Сказание о Стражах Севера

Странно то, что я совсем не чувствую угрызения совести. Ни потому, что соврала Сильве, ни потому, что тихо сбежала, никому ничего не сказав. Я лишь думаю об этом и в голове своей понимаю, что это неправильно, что ни к чему хорошему это не приведёт, что я буду жалеть об этом в будущем. Но сколько бы это «будущее» не наступало, я не жалею о моих обманах, о моей скрытности, о моём желании выжить любой ценой. — Я всё ещё не понимаю, почему мы должны уехать из Скайрима, — бубнила Сильва рядом со мной. — А я уже говорила тебе, что так надо. И давай тише, оленя спугнёшь! — зло прошептала я, целясь в бедное животное, готовящееся стать нашим ужином. Вобрав в себя воздух, я замерла и через мгновение выстрелила. И, в отличие от прошлых попыток убить оленя на ужин, я всё-таки смогла попасть ему в сердце, чтобы животное не мучилось. — Ты хочешь случайно попасть под злую и безжалостную руку империи, которая забрала у тебя отца и брата? Или же хочешь отомстить им, вступив в ряды их врагов — Братьев Бури? — Но… — Или, может, ты всё-таки подумаешь своей маленькой головкой и решишь, что жить хочешь сильнее, чем мстить, — с силой выдернув стрелу из тела зверя, сказала я наивной Сильве. Весь день и вот уже половину ночи девушка, после того, как я рассказала ей, куда направляюсь, доставала меня своим нытьём о том, что не хочет покидать родные края. А на мои возгласы, типа «так иди в свои родные края, а я пойду, куда захочу», отвечает, что не хочет уходить одна и отпускать меня в вольное плаванье. Я же до сих пор не могу вразумить Сильву, что в Скайриме небезопасно. — Мы можем спрятаться где-нибудь в горах или… — Без вариантов. Где бы мы ни спрятались, нас всё равно найдут, — стальным голосом сказала я, пытаясь придумать, что делать с оленем и где нам провести ночь. Снег вместо одеяла отпадает сразу. — Кто? Кому мы нужны? — громко ответила Сильва, будто всю жизнь ждала именно этого вопроса, а я всегда шла не по её сценарию. — Сильва, я не просила тебя за мной идти. В мои планы не входило тащить за собой кого-то. И уж тем более в мои планы не входило отвечать на твои глупые вопросы, — повернув голову в направлении девушки, громко сказала я. Слишком громко. Эхо моего относительно высокого голоса разнеслось по всему заснеженному лесу, и я готова поклясться, что слышала рёв какого-то невиданного мной зверя. — Тебя кто-то ищет? — с жалостью спросила девушка. И именно такую жалость ко мне я ненавижу. Лучше бы она разозлилась на мои слова. — Неважно, — отвернувшись к телу оленя, ответила я, после чего почувствовала на своём плече руку Сильвы. — Ты одинока. Ты хочешь выжить. Ты никому не доверяешь. Ты такая же, как и я. Поэтому нам просто необходимо держаться вместе. Друг без друга выжить нам будет куда сложнее, — её тихий и мелодичный голос успокоил меня за считанные секунды. И мне назло Сильва права. Права в том, что без неё теперь я просто не смогу куда-либо уехать. Как бы это банально не звучало, но я привыкла к ней за столь короткое время, проведённое вместе. Да и просто, если отойду от нее, хоть на несколько шагов, буду волноваться за её безопасность, и ноги сами будут уносить меня к девушке. — К нам гости! Подняв голову, мне сразу же захотелось опустить её обратно и считать, что мне просто привиделось. Но, к сожалению, медведь, который своими милыми маленькими глазами смотрел на меня, словно на его ужин, был настоящим. — Назад! — скомандовала я Сильве, доставая лук и стрелу из колчана. Прицелиться я, конечно же, не успела, ибо из-за спины этого огромного белого медведя вышли его друзья в лице ещё трёх белых и огромных медведей, и теперь мне нужно было целиться в четырёх особей данного вида одновременно, что меня не сильно радовало. Мне ничего не оставалось, кроме как медленно и осторожно пятиться назад, дабы не оказаться на праздничном столе злых зверей. И если мне не изменяет память, таким способом я смогу добраться до конца леса к… утру. Именно поэтому, я опустила лук и рванула с места к границе леса и заснеженной пустыне, под себя замечая, что у Сильвы всё-таки имеется чувство самосохранения, и она уже довольно далеко от меня бежит, изредка оглядываясь, чтобы проверить, бегу ли я за ней. Бежала я минут шесть, не больше точно, но этого хватило, чтобы догнать Сильву и оторваться от медведей. По крайней мере, я больше не слышала звериные вопли, и это определённо радовало. Мы остановились лишь тогда, когда вышли из леса, и упали на ужасно холодный снег, чтобы отдышаться. Снег был везде: на деревьях, на земле, в воздухе, даже на льдинах в воде. Я невольно вспомнила жизнь, проведённую в родной деревне, из-за чего сильно на себя разозлилась. Если решила уйти от этой реальности, то навсегда. Назад пути нет, и не будет! В этот момент из леса послышались те самые звериные вопли, которые я ждала ранее, и это был определённо плохой знак. Я неосознанно повернула голову к лежащей слева от меня Сильве и, увидев её кивок, подтверждающий, что она в порядке, резко встала на ноги, сжимая лук в своих руках сильнее. Я натянула стрелу на