Yours Truly

Лорен и Камила позволили родителям Нормани увидеть её первыми потому что они, ну, её родители. Сейчас девушки сидят на холодном кафельном полу снаружи комнаты, их спины были прижаты к стене, а плечо одной было прижато к плечу другой. — Больше никаких, — вдруг сказала Лорен, разрушая тихую и мирную атмосферу, которая была между ними последние минут двадцать или где-то так. Камила повернула голову, чтобы взглянуть на смотрящую прямо на неё Лорен. — Чего? — Больше никаких пьянок, вечеринок и безрассудства, — сказала Лорен, кладя руку на внутреннюю сторону бедра Камилы. — К сожалению, мне нужно было допустить одну такую ошибку, чтобы понять, какой тупой я была последние два года. Больше никаких гонок, никакого нелегального распития этого мелкого дерьма. Я думаю, что самая большая проблема подростков в том, что мы думаем, что мы невидимые, знаешь? Мы чувствуем, словно мы на вершине мира и можем заполучить всё и сразу, потому что наше эго чертовски большое. Но это не так, на самом деле. Мани в больнице, а я могла оказаться рядом с ней. Камила накрыла её руку своей и подвинулась к ней ближе, чтобы дотронуться своим лбом до её. — Не вини себя слишком сильно, Лорен. — Я знаю, что тебе очень плохо из-за сегодняшней ночи, но ты должна помнить, что с тобой и Нормани всё в порядке, и... Камила не смогла договорить, как вдруг открылась дверь палаты Нормани, и оттуда вышли её родители. Мгновенно, Лорен и Камила встали и обратили всё своё внимание на них. — Как она? — нервно спросила Лорен, покусывая нижнюю губу. Папа Нормани, Деррик, улыбнулся, и этого было достаточно, чтобы девушки расслабленно выдохнули. — Она в порядке, — он заверил их. — Немного устала, но она хочет увидеть вас перед тем, как ляжет спать. Мы поедем домой сейчас, а утром первым делом увидим её снова. — И спасибо тебе, Камила, ещё раз, — добавила Андреа. — Мы рассказали ей, что ты и Лорен привезли её сюда, потому что она не так много помнит, но она так благодарна вам обеим, также, как и мы. Камила мило улыбнулась из-за их добрых и искренних слов. Они обнялись, пожелали друг другу спокойной ночи и попрощались перед тем, как Лорен взяла Камилу за руку снова, и они вместе вошли в палату. Они увидели Нормани, лежащую на кровати с капельницей, иголка была воткнута в руку, также там были разные штуковины и провода вокруг неё, но несмотря на это, Камила была очень счастлива, видя широкую, светлую и живую улыбку на лице Нормани. Камила видела кучу улыбок в этом мире, но лёгкая улыбка Нормани — одна из её самых любимых. — Привет, Мани, — мягко сказала Лорен, после чего аккуратно обняла подругу. — Как ты себя чувствуешь? Затем её обняла Камила и она была более, чем рада чувствовать, что её кожа снова тёплая. И Камила также рада видеть её открытые глаза. Казалось, будто прошёл месяц с того момента, как она в последний раз их видела. — Немножко дерьмово, если честно, — ответила Нормани, её голос был более хриплым и тихим, чем обычно. — Болит горло, болит голова, тело всё ещё немного слабое, и я пипец, как устала. Но, несмотря на это, я просто счастлива, что жива. Врачи сказали, что я флиртовала со смертью сегодня, и вы привезли меня как раз вовремя, чтобы меня спасли. И меня вовремя нашли там, у Малии. — Что вообще случилось? — спросила Лорен и взяла её за руку. — Кто-то сказал мне, что ты сама подскользнулась, и поэтому тебя нашли только через время, а когда они это сделали, то ты была в отключке. Нормани глубоко вздохнула перед тем, как ответить: — Ну, когда мы только пришли туда, я постепенно пила, но долгое время ничего не чувствовала, поэтому я глупо подумала, что если выпью ещё, то тогда начну чувствовать, понимаешь? Но затем это просто ударило мне в голову, и я чувствовала себя не то что пьяной, я была просто в говно. Я не могла и двух шагов сделать, не споткнувшись, и я хотела проблеваться на улице, потому что я знала, что просто не дойду до ванной вовремя, и это было последнее, что я запомнила. Я знаю, что это было очень тупо с моей стороны. Мне следовало быть более осторожней сегодня. — Это касалось нас обеих, — прошептала Лорен, глядя на их руки. — Прости, что меня не было рядом. Камила могла услышать, как нотки её голоса становились высокими и дрожащими, словно она