Семинарист

Не говоря ни слова, Марко снова налил и, не дожидаясь Томаса, выпил. - Что с тобой произошло, Том? Ты так резко поменял приоритеты. Юноше было стыдно говорить о том, что сделал с ним отец, а про Дитера… А что он мог сказать про Дитера? Он и сам не знал толком, что между ними происходит. А про опыт, полученный недавно ночью в церкви, он под дулом пистолета никому бы не сказал. - Это все сложно. Сейчас главное найти новую работу. - Хорошо. Что ты умеешь? Теперь была очередь Томаса задуматься. - Ну, я знаю латынь… - Жаль только, что с нее уже перевели все, что представляло ценность. - Я умею петь. - Петь надо ехать в Италию, в Ла Скала, ближе на этом много не заработаешь. Колкие, но незлые замечания Марко не обижали Тома, а заставляли думать, но, пожалуй, вышеназванным его таланты исчерпывались, во всяком случае, больше ничего на ум не приходило. - Давай исходить из реальных возможностей. Ты же в библиотеке не пел и не переводил с латыни? Что ты там делал? - Ну, то, что говорил архивариус… Порядок там поддерживал, учет… - Так, хорошо. Что еще мы имеем? - Даже не знаю… - Том, посмотри в зеркало. - Зачем? - Посмотри-посмотри. Томас обернулся к большому зеркалу на стене. - Что ты видишь? - Я… я не понимаю… ты это к чему? - Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя очень привлекательная внешность? - Это имеет значение? - Огромное. Красивые люди располагают к себе окружающих. Тебе надо попробовать поработать с живыми людьми, Том. - Но что я могу делать для них? - Что-нибудь, что не требует специальных знаний, для начала. Смотри – ты молодой красивый парень, достаточно образованный, исполнительный и терпеливый. Это так? - Ну, наверное… - Тогда, пожалуй, я смогу еще кое-что для тебя сделать. У меня сейчас курсовая работа – там еще начать и кончить, времени помогать отцу в кафе почти совсем нет, а помощник ему нужен. Я думаю, он не откажется взять тебя и в процессе научит всему необходимому. Как ты на это смотришь? - Марко, так не бывает, - благодарно улыбнулся Том, - я всю жизнь буду тебе должен. - Ничего ты мне не должен. Разве ты бы не сделал для меня то же, если б мог? - В том-то и дело, что мне нечем тебя отблагодарить. - По-моему, дружба не нуждается в благодарности. Томас не нашел что возразить, и они снова выпили. Остаток дня молодые люди потратили на приведение в порядок комнаты, выходящей на галерею, и к вечеру в ней уже вполне можно было существовать. На окне висела легкая голубая драпировка, на простом деревянном каркасе лежал широкий матрац, в углу стояла одноногая вешалка, нашлось вполне приличное кресло и невысокий стол. - На первое время нормально? – спросил Марко, оценивая результат. - Да просто здорово! – Том, и правда, был в восторге. - Это надо отметить. Их ужин закончился далеко за полночь, но за вечер Томас так и не посмел обратиться к Марко с еще одной очень пикантной просьбой, сколько не заставлял себя выпить еще для храбрости. Уже засыпая, Том пообещал себе обязательно сделать это завтра. С утра Марко позвонил отцу и отправил к нему Томаса, а сам бегом побежал на занятия, потому что проспал. Целый день Люцио давал Тому наставления и не мог нарадоваться на то, что у юноши все отлично получалось. Итальянец научил его варить кофе, сервировать стол, принимать заказы, и к вечеру молодой человек успешно обслужил нескольких посетителей. - На сегодня, пожалуй, хватит, - сказал Люцио около восьми вечера. - Мне кажется, у меня остались лишние деньги. - Ну, вообще это нормально, когда посетители оставляют на чай. - Так много? - Сколько? - Двадцать евро. Люцио улыбнулся. - Ты очень скромный мальчик, Том, благослови тебя Бог. Итальянец положил на стол еще столько же. - Зачем? - Как зачем? Ты же у меня работаешь, а я тебе плачу. - Но Марко помогал вам бесплатно. - Хм, как сказать, - засмеялся Джованни, - он мой сын, а бесплатных сыновей не бывает. Можешь считать, что я его эксплуатирую за вложенные в него средства. Как же Томасу нравились эти теплые искорки в уголках глаз стареющего ресторатора. Как это здорово, когда у тебя такой отец… Вечером Том и Марко сидели в студии, как и вчера, за бутылкой французского вина. Марко делился опытом, приобретенным в отцовском кафе, а Томас впечатлениями от первого рабочего дня. - Ну, видишь, как клево. Там, гляди, познакомишься с кем-нибудь, - подмигнул Марко. Разговор повернул в нужное русло, Том отпил еще вина и, набравшись духу, ответил: - Я как раз хотел с тобой поговорить об этом… - Ты с кем-то познакомился? -Ну, да... Но я не могу сделать то, что от меня ожидается… - То есть? Том, говори яснее, не стесняйся. -Ну, я… у меня никогда никого не было раньше, и я… ничего не умею… - обреченно выдохнул Томас. - Ах, вот оно что! Ну, это не проблема. Я сейчас кое-куда позвоню, кое-кто приедет и всему тебя научит, - Марко потянулся и достал с полки телефон и брошюру с изображениями, которые не позволяли сомневаться в том, что он собирается звонить в эскорт-сервис. - Нет! – Томас перехватил его руку. - Я не хочу так… И вообще, мне бы сначала научиться самому простому, а уже потом… - Самому простому? - Ну да… я не умею целоваться… - Ты