Не сдавайся

С трудом открываю глаза и оглядываюсь. Первая мысль – где это я? Но тут я замечаю спящего Пита и все становится на свои места. С трудом разгибаю усталые ноги и потягиваюсь. Вот тебе урок, Китнисс – никогда не засыпай в положении сидя. Особенно в узком кресле. Иначе с утра не встанешь. Хотя каким-то образом, мои ноги лежат на кровати. Сгибаю и разгибаю руки и ноги. Поднимаю с пола книгу, которую вчера читала Питу. Под мой тихий и спокойный голос он заснул первым. А затем и я к нему присоединилась. Вскакиваю и разминаю ноги. Тут мое внимание привлекает тихий шорох. Я оборачиваюсь и вижу Лютика, вальяжно устроившегося на груди Пита. Как он сюда попал? Ах, ну да. Пит же спит только с открытыми окнами. Видимо, ночью он встал, приоткрыл окно и положил мои ноги на кровать. Лютик машет хвостом возле носа Пита. Парень морщится и открывает глаза. -Привет, Лютик. И что ты забыл на мне? Я снимаю с Пита кота и кладу в кресло. Главное потом на него не сесть! А то орать так будет, что услышат и в городе и в Шлаке. -Доброе утро. Как спалось? -В положении сидя не очень, - смеюсь я. И серьезно добавляю, - Но кошмаров не было. -Да, я сегодня тоже хорошо спал, - на лице Пита радостная улыбка. -Как ты себя чувствуешь? -Уже лучше. С такой заботой я просто обязан выздороветь дней за пять. -Если ты не хочешь проболеть свой день рождение, то да. Повисает неловкое молчание. Я кладу книгу на столик и направляюсь к выходу. Собираюсь открыть дверь, как слышу: -Китнисс, ты позовешь меня, когда все будет готово? -Зачем? – ох уж это привычка отвечать вопросом на вопрос. -Мы вместе договорились поесть. Так ведь? -Да, - я разворачиваюсь, подхожу к кровати и трогаю его лоб. – Нет. Тебе лучше не ходить. Температуру себе еще больше поднимешь. Тебе и так нужно принести жаропонижающее. -Ну Китнисс! -Что Китнисс? Я уже почти 18 лет, как Китнисс. Я принесу еду сюда. И тебе и мне. А если ты откажешься есть, то я точно позову Хеймитча! Он в тебя еще и добавку впихнет. Ты ведь его знаешь. -Знаю… - вздыхает Пит. -Вот и договорились! – я уже открываю дверь и шагаю в коридор. С шумом спускаюсь по лестнице и заворачиваю на кухню. Я поднимаюсь с подносом по лестнице, как слышу трели телефона. Спуститься и ответить? Или лучше отнести еду? Я на последней ступеньки, поэтому захожу в комнату, отдаю поднос Питу и иду назад. Поднимаю трубку и до меня доносится взволнованный голос Энни: -Китнисс! Срочно приезжай! С твоей мамой такое случилось! – дыхание учащается. Мама… Я никогда не была с ней близка. Но она последний человек, носящий фамилию Эвердин. Кроме нее у меня никого нет. Я пересиливаю свои чувства и выдавливаю: -Что с ней, Энни? И не волнуйся. Тебе вредно. -Китнисс! Это не телефонный разговор! Приезжай! Следующий поезд будет в 10.30. Ты должна приехать! – и Энни бросает трубку. Минута, две, три… Я стою. Что делать? Нужно ехать к маме! Но как же Пит? Я не могу его так просто оставить! С высокой температурой и ангиной! -Ну, что же, Хеймитч, пора тебе снова помочь мне, - шепчу я. План рождается мгновенно. Я поеду в Дистрикт № 4 и выясню, что с мамой. Побуду там пару дней и вернусь. Сердце бьется часто-часто, пока я бегу по лестнице наверх. -Пит! Мне нужно уехать! О тебе позаботится Хеймитч! – выпаливаю на одном дыхании, заглядывая в его комнату. Разворачиваюсь и собираюсь уйти. -Китнисс! Да подожди ты! – кричит он, а после заходится в кашле. -С мамой что-то случилось! Мне нужно ехать в Четвертый! -Хорошо. Езжай. И, Китнисс, пусть удача… - он берет виноградинку с подноса и ловко подбрасывает ее в воздухе. Совсем как Гейл… Гейл… Четыре буквы и четыре звука. Он сейчас во Втором. Как