уф, Лорен! — в полном разочаровании простонала она, убирая руки с её плеч. — Ты так раздражаешь. — Извини, но я не хочу, чтобы ты заболела ещё сильнее, чем сейчас, принцесса, — сказала Лорен, закрывая рот рукой на тот случай, если Камила запланирует атаковать её тогда, когда она меньше всего этого ожидает. Она маленькая и хрупкая, но быстрая. За ней нужно следить в оба. — Не "принцесскай" мне, — Камила закатила глаза. — Я делаю всё, чтобы получить то, что хочу, так что, мне нечего терять, верно? Затем она странно и громко чихнула, заставляя Лорен улыбнуться. — Будь здорова, — Лорен посмеялась, вытаскивая из потайного кармана рюкзака и передавая ей. — Ты звучишь, как малыш-панда из "Youtube", который так громко чихнул, что испугал свою маму и занёс вирус в видео. Камила уже начинала обижаться, и Лорен ничего не хотела сильнее, чем поцеловать её, но она не хотела поддаваться желаниям, своим и Камилы. Это будет настоящим тестом на самоконтроль. Прозвенел звонок и девушки подняли свои рюкзаки к их шкафчикам. — Ты такая злая, — проворчала Камила, пока они шли к кабинету английского. — Как ты будешь бороться с желанием своей девушки? — Ты ведёшь себя так, будто я не хочу целовать тебя, — Лорен посмеялась. — Но, поверь мне, когда я говорю, что я хочу. Я правда хочу. — Ну тогда почему ты такая самоотверженная и заботливая? — раздражённо сказала Камила перед тем, как снова аномально громко чихнуть, что заставило нескольких людей обратить внимание. Камила застенчиво подошла к Лорен ближе, пока они шли. — Люди ведут себя так, будто никогда не слышали, как кто-то чихает, — пробормотала она себе под нос. — Будь здорова, — Лорен улыбнулась, открывая дверь перед Камилой. — И это только потому, что ты такая маленькая, а чихаешь так, словно снесёшь деревья и вызовешь цунами. У Камилы отвисла челюсть, а она симулировала обиду. — Как я и сказала, ты такая злая. — Ну извини, я думаю, что это мило. Девушки прошли в конец кабинета, где лежали все их папки с письмами. Потому что Лорен не было в понедельник и вторник, Камила, очевидно, не получила письмо, так что, как объяснила мисс Эшфорт. она не должна выполнять задание, пока не получит своё письмо в ответ. — Это так странно, — пробормотала Лорен, после чего положила письмо в папку, пока Камила наблюдала за ней, хорошо зная, что это то письмо, которое она прочтёт завтра, когда заберёт его с утра. Затем Лорен заметила, как Камила смотрит на неё краем глаза. О, нет. Камила практически набросилась на Лорен. но она оказалась быстрее, закрывая свой рот рукой, заставляя Камилу поцеловать её руку. — Я быстрее, чем это, — самодовольно, но приглушённо сказала Лорен. — Я так сильно тебя ненавижу, — пробормотала Камила, после чего пошла к своему столу, оставляя Лорен смеяться наедине со своим весельем. Она так разочарована и раздражена из-за того, что Лорен её не поцелует, и она всё равно считает это замечательным. Лорен весело следовала за ней по пятам с широкой улыбкой на её лице. Она остановилась перед её столом и упёрлась в него своими предплечьями, глядя Камиле прямо в глаза. — Я тоже тебя ненавижу, — весело сказала Лорен.

***

Весь оставшийся день было нужно уворачиваться от попыток Камилы поцеловать её между уроками и во время ланча. Затем, после школы, все пятеро девушек тусовались вместе на столе для пикника снаружи, Камила была слишком настойчива, и Лорен заставила себя сесть впереди неё, рядом с Элли. — Лорен, поцелуй её уже, пожалуйста, — сказала Нормани, жестом указывая на Камилу. — Твоя девушка практически умирает. — Я не собираюсь передавать ей своих микробов и делать всё только хуже, — вызывающе ответила Лорен, но затем она взглянула на щенячий взгляд Камилы, растаяла и вынуждена была прикрыть глаза. Она знала, что если посмотрит на неё ещё секунду, то они начнут обжиматься прямо перед всеми. — Камила, ты ведь знаешь, что Лорен делает это только потому, что заботится о тебе? — сказала Элли, смеясь, когда заметила, как это болезненно для Лорен - не прикасаться к ней. — О, да, конечно, я знаю! Я думаю, это невероятно мило, но я люблю смотреть на её реакцию, — сказала Камила с маленькой дьявольской ухмылкой. — Камила, Лорен просто чертовски грязная сейчас, — сказала Дайна, кладя в рот M&M. — И она не настолько удивительна в этом, так что, я не понимаю, почему ты хочешь поцеловать её. Лорен повернулась, чтобы взглянуть на безмятежное лицо Дайны, которая сидела на другом конце скамейки. — Спасибо, Дайна. Я чувствую твою любовь. — А я - нет, — пробормотала Камила себе под нос. Лорен выдохнула в поражении. Она знала, что Камила в шуточки пытается заставить её чувствовать себя виноватой, но, по какой-то причине, это работает. Она пыталась весь день, так что, она заслуживает чего-нибудь. — Как насчёт поцелуя в щёку? — Лорен пошла на компромисс, вставая с места. — Это сделает тебя счастливой? Лицо Камилы просияло, и она взволнованно закивала. Лорен закатила глаза от того, что этот ребёнок — её девушка [прим. переводчика: Д Е В У Ш К А. Я ВСЁ ЕЩЁ НЕ МОГУ ПРИЙТИ В СЕБЯ]. Камила сидела со счастливой улыбкой на её лице, указывая на свою щеку. Лорен что-то пробормотала себе под нос перед тем, как потянуться к Камиле, и в последнюю секунду, Камила неожиданно повернула голову и поймала Лорен с поличным, когда их губы на секунду соединились [прим. переводчика: как же это миленько] Лорен сразу отшатнулась от неё в шоке, а Камила вскочила со своего места и победоносно вскинула кулак вверх. Нормани, Дайна и Элли пялились на них с отвисшими челюстями, в полном удивлении. — ЛОШАРА! — орала Камила в лицо Лорен, её глаза всё ещё были расширены. Камила громко смеялась, обнимая Лорен за плечи. — Это было почти слишком легко, — она ухмыльнулась, уткнувшись носом в шею Лорен. Вот оно. Камила выиграла не только эту маленькую войну, которая была между ними весь день, но она также полностью завладела сердцем Лорен. Улыбка медленно растянулась от уха до уха на лице Лорен. Лорен знала, что Камила чувствовала её беспорядочное сердцебиение, но ей было всё равно. Она хотела, чтобы Камила точно знала, какие чувства в ней вызывает. Лорен обвила руками тонкую талию Камилы и приподняла её, придерживая как никогда бережно. Это то, чего она хочет и это тот, кого она хочет. Лорен была права, говоря, что могла бы любить Камилу, потому что прямо сейчас она знает, что уже любит её.