Самая длинная миссия

Ксохо видела много сомнительных темных вещей, живя в мире профессиональных сражений, но Иллуми Золдик вызывал новый уровень беспокойства. Это началось с смс-сообщения. 09:05 ?: Привет, Ксохо. Хотела бы ты получить совет о том, как победить Хисоку в Олимпийской битве? Подписи не было, а номер был неизвестен. В нерешительности, она ответила: 09:08 Ксохо: Я предпочла бы, чтобы победа была моей заслугой, не полученной за счет мошенничества. 09:08 ?: Именно в этом я и могу помочь. Загорелая рука Ксохо замерла над телефоном. Она не знала, что ответить. Она сглотнула, поджав губы, и написала: 09:09 Ксохо: Что ты предлагаешь? 09:09 ?: Давай встретимся. — IZ Эти инициалы заставили холод пробежать по ее позвоночнику. Все мастера этажей знали, кто такой Иллуми Золдик. После той драки с Хисокой, нанесшей спортзалу ущерб практически в сотню тысяч долларов, все мастера этажей были полностью проинформированы. Ксохо там не было, но история о сражении словно вирус разносилась между ними. 09:11 Ксохо: Если это обман, я, блять, тебя убью. Где ты хочешь встретиться? Ответа не последовало, но двенадцать часов спустя, когда она зашла на обзорную площадку на 150 этаже, желая съесть свой ужин, состоящий из протеиновых батончиков, Иллуми внезапно вылез из теней. Ксохо вздрогнула. — Привет, — сказала она. Ее густые черные волосы были собраны в крупный пучок на голове, и она была этому рада. Если бы ей пришлось сражаться с Иллуми, волосы перед глазами явно не были бы хорошей поддержкой. — Здравствуй, — сказал Иллуми, и его голос вовсе не был похож на то зловещее шипение, которое она успела представить. Они молчали с минуту, и внезапно Ксохо поняла, насколько неловок был Иллуми на таком расстоянии. Он не моргая смотрел на нее, стоя прямо, словно доска. Он был тем, кто хотел встретиться, а сейчас не может сказать и слова? Ксохо прокашлялась. — Я полагаю, мне стоит спросить главную вещь: почему, черт побери, ты вообще хочешь помочь мне победить Хисоку? Разве вы не… своего рода… друзья? — Мы действительно друзья, — уточнил Иллуми. «Которые трахаются время от времени» — подумала она, но промолчала. — Я верю, что Хисока покинет башню, если будет побежден. Ксохо удивленно приподняла брови и откусила кусок энергетического батончика. — Когда мастер этажа проигрывает на Олимпийской Битве, конкуренты начиная с 200-го этажа могут вызвать его на бой, от которого нельзя отказаться. У Хисоки нет интереса в этих сражениях. Он отдаст его этаж первому, кто сделает вызов. Ксохо нахмурилась. — Это не кажется мне вероятным. В смысле, он отдаст весь его пентхаус и привилегии просто потому, что не хочет сражаться со слабыми бойцами? Настала очередь Иллуми выглядеть скептически. Если она совершенно ничего не знала о характере Хисоки, задача была еще труднее, чем он думал. — Разумеется. — Без разницы. Ладно. Что у тебя для меня есть? — До сражения осталось 17 дней. Я могу обучить тебя. — У меня уже есть учитель… — Все это останется в секрете, и будет специализировано на победе над Хисокой на ринге. Один очень специфичный набор умений, — Иллуми достал бумажку из изгиба туники и протянул Ксохо. Она взяла ее и прочла адрес, написанный красивым разборчивым почерком. — Приходи туда в полночь каждый день до сражения. Это было где-то на юге города, в складском районе. — Весьма вероятно, что я не всегда смогу присутствовать. Однако все необходимое для таких случаев там будет. — Хорошо… Иллуми кивнул и повернулся, возвращаясь в башню. — Подожди! Напомни мне — зачем ты это делаешь? — Хисока — мой друг, — ответил он, не поворачиваясь. Ксохо шокировано уставилась в его удаляющуюся спину. — У вас просто пиздец какое испорченное определение дружбы. — Ага! — сказал Иллуми и исчез. Легко было забыть о реальном мире, завернувшись в двести пятьдесят этажей Небесной Башни и потерявшись в политике, категориях, азартных играх, фанатах, криках и острых ощущениях. Когда Иллуми получил сообщение от отца, приоритеты мгновенно изменились. Он осознал, что уделял все свое время сражению Хисоки, забыв про все прочие аспекты его жизни. У него не было работы 10 дней. Он открыл сообщение и Хисока появился у него за плечом, тоже читая текст. До этого они сидели на диване и читали газету. Ну, Иллуми читал. Хисока заполнял кроссворд. 