Yours Truly

Так много мыслей пролетало в голове Камилы, пока она гнала по тёмной дороге, будучи благодарной за то, что сейчас достаточно поздно, и на улице не так много машин. И полицейских. Она превысила лимит скорости, пока ехала к Малии домой, думая только о благополучии Лорен. Она могла быть либо в полном порядке, либо же с точностью наоборот. Было невозможно определить это по телефону, и это до смерти пугало её. Камила бешено вытирала слёзы с глаз, резко заворачивая в окрестности. Она сократила двадцать минут езды почти вдвое. Вообще, она бы не была такой безрассудной, но если "безрассудность" означает добраться до Лорен настолько быстро, насколько это возможно, тогда она будет такой. Она подъехала к очень большому кирпичному дому, вокруг которого были тонны припаркованных машин и слабая музыка, бьющая сквозь стены. Камила быстро припарковала автомобиль и вырвала ключи из отверстия зажигания перед тем, как со всех ног понестись через к газон к входной двери. Она толкнула массивную, тяжёлую дверь, и ей в нос сразу ударил сильный запах алкоголя, даже заставляя её слегка попятиться назад и прикрыть нос. Люди были везде, и страх Камилы находиться в одном месте с тонной людьми начал расти. Но сейчас ей необходимо было сфокусироваться на поиске Лорен в этом месте и свалить с ней нахрен отсюда. Также она беспокоилась, где же могла быть Нормани, но у неё не было времени копаться в этом незнакомом доме, где она не может видеть даже на расстоянии двух метров. То, что она очень низкая, совсем не помогает. Камила помнила, что Лорен сказала ей по телефону, что она поднялась наверх, потому что там было тише, поэтому её глаза бегали в поиске хотя бы намёка на лестницу, и когда она увидела её, она начала маневрировать сквозь море людей, задерживая дыхание, чтобы огородить себя от запаха ликёра и, бог знает, чего ещё, а также от её сверстников. Камила была прижата и случайно тронута жестоко потными телами вокруг неё, и она практически появились рвотные позывы из-за того, насколько некомфортно она себя ощущала, и насколько ужасен был запах рядом с ней. Кто бы хотел оставаться здесь на всё время? Она буквально почувствовала резкий контраст температуры в воздухе, как только её нога ступила на второй этаж. Внизу было ужасно жарко, тесно, влажно, и неприятно пахло, а наверху было прохладно, чисто, и можно было нормально дышать. После восстановления отчаянно необходимого дыхания, она начала бегать по коридорам, заглядывая в каждую дверь. Она снова начинала паниковать, когда не нашла Лорен в четырёх из пяти дверей. Как только она подбежала к двери, которая была почти в конце коридора, и открыла её, то нашла Малию, которая сидела на коленях на полу, помогая сесть почти бессознательной и выглядевшей потерянной Лорен. — Что ты, блять, сделала с ней?! — крикнула Камила, её кровь кипела от вида трезвой и сознательной Малии с пьяной и остолбеневшей Лорен вместе, в одной комнате, наедине. Её нельзя было винить за такие резкие выводы. Её рассудок немного помутнел. — Нет, Камила! Богом клянусь, я ничего с ней не делала, — Малия отчаянно пыталась объяснить, её глаза были расширены, а руки подняты в свою защиту. — Я просто нашла её в отключке на полу и только смогла разбудить её минуту назад, я клянусь. — Отойди от неё, — грозно прорычала Камила. Она не знала, откуда появились этот угрожающий вид и голос, но она знала, что не хочет, чтобы Малия находилась рядом с Лорен сейчас. Психическое и физическое состояние её девушки сейчас — это полностью вина Малии, в любом случае. Это она устроила эту ёбаную вечеринку. Малия открыла рот, чтобы возразить, но когда увидела злой и холодный взгляд Камилы, она убрала руку со спины Лорен и медленно отошла от неё. Как только она отошла, Камила подбежала к Лорен и упала на колени рядом со своей девушкой, от которой просто несло ликёром, особенно потому, что она дышала через рот. Лорен сидела на полу, что было хорошим знаком, потому что она была в сознании, но её взгляд был пустой, а голова, наверное, так сильно болела, что она, скорее всего, понятия не имела, где находится. Камила вытянула ногу за спиной Лорен, чтобы поддерживать её тело, и приложила часть головы Лорен к