Поднимаясь из Ада

Она слишком сильно устала бежать от чего-то страшного и невообразимого, но выбора, увы, никто даже не пытался предоставить, словно окончательно утверждая, что тут её приговор и окончательный финал всех жизненных надежд и их хотя бы примерных, приблизительных результатов, попыток сделать всё реальностью, которой, впрочем, тоже больше уже нигде не существовало. Бежать было слишком трудно, и сил не оставалось совершенно. Клэри буквально рухнула на какое-то глупое подобие кровати в очередном недоотеле, в котором она вынуждена была ночевать сегодня. Джейс смотрел на неё то ли с каким-то сочувствием, то ли с желанием, и ей становилось от этого всё страшнее и страшнее. Давно пора было бы убежать, вот только пока что ни единого шанса скрыться от своего мужа девушка не знала, и просто бежала, бежала вперёд, туда, куда её тянула бесконечно отвратительная, гадкая и ледяная судьба, мечтающая лишь убить её. Становилось всё страшнее и страшнее. - Он нас обязательно найдёт, - вынося свой персональный приговор, уверенно заявила девушка. – Я точно знаю, что он нас найдёт и уничтожит. Да, конечно, можно было не соглашаться с этой мыслью, но девушка чувствовала, что проклятая, отвратительная смерть уже замерла у неё за спиной. А после смерти она вновь станет его постоянной пленницей, а может, будет одной их тех, кому будут передаваться чужие грехи, кто будет умолять отпустить под странные взгляды, преисполненные ненавистью. Как жить? - Я просто уничтожу твою судьбу, - ещё раз посмотрела она на Джейса. – Ты не должен мне помогать, слышишь? Эрондейл отрицательно покачал головой и приобнял её за талию, а после отпустил, заметив, что девушка всё так же холодна, словно руки её были льдом, словно каждое прикосновение оказалось бы ядовитым. Это удивляло, но, тем не менее, ни на чём настаивать не было никакого смысла. Вряд ли она послушает, вряд ли у неё в голове вообще была хотя бы одна мысль о том, чтобы изменить собственному мужу. Просто потерянная девушка, которая пытается отыскать свою судьбу, но не может её найти. Она устала, ей было неприятно просто так сбегать от кого-то, без цели, без единого осколка хотя бы какого-то здравого смысла. Да и куда она бежит, зачем, с какой целью, если тут всё вокруг становится всё более и более страшным, если кошмар научился распространяться куда быстрее, чем ты успеваешь сбежать от него, хотя бы отступить в сторону, чтобы не задело осколками после взрыва. А осколков много, слишком много, ими заливает всю реальность, продолжая мучить и пронизывать буквально насквозь, догонять и хватать за руки, за ноги, убивать, толкать в спины и просто перерезать горло, одним взмахом руки. - Он нас найдёт! – наконец-то в отчаянье прошептала девушка. – А я теперь даже не понимаю, зачем я вообще от него сбежала. Какой смысл был в побеге, если я его, чёрт возьми, люблю?! - Это фантом чувств! – слишком уверенно воскликнул Джейс, словно пытаясь убедить её в чём-то. Клэри неуверенно пожала плечами и присела на краешек кровати, словно рассчитывая на то, что сможет вот так просто взять и успокоиться. Волшебство, над которым она вновь умудрилась потерять контроль, полилось вокруг странной, невообразимой пеленой, окутало её с ног до головы и перестало давить на сердце, словно предлагая оставить определённое место для маневра. Всё вокруг залилось неизвестного цвета краской, и девушка представила себе ещё один цветок, который, возможно, хотела бы видеть сейчас. Красные лианы повились вокруг неё, оплетая руки и ноги девушки странными батогами-верёвками, зелёными, разноцветными, разнообразных оттенков, которые нельзя было измерить в словах. Всё становилось страшнее. Клэри грустно усмехнулась, а после мотнула головой, словно окончательно отказываясь от любых желаний, любых мыслей, которые только могли её посетить сейчас, хотя бы на несколько мгновений. Эрондейл вновь попытался обнять её, и девушка в очередной раз вывернулась из его рук, отвернулась, и цветы моментально