Волшебное путешествие сквозь жертвы

      Дальний путь поражал воображение своей невозможностью: с одной стороны это было невероятное расстояние (мыслимо ли – четыреста восемьдесят семь километров!), созданное превратностями природы, а с другой стороны – крайне привлекательная своей кратностью длительность (кто бы поверил, что перемещение составило всего семь часов?), обусловленная поездкой на приспособленных к местности созданиях, огромных силт страйдерах. Нельзя не отметить важность воздействия случайных факторов в формировании пути между этими поселениями: если взглянуть на карту местности внимательно, станет очевидным, что лишь бескрайние потоки лавы, своим обрушением на землю образующие иссушённые каньоны, названные фоядами, увеличили изначальную дистанцию в два раза! Несмотря ни на что, эдакий вояж Зары чуть ли ни от самого центра Вварденфелла (спешу заметить, что Альд'рун находится практически у подножья Красной горы – самого крупного вулкана Тамриэля) до поселения в его юго-восточной части (а ведь Сейда Нин находится всего в нескольких километрах от границ Аскидианских островов и Горького берега!) был вполне реален и не основан ни на каком невероятном везении. Впрочем, небольшая доля удачи сыграла свою роль, обеспечив безопасность перемещения аргонианки и случайных путников, разделивших с ней поездку, а также отсутствие лишних остановок и наличие отличных погодных условий, однако и без всего этого, расстояние было бы покрыто менее чем за половину суток.       Холод, милое взгляду болото, новое тихое местечко с видом на Внутреннее море – Заре не могло такое не понравиться, и, действительно, она радовалось своему прибытию из огромного города, раскинувшегося в пыльной пустыне, в этот (как она подумала, взглянув на маяк) Рай с, вероятно, чудесными жителями. Она переступила порог имперской канцелярии уже на следующий день после получения письма из неё. Молодой клерк встретил аргонианку около входа и проводил до ставшего впоследствии знаменитым кабинета. Имперец неловко занял место за столом, предложив посетительнице присесть с другой стороны. Девушка приняла любезность, после чего заметила, что в помещении находится ещё и беловолосый человек с того же цвета бородой в длинных тёмных одеждах. Именно этот старый бретонец по имени Сокуциус Эргалла впоследствии здесь будет вести странный диалог с Брибанном Эриеном в связи с прибытием последнего в Морровинд. Впрочем, это произойдёт практически через полгода, да и в тот день бретонец с огромной плешью на голове будет в официальной коричневой тоге, а не в простом наряде отдыхающего человека, как сейчас. Зара лишь взглянула на него, после чего практически забыла, что есть кто-то кроме молодого человека, сидящего напротив, и задающего вопросы о ней. У неё не оказалось документов, поэтому аргонианке решили сделать их тут же, опираясь на налоговую ведомость, её описание и письмо, адресованное ей. Вопросы были стандартные: род занятий, место рождения (гостья сообщила, что это Чернотопье), хобби и тому подобные. Про дату рождения девушка не решилась сказать, что не помнит, поэтому сообщила, что ей исполнится двадцать три года через полтора месяца. Однако самое интересное произошло, когда клерк спросил о созвездии-покровителе: – Осталось только понять, какой у вас знак рождения. – Не совсем поняла, в чём состоит вопрос, если честно… – Ну, знаете, созвездия Воина, Вора, Мага, Атронаха, Коня и остальные. Всего их тринадцать. Вы под каким родились? – Вообще не знаю на самом деле. Наверное, знак Мага. – Хорошо, так и запишем, – удовлетворённо сказал клерк. – Подождите, минуточку! – впервые за всё их время общения в разговор вступил Сокуциус Эргалла. – Знак Мага? Это на каком основании? – Эм… по заявлению опрашиваемого… – растерянно ответил имперец. – Тебя вообще не смущает, что знак Мага относится совершенно к другому месяцу? – накинулся старик. – Ну… это ведь… – Бог с ним, с месяцем, какой может быть знак Мага у воина с профильным двуручным оружием? – Так а в чём проблема? Ну знак такой, а я воин – и что такого? – не поняла недовольство и сложности Зара. – Честно, я сам не до конца понимаю, что не так, – заявил клерк. – Тогда, дружочек, тебе пора бы научиться читать книги! – вспыхнул Сокуциус. – Слушай внимательно. Поясняю один раз: мало кто рождается под каким-нибудь особенным знаком. Да, каждый час в каждый день, чуть ли ни каждую минуту, звёзды и мыслимые небесные отрезки складываются в какие-нибудь знаки, но в большинстве случаев их влияние на жизнь рождённого в этот момент практически незаметно. Редкая удача – получить способности и возможности ввиду благословления и проклятья, даруемых созвездиями. Когда это происходит – тогда и говорят о тринадцати основных знаках рождения и о созвездии-покровителе. Причём, замечу, родиться в некий месяц – совсем не то же самое, что родиться под каким-либо знаком. Теперь понятно? – Спасибо… кажется, теперь стало ясно, – опустив голову, ответил имперец. – Так какой тогда знак? Воин? – Ты безнадёжен, что ли? – гневно взглянул на него старик. – Нету у неё никакого созвездия-покровителя. – Стойте! Но я же воин! – возмутилась Зара. – Значит, и знак у меня такой же! – Ох… – Сокуциус вздохнул, после чего спокойно посмотрел на неё и продолжил: – Какими видами оружия вы владеете? – Двуручным мечом! – с ликованием ответила аргонианка. – Это весь список? – настойчиво уточнил бретонец. – Мне другое оружие и не нужно! – заявила девушка. – Как я и сказал, нет у неё никакого знака рождения. Заканчивай уже процедуру! Сколько можно! – обратился старик к клерку, после чего сел обратно.       Наконец, выдали её новые документы, в которых не было указано никакого знака, что её огорчило, потому что хотелось тоже быть особенной. Ну вот сложно было этому старикану оставить ей знак? Однако её мысли прервал тот же имперец, что общался с ней сейчас: дело в том, что нужно было показать свои бумаги некому странствующему рыцарю, которого можно было встретить, если выйти из кабинета, пойти по коридору и куда-то там свернуть. Зара решила не мучиться запоминанием всяких подробностей, а просто попросила молодого человека проводить её. Он поднялся и пошёл с ней; оба они так и не заметили, что старик поднёс правую руку к своим глазам, после чего опустил на неё голову и покачал последней, видимо, от безнадёжности своего молодого помощника.       Селлус Гравиус (именно к этому солдату Имперского Легиона и надо было подойти) встретил девушку с энтузиазмом. Он сообщил, что для неё есть крайне важное поручение: взять конверт и доставить некой женщине-редгарду по имени Элон (фамилию почему-то имперец не назвал; Зара хотела спросить, но пока слушала информацию, забыла это сделать), которая большую часть времени проводит на втором этаже трактира Аррилла, где находится основное питейное помещение. Очень важным оказалось доставить запечатанный конверт как можно раньше, а также ни в коем случае не вскрывать его. Зара всё внимательно выслушала и даже покивала, а потом на всякий случай спросила, в этом ли поселении находится эта женщина, на что получила положительный ответ. Рыцарь даже показал направление, в котором нужно идти к зданию, а также примерно описал его, равно как и редгардку (что интересно, она оказалась с кудрявыми волосами, приятным голосом и строгим взглядом, а также с суровым лицом, скрывающим её доброту), заметив попутно, что она любит ходить в полном доспехе из кожи нетча, исключая шлем и щит, а в качестве оружия всегда носит при себе палаш. Радостная аргонианка отправилась в трактир на поиски.       Невозможно было не заметить искомое здание, но зато Зара сначала было решила, что это не то, что надо, а потом увидела вывеску, и всё встало на свои места. Она поднялась на второй этаж, однако нашла там только пьяных представителей различных рас, без редгардов какого-либо пола. Спустилась и спросила хозяина трактира. Тот подсказал, что буквально через десяток минут она придёт. Зара присела на первом этаже. От нечего делать она вскрыла конверт, достала оттуда один-единственный хорошо сложенный листочек, после чего взглянула на эту бумажку. К сожалению для Зары, ничего прочесть не получилось: текст был, но состоял из сплошных цифр, ни одного знака препинания, только огромное число без пробелов и каких-либо иных символов. Заглянув в конверт внимательнее, она заметила, что в нём остались ещё слипшиеся листочки, но и их просмотр ни к чему не привёл: где-то были также цифры, где-то – незнакомые Заре символы. Через некоторое время в трактир зашла Элон в компании какого-то растерянного огромного норда. Аррилл сообщил редгардке, что вон та аргонианка хотела пообщаться, поэтому Элон попрощалась с нордом и подошла к Заре, спокойно и даже немного заинтересованно начав разговор: – Вы что-то хотели? – Да, я Вам письмо принесла! – Зара протянула заветный конверт. – Следуйте за мной, – опасливо глянула на аргонианку.       Они вышли из трактира и направились в дом Элон, который располагался недалеко оттуда. В гостях редгардка принесла чаю с печеньем, а сама удалилась с полученным вскрытым конвертом. Вернулась она минут через пятнадцать, после чего объявила, что Зара принята в ряды Клинков, что сама Элон является одной из этой секретной организации. Аргонианка получила премиальные сто септимов, после чего они спокойно пообщались по поводу образа жизни Зары, её планов и тому подобного. В конечном итоге разговор завершился получением задания: создать себе легенду сорвиголовы, чтобы в Сейда Нин считалось, что Зара – просто хороший воин-наёмник из Гильдии Бойцов, и только этим и зарабатывает на жизнь. Аргонианка была не против заданий, за которые платят, поэтому она легко согласилась, решив, что это будет очень просто. Прибыть обратно следовало шестнадцатого числа, и к этому времени легенда уже должна быть воплощена в реальность. Попутно они договорились, что будут видеться в трактире, а потом идти к Элон в дом, как будто потому что Зара хочет тренироваться, так как редгардка хороший учитель владения длинными клинками, атлетики, а также использования и ухода за средними доспехами. Также агент Клинков подсказала, где Зара сможет без проблем снимать себе жильё.

***

      Когда наступила долгожданная дата встречи с Элон, у Зары уже было на счету несколько вылазок в пещеры к бандитам. К сожалению для неё, одна из трёх получилась неудачной, потому что кто-то предупредил группировку, и она успела свернуть свою деятельность и исчезнуть до прихода аргонианки. Редгардская разведчица похвалила Зару у себя дома, а затем дала новое задание – собрать информацию про культы Шестого Дома и Нереварина. Про первый, как думала Элон, следует спросить у Эдвинны Эльберт из Альд'руна, а про второй может знать Айдис Огненный Глаз из Балморы, потому что к ней недавно обращался один из поддерживающих этот культ данмеров. Памятуя о приличном вознаграждении, Зара сорвалась из поселения обратно в Альд'рун и уже в шесть часов вечера общалась с главой отделения Гильдии Магов. – Ещё раз, Зара, что вы хотите узнать? – уточнила бретонка, потому что аргонианка так торопилась, что не удосужилась сформулировать свой вопрос внятно и точно. – И давайте поскорее, у меня не так много времени. – Мне сказали, что вы знаете о культе Шести Зданий! Расскажите о нём! – Соберитесь, пожалуйста. Кто сказал, что я знаю что-то об этом культе? – Ну… э-э… моя хорошая знакомая, – Зара вспомнила, что она секретный агент Империи, и под такой ответственностью было бы неправильно назвать имя. – Назовите того, кто так сказал, иначе считайте разговор на эту тему законченным. Кроме того, заодно поясните, что это за культ и что вы хотите узнать. – Это… хорошо! Элон из Сейда Нин сказала, что вы знаете! – вспылила Зара, не по её духу было содержать какие-то нелепые секреты. – Я ничего не знаю про этот культ, мне нужно узнать от вас! Расскажите о нём! – Интересно, – Эдвинна задумалась. – С ней я не знакома. Чем, вы сказали, она занимается? Почему она так уверена, что я что-то могу рассказать про этот культ, название которого я слышу впервые? Кстати говоря, напомните, мы раньше с вами не общались? Ваше лицо мне напоминает кого-то. – Вы разрешали мой спор с одним шарлатаном, когда я у него купила заклинание «Щит», – напомнила молодая девушка. – Попрошу без выражений. Так вы приняли решение начать обучение? – Ой, честно говоря, я даже не знаю. Мне хотелось бы, но пока что нет времени, так что, может, когда-нибудь потом, но только не у того аргонианина. – У нас достаточно квалифицированных специалистов, – заверила глава Гильдии Магов Альд'руна. – Как надумаете – приходите, будем рады, а сейчас, когда цель вашего посещения достигнута, я займусь своими делами. – Спасибо большое! – довольная Зара направилась к выходу и только на улице поняла, что подходила совсем по другому вопросу, из-за чего вернулась и снова обратилась к главе отделения: – Извините, но вы так и не рассказали про культ! – А? Что? Ах, да. Так кто эта Элон, чем она, говорите, занимается? – рассеянно откликнулась Эдвинна Эльберт. – Она… разведчица вроде бы. – Как здорово! – как будто обрадовалась волшебница. – Послушайте, при всём уважении, я понятия не имею о культе Шести Зданий. – Не может быть! Постарайтесь вспомнить! Что-то такое должны знать! – Мне очень жаль. Хотя… подождите, речь точно не о культе Шестого Дома? – Эм… ну расскажите про него, может, я что-то напутала, – отозвалась Зара. – Боюсь, за эту информацию придётся заплатить тридцать септимов. – Хорошо, держите. – Вот вам бумага и перо, записывайте. Да, для начала передайте Элон мою глубокую признательность императору за его благие дела. Итак. В книгах, где речь идёт об исчезновении двемеров, упоминается раса каймеров, иначе называемых велотами. Эти меры в незапамятные времена совершили исход с островов Саммерсет в земли, ныне называемые Морровиндом. Изначально заселяемая местность была занята двемерами, поэтому разразилась длительная война за территории. Позже расы объединились против единого противника, и между ними наступил длительный мир. Впрочем, нас сейчас интересует упоминание культа, так что я опущу все эти поучительные подробности. Среди организаций каймеров был Шестой Дом. Если объяснять просто, то это что-то вроде гильдии, но если гильдии создают правила для работы в той или иной области, то Шестой Дом, как и все другие Великие Дома, создавал правила для жизни. Когда произошло сражение за некий артефакт, именуемый «Сердцем Мёртвого Бога», двемеры по неясным причинам исчезли, каймеры изменились, став данмерами, и уже среди новоявленной расы Шестой Дом подвергся гонениям. Сейчас Шестого Дома уже нет как такового, отсюда следует, что культ – это либо те, кто начали жить по заветам этого Дома, либо те, кто желают его возродить, либо просто данмерское нарицательное имя для всех организаций, попавших в опалу. Лично я считаю, что справедливо именно последнее. На этом я закончу. Желаю Вам удачи в этот праздник.       Эдвинна Эльберт откланялась столь спешно, что Зара не успела уточнить, что же сегодня за праздник, однако была рада, что получила искомую информацию. На улице она решила, что ей не хочется ехать в Балмору, что бы это ни было, и поэтому зашла к Перциусу Мерциусу с вопросами о культе Нереварина. Имперец не смог должным образом помочь. Он и понятия не имел, что это за культ. Однако немного пользы от него всё же было: согласно его словам, Айдис Огненный Глаз (а это оказалась глава Гильдии Бойцов Балморы) также ничего об этом не знает. Удовлетворённая девушка направилась в сторону силт страйдера, чтобы добраться до Элон и доложить о результатах. По пути она обнаружила, что с неба падают в изобилии наполняющие воздух маленькие снежинки. Давно ли идёт снегопад или нет – Зара сказать не могла, однако это зрелище выглядело очень умиротворяющее: ветра не было, снежинки опускались плавно и элегантно, холод не чувствовался, пока она шла по пустынной улице. Почему никто не выйдет порадоваться погоде? Аргонианка не знала. В домах было светло, окна отбрасывали отблески тихого уюта, разгоняя тьму вечерних переулков. Зара начала кружиться: темнеющее небо, наполненное милейшим пухом, манило, будто благословляя сегодняшнюю ночь, а снег, в шутку обнимая Зару, таял лишь от дыхания восторженной девушки. Зачем куда-то торопиться – она уже искренне не понимала. В этот момент она услышала пение. Звук неуверенно пытался заполнить улицу, но затухал, не давая аргонианке понять, о чём речь в произносимых словах; она навострила слух, но могла бы этого и не делать: из каждого дома сначала тихо, а позже громче звучала одна и та же песня, и чем громче она становилась, тем больше это походило на пение в унисон. Мужские и женские голоса проносились сквозь темноту и доставали до сердец всех, кто не был в домах. Кажется, весь город ожил в едином порыве донести сокровенный смысл старой грустно-радостной легенды. Слова – исключительно верные, мотив – причудливо-наивный, повествование – отстранённо-возвышенное; и хотя концовка действительно положительная, несмотря на улыбки и радость поющих, некая невиданная сила давила на всех остальных разумных существ, как будто пытаясь справиться с их волей. Зара не знала слов и оттого не пела, и в скором времени эта мощная и невидимая сила, не кажущаяся по своей природе магической, настигла и её, раздавила надежды, породила грусть и боль. Аргонианке стало холодно. Возможно, это кажется немыслимым: хороший вечер, в целом успешный день, приятное качественное пение тысяч голосов, вдохновляющая погода – как в таком изобилии радости можно тосковать? На деле же всё объяснялось достаточно просто: во-первых, это была песня о влюблённых, а значит, одинокая девушка, пусть даже и не слишком нуждающаяся в партнёре, не могла не подумать, что было бы куда как более здорово, будь у неё кто-то молодой и любящий её; во-вторых, текст был всё же и с грустным смыслом в конечном итоге, как часто случается с качественными стихами о любви, пусть даже не выпячивающими философию, заканчивающимися вроде как счастливо и вообще претендующими на абсолютную простоту; наконец, в-третьих, девушка так или иначе не была частью этого праздника, она не была готова, не знала слов и не могла участвовать в общем триумфе над холодом и мраком. Взрослые, старые и даже молодые голоса пели второй раз, воодушевлённо начиная легенду вновь:       «Смотри-ка: темнеет, запахло кострами,       Но всё ж, дорогая, не будем прощаться,       Давай мы не станем домой возвращаться,       А уйдем мы с тобой далеко…» – эту часть исполняли только мужчины, а потом, среди продолжения, было и чисто женское исполнение, и совместное. Проникновенная песня летела сквозь любые преграды в этот праздник, День Сердца, с одной стороны поучая молодое поколение, а с другой стороны вполне даже раззадоривая влюблённые пары, искря в них чувства, заставляя полыхать огонь любви и согласия. Сегодня «Легенда о Влюблённых» исполнялась в каждом городе Тамриэля, если не сказать, что практически в каждом доме; такова традиция – чтить память Полидора и Элоизы. В этот день даже самый жадный трактирщик не станет брать денег с путника за ночлег, правда, таковой и постарается выдать самую дрянную комнату, но ничего за кров не затребует. Некоторые традиции настолько укоренились, что никто уже в них не сомневается, и большинство начинает считать их само собой разумеющимися. Некоторым было интересно, отмечают ли подобные древние ликования крайне долгоживущие создания, вполне вероятно наблюдавшие зарождение таких легенд, например, празднуют ли АЛЬМСИВИ; но проводить торжественный вечер на улице не было охотников, и оттого это оставалось тайной, вопросом, на который каждый, кто его задавал, сразу же сам себе давал ответ. Заре же было не до вопросов (тем более про АЛЬМСИВИ она ничего и не знала): её грусть развивалась, однако уехать из города оказалось невозможным, потому что в домике погонщиков также пели и не слышали её стука, а около места «погрузки» не было ни возницы, ни силт страйдера, справедливо отдыхавших сейчас. В результате аргонианка снова зашла в здание Гильдии Бойцов с твёрдым намерением заснуть и завтра утром как можно скорее уехать. Первую часть плана удалось осуществить очень скоро под тихие мелодичные звуки жителей Альд'руна.

