А разве здесь можно жить?

— Эээ, так с тобой все в порядке? Ничего не сломано? Не ранен? — Макс неуверенно смотрел на незнакомца и его руку, протянутую словно для поцелуя. — Ничего. Ну, что стоишь? — Арсений щелкнул пальцами: — Я жду. Макс схватил протянутую руку и потянул пострадавшего на себя, тот оказался почти на полголовы ниже и очень стройным, если не сказать, хрупким. На самом деле, несмотря на аристократическое изящество, каждодневные занятия спортом сделали тело Арсения гибким и сильным, как хлыст. — Так это… — Макс замялся под надменным взглядом незнакомца, — если ты в порядке, может отвезти тебя домой? Ты тут что, вообще, делал? — К кому домой? — К тебе. Давай, садись в машину, — Макс попробовал потянуть его к дверце. Но блондин вырвал руку и вызывающе посмотрел в ответ: — Во-первых, я хочу есть, а во-вторых, никаких ко мне домой быть не может. — А куда ж тебя, в гостиницу? Арсений задумался, а действительно куда ему идти? Он здесь не знал ни единого человека, он даже понятия не имел, где он находится и куда ему податься, внутри все сжималось от страха перед неведомым. Пока этот парень, что чуть не задавил его своей машиной, был первым человеком, с которым он познакомился, пусть и таким экстравагантным способом. К тому же, чтобы выжить в незнакомом месте, ему понадобится помощь, и для начала подойдет этот парниша, он смерил его оценивающим взглядом, от которого Максу стало не по себе. Чем дольше они здесь оставались, тем Макс нервничал все сильнее. Если сейчас выйдет отец, который заехал в эту пекарню час назад с проверкой, и узнает, что он сбил машиной человека, то ни машины, ни квартиры ему не видать, как своих ушей. — Мы поедем к тебе, — наконец выдал Арсений, пристально глядя на парня. — И, кстати, как тебя зовут? Невежливо, знаешь ли, разговаривать с человеком, даже не поинтересовавшись его именем, да еще и сбивать его машиной. — Чего? Охуеть… Ты с какой Луны свалился на мою голову? — Макс опешил от такой наглости. — Мне что, прежде чем тебя сбить, надо было у тебя имя спросить? И с какой это стати ты ко мне домой собрался? Так уж и быть, отвезу тебя, куда тебе нужно, давай, садись в машину. А зовут меня Макс, если это так для тебя важно. Но ты ж, правда, не пострадал? Тут Макс с ужасом подумал, а вдруг у парня сотрясение мозга? — Правда, если не считать мою гордость, костюм и прическу. А мое имя — Арсений. На самом деле Арсений прекрасно понимал, что костюм и волосы больше пострадали от поездки в фургончике. Макс усмехнулся и внимательнее осмотрел Арсения, ну и имечко у парня, хотя ему подходит — такое же неординарное и с претензией, как и он сам: — В любом случае, я думаю, тебе лучше вернуться домой и не знаю, может прилечь. Садись уже в машину, я подвезу тебя. Арсений, кивнув, пошел к машине и встал у правой передней дверцы так, как он всегда делал, если хотел поехать с садовником Николаем в дальнюю часть парка, где он видел в очередной раз какое-нибудь необычное растение, кустарник или камень, которые ему непременно нужны были для украшения ландшафта возле дома. Но у гольф-кара не было дверок, и то ему всегда помогал усесться кто-нибудь из охраны. Макс, плюхнувшийся на водительское сиденье, с удивлением смотрел на Арсения, потом потянул ручку, открывая дверь: — Эй, ты чего не садишься? Тут открыто. Арсений, чуть пригнув голову, внимательно посмотрел на Макса: — А ты разве не собираешься мне помочь? — В смысле? — но тут Максу пришло в голову, что парень мог все-таки ушибиться. Вдруг у него болит спина или еще что? — А, ну сейчас помогу. Он вылез из машины и, обойдя капот, распахнул перед Арсением дверцу и даже придержал его за локоток, помогая сесть: — Так ты все же ушибся? — Нет, я же сказал уже, — удобно умостившись и откинув за спину волосы, ответил Арсений. — Тогда зачем… а ладно, — махнул рукой, вернувшийся на свое место, Макс. — Так куда тебя везти? — А сам где живешь? — небрежно поинтересовался Арсений. — На Березовой, бывшая — Комсомольская. — А, ну мне тоже туда. Макс плавно вырулил на улицу, постепенно отходя от шока, что чуть не задавил человека и чем больше он приходил в себя, тем сильнее его удивлял Арсений. Как такой парень вообще попал во внутренний дворик пекарни? Да и на местного он не похож, он ни разу не видел в их городишке парня с такими длинными волосами, да и еще в таком шикарном костюме. Не то, чтобы Макс прекрасно разбирался в различных брендах, но по крайней мере его вкуса хватало, чтобы