вспыхнули по всему номеру. Они выбирались из окон, пытаясь показать всему миру, насколько было бы хорошо, если бы всё было зелёным, расцветали с невероятной скоростью. Казалось, скоро здание отеля должно было и вовсе рухнуть от странной навалы, бесконечно трудной и невероятной, навалы, которую невозможно было даже попытаться остановить. - Что это? – шёпотом переспросил он, словно не понимая, что девушка просто потеряла над собственной силой всякий контроль, отпустила её, позволила лететь куда-то вперёд на странных крыльях родного существования. - Это моё могущество, - прошептала она. – Это то, над чем я окончательно потеряла контроль. Я не буду ничего останавливать, даже не проси меня об этом, я не буду… Джейс вздохнул. Ей, ну, теперь уж точно, невозможно было просто взять и сказать, что на самом деле такой поступок может стоить им жизни. Себастьяну так будет отыскать их куда легче. - В дверь уже стучат, - наконец-то промолвил он. – Кажется, всеми этими деревьями мы могли кому-то помешать, понимаешь? Она слабо и неуверенно кивнула, будто бы признавая, что действительно такое могло быть, а после весело, задорно улыбнулась. В конце концов, она имеет полное право на то, чтобы продемонстрировать все оттенки своих сил, всё своё могущество, всё то, что есть у неё, подаренное великолепной и могущественнейшей природой, влияние которой просто невозможно вот так взять и ограничить. Клэри смотрела на причудливые цветы, которые вились вокруг неё, пыталась понять их странную природу, свыкнуться с тем, что они – тоже её рук дело, творение, которое она сама создала. Всё цвело, буяло, и приятные запахи распространялись повсюду, словно преследуя человечество своими широкими, огромными шагами. Теперь Клэри показалось, что она действительно поступила очень и очень глупо, когда внезапно приняла решение, что больше не способна жить с собственным супругом. Надо было вернуться, а теперь уже слишком поздно, теперь она уже не может вот так взять и сказать, что желает домой. - Я привела нас всех к смерти, - прошептала она, чувствуя, что сейчас попросту потеряет сознание. – Он никогда никому не простит этого. - Ты должна понимать, что спасалась от верной смерти! - Нет, - она отрицательно покачала головой. – Какой смерти? – удивлённый взгляд потерянно блуждал по цветам. – Он бы меня и пальцем не тронул бы, право слово, а ты говоришь – смерти… Ой. Это всё, казалось, окончательно смешалось в сплошном потоке вокруг неё и отказалось демонстрировать собственную вторую сторону медали, которая, очевидно, была ещё более страшной и отвратительной. Ей оставалось только плакать, и слёзы сами по себе, словно градом, катились по щёкам, отказываясь останавливаться хотя бы на мгновение. И её пустота окончательно завернула её в непонятный клубок нервов и страхов, что из него попробуй выберись на ту столь неожиданную и страшную свободу. - Все мы умрём, - покачала головой девушка, словно подтверждая странное пророчество прошлого века, в котором потерялась и сама. Ей казалось, что вокруг всё цветёт слишком буйно и бурно, но, тем не менее, выбора не было, она не знала, как остановить то, что сама же, своими-то руками творит прямо сейчас, что вырастает из-под её пальцев. - Клэри! – голос Джейса звучал словно издалека, она подняла голову и посмотрела на него, а после отвела взгляд и почувствовала, что окончательно падает, попросту теряет сознание. Всё. Перед глазами больше не было той самой ясности, которой она было так обрадовалась совсем недавно. Не осталось ничего, ничего, что могло бы сделать её более счастливой, чем она была несчастной сейчас. Нет, кровь прилила к щёкам, словно пытаясь уничтожить её окончательно и разорвать на мелкие кусочки, уничтожить, просто так взять и разрушить всё на свете, что только было в её жизни. Эрондейл подхватил её на руки, не позволяя свалиться на пол, и положил на кровать, а сам опустился в кресло, понимая, что если что-то срочно не придумать, то вряд ли они доживут до следующего вечера.