Сказание о Стражах Севера

— Прости, Карлия. Никогда не видел ничего подобного. Где ты взяла эти штуки? — вглядываясь в очертания дракона на найденном мной кулоне, спросил босмер-маг. — Он принадлежал моей бабушке, — ответила я, после чего словила на себе лёгкий взгляд данмерки. — Может, лучше и спросить у твоей бабушки, что особенного в этом медальоне. Я ничем не смогу помочь в этой ситуации, — сказал эльф. — Спасибо и на этом, Энтир. Мы пойдём, — подала голос Карлия и направилась к выходу, не забыв при этом угрожающе на меня посмотреть. — Почему ты не спросишь у своего Довакина? Он вроде как спец по драконам, — остановил данмерку маг. — По крайней мере должен им быть. — Не всё так просто, — выдохнула воровка. — Тогда обратись к архимагу. Он точно сможет помочь, — продолжал Энтир. — Энтир, ты же знаешь… — Знаю-знаю, — не дал договорить Карлии маг. Данмерка вышла из здания на воздух, и я последовала её примеру. По вздымающимся вверх снежинкам можно было легко определить, что скоро будет буря. Сильная буря. Нормальные люди переждут непогоду где-нибудь перед тёплым камином, попивая только что приготовленный суп... но мы же не нормальные люди. — Идём в твою деревню, — ловко спускаясь по ступенькам вниз, изрекла Карлия. Не знаю, чего я ожидала услышать, но это утверждение поставило меня в ступор. С одной стороны мне безумно хотелось увидеть бабушку и всех жителей деревни. Я по ним очень скучала. Но с другой стороны я вроде как и уходила оттуда, чтобы не возвращаться так скоро. Да и что я бабушке скажу? «Привет, бабуль. Я у тебя тут медальончик украла, не подскажешь, откуда он у тебя?» — Ну, чего встала? Идём. Несмотря на очень длинную лестницу, ведущую в башню Коллегии, спустились мы по ней быстро. Я шла позади эльфийки и действительно задумалась над тем, как я буду объяснять всей деревне, что я не вор, но я вор. Или, может, мне рассказать правду своим близким? Апокалипсиса же не случится… Мы уже прошли таверну «Замерший очаг», как я вспомнила о своём обещании. Я окликнула Карлию и повернулась к зданию. Я увидела на крыльце сидящую Эйрид. Она что-то читала, как из таверны вышел Дагур и позвал дочь. Я стояла как вкопанная и глупо улыбалась. Надо же! Эйрид как выросла! И не скажешь, что я с ней виделась буквально несколько месяцев назад. — Что случилось? — спросила Карлия, подходя ко мне. — Давай зайдём в таверну, — сказала я и, не дождавшись ответа данмерки, рванула к зданию. Войдя в таверну, я ожидала громкий девчачьих возгласов или хотя бы крепких объятий, но получила взгляд полный гнева и презрения. И как могло собраться столько отрицательных эмоций в одной маленькой девочке? Эйрид, сверкнув глазами в мою сторону, гордо обошла стойку Дагура и спустилась в подвал. Я стояла на входе, словно меня приковали тяжёлыми железными цепями к полу, и не понимала причины грозного поведения Эйрид. В меня врезалась только что вошедшая в здание Карлия, но я, не обращая внимания на возмущённые возгласы женщины, направилась в сторону Дагура. — За короткое время случилось что-то, о чём я не знаю? — без дружелюбной улыбки и приветствия спросила я у недоумевающего хозяина таверны. — Тессия… привет, давно не виделись, — увидев меня, весело сказал мужчина. — Как дела? Что нового? — Что случилось? — вновь повторила я свой вопрос, но по глазам видела, что Дагур уж очень не хочет отвечать. — Да ничего особо серьёзного. Не обращай на неё внимания. Просто… — отвечая, замялся норд. Я скользнула взглядом по таверне. Несколько пьяных мужиков сидят возле костра, балуясь медовухой. Все двери в комнаты заперты. Никого из трезвомыслящих в здании кроме трактирщика, меня и Карлии нет. — Кто-то заходил после того, как ты ушла. Искали беглого вампира. Сказали, что он очень опасен и легко подчиняет всех, кого только захочет своей воле. Вот она и подумала, что ты тот самый вампир, — закончил Дагур. Я задумалась. Надолго так задумалась, что Карлия, осторожно положив на мое плечо руку, позвала меня по имени. — Хорошо, — сказала я больше себе, чем окружающим. Естественно никто меня не понял. Что хорошо? Я и сама не знаю. Эйрид еще маленькая для того, чтобы познать страх и ненависть. Пусть живёт так, как живёт сейчас. Без меня. Я развернулась и пошла в сторону к двери, попутно одаривая алкоголиков презрительным взглядом. Никогда не любила алкоголь. Я шла по направлению к выходу из Винтерхолда, когда услышала, как данмерка догнала меня. — И что это было? — спросила она. — Интересного — ничего, — дерзко ответила я, сама не зная, почему. Быстро спохватившись, добавила: — Прости, просто не бери в голову. Забудь. Она ничего не ответила. Просто шла молча рядом со мной и иногда поглядывала в разные стороны, а иногда даже наверх. Я тоже не удержалась и задрала голову вверх. И я увидела две не сочетающиеся вещи. Чистое синее небо и звёзды на нём. Красота! Я на миг забыла обо всём. Я просто любовалась тем, что видела перед собой. Солнце еще не до конца встало, освещая своими длинными лучами всё живое, а ночь не собиралась просто так уходить. Хотелось запечатлеть этот момент на века, чтобы просто любоваться им, когда мне станет плохо или просто настроение упадёт до невозможности. В деревне я редко видела такие моменты. Зачастую только потому, что мне попросту не давали выходить на улицу поздно ночью или рано утром. Ещё деревня окружена густым лесом, поэтому за листвой, хоть и редкой, плохо видно небо.