своей груди, дотрагиваясь подбородком до макушки и заботливо поглаживая часть её лица. — Воды, — голос Лорен был сухой, хриплый и напряжённый. — Я принесу, — сразу предложила Малия перед тем, как быстро выбежать из комнаты. Теперь они остались вдвоём. Камила подвинула тело Лорен ближе к своему, частично из-за того, что её тело было холодное на ощупь, но ей стало легче, потому что она в порядке. Камила волновалась, что придёт сюда и найдёт её с передозировкой алкоголя, наркотиков или вообще с кем-то сверху неё. Но сейчас Лорен в безопасности, потому что Камила чувствовала бы себя дерьмово, если бы позволила чему-то случиться с ней на её глазах. Лорен потерянно застонала перед тем, как бережно оттолкнула Камилу и пошла в ванную, которая была смежная со спальней. Камила побежала за ней как раз вовремя, чтобы схватить Лорен за волосы и держать их, пока её рвёт в туалет, сильный запах и звук её болезненной рвоты вызвали у самой Камилы рвотные позывы, она была готова сама вырвать. Пока одна рука держала волосы Лорен, а другая аккуратно поглаживала её спину, Лорен наконец избавилась от большинства токсинов в своём теле, но из-за отсутствия каких-либо веществ в желудке, Камила чувствовала, как слабое тело Лорен начинало дрожать. Она была действительно обезвоженной и, наверное, вырвала всю еду, что была внутри неё. Лорен смыла туалет, как только закончила, и Камила помогла ей встать и опереться на раковину. Затем Лорен помыла свои руки и ополоснула свой рот снова и снова, чтобы избавиться от горького и мерзкого вкуса на языке. Затем Лорен положила руки на обе части раковины, перемещая вес своего тела на свои слабые руки, после чего заглянула в зеркало. Она установила зрительный контакт с Камилой сквозь отражение, и Камила могла увидеть, как кошмарно она выглядела. Её волосы были дико растрёпаны, макияж размазался из-за слёз, которые она проливала, пока её рвало, её лицо было бледнее обычного, и короткие, мелкие выдохи исходили из её рта. Камила сильно нахмурилась, после чего обняла Лорен за талию одной рукой и обвила одной рукой Лорен свои плечи. Она помогла ей, поддерживая большую часть её веса, пока они медленно шли обратно в комнату и затем увидели Малию, держащую пару бутылок с водой в руке. — Как она? — мягко спросила Малия. Сразу, даже не раздумывая, Камила огрызнулась. — Боже, я, блять, не знаю. Как ты сама думаешь? Что за глупый вопрос? Любой, у кого есть глаза, может увидеть, что Лорен выглядит и чувствует себя, словно при смерти, и это была её вина. — Нет, Камила, — пробормотала Лорен, помотав головой и основным весом опираясь на Камилу, которая сильно её держала. — Она просто пытается помочь. — Это правда, — сказала Малия, её голос был мягкий и сожалеющий. — Я не виню тебя за то, что ты злишься на меня, но, пожалуйста, знай, что я правда пытаюсь помочь. Камила знает, что сейчас она неразумна. Но она не может удержать свои плохие мысли и чувства к Малии. Она не собирается обнять и поцеловать Малию за то, что она была причиной передозировки её девушки. Она даже не знала, что плачет, пока слеза не упала с её лица. Мысли о том, что Лорен лежит на полу, с бледной кожей, холодным и безжизненным телом вызывали у неё рвотные позывы. Как Лорен могла быть такой глупой и так напиться? Если бы Малия не пришла и не нашла её, только богу известно, что могло бы произойти. — Пожалуйста, уйди, — Камила попросила Малию, её голос дрожал. Она не хотела, чтобы она видела её в таком состоянии, и ей также отчаянно нужно было поговорить с Лорен наедине. — Пожалуйста. Малия даже не задавала вопросов, потому что слышала, насколько Камила была серьёзной, и она просто тихо вышла из комнаты, предварительно положив бутылки с водой на столик возле кровати. Сейчас, когда в комнате остались только Лорен и Камила, и изначальные чувства адреналина отступали, она просто была сражена ужасной волной эмоций, которые вызвали слёзы, с которыми она пыталась бороться. Камила аккуратно посадила Лорен на край кровати перед тем, как взять бутылку воды и протянуть ей. Сейчас она стоит впереди неё, её вид на Лорен был размытый из-за слёз, которые беспрестанно текли из глаз. Она никогда раньше не была так напугана, и возможный