Волшебное путешествие сквозь жертвы

      По статистике в Гнаар Мок обычно было облачно, а дожди, грозы, снег и другие осадки выпадали редко, по сравнению с ними часто бывал туман, но и он формально присутствовал только иногда. В то же самое время реальность порой не соглашалась со статистикой, сверкая на воздухе водяными парами в свете лучей утреннего солнца или редкого фонаря неделями напролёт. Двадцать четвёртое второго зерна было подвластно статистике: только кучевые и перистые облака, застилающие весь небесный свод, ничего больше. Этим утром Т'ерри проснулась рано – в восемь часов. Судя по всему, она встала сама, и уже не хотела спать по непонятным причинам. Дни проживания здесь не были однообразными, но всё же развлечений в поселении практически нет, поэтому, когда надоедало читать, блуждать и заниматься алхимией, ей откровенно нечем было заняться.       Утром ничего не хотелось делать, поэтому она пошла на улицу – смотреть на водную гладь и подставлять лицо под потоки воздуха. До одиннадцати к ней всё равно никто не зайдёт, так что можно было спокойно сидеть. Она ещё никогда так не делала, а сегодня захотела попробовать. Сидя на коротком и широком вертикальном бревне, используемом для крепления тросов пришвартовавшегося корабля, она смотрела в облака, отражающиеся от водной глади. Как ни крути, специалист-алхимик может неплохо зарабатывать на жизнь, например, у Т'ерри сейчас было уже больше пятисот септимов, и, хотя после выплаты налогов останется намного меньше, у неё на это дело есть целый месяц, в который она также будет зарабатывать. Не деньги волновали её этим утром, а влажный ветер со стороны моря, скука и желание придумать себе ещё какой-нибудь род деятельности. Например, можно самостоятельно написать какую-нибудь книгу для начинающих алхимиков, или же книгу экспериментаторского искусства, ведь некоторые пытаются вовсе есть ингредиенты, чтобы понять, что из них можно приготовить, а это принципиально недопустимо. С другой стороны это ведь их личное дело. «А может, интересно было бы отправиться путешествовать?» – пришла ей в голову мысль. Наивно: это опасно и вовсе не весело.       Трудно сказать точно, сколько времени она рассматривала море. Где-то там, более чем в шестидесяти километрах от неё, начинался материковый Морровинд... слишком далеко, чтобы увидеть. А вот крупный военный корабль с флагом Империи увидеть было просто: он приближался к ней. Она вспомнила, что солдаты, прибывшие на День Шута, так и не убыли обратно в Эбонхарт, именно на этом корабле они и отправятся обратно. Т'ерри поднялась и отошла к площади: не хотела мешать перемещению легионеров, без строя и шума по одному идущих тёплым утром. Вполне вероятно, они собирались уйти если не незаметно, то точно без лишнего шума, иначе они уходили бы так же, как и прибывали, – единым составом.       С другой стороны из-за такого перемещения корабль стоял намного дольше, поэтому алхимик решила, что солдаты просто не хотели будить местных жителей своим топотом утром. Она отправилась в гости к Хинальду. Нельзя сказать, что она так любила общаться с мужчинами, или что они были друзьями, но сегодня у неё не было настроения что-либо делать. Кроме того, несмотря на некоторую простоту в общении, ей всё равно нужно было порой общаться с кем-нибудь, кто хотя бы немного знает её, кому можно на самом деле доверять, пусть даже это просто знакомый. Посидев с ним пару часов, она нашла в себе мотивацию работать сегодня.       День шёл своим чередом, особо не отличаясь от других до самого вечера. Примерно в одиннадцать часов Т'ерри забралась в подвал, чтобы положить в свой рюкзак книжку, которую несколько минут назад читала. Однако она задержалась в подвале, разглядывая ровно стоящие подписанные колбы: задумалась, сколько сюда ещё может влезть. Из раздумий её вывел резкий звук бьющейся посуды. Сначала она хотела выскочить и наругать того, кто это сделал, но буквально через секунду поняла, что это звук из прихожей, а дверь была заперта на несколько замков. На всякий случай она поднялась по лестнице и закрыла крышку, оставаясь в подвале: ей стало страшно. Возможно, это глупо – бояться в собственном доме, но с другой стороны это были не воры, потому что они даже не пытались скрыть своё присутствие, как будто намеренно создавая много шума. – Обыщите все комнаты, надо её найти, – в полный голос сказал кто-то уверенно. – Она точно не выходила отсюда? – Я следил за дверями, через них она не выходила. – А окна, кто-нибудь следил за окнами? – Они закрыты на ставни. – Она могла вылезти и запереть их. Впрочем, не важно, судя по информации от источника, она всё равно ничего не боится, так что если её здесь нет, она обязательно придёт.       Голоса были не слишком молодые, а их хозяева переворачивали мебель и бесцеремонно разбивали всё, что можно было быстро повредить. Т'ерри начало немного трясти от страха, но она понимала, что поздним вечером обнаружить крышку погреба, не выделяющуюся среди пола, непросто. Она всё стояла на лестнице и слушала, как кто-то разрушает созданный ею порядок. Судя по количеству звуков и голосов, их было как минимум пятеро. – Её нигде нет, но мы нашли в одной из комнат открытое окно, вероятно, она услышала нас и сбежала. Проклятая чужестранка. – В таком случае мы позаботимся, чтобы ей было некуда возвращаться. – В каком смысле? – Выходим и поджигаем дом. Принесите масло со склада, чтобы горело лучше. Думаю, мы сможем поджечь и так, главное увеличить пламя, чтобы никто не потушил, – после этих слов кто-то выбежал в дверь. – А если нас заметят стражники? – Ты новенький, что ли? Мы Камонна Тонг, стражники нам не указ. – Мы что, будем с ними сражаться? – Болван. Их просто нет рядом. Когда они придут – останется только фундамент. Всё, выходим, скоро принесут масло.       Спустя пару секунд каджитка начла лихорадочно соображать: «Где у меня будет больше шансов на выживание – здесь или на улице? Здесь мне угрожают: дым, которым я могу задохнуться, огонь, который может сжечь меня, и собственно дом, который может обвалиться мне на голову. На улице же меня ожидают бандиты – минимум пятеро. Но если даже я выживу здесь, я окажусь на улице, откуда бандиты никуда не денутся, а это означает, что мне нужно как можно быстрее выбираться!» Приняв решение, она сняла рюкзак, и быстро положила в него все стандартные зелья, которые были в погребе на виду: десять восстановления здоровья, пять исцеления обычных болезней и одно невидимости, – а также пять каких-то дешёвых. Учитывая изрядное количество дрейков (весы бы показали больше полутора килограммов!), книг и трав, которые Т'ерри забыла выложить, рюкзак стал неудобным и несколько тяжёлым: почти пятнадцать! Окинув грустным взором полки ещё раз, Т'ерри заметила, что у неё есть сосуд с подписью «стд. сопрот. огню». Она схватила колбу и выпила её содержимое. После этого сняла рюкзак и выпила недавно положенное туда зелье невидимости.       Откинула крышку погреба – пламя уже было внутри помещений! Нужно всего лишь пройти две комнаты до открытого окна, после чего спешно бежать по улице как можно дальше отсюда. Т'ерри бежала сломя голову, перепрыгнула свою кровать, и осталось преодолеть только ещё одну спальню – вот уже виднеется заветное окно! В этот момент её лизнул язык пламени. Если кто-то думает, что зелья сопротивления огню спасают от боли – он сильно ошибается, как и ошиблась каджитка. Нет, весь жар вполне чувствуется. При эксклюзивных зельях и высококлассной магии можно избежать боли как от ожога, но при стандартных зельях эта боль имеется. Однако зелье вовсе не бесполезно: боль и жар чувствуются, но ожогов и повреждений нет, а для пушистого представителя зверорас это действительно существенно. Т'ерри передёрнуло, но она продолжила путь, схватила табурет, стоящий посередине комнаты, и швырнула его в полуоткрытое окно. Рама со звоном вылетела на улицу, а алхимик прыгнула вслед за ней. На звук подбежал член Камонна Тонг, лихорадочно смотря с обнажённым клинком в окно, но из последнего никто не появлялся: Т'ерри уже лежала рядом недалеко от ног этого данмера, будучи невидимой, а больше никого в доме и не было. Когда глаза привыкли к свету, она поползла в сторону ближайших кустов, потому что её невидимость не была вечной, и очень скоро должна была закончиться. – Что произошло? – спросил второй подбежавший данмер у первого. – Рама вылетела вместе со стулом, но никто не выбрался. – Она алхимик, могла выпить зелье невидимости или затаиться там с зельем сопротивления огня. Оставайся тут и стереги, я сообщу, чтобы её искали по городу.       «Вот ведь я влипла!» – мелькнуло в голове у Т'ерри, потому что она слышала этот разговор и видела, как второй данмер резво побежал вглубь домов. У неё ещё было немного времени, пока она невидима, и потом ещё немного времени, пока тот данмер добежит до своих, и она решила не тратить его впустую. Она неслась со всех ног в сторону площади. Если бы её спросили, куда она бежит и зачем, она бы крикнула, что не знает, но ей казалось, что это мудрое решение. В четырёхстах метрах от площади действие зелий закончилось, и её снова можно было видеть. Бегала она неплохо, всегда обгоняя большинство каджитов её возраста, хотя на самом деле никогда всерьёз не тренировалась для этого; многие списывали это на то, что непоседливость сама по себе тренирует, другие же находили объяснение в том, что звёзды даровали ей улучшенную скорость бега, ведь она родилась в созвездии Коня. О, чудо! Она увидела стражника-легионера, лениво прогуливающегося по площади, и подлетела к нему: – Мой... дом... его... жгут! – из-за резкой остановки дыхание сбилось. – Помогите, это Камонна Тонг! Они хотят убить меня! – Неплохая шутка. Подожгла свой дом, и думаешь, что я поверю? Камонна Тонг – это миф. Их не существует. Если бы они были – как бы они скрывались от нас в поселении всё это время? И вообще – дом бы так быстро не загорелся. – Его облили маслом! – Откуда ты знаешь? – Да вы издеваетесь, что ли?! – возмутилась девушка. – Вон мой дом, он горит, рядом с ним стоят данмеры, достав оружие, и караулят! Помогите мне! – Не говори со мной в таком тоне! – прикрикнул стражник.       Т'ерри поняла, что этот болван ей не поможет, и побежала дальше, потому что площадь – самое открытое место в поселении, и даже в нескольких сотнях метров от неё она была как на ладони. К сожалению, она поняла это слишком поздно: – Я видел, она около площади! – раздался крик одного из преступной гильдии.       Ощущать себя загнанным зверем – отвратительно. Сражаться каджитка не умела, а если бы и умела – ещё скорее бы погибла, потому что на улицах ходило несколько десятков умелых бандитов, которых игнорировали стражники, патрулировавшие сегодня. Положение казалось безвыходным: непонятно, что тут можно сделать, кроме как сбежать из поселения, но куда сбежать было также неясно, потому что у неё не было с собой никакой еды, да и от крупных хищников она никак не сможет защититься. В то же время и переждать было негде. «Думай, Т'ерри, думай! Должен быть выход! Просто обязан!» – сидя на земле, затаившись, она пыталась выдумать хоть какой-нибудь вариант кроме как сидеть среди бочек между стенами домов. И выход действительно был даже ближе, чем она думала. – Неплохая маскировка. Заходи внутрь, только тихо! – какой-то чёрный парень обратился к ней из открывшейся в шаге от бочек двери. – Хорошо! – ответила она, со страхом забираясь в дом. – Я тебя не выдам. Почему они хотят тебя убить? – плотно закрывшись и погасив свет, обратился открывший ей двери Хинальд. – Я не знаю! Я... – в этот момент она вспомнила: – Я как-то на Дне Шута сказала одному из них, чтобы он не обижал каджитку. – Одному из них? Как ты узнала, что он из них? Они не хуже нас скрывают, кем являются, – удивился редгард. – Тот данмер... да, он сказал каджитке, что это территория Камонна Тонг. – Ох, так ты грубила самому Дарену Адрину, их главе в Гнаар Мок. Они дождались, пока отбыли солдаты, подтасовали наряды легионеров, чтобы патрулировали подкупленные ими, и теперь они могут бегать по улице, заходить в дома и убить тебя на глазах у всех – никто их не остановит. – Спасибо, обнадёжил, ничего не скажешь, – расстроилась каджитка. – Мы всегда были против них. Я доведу тебя до корабля, он скоро отправляется, ты отплывёшь в Хуул, а там уже посмотришь – либо осядешь, либо поедешь куда-то дальше. – Ты сказал «мы»? – задумчиво уточнила собеседница. – Я из Гильдии Воров, у нас с ними вражда. Беда в том, что мы не привыкли убивать и сражаться, а для Камонна Тонг это нормально. У нас мало времени. – И как ты планируешь сейчас добраться до корабля, если эти ребята ищут меня по всем улицам? – Каджиты, как я слышал, очень ловкие. Мы пойдём по крышам домов до воды, а дальше будем надеяться на удачу. Поверь мне, ждать утра не вариант: этот корабль отплывает через час, и следующий будет только через неделю. – Убедил. Веди.       Они поднялись по лестнице в доме до чердака, а оттуда выбрались на покатую крышу. Редгард начал идти по какой-то балке, соединяющей его и соседнее строение (на самом деле её наличие не было совпадением), каджитка же отправилась вслед за ним. Часто приходилось прыгать, чтобы преодолеть пространство между зданиями, но в этой области они стояли близко, поэтому это не было очень уж сложно прыгучей девушке. Расчёт оказался верным: данмеры (а в Камонна Тонг только они и есть) сейчас не смотрели на крыши домов, они искали среди бочек, среди закоулков, стучали в некоторые двери и задавали вопросы местным жителям. Ночь всё темнела, а беглянка и её провожатый тем временем добрались до берега. Не видя особо других вариантов, они легли на землю и поползли в сторону пристани, чтобы забраться на корабль незаметно для преступников. Везение ли, точное понимание противника или какая другая причина была тому виной, но они действительно забрались в корабль незаметно.       Капитан корабля был не против подвезти каджитку в Хуул за двадцать пять септимов, и даже согласился скрыть её присутствие, если кто будет спрашивать. Хинальд попрощался с благодарной Т'ерри и, довольный собой, отправился домой.