***

      Последующие несколько дней не были какими-то из ряда вон выходящими или просто особенными. Семнадцатого восхода солнца Зара уже отчитывалась перед своим начальством в лице редгардки, зачитывая внимательно записанный под диктовку текст. Этот вечер обременился несколькими неприятными минутами для аргонианки, когда Элон, выслушав историю Эдвинны Эльберт, наругала молодую подопечную, справедливо осознав, что бретонка сумела понять, что именно Клинки запрашивают у неё информацию. Зара пыталась спорить, но в конечном итоге сдалась, потому что не было другого объяснения неожиданной фразы об императоре. Также редгардка осталась недовольна работой с Гильдией Бойцов, но всё же не стала требовать отправляться в Балмору для выяснения всех подробностей, хотя и заплатила в конечном итоге меньше, чем планировала до этого, попутно добавив, что на ошибки лучше всего указывать материально для создания стимула. Следующая работа наметилась только двадцатого, когда Зару, смеющуюся в какой-то подвыпившей компании, Элон нашла самостоятельно. На этот раз задание оказалось элементарно: следовало разговорить одного нервного данмера на предмет знаний о культе Нереварина. По описанию Заре оно показалось сложным, однако Элон подсказала предложить ему свои услуги защитника, и это действительно сработало. Аргонианка и данмер добрались до горной гряды, расположенной на севере от поселения. Идти пришлось около четырёх километров, потому что напрямую двигаться было невозможно. Рядом с какой-то глыбой провожаемый мер радостно вскрикнул, после чего копал снег пока не нашёл что-то (Зара не увидела предмет, но данмер сказал, что это давно потерянная вещь). Далее молодой человек извинился, что совсем забыл о награде, и внимательно уставился на девушку. – Возьму в качестве оплаты информацию, если не против, – отозвалась Зара. – Без проблем! – обрадовался данмер. – О чём тебе рассказать? – О культе Нереварина, пожалуй! – смело улыбнулась девушка. – Т-ты, ты из этих, что ли? – парень так и осел на землю. – Не убивай! – Прости, что? – Зара неприятно посмотрела на чудака. – Из кого я? – Тебя подослали ординаторы, да? Признавайся! – верещал данмер, отползая. – Нет, я даже не знаю, кто это такие. Хватит валять дурака, рассказывай. – Прости, – данмер немного успокоился и поднялся. – Это действительно странно – спрашивать вот так неожиданно об этом культе. Я сам знаю немного. – Расскажи что знаешь! – аргонианка начинала терять терпение. – Ладно, ладно, успокойся. Просто ординаторы ненавидят этот культ, находят тех, кто его осужд… обсуждает, и убивают без свидетелей. А, ты же не в курсе. В общем, ординаторы – это такие фанатики Храма, избегай их, они очень опасны. Ну а культ Нереварина – это люди, которые верят, что придёт типа святой Нереварин и избавит всех от злобных АЛЬМСИВИ, их ординаторов, от имперских налогов и вообще наконец сделает светлое и долгое будущее, которое мы заслужили. – АЛЬМСИВИ? – Слыхала о якобы живых богах? Это слово – сокращение от их имён: Альмалексия, Сота Сил и Вивек. Только вот ни грамма божественности в них нет.       Они возвращались назад, общались, избегая эту тему разговора. Довольная Зара всего через пару часов рассказала редгардке всё, что узнала. Элон приветливо улыбалась и даже повысила аргонианку в звании, присвоив ранг «начинающей»; она отметила мастерство Зары в ведении диалога, а также хвалила, и поэтому мысли редгардки о том, что иногда информация не стоит ничего и крайне вредна, остались лишь при ней. После всего сказанного, они договорились встретиться вечером двадцать пятого числа, когда должно появиться новое поручение, за которое, как обычно, можно получить солидное вознаграждение.

***

      В результате назначенной встречи Зара должна была отправиться на следующий день в Балмору, чтобы с утра двадцать седьмого числа зайти к некому Девятипалому. Как оказалось, у Клинков есть множество сторонников и даже информаторов, и этот аргонианин был одним из последних. Элон сообщила, как его найти, а также дала карту того города в придачу с компасом. Судя по всему, организация получалась действительно значимой, но у Зары не укладывалось в голове, как про неё могли не знать практически все. Задача снова была чисто разговорного характера: передать бумаги и выслушать ответ. – Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, вы – Девятипалый? – обратилась девушка к аргонианину в чёрной простой одежде.       Парень внимательно посмотрел на неё, прищурился, манерно почесал себе ворот рубахи острыми когтями, обнажая красноватую шею, после чего оскалился: – Мы, это мы! Оно хотеть чего? – Я тут по особому заданию… – неловко продолжила Зара: она не думала, что информатор может плохо владеть разговорной речью. – Рассказывать! Мы слушать! – Мне поручено передать Вам бумаги. Вот, держите. – Спасибо! – аргонианин радостно принял исписанный цифрами листок, который писала Элон, и который девушка уже отчаялась пытаться понять по дороге. – Вы проходить, присаживаться. Удобно быть.       Зара присела в предложенное кресло, после чего занялась нудным разглядыванием комнаты. Сидеть пришлось исключительно долго: практически двадцать пять минут. Возможно, по меркам суток это не так уж и много, однако когда делать совершенно нечего, кроме как бегать глазами по унылому пейзажу небольшого уютного бардака гостиной, не дающему ничего интересного про хозяина дома, – вот тогда и не соглашаешься со временем, свято веря в то, что оно тянется намного медленнее, и просто издевается, переводя любые часы назад. Казалось бы, время в конец остановилось, как вдруг спешные шаги и довольный Девятипалый в дверном проёме возвестили о том, что ожидание завершено. – Нам жаль ожидать, – заявил он. – Мы понять послание. Оно записать? Оно запомнить? Оно понимать? – Я запишу, да, сейчас, подождите… да, вот, я готова писать. – Элон хотеть знать Нереварин и Шесть Домов. Это важно. Они должны понимать. Мы начать с самого начала. Союз будущих двемеров с колонистами появиться за некого Неревара. За работу этого кимера (или, если хотеть, каймера) весь народ, все-все, поклониться ему, оно понимать? Неревар есть оплот, святой и лидер. Смерть подобрать раньше срока, странный событий. Это совпало с изменение в данмеров. Мы отметить, Эльберт доверять, говорить правду. Все эти события быть тысячи лет назад. Тогда собрание многих, не поверить смерть в бою, считалось друзей и советников Неревара предателями! Их всех гонения, назвали друг друга культом Нереварина, сообщились о приходе воплощения того, лидера Неревара, лорда. Если коротко, культ скрыт, боится текущей власти, они верить, Воплощение погубить всех неугодных. Их почти невозможно найти. Жрецы-отступники. Они сомневаются в основной вере, они не верят этой власти, надо найти, спросили. Они знать много об этом, они – ключ. Шесть Домов – уловка, политика, раскрыться у них, здесь что-то тоньше. Важно понять, нет ли игры Альмалексии против Вивека. Кто верить в тысячелетнюю дружбу? Оно записать? – Я записала. Я хотела бы спросить вас… – Нет времени. Оно передать Элон. Это крайне. Это необходимость.       Удивлённая Зара откланялась. От Балморы до Сейда Нин ехать было не слишком долго, и девушка верила, что может задать вопросы редгардке. Не забыть бы. Только бы не забыть. И как вообще информатор может настолько плохо знать язык? Нет, ну он в школе не учился, что ли? Манеры так и вовсе хуже некуда! Убежал там в свою комнату, даже покушать не предложил! А есть-то уже хочется.       По прибытию в поселение аргонианка очень хотела сначала подкрепится в таверне и лишь потом подойти к работодателю, но та её заметила и мигом подошла. – Уже вернулись? Отлично! Вам срочно нужно поработать над чисткой поножей. Как же я могла забыть рассказать вам! Пойдёмте со мной скорее! – Я очень голодна… – Зара, я покормлю вас, пойдёмте! – Элон оглядывалась по сторонам, выглядела беспокойно, как будто ожидала важных сведений и чего-то боялась. – Хорошо-хорошо, идёмте. – Нет-нет, мы сейчас заняты, не мешайте, – редгардка остановила порыв каких-то молодых людей отвлечь свою подопечную глупыми вопросами.       В доме у агента Клинков Зару действительно ждал тёплый приём с обедом. Аргонианка отдала исписанный собой лист и трапезничала, пока Элон внимательно изучала текст. Зара не успела завершить своё нехитрое дело, как агент произнесла: – Какое смелое заявление. Я поняла. Боюсь, я попрошу вас отбыть в Альд'рун с новым посланием от меня. Мне очень важно получить ответ. – Опять туда? Туда так долго ехать! – Ладно, хорошо, не сегодня. Даже не завтра. Отправляйтесь в первый день первоцвета. Немного отдохнёте от поездок и тряски на силт страйдерах. Обратно отправитесь пятого числа. Такое вас устраивает? – Да, я согласна! – Что ж, спасибо. В последнее время даже и положиться-то не на кого. Хорошо поработали, вот ваш заработок. Перед отъездом в тот же день подойдите ко мне, я передам в трактире новый текст. Нужный человек будет в таверне под названием «Крыса в котелке». Заведение известное. Чтобы не забыли, вот тут записала вам. Он завсегдатай, пьяница, смотрите в каком-нибудь тёмном углу данмера навеселе. Однако просто так он не ответит то, что надо. Обратитесь к нему со словами: «Нет ничего лучше киродиильского бренди, не так ли?» Он ответит: «Вы просто не бывали в Суране!» Вы должны на это сказать: «Вы не ответили на вопрос». После этого он обязательно скажет какую-то грубость, будет угрожать вам ножом, однако ничего не сделает и сразу же направится на выход. Следуйте за ним до самого дома, внутри отдадите письмо. В принципе, у меня к вам всё на сегодня. – Вроде бы я всё запомнила. Даже вот пометила на вашем листочке важные моменты, спасибо. Но у меня есть вопрос, если можно, по моему предыдущему заданию… – Я слушаю, – Элон внимательно посмотрела на молодую девушку. – О какой политике говорил Девятипалый? Я думала, что Шестой Дом – это просто те, кто не нравятся текущей власти. Да и не понимаю, о какой игре он сказал. – Мы точно не знаем, что такое Шестой Дом. Да, несмотря на то, что я отправляю вас в очередной раз за этим, точная картина ещё не получается. То ли кто-то не договаривает, то ли это разные точки зрения. Информация по этому поводу надёжно скрывается властями Морровинда. Поэтому вам стоит проявить осторожность при вопросах о Нереварине и этом Доме. Я не исключаю, что власти готовы пойти на поимку и пытки тех, кто пытается разобраться в этих смежных вопросах. Оттого вам так много и платят, а также именно поэтому информаторы принимают разные предосторожности. Иногда проходят тревожные сообщения. Им сложно верить, в них речь идёт о каких-то причудливых ужасных монстрах, однако если считать сообщения литературно обработанными, то метафоричные чудовища превращаются во вполне обычных сепаратистов. В то же время не совсем понятно, зачем властям Морровинда скрывать таких, уничтожать любые упоминания. Мы и так знаем, что Империю многие не любят. Причём более чем уверена, что текущие силы, управляющие провинцией, были бы рады отколоться. Лично у меня мысль, что это всё скрывается, чтобы нанести по нам неожиданный удар, от которого мы не сможем долгое время оправиться. Моё начальство считает иначе. По-третьему считает Девятипалый, он как раз говорит о том, что Шестой Дом – ложный след, и сейчас между собой поссорились так называемые «живые боги»: Альмалексия и Вивек. Меня удивляет, что он не назвал Сота Сила, впрочем, про него всегда было мало что известно. Именно из-за неожиданного мнения информатора надо узнать, что считает другой завербованный нами житель. – Я уже второй раз слышу про живых богов. Они правда божественны? – Не могу утверждать ни в одну, ни в другую сторону. Судя по имеющейся информации, они обладают немыслимой мощью. Вивек жил ещё во времена присоединения провинции к Империи. По отсутствию удивления на вашем лице, понятно, вы не в курсе, когда это было. Что ж, вот немного истории: в две тысячи девятьсот двадцатом году Первой Эры сын Ремана Третьего Сиродила сумел убедить Вивека сдаться после восьмидесятилетней войны. Альмалексия и Сота Сил упоминаются в тех же летописях, на момент начала войны им всем на человеческий взгляд около тридцати, а значит, им вполне могло быть уже лет семьдесят, потому что они данмеры и лучше сохраняются. В любом случае можно гарантированно утверждать, что им не менее чем по тысяче триста пятьдесят лет. Мудрено ли, что с таким долгожительством их считают богами? Многие исследователи всерьёз думают, что это титул, который просто переходит от одного данмера к другому в этих трёх династиях, однако Клинки точно знают, эта троица действительно живёт столь долго. На самом деле если учесть, как легко и насколько изощрённо в битвах конца Первой Эры каждый раз они побеждали Ремана Второго и Ремана Третьего, я не удивлюсь, если узнаю, что они живут намного дольше даже этого срока. – Так много лет? Невероятно, – удивилась Зара, после чего сразу выразила смутную надежду: – Наверное, они немощные и ни на что не способны уже? – Вовсе нет. Скорее всего, они продлили свою жизнь высококлассной магией, и их силы сложно переоценить. Большинство Клинков попали в Вварденфелл только десять лет назад, потому что границы острова были открыты только в четыреста четырнадцатом нашей эры. Когда мы увидели Призрачный Предел, когда взглянули на Баар Дау… начальство решило, что мощь Вивека чуть ли не безгранична, и потратила огромное количество ресурсов, чтобы подобраться к нему и узнать его планы. Понятия не имею, имело ли это успех. Я знаю только, что почему-то никто не боится Сота Сила, хотя лично я нахожу истории о нём действительно ужасающими. Если учесть, что он самый загадочный и скрытный... Впрочем, наверное, нам пора бы уже разойтись.       После интересной истории Заре спалось очень даже приятно. Это был насыщенный день полный сюрпризов, пусть даже и заключавшихся только в словах. Было даже немного обидно, что она так быстро отказалась скорее встретиться с новым информатором. Ведь он мог рассказать новые захватывающие подробности. Кажется, эти две темы становились для неё очень даже любопытными.