сценарий этой ночи всё ещё проигрывался в её мыслях, пока она смотрела на её лицо. Камила не знает, чтобы она делала, если бы больше никогда не увидела эти сияющие, зелёные глаза снова. — Почему ты плачешь? — тихо спросила её Лорен, её горло болело с каждой вибрацией из-за слов. — Как ты могла так поступить со мной? — неожиданно спросила Камила, пока рыдание, злость и страх покрывали всё её тело. — Ты знаешь, что плохого могло произойти с тобой сегодня? Что, если бы ты никогда не позвонила мне, и я бы никогда не узнала, что у тебя проблемы? Что, если бы Малия никогда не нашла тебя в отключке на полу? Если бы ты упала на спину, и тебя бы начало рвать, пока ты без сознания, ты бы захлебнулась до смерти, Лорен, и никто бы об этом не узнал до тех пор, пока не пришёл искать тебя и не обнаружил, что ты умерла на полу! Боже, я люблю тебя и я никогда бы не хотела, чтобы с тобой что-то произошло, и меня пугают мысли о том, что бы могло случиться с тобой сегодня. [прим. переводчика: ОНА ЭТО СКАЗАЛА. БОЖЕ, Я ПЛАЧУ. ЭТО ТАК ВОЛНУЮЩЕ И ТАК ПРЕКРАСНО, ОСТАНОВИТЕ МОИ СЛЁЗЫ. ОНА. ЭТО. СКАЗАЛА. ОНА ЕЁ ЛЮБИТ. ЛЮБИТ, ПОНИМАЕТЕ? АААААА] Лорен моргала, глядя на Камилу, будучи в шоке от её внезапной реакции. Чёрт, даже Камила не знала, откуда это появилось. Всё просто вырвалось из неё, и она не знала, как это остановить. Её эмоции взяли над ней верх, но это только из-за того, что она сильно заботится о Лорен, и то, что она орала, возможно было бы единственным путём, чтобы до неё это дошло. — Камила... — мягко сказала Лорен, после чего встала и дотронулась руками до её лица перед тем, как мягко обнять её за плечи. Камила ответила взаимностью и отчаянно схватилась за ткань платья Лорен на спине. — Прости, что напугала тебя. Прости за то, что я заставила тебя так волноваться, и прости, что я задержалась сегодня. Я знаю, что я потеряла контроль, но сейчас всё хорошо. Камила обняла Лорен настолько сильно, насколько это возможно. Она, наверное, сломала Лорен все кости, но, казалось, ей было всё равно. По факту, Лорен тоже её обнимала, только чуть спокойней. Глаза Камилы вдруг расширились, а челюсть слегка отвисла, когда она поняла, что только сказала Лорен, что любит её. Она не знала, что говорила, потому что она была так перегружена из-за всех этих различных эмоций, которые выходили из неё одна за одной. Её голова была ошеломлена, кровь всё ещё кипела, но она никогда не была более честна когда-либо, чем в этот момент. Возможно, у неё не было полного контроля над своими словами, но это не значит, что она не имела это в виду. Она любит Лорен и сегодня она, определённо, понимает это. Она не хочет представлять мира без неё. Лорен слегка повернула голову, чтобы заглянуть в полные слезами глаза Камилы. Она осторожно провела пальцами вокруг лба Камилы и убрала её чёлку за её уши. Камила наблюдала за тем, как Лорен уже хотела открыть рот, чтобы что-то сказать, как вдруг распахнулась дверь, и к ним влетела спотыкающаяся и едва дышащая Малия. Лорен и Камила оторвались друг от друга, чтобы беспокойно взглянуть на неё. Вид её огорчённого лица пробудил плохие чувства в животе Камилы, её предчувствие подтвердилось, когда Малия лихорадочно сказала: — Ребята, Нормани не просыпается. Мы думаем, у неё проблемы. Камила не успела даже до конца понять ситуацию, когда увидела, что Лорен выбежала из комнаты, словно ей не было плохо пару минут назад. Камила просто моргала, глядя на Малию в лёгком замешательстве, пока её мозг отказывался это всё понимать. — Камила, пойдём! — орала Малия, после чего схватила её за руку и потащила за собой прочь из комнаты, к лестнице. Но сейчас людей там было меньше, чем тогда, когда Камила пришла, они, казалось, направились в заднюю часть дома. Малия поспешно двигалась между людьми, чтобы попасть на задний дворик, к которому было приковано много внимания. Как-то девушки смогли пробраться через потные тела и выйти на свежий, ночной воздух, сейчас Камила смогла увидеть большую толпу людей, ютившихся в кругу. Из-за гробового молчания или, наоборот, волнительного шума, то, что сказала Малия ей наверху, наконец дошло до неё, и она поняла, что всё плохо. Камила надеялась и молилась всем своим нутром, чтобы