***

      Далеко-далеко на северо-западе Вварденфелла в северной части Западного Нагорья стоит маленькая деревня. Она очень бедна, и в ней едва ли триста пятьдесят жителей. Это Хуул, принадлежащий Дому Редоран. Однако только искушённый путник поймёт, чья это деревня, ведь всё поселение состоит из утыканных рядом даже не скромных, а откровенно жалких лачуг. Если в Гнаар Мок при дожде многим приходится выносить капающую воду в тазах на улицу, то в Хууле никаких рук не хватит, чтобы это сделать – вода проходит в большинстве хибар, как будто крыши никакой и нет. И среди этого всего позора стоит просторный дом в редоранском стиле – это единственная таверна. Если в Сейда Нин таверн мало, и одна из них стала центральной, то здесь была в принципе только одна, и о конкуренции речь не могла заходить.       Маленький и несчастный, Хуул с одной стороны нуждался во всём, но с другой стороны, ему совсем не нужен был один алхимик. Что делать с алхимиком? Денег на какие бы то ни было магические вещи у жителей особо нет: куда важнее найти хотя бы немного септимов для очередного приёма пищи. Т'ерри не хотела влачить жалкое существование рыбака или быть прислугой в трактире, поэтому, как только она сделала первый шаг на пристань и бросила один-единственный взгляд, она подошла к капитану корабля, и спросила, не намерен ли он снова отплыть куда-нибудь. Капитан ответил, что завтра в шесть часов утра, после того, как отойдут от сегодняшней семичасовой поездки, они отдадут швартовы и отправятся на северо-восток в район архипелага Шигорад – в поселение Дагон Фел, куда путь составит не меньше восьми часов. На этот раз капитан потребовал тридцать септимов и оплату по крайней мере сегодня. Было десять часов утра двадцать пятого числа, и, хотя каджитку подмывало согласиться, она не стала этого делать. «Всё-таки ещё целый день впереди, куда торопиться?» – подумала алхимик.       Недалеко от аккуратной шхуны, на которой она прибыла, девушка заметила у второй пристани корабль намного более крупный. Рядом с ним стоял каджит в очень тёплом одеянии и тяжёлых меховых сапогах. Т'ерри удивилась, ведь на улице не было холодно, это был тёплый солнечный день, поэтому она решила подойти к нему, а заодно узнать расценки этого судна. – Торопитесь! Скоро отплывает последний корабль на Солстхейм! – крикнул ей каджит, когда она появилась на второй пристани.       Невольно она перешла на бег, хотя внешне она видела, что никаких приготовлений не проводится. Но мало ли – вдруг всё уже готово, и моряки ждут только команды. Каджит засмеялся, когда увидел, что алхимик бежит к нему. Вполне вероятно, это была просто уловка: никто не отправлялся прямо сейчас. – Здравствуйте! Я не расслышала – куда вы плывёте? – На остров Солстхейм. Я С'вирр, и только отчаянный мореплаватель отправится туда. Поэтому перевожу с Вварденфелла только я. Хотите отправиться туда сейчас? – Вообще я хотела спросить, сколько будет стоить поездка в Дагон Фел, но расскажите про Солстхейм, пожалуйста, может, я захочу туда. – С удовольствием, но сначала я буду настаивать на том, чтобы узнать Ваше имя, красавица. Ваш мех великолепно играет на солнце, и я хотел бы... я был бы рад принять Вас к себе на борт! – Я Т'ерри, спасибо, но давайте обойдёмся без этих комплиментов, – через несколько секунд немного сердито сказала каджитка; она даже хотела молча развернуться и уйти, но потом решила, что ей нужно понять, куда отправляться, потому что в такой деревне ей вряд ли получится продать хоть что-нибудь. – Итак, Дагон Фел и Солстхейм. – Я направляю свой корабль только в Море Призраков и только на северо-запад, мне не интересно плыть вокруг Вварденфелла, и я не буду этого делать. Мы отправимся на остров, покрытый вечными снегами, на котором обнаружили огромные залежи эбонита и сталгрима, из-за чего там очень легко можно быстро разбогатеть. Испытай удачу, отправляйся с нами! – Я подумаю.       Т'ерри не горела желанием отправляться в ледяную пустыню, пусть даже и богатую минералами. Она не знала, что там практически нет поселений, но всё-таки есть очень много деревьев и животных, однако если бы и знала – это вряд ли повлияло бы на её решение не ехать туда, тем более с капитаном корабля, который с первой встречи начинает выражать слишком большой интерес к ней. Она отправилась ходить по деревне, чтобы узнать, какие ещё есть перспективы.       Свою бесполезность с точки зрения жителей посёлка сначала она только почувствовала, но в таверне Тонгара её убедили в этом общающиеся только о собственном выживании жители. Здесь же она и планировала решить, куда отправляться дальше. Немного послушав рассказы других и внимательно изучив скудное меню, она выбрала себе недорогой, но достойный обед. Заказ принесла улыбчивая аргонианка в короткой юбке и с голым животом. Сложно сказать, могут ли быть бедные рептилии красивыми, но каджитку повеселило, когда она увидела на шее официантки своё отражение. Она вообще не имела особой возможности рассматривать аргониан, кажется, никогда и не видела. Такая смешная пучеглазая девушка. На ногах были зелёные, под её естественный цвет, тапочки. Кроме как на передней части туловища, у работницы таверны не было светлого оттенка чешуи – она была тёмно-зелёного цвета с почти чёрными пятнами. Глаза её были печальны, хотя лицо изображало всем своим видом радость. – Спасибо! Я здесь недавно и вряд ли надолго, присядешь со мной поболтать? – смело спросила каджитка: ей нужно было узнать, как можно уехать из этой мелкой деревни и куда. – Простите, мне не разрешено говорить с посетителями и кушать с ними. – Да брось, я ведь сама приглашаю. Хочешь, я закажу тебе тоже что-нибудь поесть, я вижу, ты голодна. Посетителей не так уж и много, ничего страшного не случится, если ты сядешь на полчасика, – Т'ерри знала, что вряд ли найдёт кандидата для общения лучше, и не хотела просто так сдаваться: – Давай я схожу к твоему хозяину и договорюсь с ним? – Я была бы Вам весьма благодарна. – Тогда посторожи еду. Я сейчас, – каджитка уверенно направилась к Тонгару, у которого несколько минут назад делала заказ, и прямо спросила, разрешит ли он отобедать с вон той его официанткой. Хозяин таверны удивился, потому что его о таком обычно спрашивали приехавшие норды или, иногда, имперцы, но чтобы просила девушка, да ещё и каджит – звучит, как розыгрыш! До этого он всегда отвечал отказом на подобные просьбы, но этот вариант его заинтересовал, и он сообщил, что не против; тем более посетителей было в обрез.       Алхимик вернулась к своему столику, и сообщила, что собеседница может заказать себе что-нибудь, но не дороже её собственного обеда – Т'ерри угощает. Аргонианка заказала себе дешёвую похлёбку и чай, а гость заведения сделала вид, что обиделась и заказала ещё несколько сладких рулетов скромной девушке. Всё принесли очень быстро, и можно было спокойно начать разговор за поздним завтраком. Аргонианку звали Лат-Па, такое короткое и, на взгляд каджитки, всё-таки смешное имечко. Разговор пошёл издалека – сначала было что-то вроде историй из прошлого, из которых Т'ерри узнала, что эту девушку освободили от рабства несколько лет назад, по счастью, в момент, когда аргонианкой заинтересовался сосед её хозяев. Просто хозяева не могли ему отказать, но и отдавать свою рабыню, с которой за двенадцать лет совместной жизни они почти породнились, – тоже не хотели, поэтому и приняли неожиданное решение, что она заслужила себе свободу, и отпустили её с небольшим количеством денег, отправив в Хуул, где жили их друзья, которые были не против помогать ей. Они и устроили её на такую работу. В целом девушка была довольна, хотя ей было часто скучно: она ведь молода, ей хочется повидать мир, ходить на вечеринки, найти себе красавца для интимной жизни, дышать полной грудью...       Последние слова Т'ерри восприняла скептически: она и сама была молода, но ничего из этого её не интересовало. Впрочем, каджитка предпочла оставить скептицизм при себе, и не говорить о своих желаниях и нежеланиях: они видятся в первый и в последний раз, и если послушать её историю в целом интересно и полезно, то совсем скучно рассказывать свою. С другой стороны, она особо не скрывала стандартные подробности своей жизни, поэтому ответила, чем занимается, как зарабатывает на жизнь, а также, что прибыла сюда по совету своего товарища, но хочет убраться. Вот только не знает – куда. – Назад возвращаться определённо не резон, Лат-Па, а отсюда есть только варианты отплыть в Дагон Фел или в Солстхейм? – Вовсе нет! Я не советую в них отправляться. В Шигораде, говорят, живёт очень опасный и агрессивный некромант, а Солстхейм безлюдный и ледяной остров! У нас есть порт силт страйдеров! Можно отправиться через него! – Расскажи подробно, куда могут отвезти меня погонщики. – Лат-Па многого не знает, но я расскажу, что известно. Есть Маар Ган, он славится храмом, который очень важен для здешней религии... Я не знаю, чем. Ещё говорят, что он находится рядом с Призрачным Пределом, и там опасно… – Призрачный Предел? Что это? – Я слышала, что так называют огромную магическую стену вокруг Красной горы. Не знаю, зачем она… – Думаю, все стены строят для одного и того же, – задумчиво изрекла каджитка. – Ладно, какие есть ещё варианты? – Можно попасть в Альд'рун – это один из крупнейших городов острова, я очень хотела бы там когда-нибудь побывать… Там тоже дома в редоранском стиле, то есть в панцирях гигантских крабов, но, поговаривают, один из домов огроменный, и там живёт половина города! – Звучит невероятно, – сухо заметила каджитка. – Куда я ещё могу попасть? – Ещё есть Гнисис – это крупная деревня, славится своим храмом, мне говорили, что там есть некая пепельная маска, очень важная для паломников. Также недалеко располагается имперский форт. – Спасибо большое, ты определила мой выбор! – радостно воскликнула действительно довольная Т'ерри.       Они ещё немного пообщались, после чего Лат-Па показала, где находится порт силт страйдеров, и вернулась к своим обязанностям. Информации было мало, но Т'ерри определённо решила поехать в Гнисис: не хотела отправляться в опасные места, а к большому городу она решила, что ещё не готова, и в то же самое время наличие большого числа паломников и близстоящего форта говорило о том, что спрос на её товары обязательно будет.       Когда Т'ерри добралась до домика погонщиков, был уже час пополудни. Молодая расторопная данмерка рассказала, что до Гнисиса приблизительно сто пятьдесят километров, причём дорога туда далеко не самая удобная, поэтому поездка составит порядка трёх с половиной часов. За свои услуги данмерка предложила заплатить двенадцать септимов. Т'ерри согласилась отправиться прямо сейчас за такую сумму, и они пошли к ездовому животному. Силт страйдер стоял в воде, а с холма, находящегося рядом с ним, тянулся помост к его пассажирским местам. Помните первую поездку Брибанна Эриена на силт страйдере? Впечатления Т'ерри были несколько другими: во-первых, она вовсе не удивлялась этим созданиям, они были для неё как будто давно знакомы, во-вторых, она не особо пострадала от тряски, но виды Западного Нагорья, практически лишённые лесов бескрайние луга, ей понравились.       Путь до Гнисиса оказался дольше, чем планировался: он составил четыре часа двадцать минут. Как сказала данмерка, подвела дорога, сырая после недавних дождей. Однако никаких происшествий по пути не было. Т'ерри поняла, что она подъезжает к месту назначения по слабому описанию аргонианки: сначала она заметила множество огромных панцирей крабов, как будто сидящих на земле, а потом поняла, что это основа каркаса всех домов – такие панцири. «Редоранский стиль», – промелькнуло в её голове.       Когда-то это была небольшая шахтёрская деревенька, через которую проходили караванные маршруты между Западным Нагорьем и Альд'руном (в своё время это было так и указано в «Путеводителе по Вварденфеллу»). Сейчас же это крупная деревня, в которой проживает около шести тысяч жителей. Разрастание было обусловлено как развитием шахт, расположенных неподалёку, так и собственно удачным торговым положением. Немаловажную роль сыграл и храм, в котором находится знаменитая Пепельная маска Вивека, что объясняет огромное количество паломников. Безусловно, в Гнисис приходило много меньше посетителей, чем в Вивек, но, тем не менее, это было существенное число. Деревня была также примечательна тем, что рядом находились форт «Мёртвая голова» и башня волшебника Дома Телванни – Баладаса Демневанни, что, хотя и не было слишком уж приятно жителям, создавало надёжную защиту от любого агрессора. Однако у резкого расширения поселения любого типа есть свои минусы. Для Гнисиса минусом послужило то, что многим жителям пришлось строить землянки и другие крайне бедные жилища, потому что постройка домов редоранского типа редко кому была по карману.       В первую очередь после приезда Т'ерри внимательно прогулялась по деревне. Многие дома сдавали комнаты, и каджитке нужно было сравнить цены, чтобы выбрать приемлемый для себя вариант. В конечном итоге она остановилась на комнате размером три на три метра, за которую требовали четыре септима в день. Это был симпатичный двухэтажный дом недалеко от центра деревни и соответственно близко к храму. Т'ерри действительно не нашла более приемлемого соотношения цены и качества, а значит, если оставаться тут на месяц, на жильё она должна была потратить сто девяносто пять септимов, что с одной стороны было немало, а с другой – не пугало Т'ерри ни капельки. После обретения временного места жительства, Т'ерри отправилась искать работу, и это оказалось очень просто: во-первых, в деревне были свои алхимики, но хуже, чем она, а во-вторых, паломники жертвуют Пепельной маске обязательно зелья исцеления всех болезней.