***

      Месяц первого зерна оказался более приветлив, чем два предыдущих. Наверное, уже пора было становиться теплее воздуху и земле. Впрочем, последняя как была ледяной, так и осталась, но температура над ней была уже приятнее. Вероятно, это ненадолго, но всё равно радость наполняла Зару, прибывающую в Альд'рун: ещё есть снег, и на дворе, считай, зима, но можно ходить в менее тёплой одежде. До отправления она получила текст, вновь попыталась прочесть и снова наткнулась на замысловатое скопление цифр. Теперь было не слишком поздно, однако же, вечереть начинало. Трактир найти оказалось элементарно, ведь он настолько знаменит, что аргонианка уже и без этой поездки знала месторасположение. В заведении – немного посетителей. В одном из углов, действительно, сидел нетрезвый данмер, покачивающийся, не двигая стул. Это место скрывалось смогом табачного дыма, издалека лицо разглядеть не получилось бы ни у кого, в том числе и из-за плохой освещённости места. Зара почти сразу направилась к пьянице. Данмер даже не попытался поднять глаза, когда она встала напротив его места. – Здравствуйте! – дружелюбно обратилась Зара, демонстрируя своё хорошее настроение незнакомцу.       Данмер ничего не ответил, только отхлебнул из стакана, стоящего перед ним. Аргонианка присела слева от пьяницы, потому что не хотела просто стоять. – Нет ничего лучше киродиильского бренди, не так ли? – выпалила заученную фразу и внимательно всмотрелась, ожидая изменения в лице и других эффектов. – Вы просто не бывали в Суране! – мигом отозвался собеседник, совершенно не проявив на лице никаких эмоций от заявления девушки. – Вы не ответили на вопрос! – гордо заметила Зара, радуясь, что всё идёт по плану. «Теперь он должен для виду угрожать мне ножом», – удовлетворённо решила. – Ты мне ещё допрос будешь устраивать! – завопил пьяница, грязно ругаясь.       Одновременно с криком он метнулся вперёд и успел приложить лезвие ножа к горлу девушки до того, как она успела сообразить и сделать что-либо. Её довольная улыбка мигом сошла на нет, потому что хотя она и была вроде как готова к такому повороту, но на самом деле не мыслила о том, что угрожать ей будут таким образом. Холодный острый металл был готов скользнуть по чешуе и, кажется, отделить голову от плеч – настолько острым ощущалось лезвие. – Не трогай клиента! – заорал хозяин «Крысы», дополнив своё требование смачными грубыми словами, обращёнными к данмеру. – Ладно-ладно, успокойся, я ухожу! – откликнулся и убрал нож от горла девушки. Зара обратила внимание, что завербованному на вид уже лет сорок шесть.       Мужчина медленно вышел из здания, напоследок хлопнув дверью. Аргонианка отошла от потрясения и увязалась было следом, однако путь прервал трактирщик, окликнув её и даже дав совет: «Не иди за ним, он тебя заведёт в трущобы и прирежет. Этот данмер так уже делал, он опасен», – на что Зара поблагодарила доброго мера, но всё же последовала за незнакомцем. Тот шёл небыстро, так что идти за ним на небольшом удалении не составило никакой сложности. Вскоре они направились к простым домам, как будто покинутым много лет назад. Наконец один из них поглотил пьяницу, заглянувшего за двери. Зара ускорила шаг и зашла следом: дверь была благополучно открыта. – Что, пришла отомстить за свою уязвлённую гордость? Ну валяй, доставай свой меч, посмотрим, кто сильнее, – вертя в пальцах нож, обратился данмер. – Нет, мне нужно передать бумагу! – аргонианка не подобрала лучшего слова. – Да что ты? У меня бумаги достаточно, иди, откуда пришла. – Я имею в виду, что я принесла Вам послание. – Послать я и сам могу, завязывай трепаться. – Да вот же, вот, возьми! – от возмущения Зара перешла на «ты». – И как я это буду читать? Какие-то цифры… что это такое? – Ну… предыдущие как-то понимали… – Предыдущие – кто? Кому ты ещё приносила такое? – Информаторы… – Кто тебя послал? – строго уточнил данмер. – Элон из Сейда Нин… – Зара в конец уже запуталась, почему её спрашивают. – Как она там вообще набирает агентов? Проклятье. Простая, как монета, пустая, как тарелка бездомного, никакого воображения, никакой даже попытки понять, кем является и что делает. Зато, готов спорить, лекцию тебе прочла по поводу того, что «киродиильский бренди» – это в корне неправильное название. – Вообще-то не говорила она такое. И я не дура, не надо меня так называть! – вспылила девушка. – Да-да, конечно. Говори, что хочешь, но я видел твою «тонкую» работу с секретным поставщиком информации, необходимой для блага Империи. Это надо же – просто сразу, как вошла, направилась в самый тёмный угол к данмеру, поздоровалась и давай про бренди спрашивать! Небось ещё на улице узнавала, как найти меня. Если меня поймают по твоей вине – я тебя точно прирежу. Так. Ладно, сейчас. Глубоко… – данмер вдохнул медленно, полностью наполняя грудь. – Уже лучше. Жди здесь, мне нужно прочитать это и найти ответ. Вон туда сядь.       Зара не стала садиться, потому что ей не нравилось такое отношение, поэтому она просто начала прохаживаться по комнате, разглядывая её. Пол был в красных пятнах, как будто этот мер действительно любил выпить и частенько проливал хорошее вино. Или не вино? Зара предпочла не думать, что это ещё могло бы быть. Аргонианка не могла принять слова этого напыщенного данмера, поэтому считала его глупым, ограниченным, ничего не понимающим ребёнком, который заигрался в свою секретность и важность миссии. В отличие от Девятипалого, этот информатор справился с текстом очень скоро: через восемь минут он уже вернулся в комнату со своим зашифрованным письмом. Первым делом он протянул свои исписанные листы бумаги Заре; она увидела, что среди написанного кроме цифр присутствуют ещё и загадочные символы, похожие на символы заклинания «Щит». – Здесь мой основной доклад. Передай Элон. Она сообразит, что сделать. Также хочу прояснить на словах несколько моментов, чтобы не задерживать кодировкой. Так. Что ты делаешь? – Собираюсь записывать… – Серьёзно? Записывать? Ты ведь не через весь Тамриэль ехать собралась? Шармат с тобой, записывай. Девятипалый выражает смелые мысли. Смелые, но я с ними не соглашусь. Жрецы-отступники не могут быть ключом к этой ситуации. Здесь нужно поработать с эшлендерами. Именно их пророчества говорят о Нереварине, именно они больше всех нуждаются в его приходе. Шестой Дом вряд ли просто уловка. Какая бы ни была политическая игра АЛЬМСИВИ в Морроувинде, они не готовы уменьшить своё влияние на регион. Призрачный Предел вряд ли прячет тысячи их солдат. Да, это, конечно, возможно, наверное, но это глупо: настолько приметный вариант для них неприемлем. Они выбрали бы школу изменения или иллюзии, подарили невидимость, содержали бы под Морем – но не стали бы так скрывать свои войска. Отсюда напрашивается вывод, что Предел – это стена, защита от противника. Какой противник может скрываться на Красной Горе? Судя по легендам, там проводились исследования Сердца Лорхана. Двемеры могли что-нибудь построить и оставить там. Армию роботов? Или что-то страшнее? В любом случае, несмотря на свою безграничную любовь к себе, АЛЬМСИВИ не против почитания святых, в частности, Неревара, равно как и не преследуют последователей Предтеч. Следовательно, в чём повинен культ Нереварина? Вряд ли в том, что сомневается. Получается, живые боги наверняка боятся прихода Воплощения. Значит, пора нам его найти. Конечно, это только мои мысли. Решать Элон. Основа моих наблюдений у тебя. Передай, пускай пораскинет мозгами. – Спасибо. Я отправляюсь.       Зара ушла отдыхать. Предположения в основном были совсем непонятны ей, но спрашивать вредного данмера не хотелось. Поэтому оставалось только спать, чтобы в последующие несколько дней вдоволь исследовать город, а потом уже уехать передавать сведения, как и планировалось изначально.

***

      Второй по величине город Вварденфелла нашёл, как развлечь Зару. Она даже не сразу поняла, когда наступило пятое число и пришло время возвращаться в тихое и спокойное болотистое поселение. Она не собиралась задерживаться. Хотелось ринуться в бой, потому что вконец надоели эти скучные выяснения сути древних событий. А как вернётся к той редгардке – глядишь, дадут новое задание, например, в составе группы проследовать в какие-нибудь пещеры и выбить оттуда бандитов. Вот было бы здорово! Но сначала нужно добраться. Семи с половиной часовая поездка утомила девушку. Элон внимательно прочла её записи, после чего изрекла: – Мне нужно очень хорошо подумать. Интересно. Он даже в мыслях не допустил, что за Призрачным Пределом нет вообще ничего, и отрицает, что там могут быть войска Морровинда. Очень интересно. Слушайте, за вашу качественную работу я вас перевожу в ранг «странник». На выяснение критических моментов и обдумывание плана мне понадобится примерно месяц. У вас есть чем заняться в это время? Быть может, потренироваться во владении оружием? – Нет, я отлично владею мечом. – А как насчёт защиты? Не любой удар можно отбить. Может, есть смысл использовать на такой случай какой-нибудь запасной план, а не просто истекать кровью почём зря? Есть ли у вас мысли по этому поводу? Броня, например? – Да… скажите… Вы знаете что-нибудь о заклинании «Щит»? – Заклинания простыми не бывают, однако если выучиться… «Щит» отлично поможет не получить урон от физических атак, как запасной вариант неплохо подходит, я бы даже рекомендовала вам его. – Хорошо, тогда этим я и займусь. Мне уже предлагали в Альд'руне. Правда, снова ехать туда очень долго. Может, здесь есть что-нибудь поблизости? – Гильдия Магов Балморы ближе, – заметила Элон. – Однако если предлагали, наверняка это выйдет дешевле, так что лучше лишних несколько часов прокатиться. – Ладно, – недовольно отозвалась Зара. – Так как это можно считать заданием, я спонсирую вас ещё. Вот, держите. Полагаю, этого будет достаточно, чтобы хорошо позаниматься. Тем более у вас должно было накопиться немного. Приходите через месяц, у меня будет кое-что.       Они попрощались, направились каждый в свою сторону: одна – в трактир, другая – в съёмную квартиру, чтобы отоспаться после неудобной поездки.