её инстинкты оказались неправильными. Краем глаза она заметила, как Лорен толкает, пихает, царапает, делает всё, что возможно, чтобы пробраться сквозь толпу людей, стоящих плечом к плечу. Камила слышала её крики на них, чтобы они свалили с её дороги, и, к счастью, они отошли. Камила увидела, как она проскользнула в центр круга перед тем, как тела снова соединились друг с другом, блокируя ей вид. Но сейчас их очередь пройти также. Малия и Камила быстро подбежали к людям, и Малия, как хозяйка дома, наорала на людей, заставив их разойтись на две стороны, словно Моисей раздвинул Красное море, позволяя Камиле и ей пройти мимо них без каких-либо проблем. Когда Камила увидела Нормани, лежащую на земле без сознания на боку, с разбросанными по лицу волосами и небрежно раскинутыми конечностями, её сердце перестало биться, и у неё вдруг снова закружилась голова. Она боялась, что это случится с Лорен, но это случилось с Нормани, а она об этом даже не знала. Камила остановилась и наблюдала за этим в стороне, беспомощная и парализованная, пока Лорен грубо отталкивала какого-то парня, который пытался помочь Нормани. Лорен плакала, пытаясь потрясти её, чтобы она проснулась. Но глаза Нормани оставались закрытыми, а её тело всё также лежало, пока Лорен трясла её всё сильнее, будучи разочарованной и обеспокоенной из-за того, что её лучшая подруга не отвечала. Она начала орать имя Нормани громче и громче каждый раз, она даже начала бить её по лицу. И всё ещё ничего. Лорен подвинулась ниже к земле и приблизила ухо ко рту Нормани. Зачем она положила руку её на щеку. — Она едва дышит и она холодная! — истерично кричала Лорен, её голос дрожал. Затем она прошлась взглядом по каждому человеку, который её окружал. — И какого хуя никто не смотрел за ней?! — Она сама подскользнулась, никто не заметил, — парень из толпы застенчиво пробормотал. — Нужно отвезти её в больницу. Сейчас, — сказала Лорен, тревожно запуская пальцы в свои волосы перед тем, как ударить кулаком по земле. — Боже, мы не можем ждать скорой помощи! — Я отвезу, — сказала Камила перед тем, как вообще подумала об этом. Каждая пара глаз посмотрела на неё, и при нормальных обстоятельствах она была бы напугана, будучи в центре внимания, но эта ситуация далека от нормальной. — Я отвезу её. Затем Малия попросила кого-то донести её до машины, и высокий, крепкий парень с тёмными, чёрными волосами и голубыми глазами, которого звали Шон, был первым, кто согласился. Камила медленно подошла к Лорен, которая всё ещё сидела рядом с Нормани, и положила руку ей на плечо. Лорен взглянула на неё с красными глазами и слезами на щеках. Камила помогла Лорен встать, придерживая её рукой за талию, пока они наблюдали за тем, как Шон поднял Нормани своими огромными руками, словно она была маленьким ребёнком. Все, наконец, ушли, позволяя Шону и Нормани дойти до машины с Малией, которая вела их спереди, а Лорен и Камила шли сзади, держась за руки. Они почувствовали свежий и холодный ветерок, как только выбрались из барьера их одноклассников, от чего у Камилы прошлись мурашки по коже. Она оглянулась на Лорен, глаза которой были закрыты, а палец дотрагивался до виска. — Боже, голова раскалывается, — потерянно простонала она. Камила поднесла их переплетённые руки к своим губам и поместила мягкие поцелуи на тыльной стороне ладони Лорен. — У меня есть вода в машине. Шон положил Нормани на заднее сиденье, после чего к ней села Лорен, кладя голову Нормани на свои колени. Камила быстро села на водительское место и завела двигатель. Она уже хотела поехать, когда вдруг ей в окно постучали, и она повернулась, чтобы заметить Малию, её лицо было грустным и охваченным сожалением. Камила опустила стекло, и Малия пригнулась, дотрагиваясь рукой до машины. — Позаботься о ней, — сказала она, не глядя Камиле в глаза. — Будь осторожна и прости меня. Камила положила свою руку на её руку и кивнула. — Хорошо, — она заглянула за плечо Малии, чтобы увидеть Шона, который нервно держал руки в карманах. — И спасибо тебе, — сказала ему Камила. Он взглянул на неё и слегка улыбнулся ей. Затем Малия отошла от машины, и Камила подняла стекло назад перед тем, как поехать, слушая тихие рыдания Лорен.

