"В театре жизни..."

      Здание неприметное. Внешне выглядит так, как и другое обычное здание на аллее. Серая, чуть потрескавшаяся краска; черная дверь из дерева; коричневый коврик у главного входа. Внутри все выглядит намного дороже и изысканнее. Каждая вещь сквозит роскошью, а в воздухе витает запах денег и дешевых духов.       Однако Грелля сейчас совершенно не волнует дизайн, так же, как не волнуют стоны и разговоры за дверями слева и справа. Он, чуть пошатываясь, идет только вперед, чтобы потом дрожащей рукой дотронутся до чистой ручки двери, которая, возможно, дороже его . Мужчина открывает дверь, заходя внутрь, не замечая улыбки, появившейся у главного наркодилера на лице. Сатклиффа сейчас вообще ничего не волнует - единственное, к чему приковано внимание мужчины, так это пакетики, а точнее их содержимое. Он делает шаг вперед, протягивая руку к желанному спасению, но другая рука, более бледная, ухоженная, и, наверняка, нежная закрывает их.       - Мне ..., - голос хриплый, осипший, - нужно ... Они нужны мне, - мужчина кашляет, ноги больше не могут его держать и он садится на ближайшее , не замечая, как дернулся уголок губ мужчины, показывая его презрение и брезгливость.       - В прошлых раз ты отдал мне последние деньги. Чем на этот раз будешь расплачиваться, Сатклифф? - голос у Уильяма серьезный и жесткий. Ему чужда жалость или совесть: лишь холодный расчет и действия строго по продуманному заранее плану. От предвкушения улыбка сама появлялась на лице, превращаясь в оскал. Однако даже этого Грелль не заметил, передернув плечами, подняв наконец-то голову.       Алая прядь упала ему на грудь. Все такой же яркий цвет казался очень подходящим его бледной коже. Его прекрасный образ портили глаза, а точнее глубокие и темные синяки под ними, образовавшиеся, видимо, от недосыпа, и некий желтоватый оттенок на руках. А еще одежда ... Уилл помнит Грелля всегда изысканно и со вкусом одетым (хоть тот был и беден, но мужчина всегда умел даже из дешевой одежды сделать красивый комплект). Однако сейчас на несчастном была рубашка с различными пятнами и дырками, наверное, она когда-то была парадно-белого цвета; так же накинутый на плечи черный пиджак, который, казалось, был единственной приличной вещью, без всякой грязи: она выглядела чистой, будто бы только что купленная в магазине; брюки на коленках порваны ("Видимо, часто падал." - сделал вывод мужчина). Грелль был похож на бездомного, тех, кто слоняется по мусоркам города. Запах, исходивший от Сатклиффа, будто смешал в себе металлический запах крови и мочи.       - У меня ничего нет. - голос дрожит.       Секунда. Две.       И Сатклифф снимает свой ​​пиджак, новенький и совсем не грязный. А Уильям качает головой.       - Дешевка, - выплевывает это слово мужчина, брезгливо сморщив нос.       - Н-но эта единственная дорогая вещь, Уилли.       И хочется ударить. "Уилли" - это форма его имени выводит мужчину из себя, особенно когда ее говорят так мягко, чуть растягивая, как это делает Грелль. И Уильям бьет, из-за чего Сатклифф падает на пол, пачкая ковер своей кровью, за что получает еще один удар. После он садится на пол, уже совсем не заботясь о опрятности своих дорогих брюк, и проводит рукой по щеке Грелля.       - Расплатись собой.       Глаза наркомана распахиваются, из глаз начинают течь слезы. Гордость так не вовремя напомнила о себе. Гордость - то, что давно растоптано, лежащее в грязи и помирающее в агонии.       - Я не х-хочу. - жалок, как же он жалок. Грелль отползает от мужчины, подтягивая ноги к груди, будто пытаясь стать меньше. И как ненормальный мотает головой, не останавливаясь, все повторяя: "Н-нет... Н-не хочу". Это злит. Уилл не привык к отказам. Уилл привык получать то, чего хочет. Поэтому он встает на ноги, подходит к дрожащему Сатклиффу и снова бьет того, чтобы после схватить за длинные, прекрасно-алые волосы и потащить в соседнюю комнату. Та выглядит не так ухоженно: простыня серая, подушка одна, и запах тут неприятный, но сейчас все равно.       Утром Грелль тихо встанет, стискивая зубы от боли. Все тело будет ломить. Ведь Уильям не будет нежен - жестко трахнет. Одевшись, Грелль заберет наркотики, направляясь к выходу. И только когда дверь за ним закроется Уилл откроет глаза, чтобы улыбнуться. Через неделю Грелль вернется. Снова...