***

      Месяц не прошёл с момента последнего разговора с Элон, но закончился, и Зара справедливо решила, что этого достаточно. Почти всё время из этих долгих дней она действительно посвятила обучению, хотя это её и сердило: то объясняли недостаточно подробно, то пичкали никому не нужными пояснениями. Так или иначе, специалист научил её чувствовать магию, её количество, а также понимать и ощущать заклинания. В итоге Зара теперь могла создавать щит вокруг себя, да ещё и поддерживать его. Кроме того, она более спокойно относилась к неудачам на этом поприще, потому что ей объяснили, что на самом деле даже при отличном понимании заклинания, оно может не сработать. Многие на месте Зары возмутились бы и прекратили тратить уйму средств, апеллируя к тому, что в самый ответственный момент оно просто может не сработать и это нормально, и это может привести к неминуемой гибели. Но вот аргонианка считала, что это маловероятно, и поэтому как запасная защита вполне подходит. В принципе её даже научили, как можно создавать волшебство не только руками, но и держа что-то в них, какой-нибудь посторонний предмет вроде меча. Ещё один минус заключался в том, что она знала не очень мощную версию заклинания, потому что чем сильнее вариант, тем он и сложнее, и затратнее по магии, и тем меньше вероятность успеха. Во всяком случае, так говорил специалист, и она ему верила.       Первого числа месяца руки дождя Зара, заведомо прибывшая в поселение, встретилась с Элон. Редгардка скучала, глядя в пустой стакан, содержащий когда-то выпивку, пока не увидела аргонианку. Тут-то она и расцвела! Поднялась, чуть ли ни обняла девушку, но всё же удержалась и отвела к себе в дом. Потирая руки, сказала: – Слушай, я тут приняла решение, и тебе надо бы отправиться на встречу с эшлендером! Правда, плохо, что тебе снова придётся ехать в Альд'рун, но приди ты неделю назад – потребовалось ехать бы в Балмору.       Редгардка забыла, что общалась на «Вы» до этого, однако Зара не стала её поправлять: ей это было даже удобнее, чем все эти заискивания перед высшими чинами. В доме разговор начался, конечно, сразу с дела, потому что аргонианка в целом рассказала по дороге о своих успехах, и об этом спрашивать второй раз было незачем. Зара смотрела, думая о чём-то своём, а потом только сообразила, что ждут её реакции. Тяжело было понять, что только что сказали, но она справилась. – С кем, говоришь, мне надо встретиться? Где его искать? – С эшлендером. Так называют тех, кто живут в Эшленде, нелюдимые кочевники. Нужно понять, как к ним подобраться, как с ними пообщаться, в какой лагерь следует обратиться. Заодно уточнить про культ Нереварина, потому что они в этом хорошо смыслят. Именно для этого тебе нужно встретиться с этим данмером. Он по неизвестной нам причине решил вести оседлый образ жизни, и вот он в городе вместе со своим отцом. Отец нас не интересует, потому что с человеком старой закалки тебе будет тяжело, наверняка он с отвратительным характером, однако, в крайнем случае, можно и к нему обратиться. Точного адреса мы не знаем, поэтому придётся прошерстить таверны, возможно, даже поспрашивать. Говорят, его дом недалеко от Скара, но наверняка не внутри. Зовут его Ханнат Зайнсубани. Всё ясно? Вопросы есть по поводу этого задания? – Нет вопросов, понятно. Ханнат Зайнсубани. Хорошо. – Полагаю, на этого парня придётся потратиться, так что вот держи. Если не понадобится, оставишь эти деньги себе. Удачи тебе, приходи, как только выяснишь, в какой лагерь можно пойти, к кому обратиться, как общаться. Чем подробнее – тем лучше. Может, они озлоблены на свой лагерь, можно попробовать сыграть на этом.       День медленно превратился в вечер. На этот раз поездка на силт страйдере была не просто скучной и морозной (представьте себе ветер в начало этакой оттепели при поездке!), но ещё и ко всему в один из моментов стала опасной, когда скальный наездник, по какой-то причине оказавшийся на маршруте, решил убить мирно проезжающую мимо девушку. Конечно, это не противник для Зары, однако сражаться, когда едешь и можешь случайно рухнуть на огромной скорости с большой высоты – весьма и весьма неудобно. Тем более можно случайно повредить возницу, на которого очень быстро переключается летающая тварь, замечающая безоружность и слабость. В этот раз всё обошлось удачно. Получается, на удивление, не такой уж и плохой морндас. В городе аргонианка начала усиленные поиски Ханната. Рядом со Скаром расположилось так много таверн и трактиров, что глаза разбегались. Любые размеры, любые тематики, любые способы завлечения клиентов. Зара действовала просто: заходила и спрашивала у хозяина про этого данмера. В части заведений ей просто отвечали, что если она не собирается ничего брать, то может проваливать со своими Ханнатами куда хочет, в другой части ей сообщали, что никого такого не знают. В одной из самых крупный таверн ей ответили, что такой данмер действительно заходил, но сейчас слишком много народу, чтобы понять, здесь он или нет. Зара решила поспрашивать у официанток и сидящих за столиками незнакомцев. Это был Альд Скар, приличное местечко. – Мисс, Вы, кажется, ищите кого-то? – обратился к ней молодой и тренированный данмер в очень богатой одежде. – Быть может, я могу помочь? – Да, мне нужно поговорить с Ханнатом Зайнсубани. Знаете, где он? – О, я был бы счастлив быть Вам полезен, но, понимаете ли… я бы провёл Вас к нему, но у моего друга большая семья, и мне надо помогать ему, потому что… – Простите? – Я приведу Вас к Ханнату за сто септимов. – Нет, спасибо, я поищу сама. – Удачи Вам, если что, я тут, за стойкой посижу.       Зара не то, чтобы была жадной, да и она бы не сказала, что сотня дрейков – это много, но девушка практически нашла этого мера, поэтому не хотелось зазря тратить деньги. Впрочем, кажется, у неё не было выбора, потому что поиски не увенчались успехом. Около стойки её ожидал тренированный данмер, попивая дорогую выпивку, спокойно общаясь с работником таверны и вовсю улыбаясь. – Вы сказали, что поможете мне за сто септимов найти… – начала Зара. – Правильно, я говорил такое, – прервал данмер, оборачиваясь. – Однако Вы обидели меня своим отказом, и оттого я теперь попрошу сто пятьдесят. Полторы сотни дрейков – много ли это? А мой друг будет жить на это недели четыре. – Ладно, – аргонианка разозлилась, но выбора не было. – Я заплачу. – Милочка, ну что же Вы, деньги вперёд! – расплылся в улыбке данмер, после чего продолжил, указывая на работника Альд Скара: – Вот этот дорогой товарищ проследит, чтобы я выполнил свою часть уговора и не обманул Вас. – Хорошо! – сердясь, Зара начала отсчитывать монеты, несколько штук уронила, а данмер любезно поднял их и протянул ей; когда подсчёт был закончен, она снова обратилась к нему: – Держите. Итак, где Ханнат? – Спасибо большое, милейшая, – потёр шею. – Да я и есть Ханнат Зайнсубани. – Эм… – у Зары на время пропал дар речи от такой наглости. – Ой, да ладно Вам, Вы ведь понимаете, как это бывает. Зато я Вас не обманул. Чего Вы хотели? Быть может, нам нужно снять комнату, чтобы…ну Вы же понимаете, как это бывает, – на что-то намекал молодой данмер. – Что? Нет. Нет-нет-нет. Мне нужно поговорить с Вами. – Ну милочка, ну что же Вы, такая горячая… – Ханнат, которому на вид было лет двадцать восемь, потянулся обнять Зару, однако та отстранилась. – Хорошо. Ладно, давайте поговорим. О чём же, позвольте узнать? Мы ведь даже не знакомы. Что же Вы молчите, говорите, валяйте, кто Вы такая, откуда взялись, что знаете? – Я Зара, – найденный данмер ей не нравился своей наглостью, хотя, вероятно, если бы он проявил её по-другому, он мог бы заинтересовать её (во всяком случае, так считал Ханнат). – Мне нужна информация про эшлендеров и культ Нереварина. – Значит, вот так? – усмехнулся парень. – Вот так вот просто, среди огромной толпы незнакомцев Вы спрашиваете у эшлендера такое? Да Вы представляете, что со мной сделают, если я соглашусь рассказать Вам? Нет, не эти милые граждане, а мои собратья из безжизненных ныне ледяных пустынь? Я полагаю, за такое нужно заплатить. Знаете ли, я не красноречив, – в этот момент Зара подняла брови вверх, потому что данмер действительно был подкован на язык. – Да-да, я вовсе не умею убеждать, но тут такое дело, понимаете, я не могу Вам ничего рассказать. – Сколько же вы хотите? – поинтересовалась девушка. – О, всего ничего – только одну ночь, дорогая моя, только одну. – Ещё чего! Нет, так мы не договоримся. – Да ладно Вам, ну что Вы, я же вижу, что Вам интересно! – Интересно будет вспороть тебе живот! – Зара уже сильно разозлилась. – Вот видишь, мы уже и на «ты» перешли! – засмеялся наглец. – Не хочу вмешиваться, но если вы вздумаете драться, выйдите наружу, – попросил бармен, мельком услышавший повышение тонов. – Дорогой мой, Вы что, здесь только разве что любовные драки возможны. Посмотрите, какая у меня знойная аргонианка – залюбуешься. Я вовсе не любитель экзотики, но только гляньте – с двуручным мечом, мол вся такая воин, – поделился впечатлениями Ханнат, после чего снова обратился к Заре. – Нет-нет, ты не обижайся, я верю, что ты сильный солдат. Можем даже с тобой исследовать одну пещеру… если ты понимаешь, о чём я. – Слушай, парень, не зли меня, – аргонианка не знала, что тут сказать, чтобы ещё можно было спросить о чём-то после этого. – Вот-вот, так лучше, парень. Твой парень, твой единственный и ненаглядный. Да успокойся, я шучу. Знаешь, вот серьёзно, тут недалеко есть пещера со страшными тварями. Если мы их с тобой не убьём, этот город будет обречён, понимаешь? Это необходимо. Посмотри сколько вокруг народу, и никто не понимает, что происходит. Пойдёшь со мной? Мне бы пригодился такой сильный воин, как ты. Посмотри, разве тебе не жалко вон ту маленькую девочку? А её убьют. – Пещера? А это правда недолго? – кажется, красноречие данмера сработало. – Конечно, мы с тобой всех переколошматим в миг, но один я никак не справлюсь! Мне обязательно нужно, чтобы ты пошла со мной, ради всех них!       Зара не успела согласиться, как услышала: – Ханнат, старый ворюга, теперь сердца женщин похищаешь? Благо города! Вы только посмотрите! – откликнулся со столика недалеко от стойки кто-то. – Хорошо! – Ханнат поднял руки вверх. – Раскусили! Ладно, пусть горит, Шармат с ним, мне всё равно не нравится этот ваш Альд'рун! – Дак вали ты в свой шатёр, кто ж тебя держит! Рожу бы не видел твою! – Ты давай в стакан смотри, тоже мне, честный данмер нашёлся, – завершив словесную перепалку, Ханнат Зайнсубани залпом осушил свой стакан, громко поставил его, поднялся и ушёл, бросив на прощание: – Вот так вот и живём. Бывай.       Зара только сейчас поняла, что её пытались обмануть, и от этого она начинала уже ненавидеть этого парня, однако ей не хотелось возвращаться и говорить Элон, что ничего не получилось, поэтому она догнала эшлендера и уже на улице снова обратилась к нему, понимая, что он может продолжать паясничать. – Слушайте, мне нужна информация. – О, и на мои условия ты не согласна? – Ханнат внимательно посмотрел ей в глаза. – Я готов помочь, но не бесплатно, разумеется. Я достану записки моего отца, качественная вещь. Требую тысячу септимов без торга. – Тысячу? – аргонианка обомлела от такой наглости. Конечно, тысяча для неё не казалась запредельной суммой, но она и не была слепой, она видела, сколько стоят товары и что можно купить на такие деньги. – Конечно, – спокойно отозвался данмер. – Я богатый уважаемый вор. В смысле, хотя Шармат с ним. Да, мне лень воровать у отца, поэтому я требую приличный гонорар, раз ты не хочешь пойти мне на уступки и согласиться со мной. – Так. Давай я заплачу тебе сто септимов и не убью тебя? – Вижу, твои походы на бандитов создали у тебя уверенность, что ты можешь напугать меня. Тысяча септимов и не дрейком меньше. Точка. Не таких обламывал. – Когда будет информация? – Заре было неловко, что она решила перейти на угрозу, и ещё более неудобно, что это не оправдало себя. – За час управлюсь. Деньги при тебе? – Да, у меня есть, – у аргонианки действительно было с собой целых тысяча двести дрейков, и она на самом деле решила согласиться на такие условия. – Отлично! – удовлетворённо заметил данмер. – Встретимся здесь через час. Никаких стражников, никаких друзей, я отдаю товар, ты отдаёшь деньги. – Договорились.       Ханнат Зайнсубани быстро ушёл. Девушка решила, что слоняться без дела будет невероятно скучно, поэтому сначала вернулась в Альд Скар и поужинала там, после чего прогулялась по магазинам и даже прикупила себе удобный рюкзачок и мягкого игрушечного гуара, заодно так и узнала про этих существ. Данмер уже ждал её в назначенном месте. Он довольно улыбался, выпивая содержимое какой-то дорогой бутылки. Это был явно не тот, кто стал бы пить мацт, шейн или суджамму как по причине их негативных эффектов, так и из-за их дешевизны и плохого качества. Зара решила, что это киродиильский бренди, потому что она не так уж и хорошо знала спиртное. Что там говорить, она даже не слышала о гриифе или, например, выдержанным бренди, за которыми гоняются средне обеспеченные и чрезвычайно богатые жители соответственно. На самом деле данмер пил флин. – А вот и ты, – вор был не сильно эмоционален, он занимался рассматриванием своих увеличивающихся бицепсов. – Давай деньги. – Давай записи сначала, – буркнула Зара. – Конечно, вот, держи.       Зара приняла скреплённый ниткой набор листов, образующий некое подобие книжки в мягком переплёте. Внутри было много текста, речь шла об эшлендерах и Нереварине. Девушка протянула мешочек с деньгами, после чего отправилась спать. Завтра она собиралась отбыть обратно, а в пути прочитать, что сказано в этой замысловатой тетрадке. Стоила ли эта информация так дорого – Зара не хотела думать, решив, что пусть Элон и рассуждает об этом. Перед сном девушка сердилась, что Ханнат оказался таким жадным и отвратительным; ей это так не понравилось, что она даже начала думать плохо о спиртном, хотя оно, конечно же, не было виновато в том, что вор решил проявить свою настоящую сущность. Уже засыпая, она надеялась, что бренди был некачественным, и данмер теперь страдает от разных плохих эффектов, которые она сама же и придумала, Зара не знала, что в Альд'руне единственное подобие бренди – это грииф, а уж киродиильский вариант найти легко только в Балморе, но никак не здесь и уж точно не в холодные месяцы.

***

– Я даже не знаю, что сказать! – громко заявила Элон, читая тетрадь после истории Зары. – Здесь есть всё. Просто всё, что нам было нужно. И слова о походе с островов Саммерсет, которые подтверждаются речью Эдвинны Эльберт, и слова о явной ненависти к храму и Великим Домам, которые нам помогут подобрать правильный подход, и слова о явном желании отделиться от Империи, которые лишний раз подтверждают правильность текстов, показывая, что это не специально созданная для нас информация. Хотя вот этот момент, конечно, не так радует, потому что договориться, получается, с эшлендерами будет действительно сложно. Ты читала? Это восхитительно, ведь есть даже информация о правилах, обычаях, вот здесь и про культ Нереварина… Не знаю, стоит ли это тысячи септимов, но точно стоит очень дорого. Даже не так уж и жаль, что пришлось настолько потратиться: мы за годы жизни здесь не смогли найти настолько полезной информации. Спасибо, в общем, вот твоя награда. А теперь… теперь мне надо связаться с руководством и обсудить эти моменты. Думаю, раньше чем через месяц у меня не будет новых заданий для тебя. Кстати, покажи, как там у тебя «щит» получается? Ты ведь вроде как неплохо училась, насколько я помню. – Сейчас, – довольная Зара произвела правильные движения и сказала нужные слова на незнакомом языке, и вокруг неё возник соответствующий фиолетово-прозрачный пузырь, защищающий её.       Редгардка полюбовалась, после чего резко дала пощёчину молодой аргонианке. От неожиданности девушка отвлеклась от поддержания заклинания, поэтому защита исчезла, и Зара получила смачный удар по лицу. – Ай, за что! – возмутилась она. – Прости, – улыбнулась якобы бывшая разведчица. – Я просто хотела убедиться, что в сложной ситуации ты не отвлечёшься. Боюсь, тебе нужно ещё поработать над этим. Понимаю, это не совсем честно, потому что ты не могла ожидать такого, но это всё равно не должно было снять заклинание. В критический момент это может стоить тебе жизни. Вот держи ещё денег на такое обучение, буду ждать тебя в следующем месяце. Думаю, первого числа уже можно приходить.       Заре было довольно обидно, но она приняла деньги и не стала ругаться. Учиться – так учиться. Через месяц – так через месяц. Всё-таки не подружка, а начальница, как ни крути. Жаль, что снова возвращаться в тот же город. Альд'рун, конечно, нравился аргонианке, он был интересным, крупным, но всё-таки хотелось повидать другие места, а главное, поездка по семь и более часов – это действительно неприятное дополнение. Особенно когда пусть даже и любимый холод. Одно дело гулять в погоду, которая нравится, и совсем другое – ездить, пусть даже и с каким-то подобием крыши над головой (силт страйдеры в неудобную для поездок погоду закрывались сверху, чтобы было более комфортно, но это мало помогало).