08:08 Отец: Можешь прийти домой к 18:00? Иллуми чувствовал, как что-то ринулось в его вены. Ощущение и облегчения, и адреналина, и тоски. Казалось, будто он не был дома уже очень давно. 08:09 Иллуми: Да. 08:09 Отец: Останешься на ночь. 08:09 Иллуми: Понял. — Хм, как интересно, — сказал Хисока, обратно откидываясь на свою часть дивана с газетой в руке. Он достал ручку из-за уха и продолжил читать подсказки. — Я ухожу на ночь, — бессмысленно сказал Иллуми. — Да, я знаю, — ответил Хисока, жуя конец ручки; волосы падали ему на лицо, пока он всматривался в мелкий текст. Они молчали; Иллуми продолжил пялиться на свой телефон. Шли минуты. — Ты взволнован, — сказал Хисока, наконец поднимая взгляд над газетой. Иллуми слабо улыбнулся. — Принеси с собой костюм, — сказал Хисока и снова глянул на страницу. — О, — он наклонился и заполнил несколько клеток. Волшебник был прав. Иллуми понадобится костюм для Йоркшина. — Как жизнь вне стен поместья Золдиков? — спросил Сильва. Иллуми сидел напротив него в кабинете, окруженный компьютерной техникой. Вокруг была куча экранов с разными целями, за которыми следили Золдики. Лицо Киллуа было на самом большом из них. Он снова был на Китовом острове. Иллуми не был уверен, из-за чего, но это тревожило его более всего, вызывая практически возмущение: почему он предпочел проводить время на крохотном не принадлежавшем ему клочке земли, когда у него была возможность жить в огромном и изысканном поместье Золдиков? — Иллуми? Иллуми моргнул. — Вполне неплохо, — честно ответил он. — Никаких проблем с адаптацией? — Она прошла практически безболезненно, — ухмыляющееся лицо Хисоки появилось у него в голове, и он прищурился, отвлекшись. — О? — Сильва улыбался. Он держал свои огромные руки на огромной груди и Иллуми поразил тот факт, что Хисока часто делает точно так же: откидывается назад, скрестив руки, улыбаясь, словно знает что-то, что тебе не хотелось бы, чтобы он знал. Без рукавов. Почему всегда без рукавов? Он бы продолжил размышлять над многочисленными сходствами его отца и Хисоки, но Иллуми решил, что это лучше оставить на потом. — Я живу в Небесной Башне. — Ты сражаешься? Это неплохой дополнительный источник доходов. Иллуми сморщил нос. Хисока заставил его осознать, как это выглядит, поэтому прежде чем отвечать, он вернул свое обычное выражение лица. — Мне не интересны сражения с местными бойцами. — Тогда почему ты там? — Я живу с партнером. Иллуми сам удивился собственным словам. Хисока был его другом, а не партнером. Он не хотел говорить это отцу. Сильва продолжил ухмыляться. — Понятно, — он поднял лист бумаги со стола и прочел: — Хисока. Иллуми не был уверен, почему он не хотел, чтобы отец знал. — Из Метеора. Вырос в караване цыган. — Кочевников. Сильва глянул на него. — Хисока… Он называет их кочевниками, — не цыганами. Ему не нравилось это слово. — В любом случае, да. Я знаю его некоторое время. Сильва продолжил читать. — Вы были подростками. — Мне было двенадцать, — кивнул Иллуми. — Он убил наши цели. Твои цели. Он снова кивнул, хорошо помня произошедшее. Иллуми зашел в дом цели, чтобы обнаружить их уже мертвыми, и почувствовал запах кого-то еще; кого-то, кто не должен был быть там, но только через несколько месяцев Хисока наконец вышел из теней и Иллуми узнал его имя. Он сказал, что сделал это для развлечения. — Почему ты не убил его тогда? — спросил