оценить костюм и лаковые туфли Арсения, как очень дорогие. К тому же на манжетах белой рубашки, выглядывающих из рукавов пиджака, были запонки. Запонки! Разве их не на свадьбу надевают? Он за всю свою жизнь ни разу не видел вживую человека в запонках. А точно, может он со свадьбы сбежал? Они почти подъехали к дому Макса, когда ему пришло в голову, что может парень просто отстал от экскурсии и теперь хочет привести себя в порядок, прежде чем вернуться в гостиницу, но спросил другое: — Так где тебя высадить на Березовой? Арсений с неудовольствием посмотрел на Макса, тот закатил глаза и сказал: — Понятно, ты все-таки решил заехать ко мне. Ну ладно, пойдем, приведешь себя в порядок, раз уж это для тебя так важно. Макс хмыкнул: Арсений и так выглядел, что хоть сейчас на обложку журнала. Он остановил машину у подъезда, вышел и с недоумением увидел, что его пассажир даже с места не сдвинулся. Он обошел машину и открыл дверцу: — Эй, ты чего сидишь? Выходи. Арсений окинул его надменным взглядом и подал руку, на которую Макс уставился с большим подозрением. — Слушай, ты ж не девушка, так чего я тебе должен помогать из машины выходить? Вылезай сам давай. Арсений с каменным выражением на лице продолжал сидеть в той же позе. Макс посмотрел по сторонам, подумав, что если его сейчас увидят соседи, то он в жизни не отмоется и потянул Арсения из машины: — Ну выходи, принц некоронованный, блин. Ты с какой Луны вообще свалился? — На Луне нет жизни, если тебе об этом неизвестно, — отметил Арсений, шествуя за Максом к подъезду. Родители сняли Максу однокомнатную квартирку в начале лета, она была совершенно пустая, и отец завез только простенькую кухонную мебель, холодильник и диван, благо, в коридоре были встроенные шкафы. Правда, из дома Макс забрал один из телевизоров и свой ноут. В общем-то его все устраивало, но одно дело потусоваться здесь с друзьями, а другое — привести к себе незнакомого гостя, да еще и необычного такого. Они поднялись на третий этаж к квартире Макса, он открыл замок и распахнул дверь: — Проходи. Или тебе и тут нужно руку подавать? Арсений обжег Макса взглядом и величественно вплыл в коридор, недоумевая про себя, где это он очутился. Прямо напротив входной двери располагалась дверь в совмещенный санузел, ее-то сразу и открыл Макс: — Вот, пожалуйста, приводи себя в порядок или, что ты там хотел сделать. Кое-что Арсений сделать хотел и очень сильно — мочевой пузырь, казалось, готов был уже взорваться, поэтому он закрыл дверь и бросился к унитазу. Потом сполоснул руки и оглянулся в поисках стопки чистых полотенец, что всегда лежала у него в ванной, но здесь было только одно, явно пользованное. Он вытер руки туалетной бумагой и всмотрелся в небольшое зеркало над раковиной: срочно требовалась хотя бы расческа. И тут в отражении промелькнуло какое-то быстрое движение, Арсений резко обернулся и от неожиданности громко вскрикнул. В ту же минуту дверь резко распахнулась, и ванную влетел Макс: — Что?! — Там животное! Этот… — в голове Арсения пролистывались страницы биологической энциклопедии, — таракан! — Тьфу! — Макс снял тапок, прихлопнул несчастное насекомое и сбив его с подошвы в унитаз, продолжил: — А орешь, как будто слона увидел. — Слон бы в таком микроскопическом помещении не поместился, — поучительно заметил Арсений, на что Макс в очередной раз закатил глаза. — Ну что, привел себя в порядок, можно тебя уже в гостиницу отвозить? — хотя, на взгляд Макса, новый знакомый и так выглядел прекрасно. — Нет еще, мне нужны чистые полотенца, шампунь и расческа. — Чего?! А что в гостиницу с немытой головой не пустят? А расческа вот, — с этими словами Макс протянул свою щетку для волос. Арсений с удивлением воззрился на несколько темных волосков, запутавшихся между зубьями щетки: — Она же пользованная. — Ну да, это моя и другой все равно нет. Арсений отмахнулся от этой сомнительной чести и вышел из ванной: — А причем здесь гостиница, которую ты все время упоминаешь? — Так ты же на экскурсию в наш город приехал? Так? Отстал от группы, потерялся и теперь хочешь вернуться в гостиницу, где вы остановились, — чем больше Макс говорил, тем выше поднимались брови его гостя. Макс и сам с трудом представлял такую экскурсию, да и еще с остановкой в гостинице. Чтобы посмотреть достопримечательности их городка и пары часов с головой хватило бы. Тут смотреть-то всего: краеведческий музей и разрушенную крепость. — Да уж, с логикой у тебя все в порядке: сам все