***

      Месяц сева, иначе называемый месяцем второго зерна, начался с миддаса. Кажется, снега не было уже нигде в Вварденфелле. Что в Альд'руне, что в Сейда Нин – нигде и холодно-то не было. Некоторые дни были, конечно, прохладными, но всё равно стояла приветливая погода, лишённая морозов. С одной стороны, Зара радовалась, что теперь может не ходить в таком большом количестве одежды, что и собираться куда-либо намного быстрее, и лишний плащ не мешается, и всё же не мёрзнет со своей не совсем человеческой физиологией. С другой стороны, теперь, когда никакого даже подобия льда не было, ходить, сутулясь и как какая-то раскоряка, было неудобно (кажется, все так и пялятся на неё, думая там всякие гадости!), также неприятно было, что любимая погода закончилась, и начиналось совсем не то, что хотелось бы видеть на улице. Конечно, и пару месяцев назад снег появлялся нечасто (особенно в Альд'руне, где осадки выпадают редко), да и холод был не как в месяц утренней звезды, но хоть что-то. Зара даже попыталась ходить прямо, гордо подняв голову, но физиология взяла своё: хвост в таком положении сильно мешался, из-за него было очень больно поддерживать прямохождение, и девушка быстро начинала сутулиться и раскидывать ноги шире, чем любые гуманоиды Тамриэля, не являющиеся представителями зверорас. «Что поделать, раз уж родилась аргонианкой», – оправдывала себя Зара и, в конце концов, смирилась с этим. Конкретно сейчас, в первый день месяца сева, она уже намного меньше переживала по этому поводу, и даже подумывала о перспективе порой ходить босиком, потому что это делать было вовсе не больно. Вопрос только, будет ли красиво – гулять босой? Девушка ещё не решила этот момент, поэтому пока что продолжала использовать сапоги, просто наматывая на ноги меньше ткани ввиду потепления. Сегодня заходить в здание Аррилла не пришлось: Элон ждала на улице. – Привет! Наконец-то ты! – обратилась редгардка, как будто совсем молодая. – Мне следовало сделать какой-нибудь канал связи с тобой, я бы сообщила тебе раньше, что нам нужно встретиться. Ну… пойдём, пойдём скорее, мне нужно многое тебе рассказать.       Зара согласилась, и они достаточно быстро дошли до дома Элон. – Даже не знаю, с чего начать лучше всего, – говорила радушная хозяйка, ставя перед голодной аргонианкой яства. – В общем, я всё отправляла тебя узнать про Шестой Дом и культ Нереварина, так вот это было не случайно. Дело в том, что Император убеждён, что именно ты соответствуешь описанию Нереварина. То есть, понимаешь, скорее всего, ты и есть инкарнация Индорила Неревара, его Воплощение. Император почти никогда не ошибается. Тот пакет, который ты должна была доставить мне – это всё из него. Вот расшифрованная копия, если не веришь, прочитай. – Да нет, я верю, – отталкивая руку с текстами, отозвалась Зара, будучи, мягко говоря, в недоумении. – И ты знала это всё с самого начала? – Прости, что не сказала сразу, мне дали задание не сообщать тебе, пока ты сама не разберёшься, кто это такой. Именно за этим я и отправляла тебя на разные задания, понимаешь? Да, не скрою, это не совсем честно, но… мой начальник очень хотел, чтобы Нереварин был на нашей стороне. Готова ли ты сотрудничать? – Погоди, у меня вопрос, – задумалась Зара. Она чувствовала, что действительно Нереварин, но у неё было сомнение, которое она решила озвучить: – Как я могу быть воплощением Неревара, если я девушка и аргонианка? – Инкарнация не обязательно должна быть того же пола или той же расы, так что тут никакой проблемы нет. Также инкарнация не обязательно должна поддерживать те же идеи, равно как и вообще помнить о своём, так сказать, предшественнике. Суть заключается в возможностях. У Нереварина они безграничны. Причём это не преувеличение, это действительно так и есть. – Ура! Здорово! Я вот как знала, как знала! – обрадовалась девушка. – Вот теперь, когда ты знаешь, у меня есть для тебя сложнейшее задание. – Я слушаю. – Нужно попасть в лагерь эшлендеров и заявить о себе как о Нереварине. Конечно, они предложат какое-нибудь испытание, чтобы ты вроде как доказала истинность своего высказывания, а потом, судя по всему, они должны принять тебя. То есть звучит всё просто: прийти, пройти испытания, выслушать их следствия из того, что ты Воплощение, а потом уже возвратиться ко мне и всё рассказать. Сложность заключается в нескольких моментах. Во-первых, эшлендеры находятся далеко от городов, в сложной для проживания местности. Туда не ходят силт страйдеры, нет и капитанов кораблей, готовых отвезти в такие места. Я связалась с нашими агентами в крепости Молаг Мар, они примут тебя и сопроводят до ближайшего лагеря – до Эрабенимсун. Конечно, у эшлендеров много лагерей, но есть четыре очень крупных. Подумав, я выбрала именно этот, потому что в нём больше всего ценят именно воинские умения, а ты отлично владеешь оружием, насколько мне известно. Это ведь так, я ведь не ошиблась? Не хотелось бы отправлять тебя на самоубийство. – Я отлично владею двуручным мечом, я справлюсь с любым их заданием, – гордо отозвалась девушка. – В общем, сначала я как-то добираюсь до крепости, потом меня проводят до лагеря, я правильно понимаю? – Всё верно, до Молаг Мара ты едешь на силт страйдере. Путь будет с пересадкой в Вивеке, составит примерно часов шесть. Потом тебя проводят. Добраться – это была первая проблема. Вторая проблема заключается в том, что нужно будет как-то договориться по поводу встречи с ашханом. Так у них вождей называют. Вероятно, понадобится либо денег дать, либо что-то подарить. Есть смысл попробовать через шамана организовать встречу. Их там очень ценят, но при этом шаманы часто выражают смелые мысли и готовы принять чужеземцев. Если что наши агенты тебе помогут, они не уйдут из лагеря, пока ты не закончишь свои дела. Заодно так обеспечим твою безопасность пребывания. Мало ли что они там задумают, эти кочевники. Так-так-так-так. Что я забыла? Ах, да, третье. Последняя проблема заключается в том, чтобы пройти их испытания. Они могут быть любыми, так что подготовься основательно, если что, проси у агентов чего – помогут. Когда пройдёшь испытания, проблем уже быть не должно: тебя примут как Нереварина, вернёшься ко мне, и обсудим, что делать дальше. В принципе всё понятно? – Ну да, всё понятно. Как найти этих агентов? – Зайдёшь в трактир «Отдых пилигрима», спросишь у того, кто будет за стойкой, есть ли в здании кто-нибудь, кто знает Элон, то есть меня. В результате должен подойти кто-то из трёх агентов, с которыми тебе предстоит отправиться. Бретонца зовут Гоер Фролалье, данмера – Тадрос Дайтхе, норда – Одинокий Одиночка. Да, у последнего довольно «говорящее» имя, такое с нордами случается. Зато сразу же запоминается, даже удобно. Если вопросов нет, отправляйся послезавтра, третьего сева, – сказав это, редгардка усмехнулась, подумав, что «третьего второго зерна» звучало бы очень нелепо.       Зара поблагодарила за подробные описания, вопросов у неё больше не было. Немного информации из сказанного она решила на всякий случай записать. Ничего интересного, кроме разговоров в таверне с собственно Арриллом, Элон и несколькими путниками, утолявшими свой голод алкоголем и нехитрой едой, у Зары больше не произошло ни сегодня, ни на следующий день.

***

      Проснувшись рано утром из-за волнения, Зара долго и тщательно собиралась, приводила себя в порядок и умывалась. В результате вышла из снимаемой квартиры только в десять часов, более чем через три часа после пробуждения. Мысль о том, что она Нереварин, не давала ей покоя. Конечно, она была уверена, что она и есть Воплощение, но что-то тут всё равно было не так. Может, имперцы коварны и пытаются её использовать? Хотя нет, глупость какая: они ведь столько добра ей сделали. Но что же на самом деле не так – никак не могло прийти в голову девушке. Улица была приветлива и даже многолюдна, тёплый ветерок мирно шелестел около её ушей. Зара махнула рукой около своего лица, как будто отбрасывая с него что-то назад, против ветра, но пальцы кисти не коснулись ничего. Впрочем, девушку это не смутило, она подтянула ремень на рюкзаке, чтобы тот лучше сидел, потому что предстояла долгая поездка. Улыбнулась сама себе и сделала шаг чуть длиннее обычного, выходя из переулка на оживлённую дорогу поселения. Тихо стукнули сапоги сзади неё, но девушка услышала. Почему-то это напугало её. Развернулась. Попыталась скинуть рюкзак… дело в том, что она увидела спрыгнувшего с крыши дома: это был некто среднего роста и крепкого телосложения, полностью скрытый лёгкой и явно качественной бронёй чёрного цвета. Лицо неизвестного (почему-то Зара была уверена, что это какой-то парень, но никак не девушка) покрывала маска, на самом деле являющаяся хорошим шлемом. Глаза спрыгнувшего пугали. На деле ни одной части кожи, ни одного волоса, ни самих глаз – ничего не было открыто для взора, но в первые секунды аргонианке показалось, что это не особенность шлема, а именно страшные глаза: один был как будто маленьким и красным, а другой, левый, – громадным и синим. Зара не долго имела удовольствие лицезреть незнакомца, да и в первую же секунду попыталась сбросить с себя рюкзак, чтобы добраться до перевязи и вытащить двуручный меч (и как же неудобно доставать такое оружие!), потому что спрыгнувший крался к ней с длинным клинком в правой руке. Аргонианка успела снять рюкзак, но больше её реакции ни на что не хватило: удар зеленоватым и, кажется, даже светящимся мечом поразил её. Режущая атака, направленная наискось по груди вниз до живота. Зара не смогла вымолвить ни слова, ей было больно, тело перестало её слушаться и упало, будто наполнившись ватой. Девушка отчаянно пыталась подняться, перекатиться или хотя бы как-нибудь отбиваться, но её тело вообще ничего не делало, кроме как истекало кровью, развалившись в нелепой позе на спине, раскинув в стороны конечности и выронив рюкзак. Незнакомец же решил воспользоваться моментом и дважды ударил её в живот – режущей и колющей атакой по разу. После этого обогнул аргонианку, которую слушались только внутренние органы да глаза, с ужасом наблюдающие за своей безысходной кончиной, замахнулся, чтобы отрубить ей голову, но был отвлечён криком молодой наивной девушки-данмерки, возвращавшейся с рынка с яйцами квама и от ужасной картины выронившей их все. Вскрикнув, она начала звать стражу, надеясь, что закон и порядок Империи могут помочь истекающей кровью незнакомке. Один из стражников чуть ли ни мигом возник перед убийцей в чёрном, заорал на него что-то вроде: «Не в мою смену!» – но крик ему не помог справиться с умелым незнакомцем. После первого же удара стражник свалился, как и Зара, правда, с искорёженными от мощной атаки стальными доспехами панцирного типа. Убийца уже не смотрел на Зару: его опытный взгляд заметил, что десяток стражников с разных углов Сейда Нин бегут к нему со всех ног, а значит, задание по устранению не прошло успешно, и нужно ретироваться. Оценив возможности, он запрыгнул на крышу дома так легко, будто к ней вела лестница, после чего побежал под крики доблестных имперских солдат.       Нет, Зару и лежащего рядом раненого солдата не ограбили, пока они ничего не могли сделать. Зеваки просто тихо собрались вокруг них и наблюдали, как незнакомая аргонианка и не менее незнакомый имперец истекают кровью. Толпа вовсе не была кровожадна, большинство их них переживало, а меньшей части просто хотелось поглазеть, однако они просто ничем не могли помочь. Когда прошло около пяти минут, Зара смогла пошевелить своими пальцами. Медленно конечности возвращались под её управление, она достала пару зелий восстановления здоровья, выпила их содержимое и попыталась встать. Ноги слушались неохотно, девушке было непонятно, за что её так, да и одежду было жалко, однако ей всё же хотелось знать, жив ли тот, кто пытался её спасти по долгу службы. Имперец в этот момент как раз начинал шевелиться, и к нему подошёл другой стражник. Между ними завязался разговор: – Поверить не могу, проклятье, это же убийца Тёмного Братства! – Точно, брат, я рад, что ты живой и почти невредимый. – Да какой там! Посмотри, как он изуродовал мои доспехи. Мне наш интендант башку оторвёт! – Ну это всё равно лучше, чем если бы тебя располовинило. У тебя вообще не было шансов: у того парня был зачарованный на паралич стеклянный меч! – Слышь, так его схватили? – Не, как забрался на крышу, пробегал там, так и пропал. – Дерьмо.       Зара ещё немного послушала, но ей показалось, что ребята несут полную околесицу. «Нет, ну какой стеклянный меч! – думала она. – Стекло бы разбилось при ударе! Какое-то братство ещё приплели. Что за глупости!» Правда, момент, что бандита не задержали, серьёзно обеспокоил её, поэтому она решила не тянуть лишнего времени, а поскорее отбыть из города. Зелья, выпитые после нападения, помогли залечить ранения, но нестерпимая боль от повреждений и существенная слабость от потери крови остались с ней и беспокоили её.       На месте пересадки аргонианка обратила внимание на возвышавшиеся вдали кантоны, восхитилась. Не стала останавливаться надолго, а силт страйдер на замену уже был готов отправляться с новым возницей. Большую часть времени от Вивека ехали прямо по морю, пересекая множество небольших островков. Иногда Зара замечала мрачные древние замки, чёрные и внушающие страх и уважение. Местность Аскидианских островов сменило Побережье Азуры. Вдалеке, даже где уже было не море, а собственно Вварденфелл – насколько хватало взгляда, – виднелись только скалы, не заселённая местность с красивой и разнообразной растительностью – и больше ничего. Юго-восток острова нравился девушке величественностью и неприступностью, но Молаг Мар находился немного севернее, в регионе под названием Молаг Амур. Суровые, непроницаемые земли с растекающейся и собирающейся в озёра лавой… силт страйдера и его живой груз встретила огромная пепельная буря, не позволяющая даже просто открыть глаза. Высохшие деревья, угрюмый пейзаж, пепельные горы – всё это наводило уныние и не создавало впечатления, что где-то здесь могут жить. Зара вытаращила глаза, когда увидела город-крепость, возвышающийся над всей безжизненной местностью. Зря она так сделала: моментально пыль вперемешку с пеплом забили их, и девушке пришлось до самой остановки протирать слезящиеся очи в попытках достать весь попавший туда сор. Наконец, справилась. Деревянный спуск с площадки из такого же материала вёл к, кажется, единственной дороге во всём огромном регионе: это была дорога в Молаг Мар. Сам город по размерам и внешнему виду был как один из кантонов Вивека. Большинство нашли бы аналогию с Кварталом Чужеземцев за теми лишь отличиями, что Плаза была без крыши и практически без растительности, а Пояс – один. И они за это были бы справедливо прозваны н'вахами. Небо темнело, буря стихала, отступая перед мощными стенами неприступной крепости, уважительно кланялась ей, уходя вниз и растворяясь среди пробирающего ужасом пейзажа безжизненной пустоши. Глянь! Ползёт шалк, поглядывая по сторонам в поисках пищи и развлечений. Так ли безжизненны пепельные края? Вон стая скальных наездников огибает пик высокой горы, внимательно взирающей на ничтожных смертных, как бы показывая всем своим гордым видом, что не проста. Нет, это не Красная гора, конечно же, это Ассарнибиби, для смотрящих с юга выглядывающая из-за города и привлекающая паломников как то самое место, где зачали саму Альмалексию. То легенда Храма о развратной встрече множества любовников самой Боэтии, Даэдрического Принца, вовсе не быль, не подтверждённый факт и не объективная реальность. Храм любит рассказывать невероятные истории, а смертные – на самом деле вовсе не прочь поверить, пусть только будет интересно слушать. Как знать, может, это в том числе одна из причин укрепления ныне основной религии Морровинда, ведь какие бы ни были устрашающие факторы, какие бы неведомые приятные предпосылки ни помогали, вера строится часто не на таких моментах, не говоря уже о смене убеждений касательно могущественных Принцев Даэдра на поклонение АЛЬМСИВИ, по одной из историй, когда-то смертных. Представить только, что кто-то отклонит веру в эт'ада, могущих жестоко расправиться за это, в Даэдрических Принцев, чьё существование не подвергается сомнению, подумать лишь, что это сменится божественным Трибуналом… невероятно! Как бы ни казалось это нереальным, так и произошло, и сейчас редко кто подвергал сомнению правильность такого вероисповедания. Жаль только, что в последние годы ординаторов и, как это думается, самих Трибунов захватила, пожалуй, даже нелепая нетерпимость к другим религиям. Действительно, в этом-то плане справедливость обязательно восторжествует, ну а рано или поздно – для бессмертных АЛЬМСИВИ суть ли это?       Впрочем, здесь, в пепельно-лавовых территориях, вдали от живых богов, в древней крепости Молаг Мар, Храм Трибунала очень даже почитали. Этот город часто навещали паломники. Не только из-за горы Ассарнибиби, кстати, но и, например, для посещения горы Канд – опасного места, на вершине которого располагается пещера, кишащая даэдра, спокойно задающих загадки и не менее спокойно убивающих за неправильные ответы. Некоторым просто интересно взглянуть хоть раз на Вечных Стражей, но без опасности при этом оставить жизнь где-то на границе Призрачного Предела, где в изобилии находятся представители этого рыцарского ордена данмеров. Да, героичные и удивительные подчинённые Вивека обитают также и в крепости, в которую прибыла Зара. Если сказать без лукавства, и сам Молаг Мар был довольно уникальным, несмотря на свои вполне заметные сходства с другими местами. В конечном итоге расположение практически на границе милого глазу Побережья Азуры и пугающего Молаг Амура также сказывалось на характере города, где спокойно уживались и проповедующие милосердие вкупе со справедливостью, и откровенные работорговцы, без стеснения и опасений выставляющие свой «товар» на всеобщее обозрение. Такого контраста в шаге друг от друга не увидеть даже в Вивеке, не говоря о других городах Вварденфелла. Размеры населения могли бы также отправить в ступор, потому что не торговый город в труднодоступной гористой и не очень-то любезной местности был крупнее таких мест, как богатая и перспективная Кальдера или всеми любимый в Аскидианских островах Суран, где каждому найдётся свой уголок по вкусу, не упоминая даже Сейда Нин и другие деревни, посёлки и города. Численность составляла немногим более четырёх тысяч двухсот жителей, а для Вварденфелла это означало смелое вхождение в десятку крупнейших поселений.       Зара, всё ещё страдая от полученных ранений, быстро оценила иронию этого города контрастов. Кажется, в её душе даже что-то дёрнулось, когда она случайно заметила набожного данмера, вышедшего из молельни, такого мирного и спокойного, раздающего детям сладости и красиво уступающего дорогу дамам, подошедшему к работорговцу… да, этот чуткий гражданин купил себе раба-каджита, но, конечно, не ради того, чтобы отпустить: в первую же секунду он отвесил тумака приобретённой твари, после чего, грязно ругаясь, погнал взашей до своего дома, чтобы комнаты были прибраны к приходу каких-то гостей. После такого реверанса со стороны Молаг Мара, аргонианка прекратила рассматривание и начала опрос населения по поводу местонахождения нужного ей заведения. Как оказалось, не все были готовы помочь новенькой: некоторые предлагали ей какие-то таверны, по их словам, более качественно обслуживающие, другие заявляли, что трактиры – это не только не модно, но и вовсе глупо, в связи с чем рекомендовали иные способы улучшения своего настроения. Третьи и вовсе решили обмануть девушку, направив её по неверному маршруту. К счастью, одна чуткая особа женского пола всё-таки указала истинный путь в «Отдых пилигрима» страннице. Внутри уже несколько замученная путница сразу же направилась к барной стойке, около которой и спросила стоящего за ней, знает ли кто в этом здании Элон. Спрошенный оглядел её немного ошалелым взглядом, уточнил, не желает ли она чего выпить, однако Зара проигнорировала этот вопрос. Данмер за стойкой хотел было повторить вопрос, но к девушке уже подошёл некто, и мешать встрече не хотелось… – Гоер Фролалье к Вашим услугам! – поклонился ей бретонец лет тридцати, довольный собой крепкий человек с мягким взглядом и приятной наружностью. – Очень приятно, я Зара. Слыхали обо мне? – важно отозвалась молодая особа. – Безусловно. Полагаю, раз мы Вас дождались, следует переместиться в место, где можно будет спокойно всё обсудить. Пойдёте со мной.       Зара пожалела, что не заказала себе обед в трактире, но было уже поздно. Оставалось надеяться на гостеприимность агентов. Как же с этими миссиями часто зазря пренебрегаешь обыкновенными нуждами! Вскоре она сидела в комнате со всеми тремя агентами, уплетала скаттл с хлебом и слушала. – В общем, сейчас я расскажу наш план, если тебя он устроит, действуем согласно нему, – сообщил стареющий Тадрос Дайтхе. – От Молаг Мара до лагеря Эрабенимсун, судя по карте, примерно четыреста семьдесят девять километров пути. Это если ещё правильно идти, не ошибаясь, не петляя. Оптимально будет отправиться вчетвером пешком. У нас есть палатка, туда трое легко влезут, один всегда будет держать дозор. Судя по разведке местности, воду в пути в принципе мы хоть раз-два в день будем встречать, поэтому её с собой не берём. Грузимся следующим образом: по семнадцать с половиной килограммов еды на каждого, подстилки, одеяла, минимум одежды, посуда, огниво. Деревья для костров также должны встречаться в пути. Итого по двадцать пять килограммов на каждого из нас, а также семнадцать – тебе. Мы из оружия берём только ножи, иначе из-за веса не сможем идти достаточно много, ну а у тебя остаётся твой двуручный меч, конечно же. Топать придётся по двадцать километров в день, на двадцать пятый день должны дойти, соответственно. Сушёная еда подготовлена, можем выдвигаться сегодня же. Так что выходим, как договоримся по деталям путешествия. – В чём мы понесём всё это? – немного помедлив, спросила Зара. – Влезут ли мои вещи туда же? Мы сможем идти столько? – У каждого будет большой рюкзак, сейчас они уже все упакованы, потому что ты должна была прибыть сегодня. Правда, мы тебя пораньше ждали, – задумчиво изрёк данмер. – Вещи точно влезут, у тебя много пустого места в экспедиционной сумке. Правда, от них вес только увеличится, так что всё не слишком важное лучше оставить здесь, – добавил Гоер Фролалье. – Дойдём хорошо. Местность удобная. Бури, если что, в долины нечасто заходят, – воодушевлённо отозвался Одинокий Одиночка. – По двадцатке идти не проблема. На всякий я ещё еды захватил и чуток воды – мало ли чего. – Хорошо, тогда мне нравится план, – решила аргонианка. – Отлично, пакуй своё внутрь, подгоняем рюкзаки и в путь! – обрадовался Тадрос Дайтхе. – Как что по жизни там ещё непонятно, но у нас есть палатка, а еду нам продадут точно. Не забывай с нами делиться, какие тебе дают задания и как успехи, глядишь, поможем, где получится. – Стой-стой-стой. Давай ей доспехи нормальные подберём? Лёгкие какие-нибудь? Ну потратим время, но хоть там не помрёт на испытаниях, – предложил бретонец. – Нет, нельзя же вот так идти. – Ты прав. Ей ещё хорошие перчатки нужно приобрести и обмотку на меч сделать, чтобы фехтовать могла и перехватываться, – заметил норд. – Ладно, тут вы правы, на такое нельзя скупиться. Если дама согласна. – Конечно, пойдёмте, всегда хотела какие-нибудь хорошие и лёгкие доспехи, чтобы и не мешали, и защищали, – обрадовано откликнулась Зара.       Пришлось повозиться с обмоткой рикассо тканью и поисками хорошей брони. Наконец, вещи были собраны, и группа отправилась в дальний путь, надеясь на беспроблемное прибытие к эшлендерам: и без этого достаточно того, как их холодно встретят на месте. Никто из них на самом деле и не подозревал, как у этих кочевников, но все предполагали именно подобный приём, потому что была информация о затворническом типе жизни и о нелюбви к приезжим, коими они, безусловно, являлись во всех смыслах (даже данмер не был рождён в Морровинде).