***

Они добрались до больницы быстро и безопасно, но Нормани всё не просыпалась. Камила проверяла сквозь отражение в зеркале заднего вида, есть ли какой-то ответ от Нормани, но она оставалась такой же. Если бы Лорен не проверяла её пульс и убеждалась в том, что она всё ещё дышит каждые несколько секунд, Камила бы ожидала худшего. Камила раньше никогда не напивалась, но она знала, что Нормани, должно быть, приняла что-то очень сильное и очень много, чтобы оказаться в таком состоянии. И Камила чувствовала себя чертовски виноватой. Всю ночь она беспокоилась о Лорен и полностью забыла о том факте, что и Нормани могло быть также плохо. Она чувствовала, что если бы помнила о том, что надо посмотреть и проверить Нормани вовремя, она бы смогла предотвратить всё, что произошло сейчас. Врачи поспешно увезли Нормани, в то время, пока Лорен и Камила оставались здесь. Они задавали различные вопросы, на которые Камила не знала ответов, и голова Лорен так сильно беспокоила её, и её разочарование, злость и тревога были так сильны, что она начинала раздражаться из-за женщины, которая атаковала её вопросами касательно возраста Нормани, её веса, роста, аварийных контактных номеров, предыдущих вредных привычках, расчётных уровнях допуска и то, что она пила и в каком количестве. Камила могла сказать по сжатой челюсти Лорен, что она была не в настроении разговаривать с ней. Наконец, когда вопросы закончились, и та леди звонила родителям Нормани, Камила повела Лорен в зал ожидания. Лорен выпила немного воды и погрызла батончик с гранолой из автомата, чтобы попытаться восполнить питательные вещества, которые она потеряла. Её головная боль немного утихла, но она сказала, что у неё всё ещё есть тупая, пульсирующая боль. В конце концов, они обе сели на диван, и Камила обняла её рукой за плечи. Она знала, что Лорен сильно вымотана, потому что её глаза были прикрыты, а плечи и голова не были такими прямыми, как обычно. Её слова были тяжёлыми и медленными, и еле как выходили из неё, пока выдохи боролись с нормальной речью. Её макияж был размазан из-за всех её рыданий, от неё всё ещё несло алкоголем, но уже не так сильно, как в тот раз, когда Камила её нашла. Голова Лорен покоилась на плече Камилы, а руки обвивали её талию. Камила мягко гладила её плечо, пытаясь успокоить из-за всех этих эмоций, которые она сегодня испытала. Нормани и Лорен надеялись, что это будет хорошая и приятная ночь, а всё оказалось с точностью наоборот. Это, определённо, не была хорошая ночь и для Камилы. Телефон Камилы начал звонить в её кармане, и она вытащила его оттуда, чтобы увидеть, что звонит её папа. Видимо то, как она неожиданно выскочила из дома и забрала машину, не сказав ничего родителям, заставило их родительские инстинкты разбудить их. Когда Камила ответила, они были очень расстроены, как минимум. По большей части из-за того, что они были до смерти напуганы тем, где же она находится, но Камила кратко объяснила им то, что произошло этой ночью. Они не были счастливы из-за её тайного побега, но они были рады, что она, Лорен и Нормани в порядке. Папа Камилы сказал, что они поговорят об этом завтра. Лорен решила, что ей следует рассказать её родителям. Они знали, что она идёт гулять сегодня, но она чувствовала, что следует объяснить им, что произошло. Из-за того, что уши Камилы были так близки к телефону Лорен, и зал ожидания был устрашающе тихим в это время ночи, она могла слышать весь их разговор. Майк был расстроен также, как и папа Камилы, но как только Лорен упомянула тот факт, что они в больнице из-за Нормани, он перестал говорить одно время. Камила знала, что Нормани, Дайна и Лорен были друзьями несколько лет, так что, не было сомнений, что и все их родители волновались о каждой девушке. Разговор закончился тем, что Лорен строго сказала ему, что не пойдёт домой до тех пор, пока не убедится, что Нормани в порядке. Неохотно, но он всё-таки согласился, наверное потому, что знал, насколько Лорен серьёзна. Если бы ты попытался