вот-вот заплачет, но пытается сдержать это. Нормани сильно нахмурилась, чуть сильнее сжимая руку Лорен. — Нет, Лорен, не извиняйся. Это моя вина, окей? Не твоя. Лорен перестала пытаться сдерживать слёзы, и Камила видела, как они струились по её щекам и падали на кровать Нормани. — Но я могла предотвратить это, Мани, — она всхлипнула, используя свободную руку, чтобы вытереть слёзы. — Я должна была присматривать в оба глаза за тобой и сказать, что тебе достаточно, но я этого не сделала, потому что смылась на верхний этаж. — Помнишь тот старый домик на дереве, который у нас был, когда мы были помладше, ты, я и Дайна все наши дни прожигали там, разговаривая о том, о чём обычно говорят дети? И был один день, когда кто-то наезжал на тебя, какой-то ребёнок постарше, мы с Дайной заступились за тебя, и Дайна кинула в них камень, а затем мы заключили договор, что когда кто-то из нас попадёт в беду, мы всегда будем рядом, чтобы помочь и предотвратить что-то плохое? Ну, я чувствую, словно нарушила этот договор. После стольких лет заботы друг о друге, я не смогла сделать этого сегодня. [прим. переводчика: вахвхах, почему я не удивляюсь, что Дайна кинула камень] — У меня никогда не было сестры или кого-то ещё, но ты и Дайна - самые близкие для меня, и я поклялась богу, что пусть я и недостаточно благословенная, чтобы иметь сестру, я всё равно буду защищать вас, несмотря ни на что, и я не сделала этого, потому что теперь ты здесь. Я облажалась, как твой лучший друг, я облажалась, что не выполнила свою работу и не убедилась, что с тобой ничего не случится. Основная часть меня действительно собиралась проследить за тобой сегодня, но я была не в состоянии это сделать, и мне очень жаль, что ты сейчас здесь. [прим. переводчика: окей, я сейчас расплачусь. friendship goals просто] Боже, очень не просто слышать рыдания Лорен. Когда она слышит высокие частоты её напряжённого голоса и то, как она всхлипывает, Камила просто хочет закрыть уши и убежать, потому что это слишком больно для её сердца — стоять и слушать. Но она никогда так не сделает, она никогда не сбежит. Камила дотронулась ладонью до спины своей девушки и утешительно погладила её. Нормани села прямо, чтобы лучше разглядеть лицо Лорен. — Лорен, послушай меня, — строго начала она. — Я знаю, что ты чувствуешь вину из-за случившегося, но не стоит. Я люблю и ценю тебя так сильно, потому что ты всегда была так заботлива и верна Дайне и мне, теперь и Элли с Камилой тоже, но ты не можешь винить себя за это. Ты ведь не знала, что такое может произойти, потому что, ну, ты тоже была пьяная, но, знаешь, что? Кто помог привезти меня сюда? Кто ждал здесь всю ночь? Кто убедился в том, что я в порядке? — Нет, ещё лучше, кто был со мной всю неделю, когда умерла моя бабушка? Кто всё время держал меня за руку на её похоронах? Кто всегда сидел в первом ряду на каждой моей игре или выступлении? Кто всегда напоминал мне, что я чего-то стою, когда у меня был плохой день? Кто всегда поднимал трубку, когда я звонила посреди ночи? Кто всегда заставлял меня улыбаться в мои худшие дни? — Лорен, ты и Дайна были рядом так много раз, что я даже не всех их помню, эти последние восемь с лишним лет, а я никогда не говорила вам, как много вы для меня значите. Ты не можешь злиться на себя за этот один раз, когда ты ушла, потому что ты была рядом со мной остальные разы до этого. Пожалуйста, не думай, что ты какой-то ужасный друг, из-за того, что случилось сегодня, потому что ты - самый лучший друг, которого я могла только пожелать, и я бы не хотела когда-либо прожить эту жизнь с кем-либо другим. О, боже. А вот и слёзы. Лорен была той, которую надо было утешать, но теперь, видимо, и Камиле это потребовалось. Слова Нормани сильно тронули её, поэтому она даже представить не может, как хорошо и какой любимой Лорен себя может чувствовать. Нет сомнений в том, что они все очень сильно любят друг друга, и это показывается во всём, что они сделали друг для друга за все эти годы. — Иди сюда, долбаёбка, — сказала Нормани с широкой улыбкой, расставляя руки в стороны. Лорен времени не теряла и практически прыгнула в её объятия. Их смех заполнил комнату, и Камила наблюдала за ними со стороны, счастливо улыбаясь перед тем, как тоже засмеялась.