***

      Храм покупал все зелья исцеления болезней для перепродажи их страждущим, а также договорился с алхимиками, чтобы те не продавали такие зелья «на сторону», предлагая им за выполнение договора, во-первых, посещение шахт для сбора яиц квама раз в неделю, во-вторых, возможность закупки провианта непосредственно у производителей, а не у торговцев, а в-третьих, отсутствие преследования со стороны имперского легиона. По поводу последнего пункта речь шла не о том, что можно совершать любые правонарушения, это был намёк на обратный момент: в случае несоглашения с условиями, храм через силы форта сделает всё, чтобы «задавить» торговлю на корню. Остаётся только догадываться, как храм договорился с представителями Империи, но ходили слухи, что он проводил агитацию оплаты налогов среди прихожан, в том числе настаивал на донесении информации о невыплате налогов тем или иным жителем. В то же время точно утверждать могли бы только прихожане, но они такие моменты не комментировали. Т'ерри, можно сказать, повезло: она не попала под горячую руку легиона, потому что первым же утром она отправилась именно в храм, чтобы узнать, нужны ли ему её услуги (она находила очень привлекательным как-нибудь присоединиться к «кормушке»).       В результате, и деньги были, и работа шла. Хотя Т'ерри и не слишком хотела делать зелья одного и того же типа постоянно, её деятельность теперь разделилась на два варианта: либо это зелья для продажи храму, то есть для заработка, либо это что-то более специфичное, то, что вряд ли она продаст в ближайшее время, но более интересное лично ей. В Гнисисе она не была единственным опытным алхимиком, ведь хотя большинство здесь могли бы назвать себя только новичками или учениками, поселение содержало несколько специалистов, причём заслуженно называвших себя так. Т'ерри всегда представлялась как специалист-алхимик, однако кем она являлась – был бы спорный вопрос, если его рассматривать со всех сторон. Дело в том, что понятия «новичок», «ученик», «специалист», «эксперт» и «мастер» – формально являются хотя и оценкой умений, но оценкой гильдии или организации, занимающейся в этой области. С этой точки зрения специалист ли, допустим, алхимик, может определить только Гильдия Магов. На самом деле существуют и другие организации такого типа, например, собственно Великий Дом Телванни, но на данный момент в Империи действительно признанной является только Гильдия Магов, у которой, получается, нет конкурентов. В то же самое время у каждой гильдии существовали ранги, каждый из которых выдавался за определённые умения, заслуги, демонстрацию каких-то качеств и способностей. В Гильдии Магов было десять рангов, причём самый низкий («союзник» или «стажёр» – в зависимости от территории) относился скорее даже не к членам гильдии, а являлся официальным подтверждением того, что гильдия к этому конкретному жителю Нирна имеет чуть более положительное отношение, чем никакое. Другие же ранги (от «новичка» до «архимага») были существенны и заметно отличались. Члены гильдии гордились каждым заработанным рангом, причём не только из-за возможностей пользоваться библиотеками, лабораториям и другим существенным ресурсам на том или ином уровне, но и в принципе потому, что заработать следующий ранг часто бывало непросто.       Возможно, при такой шкале вводить словесные понятия силы навыка не слишком разумно, однако любая гильдия отлично понимала это. Дело в том, что на самом деле словесные характеристики типа «эксперт» – были намеренно широкими. Действительно: например, два специалиста могут соответствовать требованиям на различном уровне, если один только-только сделал что-то лучшее, чем может ученик, а другой совсем немного не дотягивает до экспертного уровня. Конечно, для некоторых навыков различия в умении двух специалистов не сыграет роли, но в высокоточной науке алхимии это было действительно существенно. На самом деле сами эти понятия были введены для популяризации знаний о возможностях в том или ином навыке, в самих же гильдиях всегда вводилась стобалльная шкала и, часто, не только правила для соответствия каждому значению в шкале, но и испытания на ранг и соответствие упрощённой характеристике.       Таким образом, алхимик для своей деятельности должен был иметь удостоверение о принадлежности Гильдии Магов с указанием ранга, занимаемого в ней (также можно было запросить и удостоверение без ранга, если такое требовалось), а для продажи также формально требовалось обладание, во-первых, правом на продажу, а во-вторых, описанием навыка по пятибалльной шкале. Начиная со «специалистов» продажа была разрешена без специальной разрешительной бумаги.       Если же вернуться к гуляющей по улице Т'ерри, то с точки зрения Гильдии Магов она не была даже новичком в алхимии – просто смешивала всё, что попадётся под руку, называла это зельями того или иного качества, и продавала полученную нелегальную продукцию несмотря на запрет. Однако в действительности она не брала с потолка ни свой уровень мастерства, ни силу зелий. Многие книги являлись общедоступными, и среди них были книги по номенклатуре качества зелья и критерии присуждения пяти категорий мастерства владения навыками. В основном это было сделано ради работодателей, чтобы они могли представлять, что можно требовать от, например, ученика, но также такие книги были полезны и на производстве, и просто гражданам.       Это был пятый день пребывания в Гнисисе, тридцатое второго зерна. У Т'ерри не было особо никаких проблем в поселении, но её не отпускала печаль в связи с утратой дома. Мало того, что дом и многие труды были потеряны, так ещё и никого за это не накажут, а ей ничего из этого не вернут и не восстановят. А почему это не произойдёт снова? Она сама чудом осталась жива…       В деревне мало кто торговал у себя дома. В основном это был рынок, в котором стояли столы, за которыми находились торговцы. Конечно, некоторые торговали и непосредственно в своём доме, но это в основном были жители, у которых также был второй этаж. Т'ерри же отличалась от всех торговцев: она продавала товары в съёмной комнате. Ей не хотелось часами напролёт сидеть на бесполезном базаре, поэтому она поставила там табличку с описанием цен, указала адрес и кого спросить, и договорилась с алхимиками, чтобы они глядели, чтобы табличку никто не убирал, кроме неё. По ценам она договорилась со специалистами на стандартные зелья, а на остальные зелья она сама определила цену, которую может затребовать. Где-то это было дешевле, чем у других, где-то дороже – её не сильно интересовали такие моменты. В конечном счёте она приносила в храм зелья и получала от него по двадцать пять септимов за каждую колбу, что было не так уж и плохо. Многие из Гильдии Магов вообще считали, что это зелье нужно определять по типу не к «стандартным», а к «качественным», но Т'ерри об этом не знала, иначе ей было бы менее грустно, ведь зелья лечения обычных болезней у неё получались превосходно. Некоторые люди скажут, что в целом либо зелье этого вида излечивает, либо нет, так что о качестве рассуждать нет смысла, однако на самом деле смысл был: во-первых, существенно время излечения, а во-вторых, скажем так, горькость. Дело в том, что само по себе зелье крайне отвратительно на вкус, его не хочется даже во рту держать не то что пить. Причём заесть его или запить, равно как и добавить в само зелье что-нибудь для вкуса, – тоже не вариант: такой отвратительный вкус не так легко перебить. Со временем, конечно, ощущения пройдут, но после того, как выпьешь такое лекарство, его пары будут возвращаться из лёгких обратно в рот и снова создавать противный вкус. Хорошо, что хоть запах у него не ужасный! Однако при разной сноровке, при разных ингредиентах, способах и других факторах мог получиться другой вкус. У Т'ерри получался намного менее отвратительный, чем у других специалистов. Но, конечно, ей было далеко до мастеров, которые были способны практически свести на нет неприятные ощущения от этого напитка.       Сегодня утром Т'ерри возвращалась из храма, продав там очередную партию. Домой идти было в принципе не так уж и далеко, но ей не слишком хотелось возвращаться. Кажется, это был апогей грусти. Погода была ясная, и порой она видела радостных тамриэльцев, проходивших мимо. На одну из групп людей она обратила внимание. Это были орк, аргонианин и норд. Они помахивали своими короткими ржавыми клинками и посмеивались. Нет, они ни к кому не приставали, просто им очень нравилось обсуждать что-то. – Так что, сегодня во сколько собираемся в клубе? – спросила рептилия. – Да вроде в двенадцать. Мне интересно, дадут ли мне попробовать сразиться с каким-нибудь зверем? Я уже чувствую, что готов, я бы пошёл и разрубил любого врага! – с пылом ответил человек. – Ты же знаешь, пока старик не скажет, что ты готов, тебе не дадут никакого задания, – заметил орк. – Да знаю, знаю. Упрямый старик. Да как он не видит, что я готов! Я ведь могу этим дрянным мечом разрубать деревянный брус! – Не сила определяет готовность, – ответствовал аргонианин. – Ты отвечаешь, прям как он. Мне двадцать лет, и я хочу сражаться! Конечно, он старый, ему лениво пойти проверять мои навыки, но зачем он тогда глава клуба? «Движимые битвой» – зачем такое название, если в результате тебя учат как надо правильно махать?! – Говорят, он и есть основатель клуба, и он до сих пор ходит на особо сложные задания, так что зря ты так. И вообще, он вовсе не старый: ему только пятьдесят три года. Просто все привыкли называть его стариком, но это ведь только потому, что он как отец нам всем, – защитил главу аргонианин. – Хорошо тебе, ты ходишь на задания! Тебя он сразу заметил. Сколько ты там? Ты ведь только месяц в клубе, а уже в одиночку ходишь разгонять стаи никс-гончих! А я уже полгода пытаюсь расположить его к себе, и всё равно даже в группе меня не отправляет никуда. – Он что тебе, женщина, чтобы располагать к себе? Гы-гы-гы, – заржал орк. – Да ладно тебе. Я до клуба состоял в Гильдии Бойцов, я знаю, что делать с мечом.       Т'ерри не знала, зачем она шла за ними. Просто шла и всё. Сначала ей было безразлично, о чём они говорят, потом ей стало интересно, о чём они смеются, и последовала за ними. Она не могла объяснить себе, но выглядело это так, как будто из-за своего плохого настроения она вовсе забыла, что может вызывать смех, и хотела напомнить себе. Однако когда услышала, что есть клуб, в котором учат сражаться, Т'ерри захотела туда попасть. Дело в том, что ей и так в принципе нужно было бы какое-нибудь хобби, но после потери дома она хотела если не отомстить, то хотя бы уметь постоять за себя. Также умения сражаться помогли бы ей не бояться диких животных при сборе трав. Дальше она не слушала, о чём говорили эти молодые товарищи. Аргонианин показался ей более здравомыслящим и опытным, поэтому она решила подойти к нему, когда другие перестанут его сопровождать. Всё-таки кто знает, что это за клуб, – может, туда и не берут девушек, а сейчас меньше всего хотелось бы слушать эти фразочки про кухню и прочие «истинные ценности», которые должны быть у девушки. Примерно через пять минут компания разошлась – норд и орк отправились в одну сторону, а аргонианин медленно отправился дальше. – Подскажите, пожалуйста, вы знаете что-нибудь о клубе, в котором обучают искусству сражений? – Т'ерри не знала, как можно деликатно спросить, поэтому сформулировала свой вопрос таким образом. – Здравствуйте. Да, я в нём состою. Хотите пригласить своего друга пройти у нас обучение? – Мм… да, моего друга… он каджит. Как можно попасть к вам? Могу ли я обсудить сама, чтобы уже полную информацию передать? – Т'ерри не была уверена, что девушек принимают, но она решила, что глава клуба вряд ли глуп, и ему скорее всего безразлично, кто хочет поступить, но чтобы избежать общения с другими, лучше сразу встретиться с главой. – У нас сам старик решает, брать кого-то или нет. Ой, простите, глава клуба. Это имперец, его зовут Милтон Трикбиш. Думаю, он не будет против обсудить с Вами. – Можете показать, куда мне идти или лучше даже представить ему? – Без проблем, я всё равно иду туда вернуть этот короткий меч.       Они молча шли до большого трёхэтажного дома где-то с полчаса. В Гнисисе не так много таких домов, а больше этажей было только в близстоящем форте и в храме. Аргонианин постучался, ему открыл имперец лет пятидесяти – крепкий и хорошо сложенный. – Я принёс меч, который брал, а ещё привёл каджитку – она хотела поговорить с вами по поводу вступления в клуб её друга. – Спасибо. Можешь быть свободен, – сказал имперец, после чего дружелюбно обратился к каджитке: – Проходите, пожалуйста, вот кресло, присаживайтесь. Будете чай или что-нибудь покрепче? – Спасибо, я не буду пить, – присаживаясь, сказала Т'ерри.       Они представились друг другу, после чего достаточно быстро перешли к разговору о клубе. – Почему вы решили пристроить своего друга к нам? Откуда вы знаете про наш клуб? – Я буду честна с вами. Я услышала разговор того аргонианина с товарищами, и поняла, что у вас учат сражаться. Вроде кто-то говорил название, но я его не запомнила. У меня нет никакого друга, я имела в виду себя. – Интересно, – задумался Милтон. – У нас все члены клуба мужчины. Я не имею ничего против женщин, но им обычно это вовсе не интересно, поэтому к нам никто и не обращался из них. Скажите, а зачем вам хочется сражаться? – Не совсем так, – мягко поправила каджитка. – Я не хочу сражаться, я хочу именно уметь. Конечно, я понимаю, что в процессе обучения мне придётся это делать, но цель именно научиться. Дело в том, что хочу уметь постоять за себя. – Обычно девушки выбирают вариант найти себе приятного друга или спутника в жизни, чтобы тот умел сражаться и защищать. Поясните, пожалуйста, почему вы не хотите поступить так? – Во-первых, у меня нет потребности искать себе кого-то, – призналась каджитка. – Но, во-вторых, я не хочу быть беззащитной в сложной ситуации. – Вы меня всё равно удивляете. Есть ведь имперский легион, есть стражники… какие у вас основания думать об опасности? Что-то произошло с кем-то близким вам? – Дело в том, что… – Т'ерри тяжело вздохнула. – Несколько дней назад в мой дом вломились, я еле успела спрятаться. Когда меня не нашли, они сожгли мой дом, я чудом выжила. Я… – Я понял, можете не продолжать. С моей стороны было бы преступлением не принять вас. У нас нет никаких членских взносов, посещение собраний, тренировок и занятий сугубо по собственному желанию, но, сами понимаете, если не будете приходить, то собственно членство не научит вас. Сам клуб живёт за счёт выполнения заданий. Обычно это устранение диких животных, мешающих тем или иным гражданам Гнисиса. Мы не занимаемся убийствами. Ну то есть диких животных мы зачастую убиваем, но разумных существ – ни в коем случае. Единственное – требуются ли вам какие-то специальные отдельные тренировки и занятия, или на первом этапе я могу поместить вас в общую группу? – Можете в общую, я не против. – Самое первое занятие можем провести через час здесь же. Вы далеко живёте? Если вам удобно, это будет другое время. Вам нужно одеться в то, что вам не жалко – это единственное пожелание. Будет неплохо, если при этом вещи будут вам удобны, но оба этих пожелания необязательны. Просто у нас в принципе легко попортить свою одежду, а на первом занятии – особенно. Последующие будут уже с общей группой новичков, тренировки будут с группой, сформированной по типу выбранного оружия. Лекции – для всех желающих, в том числе обычно приходят и наши опытные товарищи. Итак, время сегодня? – Через час мне удобно. Я живу минутах в двадцати-тридцати от вас. – Превосходно! Буду ждать.       Т'ерри сходила домой, положила рюкзак, переоделась в то, что было не жалко, и отправилась обратно. Пришла она раньше, чем ожидал имперец, но в целом он был готов. В доме было ещё несколько гостей. В комнате на втором этаже, куда он пригласил её, было прибрано и уютно. Т'ерри села в мягкое кресло, напротив неё сел на твёрдый стул Милтон. На столике между ними были какие-то бумаги и ваза с цветами. Когда каджитка посмотрела по сторонам, она обнаружила, что слева от неё (у окна) стоял ещё один имперец, правда, лет тридцати. Два орка сидели недалеко от него и шептались о чём-то. – Итак, мы приняли тебя в клуб «Движимые битвой». После этого занятия запишешься внизу в книгу достижений, к тому моменту как раз подойдут ещё наши товарищи. Можешь после этого не уходить, кстати, а остаться на общую лекцию, после которой будут тренировки – или в подвале, или за деревню пойдём. Сейчас наша задача понять основные моменты и определить, какое оружие тебе подходит. Как ты думаешь, что самое главное для бойца? – Я думаю, мастерство владения оружием и своим собственным телом, – ответила Т'ерри. – Это немаловажные факторы, но это не главное. Наиболее существенны: умение побеждать свой страх, способность не предаваться панике. Лишь после этого будут дисциплина, мастерство и многое другое. Если боец испугался и не сумел преодолеть свой страх – он уже, скорее всего, бежит, и наверняка погибнет в бою с серьёзным противником. Ты согласна? – Да, наверное, это так и есть. – Хорошо. Мы здесь учим сражаться, а значит, мы должны обучаться не только маханию оружием или каким-то манёврам, но, и я считаю это самым главным, умению преодолевать страх. Было бы наивно думать, что какой-то воин может ничего не бояться. Если такие есть, то они наверняка просто идиоты. А идиот редко умеет хорошо сражаться, какой бы силой он ни обладал, ведь страх также помогает в сражении, пускай часто и приходится его преодолевать. – Преодолевание страха даёт организацию в бою? – Нет. Тут вопрос в том кого или чего бояться. Когда видят сильного противника (особенно если этот противник выглядит жутко или если о его способностях заранее известно), его пугаются, часто забывая о том, что побег в бою зачастую сулит либо твою собственную смерть, либо смерть того, ради чего собственно и начиналось сражение. Это не обязательно живые существа: это может быть дом, это может быть идея и так далее. Если боец боится смерти, он обязан качественно биться, чтобы не допустить её. Если боец испугался своего врага и не взял себя в руки – он допустит смерть, даже если на самом деле является на порядок сильнее противника. Также неплохими союзниками является уверенность, когда она не чрезмерна, и спокойствие.       Лекция была интересна Т'ерри, она заслушивалась, и вовсе забыла, что в комнате есть кто-то ещё. Грамотная речь имперца создавала впечатление, что она не ошиблась в своём выборе. Разговор длился ещё минут двадцать, в ходе него они перешли на «ты», чтобы было проще говорить, а после всего этого наступила одна из его кульминаций. – Скоро мы приступим к выбору оружия, но чтобы закрепить это занятие и дать начало новому в твоей душевной организации, я помещу тебе на колени большого паука. Ты должна успокоиться и побороть свой страх. – Что?! А если она меня укусит?! Знаете, сколько видов паучьих ядов бывает?! – громко возмутилась каджитка. – Знаю, – улыбнулся имперец. – Попридержи эту мысль.       Каджитка не успела ничего сказать, как ей на колени упал невероятных размеров паук. Вообще говоря, существуют представители и крупнее, но в основном это морозные пауки из пещер Скайрима. Этот же членистоногий в длину составлял шестьдесят пять, в ширину был порядка тридцати, а в высоту – чуть больше восемнадцати сантиметров. Паук не поместился у неё на ногах полностью, поэтому ему пришлось сделать пару шагов вперёд, к лицу Т'ерри. Крупное и мохнатое пятикилограммовое животное после пары секунд шока было сброшено на пол, а сама Т'ерри взлетела на спинку кресла и яростно впилась когтями в мягкую его часть, чтобы не упасть. Лицо её выражало ужас, шерсть после неприятных ощущений касания жёстких волос, покрывающих паука, встала дыбом, а кресло предательски подрагивало, намекая на то, что любое неловкое движение приведёт к его падению. Паук обнажил свои огромные ядовитые клыки (они были не меньше четырёх сантиметров в длину!) и громко зашипел на обидчицу: это был звук трущихся друг о друга хелицер как предупреждение, ведь коричневое животное сознавало, что намного меньше каджитки. Он просто ходил вокруг кресла, шипя и глядя вверх, на Т'ерри. Безусловно, он мог бы быстро залезть, но это опасно: пока поднимаешься, так легко получить удар сверху. – Ты должна побороть свой страх, – спокойно заметил имперец. – Он-н-н ужас-с-сен! – пока Т'ерри смотрела на паука, голос отказывался слушаться её, однако секундный взгляд на имперца вернул нормальный дар речи: – И вообще что мне с ним делать?! – Просто спустись со спинки кресла и сядь. – Он меня покусает! – Не покусает. Доверься мне. Да, доверие тоже очень важно для бойца, когда он с товарищами. – Ну… ну хорошо, – Т'ерри трясло, но она медленно, с трудом перебарывая себя, спустилась обратно в кресло. Когда она начинала садиться, паук был со стороны спинки, поэтому ему нужно было время, прежде чем укусить Т'ерри. Через пару секунд он оказался возле ног каджитки и попытался вгрызться в одну из них. Т'ерри крикнула от страха и подняла ногу, близстоящую к противнику, на кресло, но всё равно сидела. Паук не смог её укусить: мощный удар кувалдой в голову убил его, частично размазав по полу. Второй имперец, тот, что стоял у окна, нанёс этот удар. Орки встали и начали прибирать труп в мешок, после чего принялись мыть пол. Т'ерри и кресло не пострадали: направление удара было таким, что только пол сзади членистоногого оказался орошён кровью и раздавленными внутренностями. – Дыши, спокойно, всё уже прошло, – успокаивал Милтон Трикбиш. – Я знаю, это немного жестоко, но это единственный быстрый путь. Если ты не хочешь подвергаться такому и дальше – ты не сможешь быть с нами. – Я смогу, думаю, смогу, но меня лучше предупреждать заранее… – переводя дух, ответила каджитка. – Я и так предупредил. Принципиально мог и не делать этого: боец должен быть готов, но так как ты среди товарищей, ты не обязана ждать опасности, поэтому я предупредил. Но не за день же! – Хорошо, я поняла. Я остаюсь в клубе. – Превосходно! Признаюсь, многие не выдерживают первого занятия. Какое оружие ты предпочитаешь? Есть древковое – это в основном алебарды и копья. Есть секиры и топоры. Есть дробящее оружие – это дубины, молоты, булавы, посохи. Кроме того, можно выбрать длинные клинки – обычно это сабли и мечи. И, наконец, есть короткие клинки – это кинжалы, танто и тому подобное. У нас присутствуют практически все типы оружия, в крайнем случае, найдём то, что ты назовёшь. – Мне понравилось, как он одним ударом убил паука молотом. Думаю, я бы предпочла это оружие. – Да, молоты хороши наносимым уроном. Но они тяжелы. Ты уверена? – В крайнем случае, потом сменю оружие, верно? Тем более поначалу любое оружие будет тяжело, я ведь пришла учиться совершенно без каких-либо навыков. – И это верно. Что ж, тогда тебе выдадут железный молот сегодня на тренировке.       Она записалась на первом этаже, после этого посетила общую лекцию, посвящённую опасным созданиям Западного Нагорья. Большую часть времени речь шла о никс-гончих, хотя несколько слов к докладу молодого данмера добавил опытный аргонианин по поводу кагути.       Когда Т'ерри поднялась с Милтоном на чердак, где был оборудован склад оружия, она поразила его своим выбором ещё раз. Мало того, что прошла мимо грубых одноручных вариантов, так она проигнорировала и чекан, и вороний клюв, и полэкс, а выбрала себе самую обыкновенную кувалду двенадцати килограммов. Это был уже забытый всеми ржавый от самой рукояти до верхушки рабочей поверхности инструмент, длина рукояти которого составляла 52 см, а сама ударная часть имела формую прямоугольного параллелепипеда. Милтон пытался объяснить, что это очень плохое оружие, и нужно брать боевой молот, но Т'ерри уже решила, поэтому всё-таки взяла кувалду со словами, что тяжело в учении – легко в бою. Имперцу понравилась такая мысль, и он согласился.       После этого были тренировки. Каджитке, обучающейся в малочисленной компании вооружённых дробящим оружием, было очень тяжело: во-первых, масса её оружия была огромна, во-вторых, рукоятка была короткой, а в-третьих, форма ударной части была не слишком эффективна. Первое давало о себе знать всё занятие – как в целом создавая усталость, так и на каждом движении занося девушку слишком сильно и заставляя её все приёмы выполнять с перемещением, чтобы не упасть; второе особенно неудобно сказывалось как на недостатке используемых в бою методов, среди которых блок вообще не получался, так и на отработке силовых атак на макете. Последнее не позволяло так просто, как другим, повреждать макет на силовых. Но Т'ерри твёрдо решила научиться на этом, чтобы потом с любым двуручным молотом справляться легко. Она упросила «старика» оставить кувалду себе, пока она учится сражаться ей и состоит в клубе, для тренировок дома. В целом ржавая кувалда никому и не была нужна, но, тем не менее, спросить надо было. Разумеется, глава клуба изначально был всецело «за».