вытащить её оттуда, она бы дралась и кричала. Она невероятно преданная. Любой может увидеть это. Затем девушки пытались позвонить Элли и Дайне, но, учитывая, что был где-то час ночи, и они обе спали, как медведи в спячке, они не ответили. Камила написала подробное сообщение каждой, она написала обо всём, что рассказала бы по телефону, если бы они подняли трубку, и отправила его. Это не то сообщение, которое хотелось бы видеть по утрам. Некоторое время спустя, оба родителя Нормани вбежали внутрь, и Лорен оторвалась от Камилы перед тем, как встретить их. Камила наблюдала за тем, как родители Нормани крепко обнимают Лорен, они выглядели совершенно несчастно. Камила не хотела мешать их приватному разговору, пока Лорен выкладывала всё, так что, она встала и прошла в ванную, смежную с залом ожидания. Она ополоснула лицо холодной водой и устало потёрла глаза. Всё, что произошло сегодня ночью было таким психически и физически истощающим, и она просто хотела завернуться в одеяло и поспать этой ночью. Ей никогда не нравились больницы. Они сводили её с ума, и она чувствовала, что оттуда исходит всё только плохое. Тем более, никто не ходит в больницу в середине ночи, потому что они чувствуют себя нормально и превосходно. Но не поймите её неправильно. Она благодарна прямо сейчас. Всё могло бы быть в миллиард раз хуже, и она не могла игнорировать тот факт, что ни один из сценариев, которые были у неё в голове, не случился. Было так много сигналов сегодня, но, в конце, всё оказалось в норме. По крайней мере, физически. Камила всё ещё была взбудоражена. Была возможность, что Лорен могла оказаться на месте Нормани прямо сейчас, и она была бы одна в этом зале ожидания. Что, если бы Малия не нашла её вовремя? Что, если бы они вовремя не нашли Нормани? Было бы достаточно одной больницы, чтобы спасти их? Камила закрыла глаза и помотала головой, пытаясь отогнать ужасные мысли. "Они в порядке", напоминала она себе. Они обе в порядке. Она несколько раз глубоко вдохнула перед тем, как пройти обратно в зал ожидания. Как только она появилась на виду, все три головы повернулись, чтобы взглянуть на неё, но мама Нормани встала со своего места. — Камила, да? — она спросила её, её голос был мягкий и нежный. Ни намёка на истощённость. Камила застенчиво кивнула. — Я Андреа, Лорен рассказала мне, что ты привезла их сюда. Снова, она кивнула. Андреа медленно дошла до девушки и дотронулась тёплой ладонью до её щеки. — Спасибо, что привезла сюда Нормани в целости и сохранности. Я не думаю, что ты знаешь, как много это значит для нас. Камила слегка улыбнулась ей, глядя на обоих родителей Нормани. — Она - моя подруга. Я бы не позволила чему-то случиться с ней. Нижняя губа Андреа [прим. переводчика: сорян ребят, просто, как по мне, склонять это имя как-то стрёмно] слегка задрожала из-за искренних слов Камилы. Храни, господь, её родителей. Что бы сейчас не чувствовали Лорен и Камила, они, наверное, чувствовали себя раз в десять хуже. Она не может представить, как они получили телефонный звонок посреди ночи, информирующий их о том, что их ребёнок в больнице. Андреа провела большим пальцем по щеке Камилы, благодаря её, перед тем, как повернуться и пройти к своему месту рядом с мужем. Затем перед ней появилась Лорен и улыбнулась, впервые за всю ночь, и это был тот момент, когда Камила поняла, что всё точно будет хорошо. — Пока ты была в ванной, — начала Лорен, пока брала Камилу за руку. — Они сказали нам, что Мани проснулась, и её анализы положительные. Она будет в порядке после того, как весь алкоголь выйдет из неё, и они снабдят её жидкостью и питательными веществами. Мы сможем зайти к ней на несколько минут перед тем, как нам нужно будет уйти и позволить ей отдохнуть. Как только Камила услышала слова "она будет в порядке", она даже не слушала того, что Лорен говорила дальше. Только эти слова имели для неё значение прямо сейчас, и, впервые за последние несколько часов, она почувствовала, что наконец может снова дышать.