же давно я его не видела. Он отдалился от меня. Он больше не тот, кому я безоговорочно доверяю. Он изменился. И каждый из нас точно знает, что наши отношения не будут прежними. Мы больше не сможем охотиться вместе. Мы не можем просто быть друзьями. Не можем. Я смотрю на виноградинку, описывающую дугу в воздухе и вспоминаю нашу последнюю охоту перед Жатвой. Он кинул тогда мне другую ягоду и сказал начало фразы голосом Эффи. На моем лице появляется легкая ухмылка. Я ловлю ягоду ртом, надкусываю мягкую корочку и мой рот заполняется сладким соком. -Всегда будет на вашей стороне! – говорю я голосом Эффи. Разворачиваюсь и выхожу из комнаты. Теперь передо мной сложная задача. Мне нужно убедить Хеймитча. Чем же его можно задобрить? Алкоголя у меня нет. Да если бы и был – не дала. Запьет ведь, о Пите забудет. Ничего, уломаем. Хеймитч меня понимает, как никто другой. Выхожу на улицу и перехожу дорогу. Захожу к себе и поднимаюсь по лестнице. В спальне на кровати стоит будильник. Его, кажется, кто-то когда-то принес. Кто – не помню, когда – тоже. Я ведь спала внизу. Открываю шкаф и достаю дорожную сумку. В ней Цинна привозил мне одежду. Кидаю что-то по мелочи. Несколько футболок, рубашек, куртку, пижаму, несколько пар штанов, белье и обувь. Вроде все. Беру сумку и иду назад. Теперь мой путь лежит прямиком к Хеймитчу. Я открываю дверь и чуть не падаю от резкого запаха пота, спиртного, немытой посуды и объедков. Без Хейзел мой ментор опять изгадил свое жилище. Оно стало еще хуже, чем раньше. До меня доносится богатырский храп Хеймитча. -Спим значит? – ехидно усмехаюсь я и иду на кухню. Хеймитч спит, положив голову и плечи на стол. В одной руке пустая бутылка, в другой – нож. Осторожно вытаскиваю нож из руки. А то убьет ведь, как узнает, зачем я пришла. -Хеймитч! Хеймитч! Доброе утро! Подъем! – кричу ему на ухо. Нет реакции. Значит воспользуемся другим, давно проверенным способом. Наливаю в таз воды и начинаю поливать Хеймитча. Он дергается, что-то орет и таращится на меня. -Чего тебе, солнышко? -Мне нужна твоя помощь. Ты должен позаботиться о Пите. -Я? Должен? Я никому ничегошеньки не должен! -Хеймитч, что-то случилось с моей мамой! Я должна поехать к ней! Помоги мне, Хеймитч! – из моих глаз текут слезы. Опускаюсь на стул и закрываю руками лицо -Ну, что ты, Китнисс! Все будет хорошо! Ну не плачь! Китнисс! – Хеймитч ласково обнимает меня за плечи. От него здорово несет перегаром, но мне все равно. -Значит мы договорились? -Ну куда я от тебя денусь! -Спасибо, Хеймитч! – тихо шепчу я. – А сколько сейчас времени? -Десять часов двадцать минут. -Я опаздываю! Пока, Хеймитч! И еще раз спасибо! – я вскакиваю и бегом направляюсь к выходу -Китнисс! – его голос заставляет меня обернуться. – Удачи, Китнисс! -Удача всегда на нашей стороне, Хеймитч, - тихо шепчу я, покидая его дом. На вокзале я пришла ровно в 10.30. Поезд останавливался. Купив в кассе билет, я прохожу в вагон. Рядами стоят обычные кресла. Сажусь на дальнее, у окна. Кроме меня в вагоне никого нет. Улыбчивая кондукторша проверяет мой билет и желает удачной дороги. Покупаю у нее расписание. Поезд сделать остановку в Десятом, Шестом и в Четвертом. Далее он следует в Капитолий. Поезд медленно трогается, а я прижимаюсь щекой к стеклу. По щеке течет одинокая слезинка. Мне страшно. Мне очень хочется забраться на колени к отцу и выпить чай с мятой, заваренный мамой. Как в детстве. Мама… Как давно она стала для меня чужой. Я не смогла простить ей то, что она бросила нас. Может, я никогда не смогу этого сделать. Но когда я приеду, то обязательно крепко-крепко обниму ее и прошепчу, что очень люблю ее. Обязательно!