***

      На десятый день пребывания в Гнисисе (это уже был следующий месяц) Т'ерри заплатила свой налог, возлагаемый на бездомных, и в очередной раз отправилась в клуб. Она посещала его каждый день и настолько же часто тренировалась дома. Если первые дни было крайне сложно: руки болели, тело ныло, пальцы тряслись, предательски желая разжать хватку в момент удара, – то сейчас всё становилось лучше: и приёмы уже удавались, и усталость наступала позже, и тело не трещит от усилий.       Сегодня Милтон Трикбиш сообщил ей, когда она пришла в здание клуба, что они вдвоём вместе с ещё несколькими товарищами отправятся в поле для проведения полноценного боя между каджиткой и серьёзным противником – первому в её боевой жизни.       Блокирование кувалдой совсем не получалось (как сказал глава клуба, требуется рукоятка хотя бы 65 см, чтобы что-то начало получаться, поэтому в этом плане её неудачи вполне обоснованы), а потому Т'ерри всегда двигалась во время отработки всех приёмов. Боёв у неё пока не было, но на тренировках она удивляла всех постоянными кувырками, перекатами, челночными шагами и другими быстрыми перемещениями. Она уставала на порядок больше, чем должна была, и спасала её от полного утомления только постоянная непоседливость, характерная для знака Коня. Глава клуба очень радовался ответственностью и желанием заниматься, постоянно проявляемыми этой молодой девушкой. Нечасто встретишь такой пыл! Кроме того, его радовало и то, что опасения не оправдались: никто не пытался заигрывать с девушкой и не отвлекался на неё как на объект каких-то желаний, что было связано с её безразличием к себе, выражающемся в грязности одежды, плохой причёске и вечно чумазом лице – и это притом, что каджитки, в отличие от тех же меров или людей, практически не потеют, и поэтому меньше предрасположены к непривлекательности на тренировках. Кроме всего прочего она сама ни к кому не приставала, так что имперец вовсе не сожалел о своём решении принять в свои ряды такого алхимика.       Согласно изначальной задумке, группа из четверых вышла за деревню и отправилась в поля. Это были: Милтон, Т'ерри, тот аргонианин, что привёл её в клуб (По-Крон), а также орк. Первый был безоружен и без доспехов, По-Крон шёл в лёгкой броне из дублёной кожи нетча и с одноручным длинным клинком из стали, Т'ерри была в своей повседневной одежде. Закованный в тяжёлый стальной доспех орк нёс железную кувалду – оружие каджитки, а также свои щит (за спиной) и короткий меч (в ножнах с левого бока). Путь оказался не слишком долгим: буквально пара холмов от края деревни. Милтон Трикбиш начал: – Итак, мы на месте. Тебе завяжут глаза, чтобы ты настроилась на противника. Как только он заметит тебя – мы сообщим. Я с нашим любезным помощником расположусь здесь, а ты спустишься с По-Кроном. Снимешь повязку по его или моей команде. До этого момента ты должна представлять себе самое ужасное создание, чтобы не струсить, когда увидишь своего врага. Пока что всё ясно? – Да, почти. Мне спуститься с завязанными глазами? – уточнила Т'ерри. – Это необходимо для большего доверия товарищу. Если ты готова, мы начинаем. – А я обязана убить это существо? – грустно спросила каджитка: она бы не хотела никого убивать. – К сожалению, твой сегодняшний противник разоряет поля фермеров и безжалостно расправляется с путниками на дороге. Именно поэтому мы и взялись за это задание. Примерно в текущий момент времени он совершает обход по территории близ места нашей дислокации. Готова? – Пожалуй, да, – решилась Т'ерри.       Ей отдали кувалду, завязали глаза и направили с аргонианином вниз. Он подсказывал, где были неровности, палки и другие помехи. Они остановились в низине. Мирный ветерок обдувал Т'ерри, но она всё равно думала об ужасном пауке с трёхэтажный дом, у которого с жвал стекают, как слюна у высунувшей язык собаки, ядовитые выделения. – Противник заметил тебя, готовься, – тихо сообщил аргонианин.       Они были в двух метрах друг от друга, но из-за напряжения каджитка услышала тихие слова сквозь ветер. Она знает, что к ней идёт ужас, но Милтон не хотел, чтобы она снимала повязку до команды, и она доверилась и ждала. Время лениво тянулось, не обращая внимания на накал страстей девушки, прошедшая минута была для Т'ерри, как утомительный час в очереди за хлебом. По-Крон одним движением развязал бант, удерживающий повязку на глазах каджитки, и та увидела бегущего к ней противника. Массивное создание на четырёх лапах было примерно семьдесят пять сантиметров в холке и не меньше метра двадцати в длину. В целом внешний вид очень напоминал собаку, но вместо шерсти её кожу покрывали плотные пластины, похожие по структуре на чешую, зелёного цвета с разными оттенками по телу существа – для маскировки. Морда создания также была ближе к членистоногим, чем к собакам. Это была никс-гончая, опасное создание, часто ходящее не в одиночку, а небольшими группами. В целом никс-гончая даже более опасна, чем крупная и даже обученная собака именно за счёт своей большей защищённости.       Т'ерри почти не испугалась. Сначала она вовсе выдохнула с облегчением: это не паук с дом. Однако агрессивное животное предстояло ещё победить в этом столкновении. По-Крон отошёл назад: она сама должна справиться. Враг яростно прыгнул на каджитку, стремясь сбить с ног, на что она кувыркнулась вправо. Кажется, встречный удар гарантированно убил бы неприятеля, но был опасен: можно было не успеть или промазать, обрекая себя на серьёзные повреждения. Никс-гончая и каджитка одновременно развернулись лицом друг к другу. Т'ерри сделала несколько шагов и ударила, но противник увернулся, ответив на это действие движением назад, и ей пришлось резко пресекать движение кувалды. Никс-гончая попыталась укусить за ногу, Т'ерри стремительно махнула в этот момент, чтобы встретить мощным ударом, но животное отклонило свою атаку, заставляя девушку сделать несколько шагов, чтобы не остаться в незащищённом положении, сводя на нет инерцию оружия. Попытка за попыткой – каджитка старалась так или иначе атаковать, но каждый раз своеобразная псина уворачивалась: то прыгала в сторону, то пригибалась, то отходила назад. Раз за разом никс-гончая порывалась сбить с ног или укусить бойца, но только дважды смогла цапнуть за ногу, да и то слабо – даже не до крови. Т'ерри начала уставать. Бой действительно затянулся, а махать столь тяжёлым инструментом на самом деле утомительно, и она решила пойти на хитрость: сделала кувырок вперёд и открылась. Когда противник попытался укусить за торчащую конечность, Т'ерри немного медленнее, чем обычно, подтянула её, в результате чего никс-гончая последовала за ногой: так легко было вцепиться! И в этот момент каджитка ударила кувалдой в бок. Это был удар одной рукой, и оттого неожиданный, но и не такой уж и сильный, однако противник испугался движения и отступил назад, из-за чего все повреждения получила голова. Для последней это оказалось серьёзным испытанием, вследствие чего животное рухнуло на землю – живое, но раненое. Каджитка поднялась и нанесла ещё два удара поверженному противнику – в бок и в голову. Полившаяся кровь дала ей понять, что дело сделано. Т'ерри пошла к Милтону наверх, а По-Крон на всякий случай отрубил голову никс-гончей точным ударом клинка до того, как последовал за каджиткой. Это был честный бой, противник был агрессивен и кровожаден, поэтому девушку не мучила совесть за убийство.       Глава клуба похвалил её. Всего неделя – и уже на равных с никс-гончей! Ему особенно понравилось проявление хитрости, ведь это означало полный контроль над своим страхом. Они отправились назад. «Движимые битвой» всё больше начинали уважать свою молодую подопечную.