хочешь, чтобы девочки приехали и научили тебя целоваться? - Нет, я не хочу, чтобы приезжали девочки. Я вообще не хочу, чтоб об этом знал кто-то, кроме тебя. Может, это можно объяснить как-то в теории? - Ну, вообще, наверное, можно, но я никогда не пробовал в теории. Молодые люди посмотрели друг на друга и почему-то одновременно прыснули смехом. Это несколько разрядило обстановку, и Том немного расслабился. - Чего не сделаешь для друга, давай на практике! - Как это? – робко спросил Том, хотя ответ уже знал. - Ну, как? Как обычно… Только знаешь, что… тебе придется себя отпустить. - В смысле? - Ну, ты уже сейчас боишься пробовать, в бокал вцепился, будто отнимают… Томас вдруг поймал себя на том, что действительно, все еще напряжен. - Я попробую. - Сейчас, - Марко достал из ящика комода деревянную коробочку и вынул из нее короткую конусообразную сигарету. - Что это? - Это тебе в помощь. Лучшее средство для релаксации и активизации творческого начала. Made in Netherlands. - Это что, наркотики? - Нет, называть это наркотиками – святотатство. - А если мне станет плохо? - Вероятность того, что тебе станет хорошо, значительно выше. Приблизительно девяносто девять процентов. Марко поднес огонек зажигалки к широкому концу джоинта и затянулся. На вдохе он успел сказать: - Набираешь в легкие и держишь, сколько можешь. Том попробовал так сделать и закашлялся. - Ничего-ничего, первый раз всегда так, но эффект того стоит. Тяни потихоньку, - и Марко снова показал как. Со второго раза уже не так першило в горле, а на третьей затяжке будто что-то мягко стукнуло в затылок. Четвертая, пятая… Пришло ощущение легкости и покоя, проблемы не то чтобы перестали существовать, но отошли на второй план. Да и какие теперь у Тома проблемы? У него есть жилье и работа, рядом с ним друзья, а в перспективе – встреча с Боленом. И к ней нужно как следует подготовиться. - Ну как? - Не знаю, как объяснить… - Одним словом – хорошо или плохо? Том с полминуты подумал и уверенно ответил: - Хорошо. - Готов? - Ну, да…- Томас все-таки смутился, но он уже не боялся пробовать. - Так, - Марко сел на диван рядом с Томом, - только один нюанс – я же целуюсь, как мальчик, так что тебе придется побыть девочкой. Это фигурально! - Хорошо, что мне делать? - Приоткрой губы. Том опустил ресницы и сделал то, что от него требовалось. - Так, - Марко сам немного волновался, потому что опыта поцелуев с молодыми людьми не имел, - только не смейся. После этих слов они засмеялись оба. - Так-так, все! Давай еще раз. Следующие две попытки также были испорчены уже совершенно бесконтрольным хохотом. - Надо еще покурить. - Зачем? - Чтобы уже не было сил ржать. Сказано – сделано. - Ну, давай… На этот раз смеяться было уже действительно лень. Марко коснулся своими губами приоткрытых губ Томаса, Том почувствовал горячее дыхание, а потом язык Марко скользнул в его рот. - Ну, ответь мне… попробуй сделать то же самое… И Том попробовал, и у него получилось. - Губы немного напряги, чтоб я их чувствовал… м-м… угу... вот так…- Марко не удержался и провел кончиками пальцев по щеке Тома. Это было приятно. Минут через пятнадцать интенсивного тренинга Марко заключил: - Вот теперь – очень достойно. - Правда? - Ну, кто учитель-то! – Марко сделал вид, что бесконечно горд, и они опять засмеялись. -Спасибо, - Том снова опустил ресницы. - Да не за что. А она кто? - Можно, я пока не буду говорить? - Как знаешь, надеюсь, познакомишь. Обещаю, что не посягну на твою пассию. Том усмехнулся – да, это было бы забавно. Еще какое-то время они просто болтали, слушали музыку и рассматривали репродукции картин в толстом альбоме. Перевернув страницу, Томас остановил взгляд на работе Пьера Пюже «Святой Себастьян», и что-то дрогнуло внутри. - Мне нравится этот образ… -А меня он уже достал, - почему-то ответил Марко и зевнул, - может, пора спать? Томас сам уже ронял голову и решил не уточнять сейчас, чем святой Себастьян так достал его приятеля. Поднявшись к себе, он сразу лег в постель, но за прошедший день произошло столько всего, и это все будоражило мысли и не давало уснуть, несмотря на усталость. В этом дне не было только одного – Дитера. От одной мысли о рейсере пах Тома налился тяжестью. Волна возбуждения захлестнула юношу с головой, Томас сам не заметил, как рука скользнула под одеяло и он сжал себя. Как же ему хотелось в этот момент ощутить мужское дыхание на своей шее. Позволить Дитеру поцеловать себя, прикоснуться к своей коже. Теперь он знал, как это. Томас задохнулся от желания, представив, как сильная, широкая ладонь Дитера сжимает его член, гладит задницу. На самом пике Том прошептал имя гонщика и закусил губу, чтобы не закричать, проливаясь на себя. И будто вместе с семенем выплеснулись последние силы, их хватило только на то, чтобы стащить футболку, стереть ей след своей слабости перед искушением и вместе с ним закинуть ее в угол. В окно заглядывала луна, а где-то далеко «за» гремела совсем другая жизнь – яркая, бескрайняя, и непредсказуемая. Пропахшая бензином и сигаретным дымом, не признававшая бытовой суеты, свобода. И где-то в ней был Дитер. Томас улыбнулся своим мыслям и заснул.