придумал, сам и решил. Да только я ни от чего не отстал и в гостинице не живу. Пока говорили, пришли на кухню, где уже закипала вода в турке. — Присаживайся, сейчас перекусим, а пиджак свой можешь оставить в комнате. Комната была тут же рядом, они проходили мимо нее на кухню, двери не было, просто проем. Арсений вошел в комнату и огляделся, куда можно повесить пиджак, но здесь были только диван с расстеленной постелью и табурет с лежащим на нем плоским предметом, да на стене что-то наподобие мониторов охраны, только намного больше и не включенное. Он аккуратно положил пиджак на диван и вернулся на кухню: — У тебя там камера не работает. — Какая еще камера? — звякнул таймер ростера, Макс вытащил горячие булочки и выложил их на тарелку и пояснил: — Отец разрешает мне забирать вчерашнюю выпечку, садись давай, ешь, они как свежие, я специально с первой зарплаты купил ростер, а не микроволновку. Что ты там говорил про какую-то камеру? — Монитор не светится, значит, камера не работает. — Какой еще монитор? Я ноут сегодня вообще не включал. — На стене который. — А-а-а, так это ж телевизор, его я тоже сегодня еще не включал. Арсений ничего не понял, у него создавалось впечатление, что Макс заговорил вдруг на каком-то незнакомом языке, но булочки пахли одуряюще и кушать очень хотелось. Он сел на табуретку и посмотрел на Макса, который уже вовсю наминал вторую булочку, беря ее с общего блюда, каких-нибудь тарелок или хотя бы салфеток не наблюдалось. Арсений решил последовать примеру Макса, булочки были невероятно вкусными, а может так казалось от голода. — Поздно уже, а мне завтра на работу рано вставать, так что давай решай, куда тебя отвезти, — заговорил насытившийся Макс. — Отвези меня туда, где ты живешь, — спокойно сказал Арсений, — я решил пока у тебя дома пожить. — Чего?! Во-первых, ты и так сейчас у меня дома, придурок, а во-вторых, с какой стати, блядь, ты у меня должен жить? Арсений был так ошарашен поступившей информацией, что даже не обратил внимание на ругательства. — Как дома? — растерянно спросил он. — А разве здесь можно жить? — А почему нет? — Максу стало обидно. — Нормальная квартира. Короче, раз ты такой настырный, можешь остаться на эту ночь, завтра решим, что с тобой делать. Макс помыл чашки и тарелку, пошел в коридор и вытащил из шкафа свои пляжные шорты, вьетнамки, совсем новые, кстати, и футболку, а также чистое полотенце: — Вот, — он вручил одежду Арсению, — можешь идти в душ, я пока постелюсь. — Что это? — Одежда или ты в своем костюмчике собираешься спать? В ванной комнате Арсений долго осматривался, не зная куда пристроить вещи, в конце концов, он застелил полотенцем, висящим на крючке, вбитом в дверь, крышку унитаза, сложил на него костюм, а на крючок повесил свое полотенце. В комнате Макс с ворчанием перестилал постель, хорошо, что у него есть еще одна подушка. Вымыв голову, Арсений с сомнением посмотрел на щетку для волос, наконец решившись, он налил на нее шампуня и долго держал под струей воды. Когда он, наконец, вышел, засыпающий на ходу Макс, с облегчением рванул в ванную, буркнув на ходу: — Иди ложись. В ванной весь пол был залит водой, вещи Арсения лежали на унитазе на его полотенце: — Вот же ж сука! Он убрал одежду в шкаф в коридоре и вытер пол. На его щетке для волос запуталась пара длинных белых волосков: «Еще и волосы красит. Надеюсь, он не из этих?» В комнате Арсений с недоумением смотрел на одну подушку у изголовья, а другую у изножья: «Он что, думает, я ноги на подушку буду класть? Странный такой». Он убрал одну подушку на табурет, а вторую положил по центру дивана и, с облегчением вытянувшись на постели, мгновенно заснул. Когда Макс вышел из ванной, в квартире было полностью темно, он покачал головой и, включив свет в коридоре, пошел в комнату: «Вот гад! Он что, думает я буду спать на табуретке?» У него возникло огромное желание растолкать спящего парня: «Завтра же пусть возвращается на свою инопланетную тарелку или Луну, или откуда он там мог свалиться на мою голову?» Он не стал подвигать Арсения, благо, диван был двуспальный, и на нем прекрасно могло поместиться и три человека, а просто положил подушку рядом с его, не рискуя ложиться «валетом» так близко к чужим ногам, выключил свет в коридоре и лег на бок, глядя на неожиданного соседа. Постепенно глаза привыкали к темноте и он стал различать точеный профиль Арсения, откуда-то возникло желание провести пальцем по темной брови, тонкому носу, пухлым губам.