***

      Девятое число (это был пятнадцатый день в Гнисисе) оказалось очень особенным для Т'ерри. Ради тренировок, ради посещения всех секций – и по уходу за экипировкой, и по способам транспортировки, и по опасным существам, и по видам и особенностям вооружения – Т'ерри практически забросила алхимию. Конечно, она ещё создавала зелья, но уже только для храма и лишь несколько часов в неделю. Сегодня Милтон Трикбиш предложил сходить ей на непростой заказ. Она могла бы отказаться, но практика ей казалась необходимой, и поэтому она согласилась. – С тобой я отправлю одного товарища. Это норд. Он у нас уже больше половины года, но мне кажется неготовым ни для какого задания. Однако сам он считает иначе, и я хочу дать ему шанс, – Милтон говорил отстранённо, как будто сомневаясь. – Ты не против напарника? Скажу прямо, дело только звучит просто, я бы не хотел отправлять тебя одну. – Я не против. А что за дело? – поинтересовалась в ответ Т'ерри. – Один торговец содержал у себя некачественную продукцию. У него завелась крыса, но проблема не в ней. Дело в том, что некачественны были и яйца квама, в результате чего склад заполнен скрибами и фуражирами квама. Если первые неопасны, то вторые могут доставить неприятности. Торговец уверяет, что у него даже рабочий квама есть, но это маловероятно. Фуражиров же не меньше пяти. И ещё... – Милтон замолчал, как будто задумавшись. – Что – ещё? – учтиво уточнила Т'ерри через несколько минут. – У нордов часто говорящие имена. У этого же имя Фолкир Многословный, и я не уверен, что дело только в частном или многом произнесением слов. Если я прав, особо не надейся на него.       Каджитка уточнила местоположение склада, время, послушала несколько советов и отправилась, потому что норд, по мнению Милтона, побежит со всех ног. Немолодой имперец оказался прав: на полпути Т'ерри обогнал тот молодой норд, которого она видела в день поступления в клуб рядом с опытным По-Кроном. Около склада она встретила его же – это и был Фолкир. – Надо же, так это тебя мне дали в напарники! – заявил он. – Первое задание, да? Ничего, я всё сделаю, только не мешай. – Договорились, – ответила Т'ерри.       Она не стала говорить, что знает о том, что это как раз его первое задание, равно как и о том, что для неё это второе. Вскоре подошёл и хозяин склада: он жил недалеко и увидел каджитку с кувалдой и норда с ржавым двуручным мечом, пожелал бойцам удачи и сказал, что после работы нужно показать ему, что в складе больше нет назойливых гостей.       Двери отворились, и члены клуба вступили в полумрак. Им открылась жуткая картина. Нет, норд вообще почти ничего не увидел, но испугался даже больше. Тихий свет сочился через небольшие окошки, щели в досках, большая же часть помещений была темна. Мерзкие скользящие звуки вторили каким-то похлопываниям и скрипу. Очевидно, «гостей» было немало. Т'ерри зажгла факел, который взяла с собой по совету Милтона, оглядевшись, она подожгла светильники, воткнутые в металлические пазы, торчащие из вертикальных балок. Пол оказался неожиданным для бойцов: он уже весь покрыт слизью. Запах заставил шерсть каджитки и волосы норда встать дыбом – такой он был резкий. Ящики и перегородки скрывали за собой невидимого противника. Ребята не на шутку струсили. Когда они пригляделись, удивлению не было предела: в конце первой комнаты склада оказался здоровенный (сантиметров семьдесят в длину) фуражир квама в компании трёх небольших (сантиметров по тридцать). Они очень тихо копошились в каком-то мешке, сделав внизу его дырку.       Норд сделал шаг назад, скрипнула доска, и их обнаружила эта зловещая компания. Животные поползли в сторону своих ликвидаторов, создавая противные звуки трущегося о слизь тела. Фолкир вскрикнул и выбежал в дверь, оставив Т'ерри одну. Она же совладала со своим страхом и заняла атакующую стойку. Удара со всей силы оказалось достаточно для большого фуражира, однако это действие открыло её, и атаки остальных посыпались на неё градом. Каджитка была сильнее навеиваемого ужаса, поэтому справилась с ними и пошла дальше. Она встретила трёх взрослых фуражиров, но победила и их, воспользовавшись советом главы клуба и держа перед собой только одного противника. Скрибы оказались не такими противными – просто шестиногие белые создания, похожие на насекомых, с большой (почти в треть тела) многоглазой головой. Они были размером со стопу, то есть не такие уж и крупные для квама, но не такие уж и маленькие для насекомых. На самом деле скрибы являются личинками квама, которые потом могут превратиться в более крупных представителей. В то же самое время из яиц могут появиться и фуражиры, что в будущем будет наблюдать Т'ерри в руках у Брибанна Эриена (это можно было бы объяснить превращением до выхода из яйца под действием внешних условий). Скрибы, как и вообще квама, – эндемики Морровинда. Эти шестиногие создания вовсе не кровожадны, но Т'ерри не знала, что если на них не нападать, они будут мирно бить брюшком пол и делать прочие безобидные вещи, поэтому убивала их тоже. Панцири скрибов слабы для кувалды, поэтому они никак не могли ответить каджитке на удары, кроме как собственной смертью. Через некоторое время Т'ерри зажгла все лампы и победила всех противников, что суммарно составляли одиннадцать фуражиров квама и четыре скриба. На всякий случай она раздавила своим оружием все яйца квама.       После проведённой операции девушка нашла хозяина склада и провела этого торговца по всем комнатам. Он заплатил ей сто семьдесят септимов, и Т'ерри вернулась в клуб. Милтон обрадовался, что она вернулась почти без повреждений. Он хотел оставить ей все эти средства, но Т'ерри сказала, то эти деньги ей не нужны: не ради них она очищала склад, на что глава клуба ответил, что в таком случае что-нибудь подарит в ближайшее время. Фолкир Многословный был изгнан из клуба за то, что бросил своего товарища в боевой обстановке.

***

      Шестнадцатое середины года было двадцать вторым днём пребывания Т'ерри в Гнисисе. Она уже стала достаточно опытной, чтобы продолжать своё обучение самостоятельно, но из клуба пока что уходить не было желания, поэтому у неё крайне неспешно начали появляться даже задатки мастерства. Как известно, сегодняшний день необычен тем, что это праздник середины года. Это название удивляло детей своим сходством с названием месяца, но взрослые к этому настолько привыкли, что даже не знали, что ответить на вопросы молодых, кроме как банальными фразами. – Как всегда, этот день очень тяжёл, в том числе и для нас, – Милтон Трикбиш собрал почти весь клуб «Движимых битвой», после чего таким образом начал свою речь. – Для тех, кто не в курсе, в честь праздника сегодня все благословления храмов в два раза дешевле, и поэтому появляется много неопытных бойцов, которые моментально зазнаются, получив толику божественной благосклонности, что приводит к печальным последствиям. Несколько часов назад уже произошло событие, достойное нашего внимания: на севере, за деревней, в холмах группа самоотверженных жителей выманили врага, убившего впоследствии их. Теперь эти животные бродят близко к дороге, и мы должны от них избавиться, чтобы не допустить новых жертв. Передаю слово Дра-гро-Шешу. – Спасибо. Меня отправили исследовать район, чтобы понять, с кем мы имеем дело, – поднялся молодой орк, тот самый, которого Т'ерри видела с ныне изгнанным Фолкиром на пятый день пребывания в деревне, орк был серьёзен: – Я изучал и пришёл к выводу, что это стая никс-гончих. – Отлично! Возьмём с собой новеньких, чтобы они посмотрели, а также пару опытных бойцов. Я тоже отправляюсь с вами на случай, если бой окажется сложным, – удовлетворённо решил Милтон. – Выдвигаемся через десять минут.       Желающих оказалось достаточно. Т'ерри, Дра-гро-Шеш, По-Крон, опытный имперец лет тридцати и десяток совсем неопытных ребят, возглавляемые самим главой клуба, выдвинулись в означенное место. Несколько никс-гончих – это не слишком сложный противник, но проблемы они могут доставить. Как раз для одного-двух опытных бойцов и без опасности для зрителей. Когда компания прибыла на место, Милтон Трикбиш начал лихорадочно обыскивать землю. Т'ерри поняла, что что-то пошло не так. – Слушай, по каким признакам ты определил, что здесь были никс-гончие? – обратился к разведывавшему орку глава экспедиции. – Их разорвали, тех «героев», а одна никс-гончая бы не справилась, значит, их было больше, – гордо ответил орк. – Болван! – отрезал Милтон, после чего повернулся к опытному имперцу: – Уведи всех отсюда срочно!       Однако никто не двинулся: все заметили, кто на самом деле орудовал тут. Двуногое существо почти полтора метра в высоту при согнутой в коленях единственной паре конечностей бежало на путников. Оно открывало и закрывало пасть, обнажая и пряча крупные клыки, но особенный страх вызывали не они, а два здоровых бивня – по одному с боковых сторон рта. Шкура у него была тёмно-коричневого цвета, плотная и с узорами; шею сверху закрывал роговой щиток; мощные трёхпалые ноги в своём пересечении содержали маленький хвостик. Это был кагути, но опытный взгляд Милтона сразу определил, что этот экземпляр более мускулистый, крупный и безумный, чем обычные представители этого вида, и тому было объяснение – это был моровый кагути, то есть существо, поражённое моровой болезнью. Надо сказать пару слов про экипировку путников: Т'ерри была со своей ржавой кувалдой, опытный имперец держал красивый двуручный стальной четырёхкилограммовый меч, молодые бойцы все стояли с килограммовыми ржавыми клинками, горе-разведчик был закован в стальную броню и имел ножны с одноручным мечом, По-Крон находился в лёгкой броне и держал наготове два коротких клинка, а сам Милтон ожидал бегущего врага в стальной кирасе с серебряным одноручным мечом и стальным прямоугольным щитом. – Я сказал, уводи их! Я сам сражусь с ним! – крикнул глава клуба и сделал несколько шагов навстречу кагути.       Милтон больше не оглядывался на подопечных, он полностью ушёл в бой. Остальные же «Движимые битвой» не шелохнулись: всем стало интересно это зрелище. Первый удар разбежавшегося животного имперец встретил более чем достойно: красиво принял щитом. Конечно, и сам пошатнулся, но кагути тоже неплохо досталось. Сражение было захватывающим. Никто бы не мог сказать, кто победит: манёвры кагути были быстры, удары – сильны, действия имперца в свою очередь были точны и аккуратны. Кагути почти не чувствовал ударов, потому что Милтон был вынужден постоянно закрываться щитом от мощных атак, и провести силовой натиск у него не получалось. И тут наступил переломный момент: обезумевший зверь начал яростно бить, уже не заботясь о защите и не давая ни одного шанса на удар немолодому имперцу. По-Крон вышел помочь Милтону, не обращая внимания на требование вернуться, доносящееся сзади. Сделав грациозный перекат, аргонианин занёс клинки для удара по ногам, но кагути заметил всё это и поднял его на свои бивни, пробивая живот. Глава клуба воспользовался моментом и воткнул свой меч в спину врагу, однако тот до смерти успел извернуться и порезать руку бойца клыками. Благородная рептилия корчилась от страшной боли. Ничто ему не поможет: нет среди бойцов лекарей, равно как нет у них и зелий с собой. По-Крон извинился, что ослушался приказа, и Милтон Трикбиш до его смерти успел только сообщить, что простил и благодарен. Соорудили какое-то подобие носилок и отправились обратно, неся с собой тело поверженного товарища. Дра-гро-Шеша, конечно, изгнали, но разве это может обрадовать после такого? По пути назад, пройдя где-то полдороги, сражавшийся с моровым кагути имперец снял с себя сапоги и продолжил путь босиком, держа обувь в руке. Т'ерри заметила, как у него жутко распухли ноги. Он страшно хромал, лицо выражало дикую боль, но он продолжал идти. – Помнишь, ты говорила об опасности пауков на первом занятии? – обратился к ней, заметя заинтересованность. – Сейчас ты наблюдаешь опасность морового кагути. Всего лишь царапина, а я заражён чьязвой. Через полчаса я из-за боли вряд ли смогу вообще идти. – Как от этого избавиться? – участливо спросила каджитка. – Нужно зелье лечения моровых болезней или аналогичное заклинание. – Я алхимик, но я не умею создавать такое зелье. – Мало кто может. Это неакадемическое умение. Я был бы рад, если бы ты сходила в храм и купила там, если у них есть старые запасы. Я верну деньги.       Они пришли в здание клуба, Т'ерри сходила в храм и купила нужную колбу, однако, конечно, эффект болезни сразу же не прошёл. День тянулся медленно и уныло. Каджитка была настолько удручена, что после часа печального сидения на одном месте отправилась спать, потому что не находила себе места.

***

      На следующий день по пути в клуб, где она хотела повидать своего учителя, к ней подошёл незнакомый имперец, которого она никогда до этого не видела. Одетый по-деловому он с каменным выражением лица назвал её по имени, представился и передал официальную бумагу из имперской канцелярии – каджитку настоятельно просили прибыть в Сейда Нин. Алхимик поблагодарила за письмо, после чего, добравшись до конечной цели своей прогулки, показала Милтону, отмачивавшему сильно опухшие ноги, эту бумагу. – Это не подделка, – уверенно заметил заинтересованный имперец. – Я рекомендую тебе сесть на силт страйдера и отбыть в ближайшее время. Ехать туда очень долго, около одиннадцати часов в хорошую погоду. Возьми еды, попроси взять подушку – подготовься. – Зачем я понадобилась Империи? Честно говоря, мне страшно, – призналась Т'ерри. – Ты научилась преодолевать страх. Если не поедешь – тебя будут искать и дальше, придётся скрываться, жить одной вне населённых пунктов. Зачем тебе такое? – Но вдруг меня посадят в тюрьму? – Это возможно, но ты невиновна, а значит, вскоре выпустят. Знаешь, хаджиты, такие как ты, обладают невероятной способностью. Иногда они про неё забывают, иногда – пользуются ей. Быть смелым для хаджита – почесть. Только в вашем языке есть понятие «крин», которое означает улыбку, показывающую радость встрече с превосходящим противником, точное понимание своей неминуемой победы. К сожалению для меня, ты вряд ли вернёшься сюда, но, как знать, может, именно эта встреча даст тебе огромные перспективы в жизни. Обязательно отправляйся туда. И, кстати, вот обещанный подарок.       Улыбаясь, он достал стальной боевой молот, новый и блестящий. Рукоять оружия была 72 см, а ударная часть напоминала выпуклый цилиндр диаметров 6 см и высотой 30 см. Молот весил 8 кг. Т'ерри была очень рада, Милтон же, напуская серьёзный вид, рассказал, как можно сделать подобие рюкзака, чтобы нести оружие за спиной в дальних путешествиях. Кроме того, он напоследок посоветовал для коротких и не слишком опасных прогулок приобрести посох.       Т'ерри надела на себя рюкзак, молот, продала большую часть зелий, расплатилась с арендодателем и отправилась к порту силт страйдеров. В домике погонщиков сообщили, что пока что её не готовы принять, и нужно подойти минимум через полчаса. Каджитка прогуливалась по Гнисису, словно в последний раз вглядываясь в каждый дом. Через сорок минут она договорилась об отправке и села в положенное место. Она была готова к длинной поездке.