***

      Путешествие по небольшим фоядам оказалось суровым испытанием для путников. Вероятно, сыграла свою немалую роль тяжёлая ноша и длительность перехода, но это, кажется, было неизбежно. Агенты из Молаг Мара и новоиспечённый Нереварин много общались между собой, делились впечатлениями и историями. Бретонец часто возмущался, что Империя не подумала организовать водный переход, потому что цель путешествия, по его мнению, достигалась куда как быстрее по морю от столицы Дома Телванни – города Садрит Мора, до которого в свою очередь добраться вовсе не было проблемой. Тадрос Дайтхе на это возникал, что показываться фанатичным и недружелюбным магам на глаза не стоит, а также добавлял к этому, что подобный водный путь лежал через множество небольших островов, что создавало большие сложности для любого управляющего лодкой, если тот не мастер своего дела, ну а мастера – поди ж найти сейчас. Фролалье приходилось соглашаться, но через пару-тройку дней он всё равно вспоминал о своей задумке с новым энтузиазмом. Одинокий Одиночка в свою очередь гнул линию, которую до этого, очевидно, отстаивал: что стоило взять с собой гуаров и либо запрячь в телегу, либо просто заставить их вести все вещи – лишь бы не на себе тащить. На это уже реагировал Гоер, объясняя, что пеший поход вчетвером действительно оптимален, что гуара нужно было бы кормить, а чем в этой отвратительной местности, спрашивается? Получается, требовалось нести с собой еду для животного на двадцать пять дней, что вообще нереальная задача, не говоря о том, что собрать немного воды для троих и добыть воды для гуара – совершенно разное, не добавляя даже к этому тот факт, что с этим созданием нужно ещё и уметь управляться. Иногда Тадрос выражал свои мысли, что магия позволила бы переносить больше и легче груз, но тут норд не мог не отметить, что такими выдающимися искусствами из них никто не владеет, а нанимать мага нет ни денег, ни желания; после такого заявления бретонец вспоминал о зельях и свитках, но данмер покачивал головой и называл свои минусы. В общем, Зара очень быстро поняла, что план по её перебросу подготавливался долго и тщательно, и от этого ей становилось тепло на душе. Всё-таки приятно, когда о тебе заботятся.       Особые сложности (кроме обычных споров, упрощённой палаточной жизни и долгих хождений с весом за плечами) также встречались: неоднократно на них нападал случайный скальный наездник, что не было удивительным для Вварденфелла, если учесть скорость перемещения этих тварей; несколько раз встречались огнедышащие огромные жуки (шалки), но от них путешественники спокойно уходили за счёт своей большей мобильности; как-то было даже отсутствие воды, и помогли запасы норда. Разок путники чуть не расстались со своими жизнями, когда в сторону Красной горы летела огромная стая скальных наездников, но, по счастью ли или по своей сообразительности, пилигримы успели спрятаться и замереть на время перелёта. В любом случае, качественная спланированность мероприятия привела к отличному результату: несчастные скитальцы добрались до лагеря Эрабенимсун. Правда, то ли ошиблись в своих расчётах агенты, то ли никогда в походе не бывает всё по плану, но прибытие оказалось позже срока: только второго числа следующего месяца (то есть, солнцеворота), а не через двадцать пять дней, как изначально задумывалось. Что уж там говорить, ведь среди всех происшествий в пути возникла и ситуация внутри группы: тридцатого числа Гоер как с цепи сорвался! В тот день он откуда-то достал выпивку да как разгулялся – еле остановили его песнопения и пляски в честь какого-то бретонского праздника. Пока он был пьян, понять, что за день такой, было невозможно, а когда протрезвел – отказался как-либо комментировать этот инцидент. Впрочем, теперь уже всё обошлось, агенты прибыли к огромному лагерю кочевников.       Эрабенимсун состоял из юрт и, в меньшей степени, палаток и шатров. В некоторых местах они были рядом друг с другом, но по большей части между ними сохранялось почтительное расстояние, позволяющее иметь какую бы то ни было личную жизнь. С двух с половиной сторон лагерь закрывали горы, оставляя практически один проход к себе, правда, очень широкий (с другой стороны, можно сказать, что проходов было три, но, соответственно, в три раза меньше каждый). В самом начале, как бы встречая гостей, находился большой загон с гуарами, правда, посчитать поголовье гостям не позволили: патрулирующие вход эшлендеры моментально сообщили, что либо незнакомцы будут мирно жить вдалеке от животных и не станут мешать местным жителям, либо уйдут, либо будут без сожаления убиты. Намёк оказался яснее ясного, путники потеряли дар речи и отступили. Тадрос Дайтхе как наиболее опытный чуть позже подошёл к стражникам кочевников и уточнил, не против ли те, если палатка будет поставлена за чертой лагеря, в километре от него на севере. На это ему ответили, что в тех местах ставить своё жильё можно, но не больше чем на две недели. На вопрос о возможности посещения ашхана, было отмечено, что только один из путников может быть пропущен и только по предварительному согласованию времени встречи. Тадрос заодно сразу же уладил этот момент, выбрав ближайшее. Повезло: ашхан сегодня был настолько не против принять путников, что сообщал об этом стражникам заранее. Агенты очень обрадовались таким новостям, ставя свою палатку около двух часов пополудни. Ещё одним везением оказалось, что в самом лагере позволялось одновременно пребывать сразу двум из их компании. – Итак, господа, кто пойдёт с Зарой, проводить её до юрты ашхана? – после рассказа о полученной информации спросил Тадрос Дайтхе. – Очевидно, что ты, – заметил норд. – Ты ж тут как свой, здесь все данмеры. – Нет, братцы, я точно туда не отправлюсь. Меня будут ненавидеть похлеще вашего, уж поверьте. Я ведь не просто чужестранец, но ещё и данмер к тому же, понимаете? А уж за своего они меня и за версту не примут: и одежда другая, и манеры-походка, и даже акцент. – Ладно, ребята, тогда давайте я? – вступил в разговор бретонец. – Мне всё равно всегда было крайне интересно поглядеть, как там у эшлендеров. Вы оба, как я вижу, всё равно не собирались их навестить.       На том и сошлись. Зара одинаково хорошо относилась ко всем спутникам, поэтому ей в принципе было не важно, кто именно пойдёт с ней. Тем более… что с ней там может случиться – в каком-то маленьком лагере? Дойдёт до ашхана за пару минут, думала она, да отправиться делать его задание. Зара на самом деле просто не очень внимательно посмотрела на само поселение: основное время рядом с ним она изучала причудливые одежды стражников, зверинец и что-то вроде защитных заграждений на входе. Бретонца и аргонианку без проблем пустили внутрь лагеря. Их не стали осматривать, не требовали сдать оружие. Правда, если учесть, что Эрабенимсун является самым воинственным племенем эшлендеров, возможно, это можно было бы и так предугадать, и не прятать нож в глубину одежды, как это сделал Гоер Фролалье. Ошибся, правда, не только он, но и Зара: лагерь был действительно огромен. Как стало известно от стражников, юрта ашхана находилась в центре, но и до неё идти оказалось долго. Больше километра палаток, шатров и юрт навели бретонца на мысли, что в лагере точно есть хотя бы четыре тысячи жителей, а это в свою очередь не могло не пугать: большое население, большая территория, а они – они только чужеземцы, которым здесь явно не рады. Нож-меч – какая разница, если их решат убить эрабенимсуны, которым, наверняка, никто и мешать не подумает, посему Гоер через ещё десять минут пути по поселению предложил Заре вести себя всё-таки кротко, несмотря на её важную природу рождения, потому что лучше быть живой и пусть даже немного униженной, чем стать мёртвой – хоть трижды гордым Нереварином. Аргонианка сначала не согласилась, но более часа пусть и неторопливого пути к центру всё-таки заставили её изменить своё мнение на противоположное. Вокруг кишела жизнь, порой было видно, как играли дети, стреляя из лука друг по другу, дуэлясь на мечах и выполняя другие недетские манипуляции с оружием. – Какие места, такие и жители. Какое большинство, такие и дети, – заметил бретонец, оглядывая эту картину вкупе с рассматриванием косящихся местных жителей, точащих оружие и носящих какие-то загадочные мешки.       Зара промолчала: она была напряжена из-за неприятных взглядов со стороны, чувствовала себя некомфортно и неудобно. Она размышляла о том, что она Нереварин, нет сомнения, но… с армией справиться у неё нет ни шанса. Бретонец был занят мыслями о том, как же этот лагерь мог существовать – столь огромный, так далеко от возможных торговых путей, – как все они выживали в этих краях, где трескающаяся от сухости земля содержала, кажется, только лаву, сгоревшие деревья, примитивную приспособившуюся растительность… Злые, замкнутые, воинственные – это ли удивительно в таких краях? Нет, бретонец считал, что поражает не это очевидное следствие нахождения в суровых условиях, а способность выжить, без выпячивания и как бы ненароком демонстрируемая тысячами данмеров вокруг. Наконец, обнаружился центр поселения. Юрта ашхана стояла в окружении нескольких других, они были крупнее обычных по всем характеристикам, да ещё и соединены между собой огромным тентом, так что пропустить эту возвышающуюся братию кочевых строений было невозможно. Оценив красоту, бретонец предложил Заре зайти в самое большое здание в центре. Сам он даже пытаться не хотел. И правильно: около входа каждой стояла пара стойких бойцов, просто слившихся с пейзажем за счёт своей такой же коричнево-серой одежды, как и юрты с палатками лагеря. Вместо бесплотных попыток познакомиться с главой племени, Гоер решил попытаться изучить загадочные полотна, расположенные рядом с причудливого типа сооружениями. Зара же согласилась, что действительно нужно зайти, а потому незамедлительно направилась ко входу: быстрее зайдёшь, значит, быстрее выйдешь. – Кто? К кому? – коротко спросил один из стражников, стоящий слева, скрестив копьё со вторым, не позволяя просто так без ответа войти внутрь юрты. – Добрый день! Я Зара! – дружелюбно начала свою историю аргонианка. – Нам со спутниками сообщили, что ашхан не против принять одного из нас, поэтому я пришла, хочу к нему зайти. Пропустите, пожалуйста. – Жди здесь, – ответствовал второй, после чего обратился к первому: – Доложи о ней.       Первый стражник буквально на полминуты заглянул внутрь, исчезнув за неожиданно крепкими дверьми, после – стремительно вышел, чётко кивнул, в результате чего стражники одновременно отошли в разные стороны от входа, пропуская девушку. Внутри царил уют, мирно общались между собой несколько девушек и мужчин. Все сидели на деревянных табуретах за большим деревянным же столом, сделанным недавно. Зара не стала особо рассматривать юрту, памятуя слова о том, что нужно вести себя подчёркнуто вежливо. Прямо перед ней не было ничьей спины: двое расположились слева, двое заняли места справа, а один восседал непосредственно напротив двери, но за столом. Глаза его очень тяжелы и жестоки. Хорошо знающий его данмер увидел бы, что у ашхана сейчас прекрасное настроение, но Зара увидела только, что этот немолодой данмер злой, как если бы его обокрали, забрав несметные богатства и оставив нищим. Девушке даже стало страшно от такого заглядывающего в душу взора. – Здравствуйте, я Зара, – не выдержав внимательный взгляд, сказала она. – Ещё одна невежа пожаловала, – проворчал сидящий по левую руку от ашхана данмер, не дав продолжить посетительнице её речь, даже прикрикнул: – Тебя поучить манерам, шваль? Не открывай свою пасть, пока к тебе не обратились! – Я прощаю тебя на первый раз, – прерывая все резкости, завёл разговор глава племени. – Я ашхан Эрабенимсун Улат-Пал. С чем ты пожаловала ко мне? – Мы с моими спутниками прошли долгий путь от Молаг Мара, чтобы обратиться к Вам со всем должным почтением, – Зара попыталась проигнорировать жёсткое обращение одного из данмеров и сказать как можно более уважительно, хотя ей стало действительно страшно, когда на неё закричали. – Дело в том, что я Нереварин, и от этого мне следует прибыть к эшлендерам, и я выбрала Вас…       В юрте воцарилась мёртвая тишина. То ли девушка сказала что-то очень важное, то ли что-то невероятное, но её внимательно слушали, а она только сейчас поняла, что даже не подумала всерьёз о том, что нужно сказать. Да, ей давали советы в походе, но она откладывала их внимательное изучение, и теперь уже не помнила. Аргонианка хотела себя наругать, но куда важнее было придумать… – Вы, я полагаю, отлично осведомлены, кто такой Нереварин, – попыталась продолжить смущённая посетительница. – Вы ждали его прихода, и вот я явилась… – Мда, – видя отсутствие слаженной мысли у Зары, ашхан решил помочь ей сообразить, потому что это был чудесный день для него. – Ты решила, что Нереварин, но, конечно, только нам виднее, являешься ты им или нет, и оттого ты прошла свой путь к нашему лагерю, чтобы мы могли подтвердить или опровергнуть твои мысли. Правильно ли я понял сказанное тобой? – Да, точно так, всё верно! – обрадовалась помощи аргонианка. – Итак, вообще, конечно, разговор о Нереварине не может вестись всерьёз ни с каким чужеземцем. Я искренне верю, что ты не пыталась сейчас вызвать наш гнев упоминанием надежды, хранимой многими эшлендерами, в том числе и эрабенимсунами. Если так, то у нас проблема. Я вижу единственное решение. Если наш гулахан Ашу-Аххе согласится с ним и не имеет предложений лучше, на том и порешим. Слушай внимательно, дважды я повторять не стану. Недалеко от нас располагается пещера. Не важно, как мы её называем, важно то, что она находится на северо-западе примерно в пяти часах пути. В ней есть чаша предыдущего ашхана. Давным-давно он остановился в той пещере перекусить и потерял её. Его звали Айран-Амму, именно это имя и указано на чаше, так что не ошибёшься. Понятия не имею, поселился ли в пещере кто или нет, но доставишь чашу – мы поговорим о том, Нереварин ты или нет. Идёшь одна. Ашу-Аххе? – Кто-то должен был достать этот чудесный предмет, и пусть это будет чужеземец, – отозвался данмер, сидящий по правую руку от ашхана. – Решение принято. Если тебе больше нечего сказать, то уходи, покуда не найдёшь чашу, – заметил Улат-Пал суровым голосом.       