To be sane

Особняк содрогался. Самым натуральным образом содрогался. Питер, сидя в общем зале, живописно ругался, записывая, сколько и чего осталось у его обитателей. Маргарет его понимала. В конце концов, защита защитой, усиление усилением, но… Скорпиус и Гермиона уже пять дней в комнате для ритуалов, пытаясь всё-таки завершить хотя бы первый этап объединения магии двух родов. Из-за нападения в особняке Малфоев это сделать не удалось… При этом непонятно, кто именно напал. Это были не Уизли, которых пришлось тогда отпустить, предварительно подчистив им память (исчезновение целой аристократической семейки, пусть и с никудышной репутацией, могло перечеркнуть все попытки замылить глаза Совету Чистой Крови Британских Островов) и прилично так помучив… А вот других явных врагов у самой странной парочки магической Англии вроде бы и не наблюдалось… Однако и времени раздумывать не было, ибо если оставить ритуал, как есть, то есть, незаконченным, без какого-либо результата, его участники погибали… Правда, погиб бы в этом случае только один участник, Скорпиус, так как первый этап прямым образом зависел от него. Гермиона должна была только отдавать свои силы на поддержку. Однако, конечно же, она не могла допустить смерти своего… парня. Этот момент был одним из тех, что крайне смущал и возмущал Маргарет. Конечно, условия весьма своеобразные, психика у всех на пределе… Но должны же быть какие-то возрастные приличия! Каунфиц, сколько себя помнила, никогда не видела, чтобы отношения были между молодым мальчиком и женщиной, которая по возрасту была даже старше его матери. Это же дикость какая-то несусветная! Нет, конечно же, она этого не высказывала лорду и леди… Их личная жизнь, как говорится. Она не имела права в неё лезть. В конце концов, это совсем не мешало им налаживать жизнь магглокровных… До этого момента. Угроза, из-за которой они решились на такой ритуал, была, по мнению Маргарет, весьма и весьма гипотетической. Ну, да, возможно, эта мадам Мусо и вела себя странно… Но надо бы для начала с насущными проблемами разобраться! А тут парочка заперлась в особняке Коунсов в комнате для ритуалов, уже пять дней оттуда не выходя… Каунфиц не знала, что именно они там делали. Магия такого рода ей не была знакома от слова вообще. Однако факт оставался фактом: в пропитании и даже какой-либо воде они явно не нуждались. А в этом, между тем, нуждались остальные обитатели этого дома… Да, награбили они предостаточно, словно бы предчувствуя, что может случиться нечто подобное… Но всё это слишком быстро заканчивалось. Надо было бы выбраться за пределы особняка и что-нибудь выкрасть. Для этого было всё: ребята, у которых хватало сил на атаку, список поместий, жители которых не планировали вернуться в ближайшие полгода, несколько мощных артефактов на случай непредвиденных обстоятельств… Была только одна проблема: выход из дома был просто-напросто заблокирован. Стоял магический барьер, который не удавалось разрушить никакими чарами. И возник он на второй день после начала совершения ритуала. Именно поэтому Питер и ругался. Он ругался, а особняк потряхивало… Нет, конечно, это было не из-за ругательств. Эффект землетрясения начался на третий день ритуала. Казалось, что это родовая магия Коунсов протестует против того, чтобы её с чем-то объединяли… В любом случае, Маргарет ничего хорошего в этом не видела. Конечно, землетрясение было не такое уж сильное, чтобы и ходить нельзя было, но это доставляло неудобства… Особенно неприятные на фоне угрозы умереть в ближайшем будущем с голоду. Наконец, Тарс закончил считать и, встав, устало провёл рукою по лицу. Каунфиц, сидевшая в это время на диване напротив, невольно залюбовалась этим его жестом. Красиво же… Так её муж делал. Но он-то был полукровка, он бывал в парочке аристократических домов, видел эти жесты и церемонии… А откуда знания об этом у магглокровки, не заставшего всего этого просто потому, что при его рождении уже начинался другой режим? Да, официально режим начался своё существование 12 лет назад, когда была знаменитая дуэль Драко Малфоя и Гарри Поттера, но подготовка к нему, как потом узнала Маргарет, шла гораздо раньше… С помощью специальных артефактов выискивали женщин-магглянок, у которых могли родиться дети-волшебники. И женщин, и их детей забирали в тюрьмы и казематы. То, что так прямым образом нарушался Статут о Секретности, британскую аристократию не волновало… Матери будущих магов страдали просто за то, что они их родили. И даже если артефакт давал ложную информацию, и дети оказывались в магическом плане сквибами, их не отпускали. И это всё должен был пережить Питер Тарс. Раб от рождения, в коммуне ведший себя не так, как остальные. Маргарет не раз это замечала… Но сейчас это выглядело особенно удивительно. Тонкий, красивый жест… Больше подходящий аристократам. Откуда он его выучил? Где он об этом прочитал? Этот жест пробудил в женщине болезненные воспоминания о муже… Казалось бы, мелочь, но в голове тут же возник образ любимого человека, погибшего вместе с дочерью, чтобы не подвергать мучениям ни себя, ни её… Катарина… Она сжала кулаки, стараясь не заплакать. Каунфиц долго хоронила эту боль, старалась забыть… И это в итоге частично получилось. Сначала тюрьма, потом пытки, потом — коммуна… Дети, о которых надо было заботиться. Но именно сейчас пришло осознание того, что своей-то семьи у неё нет. Страшный режим лишил её всего. И даже тогда, когда этот режим удастся свергнуть, никто не воскреснет… Возможно, останется дом, в котором она раньше жила. Но когда она придёт туда, никто её не встретит. Тишина и запустение… Вот что будет ожидать её, пусть и уже свободную женщину, имеющую право жить в этой стране, не таясь. Маргарет опустила голову и закрыла глаза. Накатило отчаяние, плавно перешедшее в желание забиться куда-нибудь и тихонько завыть… Несмотря на то, что слёзы она старалась сдерживать, они всё равно потекли по лицу. Одна, другая, третья слезинка… Внезапно женщина ощутила мягкое прикосновение. Даже не открывая глаз, она поняла, что это был Питер. Он вытер одну слезинку, другую, а потом тихо зашептал: — Не плачь… Не плачь, пожалуйста. Я не знаю, почему ты плачешь… Но мне кажется, что ты думаешь о будущем. Думаешь, как ты будешь жить в новом мире, в котором у тебя никого не осталось из прошлой жизни… Может, это не так, а я просто слишком много на себя беру… Просто я думаю об этом. Я начал думать об этом ещё тогда, когда впервые здесь очутился… Свою маму я последний раз видел, кажется, через несколько часов после своего рождения, а мою девушку убили в тот день, когда меня сюда отправили… Я думал, что спасли меня зря. А потом вдруг понял, что нет… Вся коммуна — это семья… Пусть странная, но семья. Ведь что в семье главное? Главное — это держаться вместе и уважать друг друга… Ценить… Любить… И всё это здесь есть… Здесь такие хорошие люди. Особенно ты… Она открыла глаза, сквозь слёзы смотря на парня. Почему-то сейчас он показался ей очень похожим на Лионеля… Едва ли сознавая, что она делает, женщина наклонилась к его губам…