Запах страсти

      После последнего раза между ними ничего не было. Нацу уставал на работе, а Люси решила не настаивать и просто помогала ему расслабиться легким массажем и хорошим ужином. В таком ритме прошла вся неделя. Несколько раз она, конечно, пыталась его соблазнить своими откровенными нарядами, но его хватало только на то, чтобы поесть и лечь спать.       Хартфилия с нетерпением ждала выходных, и до них осталось буквально пара часов. Она уже строила в своей голове картинки того, как они пройдут.       Нацу снова пришел домой абсолютно нетрахоспособный, как Люси его про себя называла, и решение этой проблемы пришло само собой. Она ничего не теряла, поэтому попробовать стоило.       Он уже славно сопел, лежа на спине, когда Хартфелия вышла из душа. Прокравшись к нему на цыпочках, легла на бок и стала медленно водить рукой по его обнажённому торсу. Сначала просто ладошкой, а потом слегка царапая коготками.       Парень дернулся от ее прикосновений, но пока не проснулся, и она повела рукой вниз и, слегка отодвинув одеяло, просунула руку в его боксы. В животе у нее моментально все сжалось, тело в срочном порядке требовало мужской ласки. Ей так нравилось касаться его члена, но еще больше ей нравилось, когда он в ней — это создавало чувство единства. Будто когда они вместе, больше ничего не имело значение. Ведь как только он не хотел секса неделю, то она забивала себе голову различными домыслами типа: «У него есть другая, теперь он не хочет меня!» или «Он потерял ко мне интерес, я его больше не возбуждаю!»       Сколько раз он только не пытался ее вразумить. Объяснял, что он так же, как и раньше её любит и хочет, что просто бывают такие моменты.       Поэтому Люси наслаждалась каждой такой минутой, проведенной с ним. Ей в нем нравилось все: волосы, такие мягкие, необыкновенные глаза, губы, торс, руки, бедра — все это вводило её в некий эстетический транс, граничащий с безумием. Иногда ей казалось, что она какой-то маньяк — она постоянно его хотела. При любых обстоятельствах. Не важно где, когда и во сколько. Нацу не раз за это называл ее нимфоманкой. А ведь и правда, стоило ей почувствовать вкус секса — её уже не остановить.       Нацу стал шевелиться во сне, выдернув Хартфилию из размышлений. И, отбросив мысли на задний план, девушка взялась за дело. Она легла парню на грудь, вдыхая его запах, и продолжала массировать его достоинство, наблюдая за тем, как под ее руками он начинает расти. Каждый раз она радовалась этому как ребенок.       Когда рукой играться надоело, Люси стала постепенно прокладывать дорожку из поцелуев от шеи и вниз к паху, нежно проводя по коже аккуратными ногтями. Нацу недовольно промычал, пошевелился и продолжил спать дальше. Живот — одно из самых ее любимых частей тела. Она могла его гладить и целовать постоянно. Сейчас она тоже плавно провела губами по его тёплому животу, языком проложила дорожку от пупка до паха. Пристянув с него боксы, Хартфилия высвободила его достоинство из плена ткани. В каком-то немом восторге Люси облизнула его член от корня ствола до головки, взяв последнюю в рот, словно большой чупа-чупс.       Тело парня напряглось, и он будто подался к ней, и член проскользнул глубже в рот, касаясь горлышка. Взяв в левую руку его яички, второй она обхватила член и стала медленно двигать вверх-вниз. Нацу запрокинул голову назад и застонал. На минуту Люси подумала, что он проснулся, но глаза его по-прежнему оставались закрытыми, только шумное дыхание сбилось.       Она взяла парня за бедра и ртом резво стала имитировать половой акт.       Неожиданно ее схватили за плечи, и вот она уже лежит на спине, и над ней нависает почти голое мужское тело. Очень сексуальное мужское тело.       — Ты уже проснулся? — Хартфилия расплылась в улыбке и за шею притянула парня к себе, слившись в поцелуе. — Как от такого не проснуться, когда тебя буквально насилуют. Ты что, увлеклась некрофилией? Я, конечно, знаю, что далеко не труп, но все-таки. Боже, детка, во сне? Ты серьезно? — губы Драгнила изогнулись в легкой улыбке, а глаза томно прикрылись. — Я честно пыталась себя остановить, но желание меня пересилило, — прошептала Люси и укусила Нацу за верхнюю губу. — С кем я связался? — его глаза округлились в притворном ужасе, и он навалился всем телом на девушку, подчиняя, присваивая.       Он ворвался в ее рот без предупреждения, словно ураган, осваивающий новые земли, не жалея ничего на своем пути и заполняя все собой.       Ноги Хартфилии обвили его талию и притянули ближе к себе. Их тела переплелись вместе, словно лиана вокруг дерева. Его, такое могучее, и ее, такое женственное. Он просунул руку ей под попку и сжал ее, она в ответ запустила руку ему в волосы и углубила жаркий поцелуй. Они уже так глубоко дышали, но не отрывались друг от друга, пытаясь насытиться, но не насыщаясь. Им было и мало и много одновременно.       Их языки танцевали только им знакомый танец, переплетаясь, щекоча, играя. Его член уперся ей между ног, соблазняя, доставляя наслаждение и заставляя распаляться ещё сильнее.       По всей комнате разносились их стоны и тяжелые сбитые дыхания. Люси провела руками по его спине и сжала его ягодицы, придавливая к себе, к паху. Нацу слегка приподнялся и левой рукой направил свой член в её нутро.       — А-а-ах, Нацу, только не останавливайся! — глаза Хартфилии закатились и прикрылись от получаемого наслаждения, едва он вошел в нее на всю длину.       Движения стали размеренными, с постоянным наращиванием темпа. Он пригвоздил девушку своим телом к кровати и с каждым толчком прижимал еще сильнее и сильнее.       Парень тяжело сопел над ухом, вызывая целые стаи мурашек, от которых Люси ещё больше возбуждалась. Уши и шея были ее самыми чувствительными эрогенными зонами из всех. Стоило ему к ним прикоснуться — у нее подкашивались ноги, а сердце, и без того бешено чеканящее ритм, звонко ударялось о стенки.       Вот и сейчас его дыхание доставляло ей неистовое удовольствие. Его член скользил внутри нее все быстрее и резче, отчего все ее тело покрывалось мурашками, что даже холодно становилось.       Не разрывая связь, Нацу поднялся и следом приподнял Хартфилию на уровень своего лица. Обнял обеими руками, впился в ее сладкий маленький ротик поцелуем и что есть силы стал буквально вбиваться в нее, выбивая из легких воздух. — Да, малыш, я хочу тебя, хочу закончить вместе с тобой! — прокричала Хартфилия, хватаясь за шею молодого человека, и сжала внутри мышцы, чувствуя наслаждение от трения члена. В один момент в ней стало так узко, что оба достигли пика, абсолютно этого не ожидая. Но им стало так хорошо, что просто не смогли сдержаться. Ее киска продолжала сжиматься в спазмах, как и Нацу продолжал изливаться в нее, слегка подрагивая, когда телефон Люси издал характерный звук, уведомляющий о новом сообщении.       Нацу вопросительно вскинул бровь, мол: «Кто это тебе пишет в такое время?»       Затем встал с кровати, взял в руки телефон и открыл сообщение:

Детка, я со стояком в штанах вспоминаю твое сексуальное тело, скачущее на моем члене.

Номер не определен

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ. . .