Сильва, кинув бумагу на стол; в его голосе слышалось искреннее любопытство. Иллуми снова было 12 и он стоял напротив 16-летнего Хисоки, более высокого, но настолько же худого; выглядящего голодным и диким. Его волосы были бледно-желтыми, плохо осветленными, одежда не подходила; от него несло потом и кровью... — Я знал, что не смогу победить в прямом столкновении. Его нен был сильно развит, а я только начинал учиться. — Если бы я приказал тебе убить его на благо семьи, ты бы сделал это? — С легкостью, — сказал Иллуми, его тело и рот двигались именно так, как было нужно. Но его разум… Он прокручивал эту мысль снова и снова. Иллуми всегда мгновенно определял лучший путь к уничтожению цели, но в случае с Хисокой он не мог определиться. Тихо? Во сне? Нет. Лицом к лицу. Возможно, они бы поцеловались. Возможно, он бы снова его поцеловал. Возможно, Хисока сжал бы его лицо, и Иллуми воткнул нож ему в живот, чувствуя тепло его внутренностей и соприкосновение их языков. Он мог бы искупаться в его крови. Сильве, казалось, были очевидны внутренние раздумья Иллуми, и он кивнул. — Рад, что ты нашел что-то, имеющее значение, за пределами поместья. Давай перейдем к делу. Остаток времени они провели, обсуждая различные убийства, выполненные семьей. Оказалось, что расписание Иллуми стало таким легким из-за того, что Миллуки тоже заставили работать. Сильва и Кикио вводили новые правила для всех своих детей, не только Иллуми. Очевидно, Миллуки не халтурил. Провалов еще не было. Иллуми знал, что он умел пользоваться своим умом в качестве главного оружия. Он им гордился. — В любом случае, теперь, когда маленькая свинья справляется со своей работой, все наконец вернулось под контроль. Впервые, с тех пор как был рожден Каллуто, — пожаловался дед. — Мы обсуждали разделение работы по областям, — сказал Сильва. — Тогда я возьму Йоркшин, — сказал Иллуми, — Я перееду туда через несколько недель. — Слишком большой, слишком яркий, — сплюнул дед. — Можешь брать. Иллуми слегка улыбнулся. — Он мне нравится. — Кикио была уверена, что тебе не понравится ничего, кроме поместья. Она будет рада услышать это, — сказал Сильва. Вероятнее всего, она разрыдается. Иллуми на автомате кивнул. Он тоже этого не ожидал. Тем не менее его пункт назначения не изменился. Когда поместье будет принадлежать Киллу, он сможет вернуться. Киллу ему позволит. Киллу любит его. Но Йоркшин был приемлемым до этого момента. Часть самой длинной миссии в его жизни. — Давайте закругляться. Ты вылетаешь рано утром. Иллуми кивнул. Иллуми пытался уснуть в своей детской кровати, когда экран его телефона осветил пространство рядом со столом. Он потянулся к нему и взял в руки, чтобы прочесть сообщение… от Хисоки. 01:32 Хисока: Кто-то прислал тебе посылку. 01:33 Иллуми: Кто? 01:33 Хисока: Мужчина с сединой на висках. Он мертв. 01:34 Иллуми: Ты убил его? Почему? 01:34 Хисока: Посылка была не слишком приятной. *-_-v 01:35 Иллуми: Ты в порядке? 01:35 Хисока: По большей части. 01:35 Иллуми: Ранен? 01:36 Хисока: Возбужден. Он умолял сохранить ему жизнь ради его детей. Мурашки пробежали по коже Иллуми. Он набрал текст до того, как смог остановить себя, но не отправил. Его палец замер над клавишей на секунду, пока он раздумывал, разглядывая глазами темноту комнаты. Он стер написанное и отправил: 01:37 Иллуми: Зачем ты пишешь мне? 01:37 Хисока: Хм… Ты знаешь почему. 01:38 Иллуми: Хочешь услышать «спасибо»? 01:38 Хисока: Ты задаешь много вопросов. Каково вернуться домой? 01:39 Иллуми: Отец спросил, смог бы я убить тебя. 01:39 Хисока: Что ты ответил? 01:39 Иллуми: Я стал размышлять о том, как бы я это сделал. 01:40 Хисока: О, я понимаю. Что же ты решил? 01:40 Иллуми: Мне бы пришлось отвлечь тебя. Остановись, Иллуми. 01:40 Иллуми: После этого я смог бы использовать иглы. Ты не смог бы пошевелиться. Ты не смог бы даже дышать без моего разрешения. 