***

Минут десять спустя, Лорен и Камила ушли от Нормани, чтобы она отдохнула, но, будем реалистами. Им самим тоже надо было отдохнуть. Было где-то два часа ночи, когда они наконец поехали к дому Лорен, чтобы довезти её. Лорен уснула в машине по дороге, держа Камилу за руку. Как только они прибыли к дому Лорен, Камила осторожно разбудила её, и она была очень капризной. Причиной этому была её физическая, психическая и эмоциональная истощённость, и она поспала всего двадцать минут перед тем, как её снова разбудили. А сейчас они тихо пробираются в дом, затем по лестнице в комнату Лорен, надеясь не разбудить её родителей. Камила села на край кровати и потёрла глаза, которые серьёзно начинали гореть, и ей было трудно даже моргнуть. — Камила? — тихо спросила Лорен, вставая перед ней. — М-м? — она была слишком уставшей, чтобы внятно говорить. — Останешься со мной этой ночью? Камила, может, и была слишком уставшая, чтобы говорить, но она, определённо, не устала настолько, чтобы улыбнуться. Каждая ночь, которую она провела с Лорен, была заветной, и она была уверена, что не откажется. Они уже давно не проводили ночи вместе, так что, она, определённо, соскучилась по ощущению того, как она засыпает в её руках и просыпается в них же. — Конечно, — Камила улыбнулась. — Я бы очень хотела. Лорен улыбнулась ей в ответ перед тем, как быстро поцеловать её в нос. — Можешь сама взять себе одежду. А я пойду и приму супер быстрый душ перед тем, как лягу в кровать. Камила кивнула и сделала то, что она ей сказала. Она сняла с себя собственную одежду и нашла длинную, светлую футболку, чтобы надеть её, пока Лорен была в душе. Футболка была достаточно длинная, чтобы закрыть хотя бы середину её бёдер, так что, ей казалось необязательным надевать шорты. Камила залезла на тёплую кровать Лорен и почти расплакалась от облегчения и осознания того, что она, наконец, может лечь и расслабиться. Её тело просто умоляло её перестать двигаться и позволить ему отдохнуть оставшуюся ночь, и сейчас оно это получило, и кровать Лорен никогда раньше не была такой удобной. Когда Лорен сказала, что примет супер быстрый душ, она не шутила. Она была там максимум пять минут. Камила удивилась, когда почувствовала руки на своей талии, и то, как кто-то плотно прижался к её спине. Если бы не знакомый запах шампуня Лорен, она бы подумала, что кто-то проник в дом и начал приставать к ней. [прим. переводчика: авхахваха Камила как всегда] Лорен дотронулась частью своего лица до части лица Камилы и начала целовать её щеку, заставляя Камилу улыбаться и извиваться под её телом. Она хихикнула, поворачиваясь к ней лицом. Влажные волосы Лорен были зачёсаны назад, позволяя Камиле увидеть её чистое лицо без макияжа во всей красе [прим. переводчика: боже, да, Лорен даже без макияжа сущее божество]. Они были так близко друг к другу, соприкасаясь кончиками носа, и Камила могла чувствовать каждый выдох Лорен. — Привет, — Лорен улыбнулась и тыльной стороной ладони погладила щеку Камилы. — Привет, — счастливо ответила Камила, закрывая глаза из-за прикосновений Лорен. Одной из её любимых вещей в Лорен — это то, что она, казалось, никогда не хотела переставать дотрагиваться до кожи Камилы. Несмотря ни на что, она никогда не может прожить долго без какого-либо физического контакта, и не важно, каким тонким и незначительным он может быть. Это никогда не было чем-то излишним, чтобы заставить Камилу почувствовать себя неудобно, наоборот, это было успокаивающе, мягко и нежно, прямо как сейчас. — Помнишь, что ты мне до этого сказала? Камила весело взглянула на неё перед тем, как тихо засмеяться. — Лор, я говорила тебе сегодня миллион вещей. Давай немного поточней, пожалуйста. Пусть и лунный свет, пробирающийся сквозь шторы Лорен, был единственным источником света в этой комнате, Камила всё равно могла видеть яркий розовый румянец на её щеках. — Ты сказала, что любишь меня. [прим. переводчика: ИХИХХИХИ ДА, ОНА ТАК СКАЗАЛА] Теперь и Камила краснеет. После всего, что сегодня случилось, она забыла о своём признании. Но это не значит, что она как-то жалеет об этом. Хотя, было бы лучше, если бы Камила не кричала на Лорен, и если бы это произошло где-нибудь в другом месте, а не на подростковой вечеринке. — Оу, — просто сказала Камила, её лицо всё нагревалось и нагревалось. — Ну, да. — Скажи ещё раз. [прим. переводчика: ААААААААААААААААААААА БОЖЕ ДЕРЖИТЕ МЕНЯ] Зелёные глаза Лорен сосредоточенно смотрели в её глаза. Камила не знала, что задерживала дыхание, пока её естественный рефлекс не заставил её дышать снова. Также, она не знала, что Лорен насмешливо близко подвинулась к ней, пока едва не почувствовала её губы на своих. — Скажи ещё раз, — повторила Лорен, её рот шевелился напротив рта Камилы. Камила дотронулась рукой до части её шеи и попыталась успокоить бешеное биение своего сердца. В этот раз всё иначе. В этот раз она точно знает, что делает, и в этот раз у неё есть полный контроль над своими словами. Камила сглотнула и шатко выдохнула перед тем, как сказать... [прим. переводчика: О БОЖЕ МОЙ БОЖЕ МОЙ БОЖЕ МОООООЙ] — Я люблю тебя. Едва Камила произнесла эти три слова, как Лорен сократила маленькое расстояние между их губами. Её поцелуй буквально забрал дыхание Камилы. Лорен оторвалась от Камилы довольно быстро, чем Камиле обычно нравилось, но у неё не было слишком много времени, чтобы расстроиться, потому что Лорен с обожанием выдохнула: — Я тоже люблю тебя.