***

      В шесть часов утра следующего дня каджитка прибыла в Сейда Нин. Ей очень понравилось это поселение, с первого взгляда захотелось тут обосноваться. Она прогулялась, поглядывая, как солдаты метут улицы, выполняя свой наряд, по большей части поселения и, наконец, выяснив местонахождение Имперской Канцелярии, устремилась туда. В ответ на стандартные вопросы она показала свои документы, рассказала о знаке, назвала на всякий случай как класс и способ заработать не алхимию, а владение двуручным ударным оружием. Родственников она не назвала. После этого её направили к Селлусу Гравиусу, он передал секретный запечатанный конверт, который нельзя вскрывать, но требуется доставить некому Девятипалому в Балмору. Также он посоветовал спросить в трактире «Южная стена». Она внимательно выслушала имперца, после чего вышла в поселение и стала искать жильё. Секретный пакет с перспективной работой подождёт. Её заинтересовал единственный дом с двумя трубами, в нём она и сняла себе комнату.

***

      Т'ерри облазила всё поселение, внимательно обошла его полностью. За неделю жизни оно стало почти что родным, но нужно было двигаться в Балмору: во-первых, доставить секретный пакет, во-вторых, деньги потихоньку заканчивались, потому что в Сейда Нин продавать зелья она опасалась из-за наличия этой самой канцелярии, в-третьих, ей в целом было интересно посетить новый город.       Если от Гнисиса до Сейда Нин был 561 километр пути, то от этого поселения до Балморы поездка составила три часа. Преодолев почти ровно 220 километров, Т'ерри оказалась в третьем по численности городе Вварденфелла: население по последней переписи 9848 жителей, что более чем в полтора раза превышает население Гнисиса. О крупном городе можно рассказать многое. Существенно для Балморы то, что этот город пересекает река Одай, по которой вполне спокойно перемещаются лодки малой и средней величины. Корабли опасаются заходить в эту реку, потому что она иногда мельчает, что препятствует крупному судоходству. Балмора – один из старейших городов острова, но одним из самых крупных его сделало: удачное местоположение, устанавливающее его центром торговли и в принципе перемещений, а также принадлежность ныне процветающему Дому Хлаалу. Недалеко от города расположен крупный имперский форт, из-за чего, хотя стражниками являются члены данмерского Великого Дома, имперские солдаты нередко навещают эти места как по приказу, так и для отдыха. Сам город разделён на три части: административный, торговый и рабочий районы. Первый расположен за городской стеной или близко к ней по правой стороне реки, в нём самые богатые поместья и храм. Второй расположен тоже с правой стороны реки и содержит всевозможные гильдии (в том числе и те, в которые многие не верят, как например, Камонна Тонг и Гильдия Воров), а также различные магазины, рынки и торговые площади. Последний занимает левую сторону по отношению к течению реки, и в нём располагаются бани, трактиры, подобные заведения и дома жителей. Правила разделения негласные, поэтому несколько кабаков и домиков есть на правой стороне, а пара магазинов – на левой, но большая часть зданий подчиняется этим устоям. Т'ерри в первую очередь узнала, куда отсюда можно добраться, и выбор оказался широк: силт страйдеры готовы везти в Альд'рун, Суран и Вивек помимо обратного пути, лодочники не против отвезти по реке, а Гильдия Магов вовсе может доставить в любое своё отделение. Дороги же кроме прочего ведут в Кальдеру, в Пелагиад и в форт Лунной Бабочки. Возница показал Т'ерри, где находится «Южная стена», а она достаточно быстро дошла до этого двухэтажного трактира на другой стороне города. Безусловно, это составило около часа, но можно было ожидать худшего. Удивительно, но хозяин трактира знал, где найти Девятипалого и объяснил, как подобраться к его дому. Вечерело, когда она начала стучаться во входные двери загадочного жителя Балморы, которому требовалось доставить пакет. – Здравствуйте, вы – Девятипалый? – неловко спросила Т'ерри у открывшего аргонианина в простых коричневых штанах и того же цвета рубахе. – Здравствовать! – бодро откликнулся житель, плохо знающий тамриэлик. – Оно говорить я Девятипалый – так и есть, это мы! Проходить вовнутрь!       Т'ерри покачала головой, но зашла в дом. Аргонианин высунулся на улицу, после чего спросил: «Оно одно? Никто больше?», – и, получив удовлетворительный ответ, тщательно закрыл дверь. Он не предложил ей ни присесть, ни чай, а просто стоял и внимательно смотрел в упор, пока каджитка не начала и не закончила свою историю о том, что нужно передать ему секретный конверт. Аргонианин делал круглые глаза и вторил: «Секретно? Нам? Какая конверта? Я не понимать Вас!» Каджитка устала говорить, и просто предала ему запечатанный конверт. Девятипалый вскрыл его, после чего предложил присесть и удалился в другую комнату, когда каджитка приняла его предложение действием. Через примерно десять минут, когда ожидание в конец утомило Т'ерри (и как хорошо, что она подкрепилась в трактире!), аргонианин вернулся с каким-то пакетиком и с улыбкой во всё лицо изрёк со слабым акцентом: – Прошу меня простить за мою маскировку, я не мог быть до конца уверен, что это не обман. Добро пожаловать в Клинки, это тайная организация агентов императора. Держи, это мой подарок тебе как новому нашему члену. – Что это такое? – каджитка приняла пакет, не понимая. – Это четыре порции лунного сахара. Хаджиты ведь любят такое? Ну, можешь продать в крайнем случае. Вот это тебе от нашей организации за доставку. Всё-таки неделю она составила не просто так. Тут сто пятьдесят септимов. Скажи, чем ты зарабатывала до этого, что умеешь? Можешь говорить всё, я не выдам тебя. Мы оба члены тайной организации, и нам необходимо доверять друг другу.       Т'ерри колебалась, но понимание того, насколько аргонианин рискует, раскрывая ей, незнакомке, кем является, перевесило страх, и она ответила: – Я умею сражаться двуручным молотом, в бою побеждала никс-гончую, – далее, чуть помедлив: – Но зарабатываю я продажей созданных зелий, ведь я неплохой алхимик. Только вот нет у меня лицензий... – Отлично! – непонятно чему обрадовался Девятипалый. – Моё первое задание для тебя следующее: создай себе легенду мирного алхимика. Для этого поступи в Гильдию Магов и официально продай хотя бы десять любых зелий. После этого приходи сюда. Это задание не срочное, тут важен результат.       Они распрощались; для конспирации у выхода аргонианин снова начал говорить, как безграмотный. Т'ерри сняла на пару дней комнату в чём-то вроде трактира, и отправилась спать.

***

      Последний день середины года для Т'ерри начался с торопливого умывания: она начинала опаздывать. Почти неделя ожидания могла оказаться совсем бесполезной! Дело в том, что двадцать пятого числа она зашла в Гильдию Магов Балморы, в красивую башню, окружённую высоким забором, и выразила желание вступить, сообщив, что сама научилась создавать некоторые зелья, которые пробовала исключительно на себе, но считает их рабочими. При этом каджитка сообщила, что никаких познаний в других областях магии не имеет и в принципе не слишком верит в их практическое применение. Последнее было чистой правдой, ускорившей процесс попадания в Гильдию. Её попросили подождать до сандаса, до тридцатого числа, когда высококлассный алхимик сможет провести с ней испытание. Было назначено конкретное время – с десяти ноль-ноль до четырнадцати, в которое Т'ерри может пытаться доказать, что она что-то умеет. И она в такой день чуть всё не проспала! Но успела вовремя. Никаких ингредиентов и алхимических аппаратов она не взяла – так посоветовала ей каджитка Ажира, когда Т'ерри уже уходила из здания. Видимо, она понравилась давнему члену Гильдии Магов, ведь Ажира также сказала, что если Т'ерри пройдёт испытания, она была бы рада, если новый алхимик придёт к ней.       Голодная каджитка поприветствовала подошедшего к ней данмера, который попросил подождать в приёмной. Однако она не успела рассердиться: вскоре к ней вышла босмерка с белыми волосами и характерно острыми ушами в изящной мантии. Она быстро посмотрела на молодую растрёпанную девушку. – Вы – Т'ерри? – спросила она и, в ответ на энергичный кивок, продолжила: – Я Гальбедир, алхимик, ранг в Гильдии – магиус. Вы готовы приступить к экзамену? Будете сдавать теоретическую часть? – Я готова. Могу попробовать сдать теорию, но только если вне зависимости от результата вы также примите у меня практическую часть. – Отлично. Пройдёмте сюда.       Экзамен сначала показался простым: каджитку спросили о том, что такое ступка, потом – необходима ли реторта для создания зелий, но спустя немного времени вопросы стали затруднительны. Она не назвала все районы произрастания болотного тростника; не привела примеры ингредиентов для изготовления зелья обнаружения жизни; загадкой остались характерные особенности зелий, изготовленных с применением частей даэдра. Вопросы шли одни за другим из памяти босмерки, а каджитка не могла ответить правильно. Не стоит думать, что она была глупа! Т'ерри сначала пыталась извернуться и сообщить в ответ на, например, вопрос: «Когда зелье из драгоценностей оправдывает цену на компоненты?», – что это происходит, когда зелье за счёт своего эффекта позволяет достичь целей, достижение которых крайне дорого, но Гальбедир сурово требовала конкретные примеры, а именно: ситуация, ингредиенты, цена на них, зелье и обоснование.       Потом, к несказанной радости уже упавшей духом каджитки, наступила практическая часть. Её предупредили, что если испытание не будет пройдено, с неё взимут плату за использованные элементы, после чего пустили в лабораторию. Полная свобода действий, все четыре вида алхимических аппаратов, огромное число видов ингредиентов! Гальбедир просто молча наблюдала за тем, как Т'ерри старалась создать сначала зелье исцеления болезней, а потом стандартное – сопротивления огню (получилось дешёвое). Экзаменуемая хотела продолжить, но магиус остановила её. Они вышли из лаборатории, и Т'ерри оставили ждать в коридоре, пока Гальбедир говорит главе этого отделения своё экспертное заключение. Каджитка долго и терпеливо ждала, пустой желудок расстраивал её, но она не подавала вида. Наконец, к ней вышла данмерка в изящном светящемся одеянии. Она строго смотрела, поправляя свои светло-коричневые волосы и подавая экзаменуемой нетолстые книги. – Добрый день, я Ранис Атрис, – официально начала зашедшая. – Я являюсь главой отделения Гильдии Магов Балморы. Вы хотите вступить к нам. Изучили ли Вы наши правила, описанные в этих книгах? – Так... Да, это я читала, – отозвалась Т'ерри после быстрого просмотра названий книжек. – Если Вы со всем согласны, я могу принять Вас в нашу гильдию. – Да, я полностью принимаю все положения.       Далее последовала немного нудная бумажная работа, после чего Т'ерри стала членом гильдии в ранге «начинающий». Как пояснила Ранис, у каджитки достаточно знаний, чтобы получить ранг «странник», но ей ещё мало кто доверяет, нужно выполнить какие-нибудь задания.       Ажира встретила Т'ерри с радостью: – Ажира рада приветствовать собрата в рядах гильдии. Хаджиты – лучшие волшебники! Ранис Атрис прислушалась к словам Ажиры, поэтому вы не союзник, а уже начинающий. Но лучше стать странником. Я готова скупать зелья, у меня есть, кому их продавать. Как вам Гальбедир? – Очень строгий специалист-алхимик, – от такой теплоты Т'ерри немного потерялась. – Ажира уважает ваше мнение, но Гальбедир очень злая босмер, и Ажире не нравится. Очень не нравится. – Слушайте, а у вас есть задания для меня? И, если не секрет, какой у Вас ранг? – полюбопытствовала Т'ерри. – Ажира зачарователь ранга магиус, – в этот момент Т'ерри оторопела, потому что не ожидала такого высокого ранга от каджитки в простой мантии, столь дружелюбно говорившей с ней, но Ажира сделала вид, что не заметила этого замешательства. – Задания у меня есть только сложные, пока что вам лучше обратиться за ними к кому-то другому.       Из-за низкого ранга в гильдии, Т'ерри не позволили пользоваться лабораторией, но разрешили свободно продавать зелья. Она оставила информацию о том, где живёт, чтобы если что к ней отправляли клиентов, но в целом ввиду договора с Ажирой, ей достаточно было просто сделать десять зелий и принести в это здание. На всякий случай она прогулялась по бескрайним магазинам и расспросила цену на ингредиенты.

***

      Наступило третье солнцеворота. Вчера вечером Т'ерри отнесла Ажире десять разных зелий и продала их. Магиус предлагала достойную цену, и не было смысла открывать какую-то лавку. В то же время новоприбывшая не знала, сколько она будет в городе, поэтому не хотела брать себе новые алхимические аппараты. Она постеснялась вчера беспокоить аргонианина, потому что был уже вечер, поэтому сегодня утром, не слишком рано, она постучалась. Сначала он открыл, говоря, как будто плохо понимая язык, но когда они зашли во вторую комнату из прихожей, он стал говорить грамотно и по существу: – Итак, ты выполнила своё первое задание, вот твоё вознаграждение. Как видишь, мои задания выполнять выгодно. Теперь у меня к тебе следующее: сходи к Хасфату Антаболису, он в местной Гильдии Бойцов. Тебе нужна информация о Шестом Доме и Нереварине – всё, что он сможет тебе рассказать. – Мне нужно знать об этом, наверное, чтобы точнее спрашивать? – Вовсе нет! Так даже лучше: пусть объяснит подробно, с нуля, а ты перескажешь. Можешь сразу в письменном виде.       Через десять минут она уже искала организацию, а ещё через тридцать семь дошла до искомого человека. Это был немолодой имперец в дешёвом одеянии с умным взглядом. – Я сразу хочу заметить, что не собираюсь делиться информацией просто так. Нет, деньги мне предлагать не надо. Мне нужна книга с описанием двемерского города Аркнтанд. В книге должно быть описано внутреннее устройство и местонахождение города. – Ваше требование понятно. Но если можете, поясните, что в устройстве города Вас интересует. И – может, знаете, где взять такую книгу? – Т'ерри хотела упростить себе задачу. – Понятия не имею, где её взять! Я Вам потому и говорю это сделать в обмен на мою информацию! Что там ещё? Какое устройство города? Любая книга с описанием подойдёт. Уровни, кварталы и так далее – всё это приветствуется.       Каджитке не понравился такой тон, но она решила не подавать вида. В первую очередь она задумала поспрашивать в книжных магазинах. Часть из них работала только несколько дней в неделю, часть – ожидала в скором времени привоз новых книг, а многие за день было сложно обойти, потому что не во всех продавец знал и хотел отвечать на такой вопрос – есть ли подобная книга или нет, а также потому, что город был немалых размеров. Книга сегодня найдена не была.

