Не сдавайся

Тик. Так. Тик. Так. Громко и противно тикают часы. Секунды, минуты, часы тают на их стрелках. Унося с собой ее жизнь… Скорее всего, через неделю ее не будет. Не будет... И я останусь совсем одна… Против всех своих кошмаров... Против страхов… Против целого мира… Не будет! Ее не будет! Три слова прожигают дыру в сердце. Ее не будет. Не будет через 7 дней, 168 часов, 10080 минут и 604800 секунды. Мне сказали одно слово. Одно слово заставило меня сесть и спрятать лицо в ладони. Три буквы начали разбирать мое сердце на отдельные крупинки. Больно. Очень больно… Осознавать, что я могу ее потерять. На этот раз навсегда… И она больше не заварит мне чай… И не заплетет мне косу… Рак. Одно слово сказала мне врач. Одно слово заставило течь по моим щекам слезы. Одно слово чуть не довело меня до истерики. Мне сказали, что мама болеет давно. Просто она не хотела огорчать меня и Прим. Но она не сказала даже после того, как моей сестрички не стало. Ведь знала, что это добьет меня. Добьет. И я полностью уйду в себя. И никто мне не поможет. И уехала она только потому, что ей стало намного хуже. А сегодня рак добрался до ее легких… Заставил кашлять и потерять сознание. Ее подключили к какой-то терапии, которая помогает ей дышать. А мне сказали подождать. И я сижу на полу и смотрю в одну точку. Меня напоили сильным успокоительным. Я не чувствую вообще ничего. Ничего. Энни позвонила домой и рассказала все Хеймитчу. Он сказал, что обязательно приедет. А Пита оставит на Сей. Хотя я думаю, что Пит поедет с ним. Он не сможет бросить меня. Не позволит мне сдаться. Снова уйти в себе и замкнуться. Ведь мне только стало лучше. Потому что я отвлеклась. Отвлеклась на новую заботу. Теперь все свои силы я направляла на заботу о Пите. Мне потенциально нужно было нуждаться в ком-то. И я пошла к тому, кому была нужна. Ведь кроме Пита у меня никого не будет. Даже ее. Даже мамы. Мама… Мне так жаль, что я проводила с ней мало времени. Что не смогла… Не смогла простить ее… Мне стыдно. Стыдно. Дверь открывается, и выходит молодая женщина. Она оглядывается по сторона и садится рядом со мной. -Китнисс. Китнисс, не вини себя. Никто не знал о болезни твоей матери. -Она знала. И не сказала мне! Я бы могла ей помочь! -Рак последней стадии, Китнисс. Помочь ей можно было только до твоих игр. А тогда вы едва выживали. -Папа знал? -Нет. Она не сказала. Я вытираю рукой слезы. Как же мама заботилась о нас! Как же она оберегала нас от этой страшной новости. -Ты можешь зайти к ней, - она поднимается и уходит. А я сижу еще несколько минут. И только потом встаю и открываю дверь. -Китнисс? – мама лежит. К ней подведены множество трубочек. -Мамочка… - тихо шепчу я, подходя ближе. Я протягиваю к ней руки, как в детстве. Она обнимает меня и мы вместе плачем. -Китнисс, прости. Я не хотела огорчать тебя. Прости. -Мама… Я тебя люблю… -Я тоже тебя люблю, солнышко. Я тоже тебя люблю… - мы лежим в таком положении и плачем. Нам не нужны слова. Не нужны. Мы так давно не были близки. Нам спокойнее вместе, мы нужны друг другу. Я меряю шагами коридор. Ее скоро не будет. И я хочу провести все оставшееся время с ней. Все оставшееся время… Его не так много. И каждую минуту я буду с мамой. Потому что мне нужно сделать то, что я не делала шесть лет. Наконец простить ее. За окнами хлещет дождь. Он очень хорошо описывает мое настроение. Очень подходит под мою тоску. Под боль и отчаяние. И я плачу. Тихо и без истерики. Просто плачу. Позволяю моей боли выходить наружу. Одинокая фигура привлекает мое внимание. Одинокая, будто потерянная. Одна единственная. И я тут же узнаю походку. Его походку. Тот, что понимает без слов. Такой же одинокий. Сейчас он лучше всего понимает меня. Он тоже потерял и мать, и брата, и девушку. Он знает, каково это – быть один. И я не задумываясь бросаюсь ему на встречу. Не обращаю внимание на удивленные взгляды. Я просто бегу на встречу. По щекам теперь течет еще и дождь. Капли попадают за шиворот, но мне все равно. Я просто бросаюсь ему на шею, утыкаюсь носом в плечо и плачу навзрыд. Он обнимает меня и пытается что-то сказать, но не находит слов. -Спасибо, Хеймитч. Спасибо, что ты здесь, - шепчу я.