тетиву, прицелилась и выстрелила. Какого-либо результата это не дало, ибо шкура у медведей славится тем, что она очень толстая и прочная, а у белых медведей она должна быть в разы лучше. — Беги! — понимая, что мои атаки ни к чему хорошему не приведут, выкрикнула я Сильве. — Я тебя не оставлю! — Я следом. Уходи. Ещё два выстрела с моей стороны смогли серьёзно ранить одного из медведей, но это ничуть не улучшало сложившуюся ситуацию. Удостоверившись, что моя спутница что есть мочи бежит прочь, я также рванула с места. К счастью, бежать я умела быстро и отличалась большой выносливостью, что давало мне огромное преимущество. Но если медведи последовали за нами через практически весь лес, они явно просто так не отстанут. Необходимо что-то придумать. Свернув с траектории, по которой двигалась Сильва, я побежала в другую сторону, трезво осознавая, что творю. Я понимала, что должна защитить девчонку, как бы она ни старалась мне показать, что сильная и готова сражаться. Но шансов против четырёх медведей у неё нет. Как и у меня. Но я хотя бы могу спихнуть всё на моё безрассудство. Бежала я настолько быстро, что сама себе удивлялась, откуда у меня столько выносливости и воздуха в лёгких. Такими темпами, небольшой компанией из одного человека и четырёх злобно настроенных зверей, мы оказались у высокого оврага, за которым располагалось бескрайнее и безумно красивое в ночном небе Море Призраков. Едва не споткнувшись о собственные ноги, я остановилась почти на самом краю оврага. Но в планах у медведей небольшой передышки у берегов моря не было, и они яростно приближались ко мне, обдумывая, какую часть меня съесть первой. И как бы я не старалась придумать, что делать дальше, вариантов лучше, чем прыгнуть в холодную воду с большой высоты, надеясь, что не ударюсь о скалы, просто не было. Если, кончено, я не умею летать. Но за собой я такого действия не замечала никогда. Когда я уже подготовила разум к самоубийственному прыжку, издалека послышался оглушительный звериный рёв. Не такой, как у медведей, стоящих прямо передо мной. Совсем другой. Резкий, дикий, отчаянный… гораздо страшнее, чем рёв медведей. А самым страшным было то, что нечто, издававшее этот ужасающий звук, стремительно приближалось к нашей компании. И я бы поблагодарила кого угодно, если бы это был просто дракон, от огня или морозного дыхания которого можно было бы спастись, просто укрывшись за ближайшим камнем. Но крик доносился не с неба, а над головой не кружил огромный ящер. Чем бы ни был этот зверь, я уже морально готова быть растерзанной на мелкие кусочки, ибо прекрасно понимала, что настолько жуткий рёв может издавать лишь несколько зверей, которых я никогда в жизни не видела. И это явно не безобидные тигры… Всего несколько шагов отделяли меня от судьбы быть замёрзшей намертво, а бесстрашные медведи, которые только что пытались меня съесть, кажется, негласно решили между собой тихо смыться подальше от меня. Даже звери понимают, что я приношу неудачу. Но убежать они не успели, ровно, как и я, ибо практически из ниоткуда появился огромный, страшный, с чёрной длинной шерстью, с такими же длинными лапами и острыми когтями на них… вервольф. Радости моей не было предела, ибо я больше не претендую на звание ужина для медведей. Но и страх от покрытого кровью только что убитых им зверей ужаса, стоящего прямо напротив меня, медленно и кровожадно забирался в мой разум и шептал: «смерть близка». Вопреки всему тому, что я уже успела придумать в богатом воображении, окровавленное нечто смотрело на меня долго и, кажется, не собиралось закусывать мной. Либо ему хватило четырёх больших медведей, либо это очень странный вервольф и не похож на тех, о которых я читала в детстве. Зверь стоял почти неподвижно, и лишь его рваное дыхание нарушало миг прекрасной тишины между нами. По его рукам и клыкам стекала свежая кровь и беспрепятственно падала на снег, окрашивая его в алый цвет. Мне казалось, что зверь и будет так стоять, пока я не помру от старости или он не проголодается, но, когда, в процессе осматривания тела вервольфа, я добралась до его лица и внимательно посмотрела в тёмные глаза, он отвёл взгляд и с диким рыком развернулся, быстро направившись в сторону леса. Мягко говоря, я стояла в шоке. От неминуемой смерти, либо от пасти одного из четырёх медведей, либо от падения в ледяную воду, меня спас вервольф. И не просто спас, а демонстративно показал, что я ему зачем-то нужна, и явно не для трапезы. — Тесс, с тобой всё нормально? — задыхаясь от продолжительного бега, ко мне подошла Сильва. — Ты видела? — не обратив никакого внимания на её беспокойства, спросила я, отчуждённая от реального мира, будто всё то, что сейчас разворачивалось прямо перед моими глазами, было просто плодом моей фантазии. Я всё ещё потрясённо смотрела в ту сторону леса, куда ушёл вервольф, и внимательно вглядывалась в чащу, в надежде увидеть хоть какое-то движение, подтверждающее, что мой спаситель наблюдает за мной. — Я надеялась, что мне показалось… — проследив за моим взглядом, Сильва также начала сосредоточенно вглядываться в лес.