01:41 Хисока: Похоже, это будет достаточно тяжело. 01:41 Иллуми: Ты не смог бы разговаривать. 01:41 Хисока: Не уверен, что был бы заинтересован в разговорах. Остановись, Иллуми. 01:41 Иллуми: Я тоже. Ему внезапно стало жарко. Он скинул с себя ночную рубашку и почувствовал, как холодный воздух проникает под одеяло из-за его движений. 01:41 Иллуми: Я бы ударил тебя. 01:41 Хисока: Я бы позволил тебе. Как только ответ загорелся на экране, член дернулся у него между ног, и он, опустив руку за пояс штанов, сжал его. 01:43 Хисока: Я бы позволил тебе пролить мою кровь. Иллуми инстинктивно приподнял бедра вверх; он повернулся так, чтобы похоронить лицо в подушке и игнорировать все последующие сообщения. Его дыхание участилось; член пульсировал в его руке, и Иллуми пытался себя остановить, но его телефон снова загорелся. 01:45 Хисока: Я бы позволил тебе душить меня. Его рука двигалась все быстрее, он дрочил, размышляя над тем, делал ли Хисока то же самое на своей кровати в башне. Голый, с напряженным прессом, одной рукой проводя по члену, и набирая сообщения другой; улыбаясь. 01:46 Хисока: Ты ведь об этом думал? 01:46 Хисока: Я бы позволил тебе оседлать меня в процессе моего убийства. Иллуми резко выдохнул. Он хотел ответить, написать, что не стал бы такого делать, но его руки были зажаты под собственным телом, прикасаясь к члену, и мошонке, и бедрам. Иллуми потянул штаны вниз, и они стянулись поперек его бедер. Он хотел написать Хисоке, что никогда бы… Никогда… 01:49 Хисока: Ты бы трахал себя, пока я лежал там и умирал, не так ли? Иллуми застонал в подушку, чувствуя белый жар и головокружение приближающегося оргазма. Он ускорил темп. 01:51 Хисока: Ты бы кончил, покрытый моей кровью. Иллуми подавил вскрик, когда кончил, толкаясь в собственный кулак; волосы веером рассыпались вокруг, прилипая к лицу и каскадом падая на подушку. Он возвращался к реальности, тяжело дыша в помятую подушку, не двигаясь некоторое время; сперма остывала у него на ладонях. 01:52 Хисока: Или я неправ? Иллуми вытер руки о рубашку и скинул ее с кровати с намного большей силой, чем было нужно. Он собрал волосы, убирая их с лица и плеч, и перевернулся на спину, подтянув брюки до талии. 01:53 Хисока: Я едва не позвонил тебе, вместо того чтобы писать сообщения. Иллуми наконец ответил. 01:54 Иллуми: Я бы не ответил. Уже поздно. Спокойной ночи, Хисока. 01:55 Хисока: Увидимся утром. *^_^v Иллуми вернулся в пентхаус в 9 утра, и почувствовал запах вафель. У него был мешок с одеждой на одном плече, спортивная сумка на другом, и детали нового задания в заднем кармане шелковых брюк. Ему придется уехать на все дни, оставшиеся до битвы Хисоки и Ксохо, поэтому необходимо было заранее договориться обо всем необходимом для ее подготовки. Он уже составил документ, детально описывающий способности Хисоки и его самые большие слабости, которыми можно воспользоваться в сражении. Увлечение сексом было в самом верху списка. Судя по запаху, Иллуми мог вернуться в свою комнату, не сталкиваясь с Хисокой, что казалось лучшим из вариантов. В последние несколько дней они, пожалуй, были слишком близки. Он все еще чувствовал фрустрацию из-за ночных сообщений, а второй телефон в сумке, казалось, весил с кирпич. Он подошел к своей комнате и открыл дверь, чтобы увидеть практически голого Хисоку, завтракающего на его кровати. Иллуми, стоя в дверном проеме, скинул сумки на пол. — С возвращением, — сказал Хисока. От него пахло потом, и на нем были спортивные шорты; очевидно, он только что вернулся с утренней тренировки. Или секса. (И того и другого?) Иллуми бросил любопытный взгляд на комнату. — Что ты здесь делаешь? Хисока откинулся назад, раздвинув ноги, и Иллуми вспомнил, как делал точно так же в комнате Хисоки. Это не сработало тогда и не сработает сейчас. Раздражение