Зара вышла из юрты, не забыв сказать: «Спасибо большое!» Приём вовсе не соответствовал её ожиданиям. «Нет, конечно, лидер должен был быть сильным, чего уж тут. Но вот это обращение с товарищем – что это такое! Он вроде как на словах и спросил мнение, от которого вроде как зависела моя задача, но при этом интонация была такой, как будто выбора у того данмера всё равно не было!» – Зару даже передёрнуло от такой мысли. Бретонец быстрым шагом подошёл к ней. – Как наши дела? – Мне сказали добыть чашу предыдущего ашхана – Айран-Амму. Вроде его так звали. Какая-то пещера в пяти часах пути на северо-запад, – постаралась точно и коротко воспроизвести аргонианка. – В таком случае наши дела просто отличны! – просиял Гоер.       Зара не могла согласиться с энтузиазмом спутника, но и спорить не стала, так как переживала своё посещение главы Эрабенимсуна. Как бы то ни было, всё же нельзя было сказать, что плохой выдался сандас. Пока девушка пребывала в глубоких раздумьях о не таких уж сложных моментах, бретонец искренне радовался этому дню. Ему даже казалось, что из некоторых шатров с любопытством и даже с симпатией поглядывали на них, но кто знает, так это было или нет, быть может, просто радостное настроение человека рисовало ему невероятные картины в его воображении, чтобы ещё больше подбодрить его и отвлечь от мыслей об ужасной опасности, которой он подвергается, идя по территории Улат-Пала. Про себя Гоер подумал, что эрабенимсуны – удивительный народ.       Одинокий Одиночка, в отличие от двух других агентов Молаг Мара, не оценил чудесности сегодняшнего дня, ввиду чего попытался вразумить их: – Двадцать километров, неизвестная пещера, непонятно где находится, и при этом мы должны отправить её одну. Чему вы радуетесь? Её же просто послали на самоубийство, чтобы не мешала пировать в своё удовольствие. – Ты не должен оценивать решение ашхана, по причине недовольства, негативно, – поучительно заметил Тадрос Дайтхе. – Во всём этом есть несомненный плюс, который ты должен заметить, в каком бы настроении ни прибывал бы. Именно поэтому мы и радуемся, а не потому, что можем легко избавиться от Зары. – Правда, Одиночка, ты чего заладил? Единственный, что ли, сострадание имеешь? – обиженно прозвучал голос Фролалье. – Ребята, а что за плюс-то? А то я как услышала, так правда что-то не вижу. – Плюсов на самом деле много! – широко улыбнулся бретонец. – Во-первых, пустили к ашхану, во-вторых, выслушали путаную речь и даже помогли тебе, в-третьих, дали задание и обещали потом обсудить вопрос о том, Нереварин ли ты. Честно говоря, я ожидал намного худшего. Думал, нас даже в лагерь-то не пустят, а тут и прогулялись, и к Улат-Палу ты заглянула. Ну а формальности – куда же без них. Кочевник или нет, если ты глава и лидер, нужно как-то обосновать свою доброту к чужеземцу. Всё-таки здорово, что выбрали этот лагерь, а не какой-то другой. Там нам могло бы быть несладко. – Или, напротив, обошлось бы без этих глупых задач, – возразил норд. – Так не пойдёт, – покачал головой данмер. – Нет смысла ссориться и спорить, давайте лучше решим, что делать. – С нашей стороны всё предельно просто: мы остаёмся здесь, потому что мы отлично просматриваемся стражниками, а их наверняка спросят, отлучались мы или нет, шли ли с Зарой или остались, – заметил бретонец. – Может, мы можем как-то иначе помочь? – выразил надежду норд. – Надо мне показать, куда идти. Туда и обратно могу не спать, наверно, тогда мне с собой не много надо, – оживилась аргонианка. – Мы можем дать несколько полезных зелий, – задумчиво протянул данмер. – Вопрос только что будет полезно, чтобы не тащить с собой кучу всего на любой случай. Какая информация у нас есть? Пещера, километрах в двадцати от поселения, там когда-то был их мужик, но оставил кубок. Оставил зачем? – Мне кажется, головоломка проще некуда, – посмеялся Гоер Фролалье. – Ашхан испугался и выронил свою вещь. Не пошёл за ней опять-таки из-за страха. Никого не отправил потом в пещеру и сам не вернулся. Кто мог так сильно напугать воина? Ну давайте, скажите мне. – Думаю, даэдра, – отозвался данмер. – Может быть, напугали свои, ну а потом как-то неловко было, – предположил норд. – Всё-таки как объяснить, что надо что-то искать, почему потерял? – А ты что думаешь, Зара? – улыбаясь во всю физиономию, спросил бретонец. – Если знаешь, так скажи уже, – буркнула аргонианка. – Агент ты, а развиваться… – неоднозначно отозвался Гоер. – Ладно, вы неправы, это нежить. Эшлендеры ведь все как один проповедуют культ предка, а культ Нереварина как раз таки у них не так распространён. – Гениально! – воскликнул Тадрос. – Спасибо, – поклонился Гоер, радуясь. – Я не поняла. Ну нежить – и что с того-то? – Да какой скамп тебя укусил? – недоумённо спросил данмер. – Если честно, я тоже не понимаю. Моральная готовность? – уточнил норд. – Нет, ну вы чего. Речь о помощи шла же. Зелья же! – попытался пояснить бретонец. – То есть надо что-то от болезней взять, если мощная нежить, опять же восстановление атрибута скорости. Нет, да почему никто не взял свитки! – Да ну их, с ними мороки, – отмахнулся данмер. – Вот зелья другое дело. Пару на скорость ещё можно взять. Во-первых, устанет в пещере меньше, во-вторых, если что убежать сможет, если совсем туго станет. Плюс обязательно надо какое-то освещение. Можно тоже зелье… – Ей плохо-то от такого количества не станет? – не понял норд. – Да-да, мне плохо не будет? Столько выпить всего! Нельзя же так много! – Одиночка, ты прибалдел, что ли тут, пока мы ходили? – рассердился бретонец. – Зелья безвредны. Если много выпить, будет тяжесть в животе, конечно, пока не рассосётся, но это ненадолго. Короче, хватит. Давайте по делу. – А что по делу? Вот те, которые могут пригодиться. Надеюсь, не перепутаешь, Одинокий Одиночка еды тебе выделит, чтобы хватило на путь, и будем ждать тебя, думаю, стоит отправляться сейчас. – Так поздно! Я не хочу идти по темноте непонятно куда! – возмутилась Зара. – Она права, завтра с утра разбудить на рассвете, показать путь и ориентиры, – решил бретонец. – Думаю, с утра тут должен быть хороший обзор на ту местность. А как увидит – так и пусть идёт. В дозор перед миссией ставить нельзя, значит, Одиночка постоит, я пока у эшлендеров воды и еды на нас куплю, и потом сменю дозор до утра уже. – Ты вот умный человек, а несёшь чушь какую-то. Вот какое завтра, скажи мне? – зло посмотрел данмер. – Какое завтра, спрашиваю я тебя? Если завтра упадёт буря на неделю – что тогда? Будем тут высиживать яйца квама, пока не увидим направление? Сейчас отличная погода, проглядеть основные линии, показать, да и пусть идёт. Безусловно, достигнет пещеру к ночи, небось не помрёт: всё равно внутри хоть глаз выколи. С собой пару-тройку факелов для дороги и зелье для подземелья. Соответственно, никаких проблем. – Да и вообще, если я пойду сейчас, а завтра по возвращению буря будет, так я и вас не увижу! – подхватила чью-то мысль Зара. – Да, конечно, пропустишь эшлендеров, раскинувшихся на километры, конечно, – с сарказмом отозвался данмер и сурово подытожил: – Сейчас надо идти. – Думаю, Нереварину виднее. Не забывайте, что мы тут просто для помощи, а не чтобы решать за неё, – вдруг вспомнил норд. – Хочет – пусть завтра идёт. – Ай, да делайте что хотите, – махнул рукой Тадрос. – Тогда я иду завтра, разбудите меня пораньше, – решила Зара и забралась в палатку, чтобы скорее заснуть и больше отдохнуть. – Гоер, может, я с тобой? – как-то расстроено спросил данмер. – Скучно около палатки круги наворачивать, а так хоть на товары посмотрю. – Да пошли, мне-то компания в радость, а то смотрят там, будто сожрали бы.       Норд остался в одиночестве караулить сон подопечной, а Зара в тишине очень быстро задремала. Через несколько часов данмер залез в палатку, а норд пошёл куда-то на восток, сказав, что хочет проверить близость берега. На самом деле он боялся разбудить Зару, потому что считал (и не напрасно) себя неуклюжим.

***

      Молаг Амур на следующий день не порадовал гостей погодой: пепельная буря началась в семь утра, а закончилась только в одиннадцать вечера. Данмер недовольно поглядывал на всех и периодически махал рукой, как будто молча произнося: «Делайте, что хотите, я ведь говорил!» Бретонец исключительно со смехом воспринял превратности природы, а вот аргонианка и норд были на самом деле мрачны: девушка не хотела признавать, что ошиблась, а парень не спал всю ночь. Тирдас, однако, не опечалил пилигримов: ясное небо, хорошая просматриваемость территории – превосходно! Зара снова не стояла в дозоре, так что пребывала в отличном расположении духа, когда её разбудили около половины седьмого. Вдогонку к уже полученной куче колб, ей протянули также зелье невидимости, чтобы была возможность выжить, если убежать не получится. У всех наших странников было отличное зрение, так что ориентироваться было очень даже удобно, ведь всё, на что показывал один, видели и другие. Норд больше других соображал в ориентировании, и поэтому именно он предсказал, где должна находиться цель Зары. По поведению внутри её консультировали два других агента.       Аргонианка выступила. Идти было легко, ведь вещей с собой действительно чуть-чуть, да и дорога удобная. Единственный существенный минус заключался в ужасной скуке, потому что это был многочасовой путь в одиночестве среди однообразного отвратительного пейзажа. Иногда девушке даже хотелось, чтобы на неё напали, чтобы было хоть какое-нибудь развлечение. Правда, скука скукой, а больше сложностей не наблюдалось, поэтому Зара добралась до входа к двенадцати часам. Несколько уставшая путница перекусила. То ли она была привычна к таким похождениям, то ли столь благотворно сказались на ней события второго зерна, но она на самом деле прибыла достаточно бодрой. Перед входом в пещеру выпила зелье «для освещения», которое давало ночное видение, или эффект «кошачьего глаза». Внутри за счёт действия напитка оказалось очень даже светло, вот только как-то более серовато, что ли, – без красок. Очень скоро Зара поняла, что бретонец оказался прав: пещера была обителью нежити. Ей встретилось множество скелетов, причём с некоторыми из них аргонианка проводила долгие и изнурительные бои... Само подземелье имело всего пару-тройку коротких ответвлений, в основном линейно проводя девушку куда-то вглубь. Когда «кошачье зрение» закончилось, Зара зажгла факел и направилась с ним дальше. При встрече с противником ей приходилось втыкать свой осветитель куда-нибудь в пол и вступать в бой. К сожалению, такое требование привело к тому, что её несколько раз поранили, ведь скелеты были вооружены копьями, мечами, топорами и булавами. Пришлось восстанавливаться, выпивая соответствующее зелье. Зара сожалела, что раны не затягиваются мгновенно и безболезненно, но и текущий расклад был неплох. Чуть позже она вспомнила про заклинание «щит» и начала им успешно пользоваться, не получая урон от скелетов и продвигаясь вперёд без особых проблем. Последняя зала среди пыли, грязи и мусора содержала деревянные стол, табуреты и стул. На первом стояли покрытые пеплом стаканы и тарелки; последний пустовал, а на табуретах, поставив локти на стол и оперев на них головы, важно восседали полуразвалившиеся скелеты. Нет, эти не оживали, поэтому Зара напрасно с ходу одному из них снесла череп. Это были просто умершие давным-давно. В одном красовалось воткнутое оружие, а остальные пятеро ушли из жизни по неизвестным причинам. Стул опирался на стену, из-за которой тянуло воздух и звучали завывания. У Зары побежали мурашки от страшного зрелища, но она справилась с собой и продолжила поиски. Чаша оказалась под столом недалеко от стула. Отодвигая его, девушка создала много шума, потому что он оказался тяжелее, чем она думала, и не пожелал просто так отрываться от земли. Раздался щелчок. В результате Зара вылезла из стола и увидела перед собой костяного лорда и двух скелетов, вышедших из открывшегося прохода в той самой завывающей стене. Девушка испугалась костяного лорда и закричала, забыв обо всём, помчалась на выход. Скелеты бряцали за ней, сокращая расстояние, до тех пор, пока она не вспомнила о зелье невидимости и не выпила его. Неприятный вкус, как будто бы что-то склизкое растеклось по пищеводу. Чтобы оторваться гарантированно, Зара вдобавок употребила зелье улучшения скорости. Интересный эффект, когда при тех же самых усилиях пробегаешь значительно быстрее и больше. Только вот любые зелья, что были у агентов, давали лишь временное действие, поэтому вскоре пришлось идти намного медленнее, и это расстраивало. Ещё и сами зелья расстраивали желудок: пусть они были и качественные, и безвредные, но они не являлись питательными, зато создавали тяжесть. Аргонианка пожалела, что взяла провизии только на один раз, это было неблагоразумно, как она теперь думала. Вернулась к палатке уже поздно, в десятом часу вечера, вероятно, потому, что обратный путь затратил больше времени, да и подземелье изучалось не за минуту. Вместе со спутниками порадовалась, что достала ту самую чашу и принесла с собой, что не обронила в испуге, не потеряла, не разбила. Завтра можно было идти к ашхану, а сегодня – на боковую. Иногда очень-очень важно пойти спать пораньше.