***

Солнце не торопилось уходить с ясного неба, поэтому, войдя в лес, служивший охраной для родной деревни, не было даже полудня. То, что мы не спали уже сутки на мне и на Карлии никак не отразилось. Мы обе закаленные и, если потребуется, можем не спать продолжительное время. Хотя для меня это будет куда сложнее, чем для эльфийки. Еле заметная тропа приветливо расстилается перед нами и манит за собой, чтобы привести нас в не менее приветливую деревушку. Следов не видно, видимо давно никто не посещал Хоксми. Сильный ветер, поднявшийся за короткое время, практически не доходил до меня и Карлии. Высокие деревья, ограждающие селение от опасности, столетиями растут и не дают врагам забраться дальше еле заметной таблички, спрятанной в снегу у тропинки. Я иду, и с каждым шагом меня переполняют эмоции, готовые в любую секунду вырваться наружу. Несмотря ни на что, я хочу увидеться с бабушкой и со всеми жителями деревни. Я очень по ним скучала. И пусть меня назовут слабохарактерной, пусть все узнают, что я ступила на не сильно благочестивый путь воровки, я всё равно буду рада видеть их сварливые старые физиономии. — Долго еще? — хмуро спросила меня Карлия. Я ответила ей не сразу, ибо надолго задумалась, сама не зная над чем. — Нет. И, правда. От деревянной таблички «Хоксми», воткнутой в землю, тропа ведёт прямиком к выходу из леса и заканчивается на обрыве. Не каждый знает, но заметив деревяшку необходимо свернуть налево, и идти прямо, никуда не сворачивая, пока не увидишь, как деревья расступаются, открывая тебе вид на прекрасное небольшое поселение нордов, в тёплых одеждах. — Теперь понятно, почему даже я не знаю, о местонахождении твоей деревни, — улыбнулась данмерка. Я помню эти деревья. Я помню каждую веточку. И ни за что не забуду. Сквозь мощные стволы деревьев уже виднеются небольшие строения, служащие жильём для поселенцев деревни. Снег падает на крыши, покрывая её белоснежной защитной пеленой. Я незаметно для себя ускорила шаг. Так сильно хотела увидеть бабушку. — Стой! — чуть слышно крикнула Карлия и резко схватила меня за руку. Я непонимающе на неё посмотрела. — Смотри. Я почувствовала, как сердце сжалось, не давая право на обдумывания ситуации. — Это ещё ничего не значит, — изрекла я и помчалась в сторону зданий. Но я прекрасно понимала, что означала алая кровь на белоснежном снегу. Невольно вспомнила сон, приснившийся мне несколько дней назад. Я же не ясновидящая, да? Безумно надеюсь, что я нормальный, ничего не умеющий, криворукий человек. На моём пути встал пустеющий уже много времени дом Ниакала. Старый и добрый дед любил вести отшельнический образ жизни, поэтому жил на окраине деревни. Вот сейчас нужно только обойти его дом и моим глазам откроется великолепный и незабываемый вид на деревню. — Да ладно? Шутите, да? — эхом разнёсся по мертвецки пустой деревне мой дрогнувший на середине фразы голос. Из-за угла дома вышла Карлия и также замерла на месте не в силах ничего сказать. Она такого тоже не ожидала. Мои глаза забегали по холодным трупам. От тела к телу я узнавала в них своих близких. Тех, кто еще пару месяцев назад тёплой улыбкой провожал меня в нелёгкий путь. — Каких-то тупых два месяца назад они были ещё живы, — тихо прошептала я, не замечая никого и ничего перед собой. В моих глаза нет горьких слёз, а по моему лицу не читается грусть и сожаление, как описано в разных драматических книжках. Я поняла, что всё ложь. Все книги и рассказы о храбрых воинах, чистой любви и нескончаемой дружбе — ложь. Хорошего конца никогда не будет. Кто, интересно, его устроит? — Тесс… — Просто ничего не говори, — перебила я Карлию, догадываясь, чего она от меня хотела. После чего я сорвалась с места и побежала к лежащей возле своего небольшого, но уютного домика бабушке. Упала на колени, перевернула пожилую женщину на спину, увидела еле заметный испуг, сохранившийся на её покрытом морщинами лице. Рядом не имеется никакого оружия убийства. Ни окровавленных стрел, ни ножей, ни мечей. Магия? Я поднялась и осмотрела оставшиеся четыре оледеневших трупа. Недалеко от бабушки так же, как и она, на животе лежала её лучшая подруга — Иалесса. Она держала здесь лавку с названием «Заснеженная равнина». Еще дальше, почти у самого входа в торговую лавку на правом боку лежал Орисони, муж старой торговки. Счастливая была пара… Я повернула голову в сторону таверны в надежде не найти нигде Имперу и увидела Бенесса, лежащего на спине. А рядом, отвернувшись ото всех в сторону входа в таверну, лежал Санвес. — Их перебили, словно скот, — сказала я, и мысленно удивилась своему голосу. Я не узнаю его. Слишком холодный. Без эмоций. Я поднялась по небольшой деревянной лестнице, бесцеремонно открыла дверь в дом и вошла. Карлия молча последовала за мной. Ей просто нечего было сказать. Не каждый день можно увидеть подобную картину.