Праздник вернулся к ней, когда она не ожидала: после двух недель напрасных слез, недолгих разговоров наяву и по телефону, она снова с ним дурачится, подшучивает и упрекает, наигранно обижается. На целую минуту она стала самой счастливой на Земле, почувствовав на себе его руки, она была на седьмом небе, когда он впервые за долгое время поцеловал её.

Даже в самую жаркую погоду она спала под теплым пледом. Это была привычка. Простая привычка, над которой посмеивался Хеппи и всегда ворчал Нацу.

Больше путей отступления не было: сидеть и дальше в неловком молчании сил не оставалось, но Драгнил тем не менее выглядел бодрым и даже повеселевшим, а в темных глазах отражался свет ламп. — Почему ты не заказал что-то на свой вкус? — Разве? Я же заказал карамельный пирог, — парень улыбнулся, поднося к губам горячий напиток. — Теперь мой вопрос: зачем ты меня искала? — За тем же, зачем ты покрасился: я проиграла Мире желание, и вот мы тут.

— Драгнил! — Люси надавила на изогнутую ручку двери и вышла из магазина, осторожно заглядывая за угол; в полутени верхом на велосипеде прятался кот, а сзади неё кто-то негромко прыснул от смеха. Нацу сидел на корточках возле клумбы с пионами и хитро глядел прямо в её глаза; рука, которую он прятал за спиной, шевельнулось, и через секунду перед девушкой уже стояла большая квадратная корзинка, накрытая розовым пледом. — Ну как? Составишь мне компанию?

— Почему без носков, Рапунцель? — мужчина подошёл неожиданно быстро, сзади, и обнял её за талию. В его голосе присутствовали нотки смеха и необычной для него рассерженности. — Почему у тебя руки такие холодные? Почему заставляешь всё время волноваться за тебя? — Нацу…