разгорелось в Иллуми так быстро, что аура запульсировала вокруг его тела. — Я тебе мешаю? — спросил Хисока, скользя глазами по Иллуми, и на секунду убийца задумался, действительно ли у него были способности к ясновидению. Мог ли он увидеть Иллуми на коленях в кровати прошлой ночью? Знал ли он, что Иллуми сделал тогда? — Да. Уйди. — Ладно, ладно, — Хисока медленно встал с кровати и взял тарелку с вафлями со стола. — Вафли могут остаться, — сказал Иллуми. — Хм? — Хисока посмотрел на Иллуми из-под занавеса красновато-розовой челки. — Вафли остаются, ты уходишь. — Разумеется, — сказал Хисока, ухмыляясь, и отдал тарелку. Он прошел мимо ассасина к выходу, коснувшись его плечом. Тот же самый озноб, что и прошлой ночью, прошелся по его коже, но сейчас, днем, он мог этому сопротивляться и заставил себя ничего не чувствовать. Иллуми закрыл дверь и стал завтракать в одиночестве. — В этом документе ты найдешь всю информацию, необходимую для принятия разумных решений во время сражения, — сказал Иллуми, отдавая Ксохо большой коричневый конверт. Они стояли в пустом складе; было холодно. На Иллуми были длинный шарф и черная кепка. Ксохо не настолько волновалась о внешнем виде, сколько о практичности одежды, надев длинную куртку и подняв волосы в два хвоста. — Я ненавижу читать, — вздохнула она. — Ты победишь, если сможешь воспользоваться тем, что я тебе даю, — сказал Иллуми. — Я уезжаю из-за работы, и не вернусь до дня сражения. Если появятся вопросы — пиши мне. Я также договорился с другом о том, чтобы он встречался здесь с тобой для боевой подготовки. Ксохо кивнула, притянув к себе конверт. — Каждую ночь в полночь. — Я не придаю сражению такое большое значение. Хисока силен в тактике, помимо своих нен-способностей. Он может победить тебя даже без них. — Да, да, я поняла. Твой муж — гений. — Он мне не муж, — на автомате сказал Иллуми. Ксохо на него скептически посмотрела, приподняв одну бровь. — Он не смог позволить себе кольцо. Ксохо замерла в удивлении. — Ты… Это была шутка? — она засмеялась. Иллуми не смеялся. Он достал из кармана пульт дистанционного управления. — Черная субстанция, на которой ты стоишь, была установлена здесь для того, чтобы тренировать тебя. Это желе, способное разжижаться и затвердевать по команде, а также прилипать к движущимся точкам. Это не так уж и отличается от Банджи-гама Хисоки. — Банджи-гам? — Его хатсу обладает качествами и резины, и жвачки, и я уверен, что он сам скажет тебе это во время сражения. В любом случае… — он щелкнул по клавише на пульте и Ксохо внезапно почувствовала, что что-то затягивает ее вниз, словно зыбучий песок. — Освободи себя настолько быстро, насколько сможешь, — он повернулся и выкинул пульт. — Когда сделаешь это, продолжай практиковаться до тех пор, пока не сможешь освободиться за десятую долю секунды. — Ты, блять… шутишь… — желе затягивало ее, она пыталась выкарабкаться. — Думай быстрее. Иначе он тебя убьет, — телефон завибрировал в кармане и он достал его; это было сообщение от Хисоки. 12:08 Хисока: Хочешь торт из печенья? Иллуми не знал абсолютно ничего о контексте такого вопроса, но все равно ответил. 12:08 Иллуми: Да. Он снова повернулся к Ксохо. Она пыталась освободиться, создав из своего нен барьер вокруг тела, позволившей ей выбраться из желе. Это могло сработать, повышая ее шансы от 4% до 8%. Выше, чем у большинства. — Попробуй представить литры крови и возможно даже оторванные головы, летающие над тобой. — Откуда он, черт возьми, достанет оторванные головы? — Ксохо задыхалась. — Хисока ловок от рождения. — Вы оба психопаты от рождения, — прошипела Ксохо. — Мне пора, — сказал Иллуми, смотря на свой телефон. — Я буду присутствовать во время сражения. — Прекрасно, — выдавила Ксохо, продолжая отбиваться от желе. Иллуми ушел, не попрощавшись с пентхаусом и, очевидно, тортом из печенья.