***

      Книги нигде не было! Т'ерри уже отчаялась: она за эти дни посетила все книжные магазины, но не наткнулась ни на одно описание, похожее на требуемое, да и продавцы не знали, бывают ли в принципе такие книги где-нибудь. Это было десятое число, день фестиваля торговцев, в который обычные магазины снижали свои цены в два раза. Т'ерри с очередной партией колб с заветным содержимым зашла в Гильдию Магов к Ажире, но та заметила грусть: – Отчего тебе так печально? – участливо спросила магиус. – Мне нужна информация от имперца, а тот хочет взамен получить книгу с описанием местонахождения города Аркнтанд, а также с жизнью в нём. Может, ты знаешь, где такую достать? – Двемерский город? Тебе стоит съездить в Гильдию Магов Альд'руна, глава отделения Эдвинна Эльберт неплохо разбирается в двемерах. Воспользуйся телепортацией: это и недорого, и быстро.       Член гильдии в ранге «начинающий» поблагодарила Ажиру и побежала к телепортатору. Всего пятнадцать септимов и её за несколько секунд переместили на 119,7 километра, после чего уже другие люди приветствовали в отделении второго по численности города острова. На силт страйдере пришлось бы ехать больше четырёх часов, потому что путь составил бы чуть больше 245 километров. На желание встретиться с главой, её попросили подождать двадцать минут, после чего бретонка среднего возраста вышла к ней и завела разговор: – Здравствуйте, я Эдвинна Эльберт, волшебник и глава местного отделения. Чего вы хотели? – она говорила дружелюбно, но было заметно, что она торопится. – Я Т'ерри, начинающий алхимик. Я беспокою вас, потому что мне рассказывали, что вы разбираетесь в двемерах, а мне нужна книга... – каджитка кратко рассказала, что именно ей нужно. – Я недавно читала такую. В этом городе ничего интересного, можете поверить. Я могу продать вам книгу за пятьдесят септимов. Книги по двемерам очень редки и дороги, даже если не содержат ничего интересного. – Хорошо, я возьму её, – с облегчением ответила каджитка.       Сделка состоялась, и Т'ерри отправилась в Балмору через телепортацию. От самого телепортирования было небольшое головокружение и другие неприятные ощущения, поэтому детям, старикам, больным и беременным оно не рекомендовалось. Ажира поздравила соратницу с первой телепортацией, а та отправилась в Гильдию Бойцов.       Каджитка не захотела говорить имперцу, где нашла книгу, поэтому они просто обменялись – он дал записи про Нереварина, а она ему – книгу. Про Шестой Дом он не знал. Т'ерри прочла записи, после чего принесла их Девятипалому. Он встретил её, как обычно, она уже не удивлялась. – Согласно этой информации был когда-то тысячелетия назад кимер Индорил Неревар, который объединил весь народ кимеров. После его смерти что-то произошло, и все двемеры исчезли, а кимеры стали данмерами. Позже какие-то данмеры предсказали приход его воплощения, то есть Нереварина. Эти меры являются неугодными Храму Трибунала и подвергаются гонениям, – резюмировала Т'ерри, передавая бумаги аргонианину. – Неплохо. Далеко от истины, как мне кажется, но некоторые моменты сходятся, – заключил Девятипалый. – А что не сходится? Этот имперец обманул меня? – Нет, он так считает. По поводу Нереварина очень много мнений, и было бы занимательно узнать, что считают эшлендеры, другие наши агенты и жрецы-отступники, которых Хасфат упоминал как гонимых и предсказавших. Но это потом, пока что мне надо подумать. Приходи пятнадцатого за новым заданием. Вот твоё вознаграждение.

***

– Что ж, я подумал, – сказал Девятипалый в назначенный час, – и пришёл к выводу, что тебе необходимо пообщаться с Шарн гра-Музгоб из Гильдии Магов Балморы. Она что-то знает о Шестом Доме и культе Нереварина.       Получив задание, каджитке было просто найти орчиху, но вот делиться знаниями та не хотела. Причём ранг орчихи оказался минимальный: союзник, но её это устраивало. В обмен на информацию она потребовала череп Ллевула Андрано из его родовой гробницы. На разумный вопрос, для чего нужен череп, орчиха ответила грубо, что это её исследование, и не надо расспрашивать по этому поводу. Орчиха сказала, что гробница расположена к югу от Пелагиада и восточнее Сейда Нин, а также заметила, что ни за что другое не предоставит требуемое. Т'ерри не хотела идти в чью-то гробницу, но не знала, может, это нормальное задание, поэтому отправилась к Ажире уточнить (а к кому ещё можно пойти?). Магиус зачаровывала посох, но не выразила недовольства и не заставила ждать молодого члена гильдии. Напротив, она улыбнулась и, внимательно выслушав, ответила: – Вообще для данмеров гробницы священны, они являются логическим продолжением культов предков, благодаря которым чуть ли не каждый данмер может вызвать дух своего предка. Шарн не сказала, зачем она требует войти в гробницу и взять череп? – Сказала, что это её исследования и не хочет конкуренции, поэтому не скажет. – Сразу видно непрофессионала, – удовлетворённо сказала Ажира, почти мурлыча. – Смысл скрывать от члена гильдии свою затею? Потом она всё равно будет доступна другим, практически без исключений. Можно спросить у Ранис, чем занимается Шарн, но такая реакция и сам характер просьбы говорит о том, что Шарн проводит исследования в области некромантии, а это запрещено в Гильдии Магов со дня её основания. Ажира говорит тебе, у тебя два варианта: пойти в гробницу, рискуя не только встретиться с нежитью и даэдра, которых порой оставляют данмеры как охрану или которых поставили колдуны, если они тоже позарились на этот череп, но также можешь наткнуться на родственников этого Андрано. Кроме того, гробницы часто огромны, так что не надейся зайти на минуточку – ты потратишь часы, обходя гробы в темноте. Второй вариант тоже опасен: попробовать напугать Шарн, что раскроешь, кем она является, главе гильдии. Если будешь убедительна – она расскажет, что тебе было интересно. – Спасибо большое, Ажира! Удачных тебе зачарований! – Благодарю! Надеюсь, ты не работаешь над проектами Гальбедир? – Не работаю, она не предлагала, и я помню твою неприязнь к ней, – заверила Т'ерри.       Ажира незаметно улыбнулась и продолжила зачаровывать, а утренняя собеседница магиуса отправилась к орчихе. – Ты уже с черепом? – нагловато спросила Шарн гра-Музгоб. – Нет. Слушай. Я не пойду в гробницу. Придумай другое задание, потому что я не собираюсь поддерживать некромантию. – Некромантия запрещена Гильдией Магов. Причём тут она? Мне больше ничего не нужно. – А если я расскажу главе о твоей практике? Ты ведь некромант! – Я не занимаюсь некромантией. Вы мне не нравитесь, я не буду продолжать разговор с вами.       Т'ерри ещё попыталась, но у неё не удалось заставить орчиху говорить после этого. Через некоторое время она стучалась к Девятипалому, после чего докладывала о провале и обосновала его. – Что ж, высокие моральные качества – это действительно похвально, – начал свою мысль аргонианин, после того как выслушал её. – Я не совру, однако, сказав, что в нашем деле это редко приветствуется. Чаще всего моральное отходит на второй, третий и другие планы перед задачей и различными факторами. Я не виню тебя и буду рад продолжить сотрудничество, но тебе придётся подождать неопределённое время, пока я найду кого-нибудь с аналогичными знаниями. Я сообщу тебе, но можешь и сама заглядывать.       Сложно было сказать, насколько Девятипалый доволен её моралью или недоволен провалом, но Т'ерри решила, что расстроила его, однако считала, что поступить в задании иначе не могла.

***

      Прошло больше двух недель и больше пяти посещений дома члена клинков, а новых заданий не было. Т'ерри теперь снимала комнату в другом доме. В принципе она уже думала снимать в башне Гильдии Магов, но значительные скидки начинались с более высоких рангов, если речь не шла об одной ночи, а так – снимать у жителей выходило куда как дешевле. Она уже накопила неплохие деньги, но их было недостаточно для покупки дома, поэтому приходилось жить в чужом, но это не расстраивало каджитку. Ей было интересно изучать город, заглядывать в храм. Она даже подумывала стать паломником. Сегодня она кушала в столовой в этот лордас, потому что не хотела готовить. Месяц урожая, уже третье число – как долго можно искать того, кто знает! После завтрака к ней подошёл какой-то данмерский мальчуган, сказал: «Вам нужно зайти к Девятипалому!» – и сразу же убежал. В гостях у аргонианина её ждали. – Есть новое задание? – заинтересованно спросила каджитка. – Да, мне недавно сообщили, что в Вивеке в Гильдии Магов также есть тот, кто может рассказать о культе Нереварина и Шестом Доме. Это данмер Заран Талес. Берёшься за это? – Конечно. Я сейчас перемещусь телепортом и узнаю обо всём.       Головокружение, лёгкое подташнивание – и вот он, самый крупный город острова, Квартал Чужеземцев, Плаза, Гильдия Магов. Т'ерри в самом деле отправилась незамедлительно. На этот раз решить задачу оказалось в разы проще: данмер был сговорчив, и ему оказалось достаточно двадцати септимов за все знания по Шестому Дому, а о культе Нереварина он смог сказать лишь несколько слов. Т'ерри записала всё под диктовку, после чего Заран Талес отказался от денег и попросил отнести записку своему знакомому в успешный магазин на другом конце Плаза. В качестве маскировки передачи письма он дал два посоха, которые тоже следовало отдать вроде как для зачарования. Каджитка могла отказаться, но некое чувство единения с магами гильдии убедило её отправиться, тем более тут было часа на полтора на поход и возвращение. «Другом» оказалась миловидная девушка, работающая в магазине прислугой и попросившая не рассказывать правду: дело в том, что эта данмерка представилась однажды хозяйкой заведения, а потом, когда они начали нравиться друг другу, постеснялась объясниться, но при этом она уверила, что сделает это при удобном случае. Т'ерри дождалась, когда допишут ответ Зарану Талесу, после чего, от скуки помахивая молотом, отправилась в Гильдию Магов, так и забыв отдать посохи. Вслед ей звучали слова девушки: «Под этим солнцем и небом мы тепло приветствуем Вас!»       Данмер сердечно поблагодарил за принесённый ответ, а каджитка решила скорее вернуться к аргонианину, давшему ей задание, потому что не хотела вновь подвести его, а напротив, хотела как-нибудь хорошо себя проявить. Не прошло и получаса, как она рассказывала полученные данные, излагая кратко их существо после передачи написанного подробного варианта: – Шестым Домом называют бывший Великий Дом Дагот, в котором на текущий момент остались только фанатики, не имеющие ни земли, ни власти. Культ Нереварина – это сборище тех, кто верит, что Трибунал, а именно: Вивек, Сота Сил и Альмалексия – это лжебоги, укравшие силу у лжебога, созданного двемерами. Культ основан вокруг образа святого смертного – Лорда Индорила Неревара, который требовал от Трибунала не подчинять себе силу лжебога. – Спасибо большое! – Девятипалый внимательно слушал, после чего начал листать подробные записи. – Подожди несколько минут, возможно, я дам тебе новое задание.       Т'ерри терпеливо ждала. Она не понимала, почему аргонианин просил докладывать ему краткое существо написанной информации. Зачем такое резюмирование? Но долго думать над этой загадкой ей не пришлось, потому что аргонианин заговорил вновь: – Да, держи вознаграждение, – протянул мешочек монет. – Итак, новое задание, вероятно, потребует много больше времени и усилий. От тебя потребуется чрезвычайная осторожность, потому что тебе нужно встретиться с тремя нашими информаторами и не раскрыть их. Как думаешь, справишься? – Думаю, да. Они мне передадут информацию? – Это правильный вопрос. Возьми, это тебе надо будет выучить и сказать им. Напечатанный вариант останется у меня, – старший агент протянул лист. – Пока что запоминай, если надо, записывай: все три информатора в Вивеке. Аргонианин Хулейя часто бывает в трактире «Чёрный Шалк», что в Квартале Чужеземцев. Аддхиранирр – хаджитка, она облюбовала Округ Святого Олмса, но в последнее время связи с ней нет, она могла быть поймана или просто спряталась. Третий информатор – данмер Мехра Мило – работает в Зале Мудрости и Правосудия в кантоне Храма. Запомни, легче всего найти будет данмера, но именно там надо быть более осторожной. Ординаторы могут посадить вас обеих за религиозные обсуждения, не угодные Храму. Хаджитка является квалифицированным вором из соответствующей гильдии, так что если у неё и есть проблемы, будь уверена, она выпутается и тебя вытащит из беды, главное найди её. Аргонианин же состоит в гильдии убийц Мораг Тонг, так что, хотя он может защититься от врагов, наверняка не станет спасать тебя из-за своих многочисленных правил.       Девятипалый рассказал многие тонкости: как выглядят информаторы, как себя вести при встрече, что именно спрашивать (это вновь оказались темы культа Нереварина и Шестого Дома). Наверное, это длилось полтора или даже два часа. После обширной лекции Т'ерри захотела переместиться телепортацией, но потом так яро не пожелала снова переживать эти отвратительные ощущения, что отправилась к силт страйдеру. Однако около него она бросила взгляд на уходящую из города дорогу, вспомнила про Анасси и захотела заглянуть к ней. Как оказалось, Пелагиад был недалеко от Сейда Нин и в стороне от дороги в Вивек, по которой везут погонщики, однако она договорилась высадить её на горе как можно ближе к Пелагиаду по пути в Сейда Нин, решив, что немного пособирает трав, а потом дойдёт. Ей сказали примерное расстояние от места высадки до города, а также что путь составит около трёх часов, что её вполне устроило и что не слишком отличалось от фактического расстояния и времени в конечном итоге.