***

      Пятого числа бретонец вновь гулял вокруг юрт, а Зара снова пыталась войти к ашхану. Стражники немного помедлили, но пропустили её без споров, предварительно заглянув в главное здание и спросив там разрешение. На этот раз Улат-Пал сидел один и вовсе не в хорошем расположении духа. Впрочем, аргонианка и в прошлый раз не почувствовала приливов радости главы племени. – Я слушаю, – прервав нависшее молчание, разрешил говорить ашхан. – Я достала тот самый кубок! – торжественно объявила Зара и замолкла. – Начни по порядку. Не желаю вспоминать все подробности каждого своего дня, чтобы припомнить тебя. Докладывай с самого начала. – Меня зовут Зара, я прибыла сюда несколько дней назад, – бойко отозвалась девушка, её хорошее настроение ничем нельзя было испортить. – Я Нереварин, вы мне сказали добыть чашу великого Айран-Амму, потому что без неё не могли поговорить со мной о том, кто я такая. Вот, держите, я принесла чашу! – Я не мог поговорить, – медленно, подчёркивая каждое слово, повторил ашхан. – Дерзко. Что ж, во всяком случае, это действительно она, так что мы можем обсудить, чего ты там хотела. А, кто ты такая? Что ты там про себя сказала? Кто ты? – Я Нереварин! – Поглядим, – нахмурился Улат-Пал. – Освяти кагути мой день, я бы засмеялся, а так даже тошно смотреть на тебя. Хорошо. Ты заслужила пояснения. Итак, змеиные глаза… как там? Крокодильи зубы. Да ты просто ящерица, понимаешь? У тебя нет типичного аргонианского акцента, что удивило меня с первой встречи, но это не признак того, что ты Нереварин. Вероятно, просто следствие каких-нибудь повреждений горла. Нереварин в первую очередь может быть лишь данмером, во вторую очередь не может быть чужеземцем, в отличие от тебя. Даже в таком простом рассмотрении ты не можешь быть им. – Но почему? Я же Нереварин! Я… – девушке было обидно, что ей не верят. – Как ты изгонишь чужеземцев, если сама такая же? – отрезал Улат-Пал. – С чего ты взяла, что Нереварин? С чего ты думаешь, что тебе виднее? Давай решим этот вопрос коротко. Какого числа ты родилась и знакома ли ты с родителями? – Я родилась… я родилась… двенадцатого руки дождя! – раздражённо выпалила Зара. – И конечно, я помню родителей! Что за вопросы! – Вот именно, – удовлетворённо отозвался ашхан. – Нереварин появляется от неизвестных родителей. Даже по этому признаку ты не подходишь. Разговор об этом окончен. Ты не Нереварин и не можешь им быть. – Нет, я Нереварин! – прикрикнула она. – Уходи. Это пустой разговор. Он окончен. – Послушайте, я правда Нереварин! – громко продолжила сердитая Зара. – Стража! – коротко и зычно произнёс Улат-Пал.       Двое, что стояли около входа в юрту, моментально отреагировали: схватили девушку, продолжавшую также истерично кричать, что она Воплощение Неревара, и, громко сказав: «Да-да, конечно!» – выбросили её за двери здания кочевника. Девушка пролетела несколько метров, больно собирая лицом пепел, вскочила и побежала к стражникам, чтобы отомстить. Гоер Фролалье остановил её, схватив за руку. Он видел, как её вышвырнули, и понимал, что миссия провалена, но не считал такое поражение достаточным для самоубийства. – Зара, – тихо обратился к ней и, не увидя реакцию, громко окликнул: – Зара! Смотри вокруг! Куда? Куда ты собралась? Здесь десятеро опытнейших солдат! – Но я Нереварин! – уже тихо возмутилась девушка. – Ты… ты видел?! – Я всё видел, успокойся. Валим отсюда. Пошли. Давай, уходим.       Стражники с нескрываемой неприязнью смотрели на них, когда бретонец отводил Зару в сторону, за юрты. Там он предложил ей подождать, а сам вернулся. – Простите нас, позвольте пройти, я всё объясню, – попросился он к ашхану. – Пшёл прочь, грязный н'вах, – плюнул на землю перед ним стражник у юрты. – Проваливайте, пока мы вас отпускаем. Объяснит он! – возмутился второй стражник. – Улат-Пал сам всё понимает и без чужеземцев и их пояснений. – Что ж, спасибо большое, – дружелюбно поклонился Гоер, прежде чем уйти.       Аргонианка и бретонец быстрым шагом покидали недружелюбный Эрабенимсун. За двести метров от палатки Гоер подал какой-то причудливый знак, отчего ожидавшие спешно собрали палатку и все вещи в рюкзаки. Все поняли, что это провал. Предвосхищая все вопросы, данмер протянул каждому по колбе. – Скорее пейте, нам пора в Молаг Мар, – коротко добавил он. – Что это такое? – нашла, что спросить. – Зелье дурацкого счастья, – серьёзно ответил Тадрос, но заметил на её лице недоумение, и поэтому пояснил: – Это аналог «вмешательства АЛЬМСИВИ». – Я не понимаю, – заметила Зара. – Это зелье переносит к ближайшему Храму Трибунала. То есть в Молаг Мар, – спокойно ответил бретонец. – Давай уже пить.       Гоер поднял рюкзак, залпом выпил содержимое колбы и испарился, не оставив после себя ничего. Как будто и не было тут его никогда. Девушка и все остальные также выпили и пропали. Появились они действительно около храма Молаг Мара. Зара очень удивилась, что бывают такие чудеса, а остальным бретонец в это время рассказал, что видел. Наконец, он закончил, и девушка сообщила, что произошло. Агентов никто не подслушивал, около храма никого не было. Аргонианку проводили до порта силт страйдеров со словами, что ей необходимо как можно скорее добраться до Элон и обсудить всё это с ней. Зара была не против.       Вечерний Сейда Нин не обрадовал девушку. Её мрачный и угрюмый взгляд не прельщали прелести природы. Она очень злилась, что ей наговорили гадостей. Она думала, что хуже всего сегодня для неё было, что их выходки остались безнаказанны, однако Аррилл заставил переменить её мнение. Альтмер передал ей записку, в которой Элон сообщала, что по срочному делу вынуждена отбыть на материк и искать её здесь, вероятно, бесполезно до одиннадцатого солнцеворота. Зара плюнула и сразу же отправилась в Альд'рун: пусть бандиты поплатятся.

***

      Заданий было предостаточно, девушка почти что успокоилась и решила, что редгардка просто направит её в другой лагерь эшлендеров, а уж там-то её примут. Нереварин всё-таки, как ни крути. Да, Зара всё ещё верила в это, когда наступило одиннадцатое число, и она встретилась с Элон. На этот раз ни радушия, ни гостеприимства, ни радости не было для аргонианки. Зара понятия не имела, что Элон уже обо всём доложили, поэтому с упоением рассказывала, как всё это было. Когда все возможные подробности прозвучали, Элон прикрыла глаза. Она несколько минут молча сидела и думала, запрокинув голову, после чего изрекла, что эшлендерам виднее, что Зара точно не Нереварин, что ей жаль и что она больше не нуждается в услугах Зары. Аргонианка разъярённо кричала, спорила и даже вызвала редгардку на бой, но Элон было безразлично, она бесстрастно отказалась и указала на дверь. С этого момента Сейда Нин перестал нравиться Заре.

***

      Провал у эшлендеров повёл жизнь Зары под откос. Последним ударом была реакция Элон, не только не поддержавшей её, но и вовсе выдворившей, разбив все надежды. Девушка не знала, что делать. Теперь она уже не была и не чувствовала себя великим Воплощением. Просто чужеземка, не более. Стараясь сбежать от горькой участи, злых мыслей и слов, она решила обойтись малой кровью и покраситься. Да-да, покрасить свою чешую в серый цвет. Это ведь хороший цвет, верно? Во всяком случае, Заре он почему-то очень нравился, и она обратила на это внимание. Больше недели пришлось изучать и расспрашивать, как и чем можно покраситься, потом почти столько же девушка искала подходящие красители, и, наконец, осуществила задуманное! Может, высшие силы разгневались на Зару, а может, в этом тонком деле мало расспросов у всех подряд, пусть даже и говорящих уверенно и убеждённо, но серый цвет у аргонианки не получился. Её светло-зелёная чешуя теперь отдавала голубым. От потраченных усилий девушка даже расплакалась, безуспешно пыталась смыть результат, после чего отправилась спать.

***

      Тридцатого числа Зара начала выпивать, пытаясь залить своё горе. Она пила несколько дней, пока ей не рассказали, что в Альд'руне пойло ни в чёрту (а ведь всё это время аргонианка была именно в этом городе, потому что он был ей наиболее привычен), а настоящую качественную выпивку можно найти только в Вивеке. На пьяную голову девушка и отправилась туда. Как же ей повезло, что за дни запоя никто не воспользовался её слабостью – в каком бы то ни было смысле!       Четвёртого числа месяца последнего зерна прихорошившаяся Зара прибыла в Вивек. Последний месяц ожесточил её ещё больше, изменив взгляд её красивых глаз на ужасающе мрачный, леденяще жестокий. Нельзя сказать, что она стала злой и нелюдимой, но что-то такое начинало появляться в душе грозы бандитов. По Кварталу Чужеземцев она шла уже не как обычно в новом городе, мирно и спешно разглядывая всё подряд и не ожидая никаких драк, а с мечом, лежащим на плече. К грозной аргонианке, величаво шествующей по городу, вскоре подошёл какой-то, кажется, добрый молодой данмер. Он два раза извинился и предложил посетить лучшее место во всём Морроувинде – трактир «Чёрный Шалк». Даже любезно показал дорогу, проводив практически до самой двери. Впрочем, не так уж это и далеко было. Местечко поначалу импонировало аргонианке из-за своего уюта, тепла, мирных данмеров, сидящих парочками. Она попивала шейн, наивно полагая, что это киродиильский бренди (заплатив, впрочем, как за последний). Может быть, это покажется глупым, но в конечном итоге общеизвестно, что шейн снижает интеллектуальные способности. Только вот Зара этого не знала, конечно же. Чужеземцам мало кто рассказывает о таких вещах: куда как интереснее смотреть, как они потом себя ведут. В общем, ничего плохого и в этом не было, пока к её столику не подкатили радикально настроенные данмеры. Все происшествия за время пребывания в Вварденфелле не убедили девушку завести себе второе, более быстро приводимое в боевое состояние, оружие, поэтому она сидела и подвергала себя риску, наивно полагая, что всё под контролем и ничего не может произойти.       Через несколько десятков минут, когда данмера за стойкой сменил более честный представитель, а испарения дрянного алкоголя вышли из головы девушки, она поняла, что на деле пахнет жаренным, и поэтому поднялась, ненавистно глядя на злыдней, но не решаясь напасть, потому что и их больше, и стражники за это упекут в тюрьму надолго. Пустые разговоры лились, как из рога изобилия, аргонианка еле-еле реагировала и не знала, что можно предпринять, как вдруг в разговор вступила какая-то грязная и, по мнению Зары, глупая каджитка. Как эта беседа переросла в драку, аргонианка даже не поняла. Да, каджитка почему-то решила вступиться за неё, это было очевидно, но ведь Зара понимала, что ей не нужна ничья помощь, она ведь и сама опытный боец и куда лучше справилась бы с этими слабоумными ничтожествами. Зара внимательно смотрела за движениями Т'ерри, покачивая головой и поражаясь её отвратительному оружию и умению сражаться. Призыв стражников отвлёк аргонианку от триумфальных мыслей доказательства своего превосходства. Она округлила глаза, когда каджитка позвала с собой бежать. Однако доводы были логичны, и потому Зара согласилась…       Наконец, случилось то, что должно было: Т'ерри поймали ординаторы, а Зара внимательно наблюдала за этим из своего укромного места. Её совесть успокаивали сразу несколько приятных мыслей: во-первых, никто не просил вступаться за неё, во-вторых, каджитка сама сглупила, убив данмера, в-третьих, эта Т'ерри вовсе ненормальная – надо же было выйти навстречу стражникам и сдаться подобным нелепым образом. Возможно, где-то в глубине души Зара и была благодарна Т'ерри, но даже для себя признать подобное не могла, ведь это означало её собственную слабость, причём показывало её как более слабую, чем вот эта Т'ерри, которая настолько отвратительно, по мнению аргонианки, сражалась, что только чудом и осталась жива. «Сама дура! Нечего соваться, куда не следует!» – окончательно решила Зара. Она только сейчас заметила, что тяжело дышит, кожа зудит, а глаза слезятся. Впрочем, эти непонятные симптомы быстро прошли, – вероятно, зараза от каджитки не смогла пробить брешь в обороне Зары. Конечно, какая болезнь вообще всерьёз поразит аргонианца с их-то невероятным иммунитетом? Впрочем, Зара и слов-то таких не знала, не говоря о том, чтобы предполагать, что она всё ещё ничем не заболела за своё вальяжное пребывание в Вварденфелле именно по этой причине. Зато Зара смогла подумать, что Т'ерри ещё и болеет какой-то отвратительной гадостью, поэтому очень хорошо, что её забрали эти «фанатичные и опасные» ординаторы. Девушка понятия не имела, что такое «Баар Дау», но предполагала, что это просто название для какой-нибудь тюрьмы, в которой нелепую каджитку подержат для вида и строгости несколько дней, да и отпустят, потому что как ни крути, а убийство ещё доказать надо, потом надо доказать причастность и тому подобное. В конечном итоге, начав с того, что Т'ерри сама виновата, Зара закончила мыслью, что всё равно ничего страшного не произойдёт, поэтому и не подумала что-либо предпринять, чтобы спасти каджитку. Ни одной мысли по этому поводу. Только желание вернуться обратно в Альд'рун и побить того прохвоста, который наговорил ей с три короба про великолепие выпивки Вивека. А потом можно и снова вернуться к работе в Гильдии Бойцов. Кто-то ведь должен сражаться с бандитами и в переносном смысле водить за ручку слабых и немощных.       Зара до сих пор так и не поняла, почему у неё не получилось повредить ни кланфира, ни костяного лорда, потому что гордость не позволила спросить у магов, а Перциус Мерциус на подобный вопрос ответил, что они просто очень сильные противники. Единственное продвижение в этом плане состояло в том, что Зара решила: эти оба существа защищены чем-то наподобие её заклинания «щит», но почему урон от кланфира возвращался к ней, у неё не было никакого представления. Впрочем, если раньше этот вопрос её занимал и даже злил, то сейчас, после этих событий, она забыла о нём, оставив в памяти лишь мысль о том, что это ей показалось. Сомнительное решение – перестать беспокоиться о чём-либо, не решив проблему, а приняв как истину мысль о том, что событие лишь показалось.       Один мощный положительный эффект события сегодняшнего дня всё-таки принесли Заре: теперь она снова была готова работать, жить и заниматься чем-нибудь, а не просто просиживать штаны в тавернах и трактирах, заливая своё по большей части выдуманное горе, не обоснованное ничем реальным. А Т'ерри… её положение было не лучше того дня, когда представители Камонна Тонг сожгли её дом. Каджитку вели через весь огромный Вивек, не давая ни шанса сбежать из-под конвоя. Ни один безумец не сунется отбить девушку у ординаторов, значит, её точно доставят в самое страшное место в Вварденфелле. В место, откуда не смог бы сбежать и самый искусный хитрец, в место, где к любому найдут подход и любого сломят. Красная гора пугает лишь своими мифическими опасностями, а это – это реальность, и, понятно, ужасающее настоящее всегда хуже опасных выдумок. В летающей тюрьме ординаторов, в обители инквизиции Храма, на луне Баар Дау, в Министерстве Правды, где перестают верить во что угодно, в том числе и в возможность освобождения, предстояло провести остаток своих дней Т'ерри.