***

      Четвёртого числа Анасси разбудила спящую Т'ерри в семь часов утра. Вы можете решить, что это жестоко, но она не трясла её и не звала – просто сидела за столом и внимательно смотрела на валяющуюся в грёзах гостью пристально и долго. Она узнала и вспомнила свою спасительницу, о чём-то задумалась, но не переставала внимательно и как бы озабоченно скользить взглядом по торчащим из-под копны сена частям, как будто они могли быть не в порядке. Т'ерри пробудилась, но не знала, от чего. Не желая мешать спать хозяйке, она тихо встала и только тогда заметила, что Анасси наблюдает. Обе хотели что-то сказать, но оглянулись к выходу, около которого мирно посапывал бретонец. Обе покачали головой: Анасси подумала, что такому всё нипочем, а Т'ерри решила, что будет жалко будить несчастного. Гостья знаком спросила, можно ли спуститься в подвал, хозяйка разрешила, после чего они пошли туда вместе. – Здр-р-равствуйте, Т'ер-р-р-ри, – дружелюбно мурча, начала разговор Анасси. – Анасси пр-риветствует вас с вашим др-р-ругом у себя в гостях. Анасси удивлена, что вы явились неожиданно ночью, но это пр-р-риятное удивление! Почему вы прибыли в этот гор-р-род? – Да вспомнила о тебе и решила посетить, сошла с силт страйдера на горе километрах в пятнадцати отсюда, немного пособирала трав, а там с этим несчастным беда случилась, прости, что прихватила с собой. Он надолго не останется, не беспокойся. – Анасси рада новым друзьям Т'ерри. Анасси видит, что Т'ерри продолжает спасать всех. Анасси надеется, что за доброту не придётся платить слишком дорого. У Т'ерри красивый, большой дом! Анасси была бы рада вновь побывать в нём. – Ах, дома больше и нет, – гостья рассказала, как лишилась крова и вынуждена была переезжать сначала в Хуул, а потом в Гнисис. Также она поделилась, что её позвали для работы в Балмору, и она вступила в Гильдию Магов.       Анасси слушала, затаив дыхание и очень бурно реагируя на каждое событие. Т'ерри это немного умиляло. Хозяйка предложила вступить в Гильдию Воров, заметив, что в Балморе есть отличное отделение. Потом они говорили о зельях, травах, драгоценностях, спрятанных в пещерах и в богатых домах. Только после этого Анасси спохватилась и, много-много извиняясь, что нет достойного подарка для чудесного друга, пришедшего в гости, предложила покушать и выпить хорошего вина, однако было уже девять часов утра: Т'ерри отказалась, объясняя это тем, что есть ещё сложные и неотложные дела сегодня. Они ещё поговорили немного, а потом обнялись и отправились прощаться. Анасси подарила красивые цветы (целый букет!) Т'ерри и только после этого открыла дверь, немного пододвинув спящего бретонца, чтобы тот не мешал выходить. Он не проснулся: то ли спал крепко, то ли воровка была искусна. Когда дверь за Т'ерри была закрыта, нежданная гостья отправилась к дому, порекомендованному ей Анасси, чтобы заказать поездку в повозке, запряжённой гуаром, до Вивека. Может, до Сейда Нин выходило и короче, но потом ждать готовности силт страйдера, платить новые деньги и не прибыть намного быстрее, чем сразу направляясь в крупнейший город острова.

***

      Поездка в повозке за спиной у сильного гуара была весёлой и, несмотря на то что длилась долго, понравилась каджитке. Её довезли прямо до моста к кантону Квартала Чужеземцев. Она решила не искать сама по нему трактир, а опросить тех, кто знает. Нет, Т'ерри был положительно интересен город Вивек, но она хотела сначала завершить своё посещение информаторов, а потом уже гулять и исследовать кантоны всласть. Дала десять септимов данмерке, стоящей недалеко от лодки и занимающейся перевозкой по Вивеку, за что та заметила, что ей правда очень приятно общаться с таким замечательным созданием, и рассказала о том, где именно упомянутый трактир находится. Каджитка решила сама заплатить столько, причём она как бы заплатила за красивые глаза, а потом просто спросила, как знакомую.       «Чёрный Шалк» был очень красиво обставлен. Огромный зал особенно впечатлил и своим холодным великолепием, и своим размахом. Однако Т'ерри сразу почувствовала какое-то напряжение. Лишь заплатив за кружку киродиильского бренди, она огляделась внимательно, сидя за барной стойкой в дальнем углу зала, и поняла: во всём трактире были только данмеры! Причём если где-то в уголках, прямо перед каджиткой, развернувшейся на стуле в обратную от трактирщика сторону, сидели парочки, справа не было никого, то слева вдали у стены сидела одна девушка, прикрыв глаза рукой и опершись на эту самую руку. В этот момент каджитке стало стыдно: разглядывая соринки, она бревно проглядела: четыре данмера, одетых в одном стиле в кожаную одежду, в паре столиков от неё слева стояли около стены рядом с аргонианкой, а ещё один данмер в одежде такого же фасона сторожил дверь. Т'ерри бы не поняла, что аргонианка девушка, если бы смотрела невнимательно, но она вперилась глазами дай бог каждому!       Перламутрово-изумрудного цвета, как бывают порой стрекозы, глаза, напоминающие бескрайний мрачный океан, без бурь и лишних колебаний встречающий путников холодно, Т'ерри заметила в первую очередь. Потом она обнаружила хорошо ухоженную чешую аргонианки светло-зелёного цвета, даже отдающую немного голубым то ли от рождения, то ли от манипуляций с красящими веществами. Одежда грубая: лёгкие доспехи поверх удобных качественных штанов и рубахи, покрывающей безрукавку, а на ногах кожаные мужские сапоги с мощными протекторами. Ниже пояса она окрашена в коричневые и чёрные, менее маркие, цвета, рубаха же светло-синяя, а пояс – фиолетовый. На спине аргонианки оборудована перевязь на случай неожиданно долгих и безопасных перемещений с двуручным мечом (потому что снимать меч со спины не так уж и быстро: нужно сбросить перевязь и лишь затем вытаскивать оружие). Сейчас же девушка располагала его на себе: рукой держалась за рукоять, обмотанное тканью рикассо покоилось на плече. Центр тяжести меча незнакомки близок к контргарде, чтобы обеспечить больше возможностей для фехтования (и кто бы поверил, что им можно фехтовать!). Рукоять составляла 40 см, а стальное обоюдоострое лезвие пяти сантиметров шириной в длину 110 см. Масса всего эспадона составляла 3,3 кг, впрочем, эти все характеристики из всего зала были известны доподлинно только аргонианке. Сама она оказалась выше каджитки – 165 см. Т'ерри обратила внимание, что перчатки аргонианки необычны: со стальными бортиками, чтобы допустить перехват даже за клинок в случае крайней необходимости, причём пальцы закрыты полностью. Пол каджитка поняла по подведённым глазам и какому-то замысловатому банту за ухом. «Ишь, какая цаца», – неодобрительно оценила каджитка. В одной руке держа ближе по центру тяжести молот, а в другой удерживая посудину с выпивкой, Т'ерри села на свободное место недалеко от компании, чтобы понять, что происходит. – Ну что, сегодня помоешь столик моему другу, пучеглазая тварь? – плюясь, развязно спрашивал один под гогот других. – И не подумаю, – невозмутимо ответила воин. – Завязать бы твой поганый хвост в узел, да снова вернуть в рабство! – Эк, обнаглела в конец! – присоединился другой данмер из компании. – Проучить эту мерзость! – вторил третий. – Ладно, ребята, мы неплохо повеселились, но я уже насытилась и всё-таки ухожу, ведь ваша приятная компания обойдётся и без меня, – вежливо захотела уйти аргонианка. – Хе-хе! Смотри, скучно с нами стало! – О-па! Боится рабская душа! – Да ты не бойся, ты просто стол вытри, уважь моих друзей – и мы тебя отпустим. – Собралась куда? Давай работай!       Данмеры говорили почти одновременно, но в целом было и так ясно, что произносят. Т'ерри допила содержимое кружки, и ей окончательно надоело наблюдать эту ситуацию. Она не стала спрашивать про то, где найти Хулейя, и не отправилась его искать, а решила вмешаться. Её немного трясло от страха, когда она только встала из-за столика, но она справилась с собой и спрятала осмеиваемую многими эмоцию. Перемену в ней никто не заметил, потому что ребята были увлечены приставанием к аргонианке. Каджитка ткнула одного из улюлюкающих и громко сказала, когда тот с остальными обернулись посмотреть на смельчака: – Ребята, отвалите от неё, пожалуйста, иначе я вам накостыляю своим молотом, и мало не покажется. – Смотри-ка, ещё одна. Н'вах! Лучше свали отсюда! – О, я знаю, ты хочешь прибрать мой туалет, ты ведь не гордая: даже за мехом не следишь, кошак. – Это вообще какого пола тварь?       Но вот четвёртый в ответ на угрозу каджитки поступил иначе: он достал танто и со словами: «Что ты там сделаешь?» – махнул, метя Т'ерри в лицо. Каджитка ожидала такого, поэтому увернулась от удара, быстрым движением сместилась немного в сторону от атакующего и замахнулась молотом... Удар пришёлся в грудную клетку, сопроводившись хрустом ломающихся рёбер. Это было слишком просто, ведь данмер был пьян, и такой явный и просто предупредительный удар грозил стать смертельным, если части костей воткнутся в лёгкие, печень или селезёнку. Не менее пьяные его товарищи начали укладывать его, туго соображая, пытались помочь, а совершенно трезвый парень из этой компании, стоявший у дверей, в несколько шагов оказался рядом к каджиткой и вступил в бой. Они бегали по всему залу, ломая стулья и переворачивая столы; порой они подпрыгивали, Т'ерри перекатывалась и блокировала удары меча, летящие от разъярённого и грязно ругающегося данмера. Он неплохо владел оружием, намного лучше Т'ерри, и, когда его ярость стала немного уходить ради сосредоточения во время боя, каджитке не оставалось ничего, кроме как блокировать его удары: не хватало манёвренности оружия и бронированности, чтобы совершить контратаку, а умения не было достаточно, чтобы отвлечь ударом ногой, выбить меч или совершить неочевидный манёвр. Блокировать всё не удавалось, и девушка получала порезы, старалась абстрагироваться от боли, чтобы не переставать подставлять рукоять молота, но драка была безнадёжно на стороне данмера, и она это понимала. По счастью, тут бармен пришёл в себя. Его крик: «Ординаторы! Сюда! Убивают!» – отвлёк сражающихся. Данмер побежал к своим, ведь бой стал бессмысленным и всё же мог закончиться не в его пользу. Т'ерри же метнулась к аргонианке, взяла её за руку и потянула к выходу. Аргонианка не захотела идти. – Почему ты стоишь? Они нападут на тебя! Ординаторы признают виновными нас, несмотря на то, что данмер первый напал! – Почему? – удивилась воин с эспадоном. – Они – данмеры, ординаторы – тоже данмеры! Мы в городе данмеров, да ещё и в трактире, где главе безразличны притеснения других рас! Угадай, сколько будет тёмных эльфов говорить, что мы не виноваты? – Ты права, бежим.       Они вышли за двери и резво побежали. Аргонианке было проще бежать, ведь меч весил в разы меньше молота, но каджитка неслась ни на йоту не медленнее. За ними уже мчались четыре ординатора, один из которых требовал остановиться. Ухоженная девушка предложила забежать на Плаза с мыслью о том, что в деревьях вполне можно затеряться, и её лохматая и не подходящая под каноны красоты знакомая с молотом согласилась на такой заманчивый вариант. Вылетев на Плаза и собрав за спиной уже шесть ординаторов, они юркнули в ближайший лесок, моментально тихо начав пробираться по нему. Можно было попробовать залезть на крышу ближайшего особняка, перелезть через забор, забраться на дерево и просто затаиться – в общем, вариантов предостаточно. Территория была приличная у этого лесного массива, и девушки перевели дыхание. – Я Т'ерри! – заявила каджитка, отдуваясь и опираясь на рукоять своего оружия, ставя его на мягкую землю. – Приятно познакомиться, меня зовут Зара, – улыбнулась аргонианка, кладя меч себе на плечи, после чего сурово и даже едко продолжила: – Всё было под контролем, ты зря устроила драку. – Ну да, конечно, ты бы убедила их, что ты данмер! – обидевшись на неблагодарность, съязвила каджитка. – Я в состоянии сама разобраться с кучкой отбросов, уж поверь. Ты... что делаешь?!       Но крик Зары не дал никакого эффекта. Т'ерри необоснованно замерла, не реагируя на слова аргонианки, её глаза словно стали стеклянными. Зара дотронулась до новоиспечённой знакомой, однако та молча и неадекватно сорвалась с места и побежала. В голове у Т'ерри господствовала мысль, что нужно побежать к другому дому, который сейчас находился вне поля зрения. Дом располагался напротив особняка, около тыла которого остановились беглянки. Мысль каджитки продолжалась не к месту желанием сорвать грибочек, что и явилось причиной действий девушки, стремительно побежавшей совершать задуманное, пропуская громкие слова вопроса мимо ушей. Ничто не могло сейчас найти отклик у неё в голове. Попросту говоря, её переклинило, и она со смехом выбежала из малого леса к ординаторам. Аргонианка воспользовалась ситуацией и выскользнула оттуда, после чего стала безопасно наблюдать за развязкой. Т'ерри оббежала особняк, пересекла улицу и присела около другого насаждения. Её уже окружили ординаторы, а один подошёл к ней. Пока девушка положила молот на колени, сидя на корточках, и гладила цветной грибочек, напевая, стражник этого города ударил её по голове, чтобы на буквально минуту лишить сознания. Он подал её оружие другому ординатору, после чего совместно с третьим связал ей руки за спиной. Аргонианку поискали немного, но в лесном насаждении никого не оказалось, а потоки жителей были слишком многочисленны, поэтому поиски прекратились, когда через двадцать минут Т'ерри пришла в себя. Приступ прошёл, и она в первую секунду не поняла, что случилось, но потом догадалась, что её схватили, а Зара успела убежать, вероятно, даже не пытаясь помочь (потому что её рядом не было, равно как не было никаких следов сопротивления). Укрытие не позволяло каджитке увидеть аргонианку, и она не знала, наблюдает ли та. Т'ерри подняли на ноги, её не спрашивали: один ординатор уже кратко доложил другим о том, что каджитка натворила со слов трактирщика, а также её описание. – В Баар Дау её, – заключил один, и четверо ординаторов отправились вести её до конца кантона, то есть до самого моста, после чего только один останется с Квартала Чужеземцев, а трое сменятся.       Подконвойная не сопротивлялась: себе дороже. Девятипалый говорил, что главное не сообщать о связи с Клинками и беспрекословно подчиняться ординаторам. Знакомая аргонианка, говорящая без акцента, так и не показалась пока каджитка, также на удивление говорящая чисто на тамриэлике, шла под шёпот: «В Министерство Правды», – жителей, показывающих на неё пальцем.