За Гранью.

Глава II. Первый Сбой.

Ночь продолжала брать верх над подвластной ей улицей и лагерем «Совёнок». И только трель сверчков неумолимо продолжала верещать, словно не накричавшись за весь жаркий день в идеальной для них погоде. Прохлада ночи, её свежесть, всё это ощущалось на мне в полную силу. Сидя на полумокрой, почти покрывшейся росой, траве, в пионерской форме и лёгком чёрном кардигане, я замёрзла, ощущая весь летний холод этого места. Чем же он для меня был? Чем-то новым? Нет. Частенько приходилось ощущать подобное во время ночных прогулок по лагерю. Этот приятно ласкающий меня ветерок был приятен коже после дневной жары. Но не сейчас. Сейчас я съёжилась от холода, дрожа. Зубы едва не прокусывали мягкие губы, который ощущали дрожь челюсти сполна. На самом деле, стало очень страшно. Поэтому тело боялось сделать хоть какое-либо движение в любом направлении. Я просто сидела и дрожала. В голову никак не торопилась прийти мысль, что замёрзнуть и заболеть тут может было и нельзя, однако, так мучиться – не было прекрасной идеей. Неплохо было бы пойти обратно домой, к Славе. Лечь спать. Но как же Лена? Её нужно найти. Просто необходимо. С ней что-то случилось. И она что-то знает об этом месте. Действительно, в этот раз я прониклась желанием узнать, что здесь происходит, а не сидеть сложа руки. Когда же, когда же я наконец смогу хоть что-нибудь понять об этом мире? Ну конечно! Что-либо разъяснить мне могла только Лена. Но найти ночью её будет трудно. Ведь я понятия не имею, куда она ушла. Что же произошло? Ну что? Наконец, пересилив страх, всё также дрожа, я встала с колен, отряхнув их от прилипшей травы, которая оставила неприятные зелёные следы. Затем, осмотревшись, я направилась к домику. Лишь луна была моей спутницей этой тёмной ночью, которая сжирала сознание и разум. В домике всё ещё мило посапывала Славя, укутавшись в одеяло чуть ли не с головой. На своём месте я увидела… СЕБЯ! На моём месте действительно лежала Я. Собственной персоной. И также мило посапывала. Сердце бешено стучало, давая о себе знать, наверно, вибрацией даже в полу. В висках пульсировала кровь. Казалось, голова вот-вот разлетится на тысячу маленьких кусочков. На моём месте действительно спала я. Страшно было представить, что случится, когда нас увидят вдвоём. А Лена? Если тут есть моя копия, следовательно, и у Лены есть копия. Что же получается? Тут сильная путаница. И как такое только возможно? Неужели я переместилась куда-то? Но как? Как это возможно? Неужели существовали ещё лагеря? С такими же запертыми людьми? С невероятным страхом, теряя силы с каждой секундой, я выбежала из домика, стараясь, всё же, не шуметь. В голове был целый ураган, не дающий понять как следует происходящую ситуацию. Страх овладевал сознанием и телом. Я бежала, куда глядели глаза. Найти Лену. Стоило срочно найти Лену. Эта кукла… откуда ей что-то известно? Как она поместила меня сюда? Как? Что же происходит? Из-за сильного страха тело быстро изнурилось. Сильная отдышка. Помутнение сознания. Бежать в библиотеку? И как же тогда там прятаться, если Женя, так или иначе, придёт туда рано или поздно работать. Глаза разбегались. Ноги сами несли меня куда-то, не разбирая в кромешной тьме почти ничего. Из глаз уже капали градинки слёз. Понять, что тут творится было просто невозможно. Наконец я добежала до музыкального клуба. Забежав за угол с задней стороны, в голову пришла мысль трезво оценить ситуацию, понять, наконец, что происходит, а не бежать сломя голову, не зная, к чему подобное может привести. Облокотившись о стену клуба, закрыв глаза, я принялась размышлять. Но мысли путались. Поток моих мыслей был как пробка на автостраде. Бесчисленное количество машин, ждущих очередь, когда смогу тронуться. И я застряла где-то среди всей это огромной пробки, у которой нет конца и края. Схватившись за голову, в тот момент, я впервые, действительно, проявила истинные чувства, которые, казалось, были уже давно убиты во мне, я впервые подумала о том, как снова хочу вернуться домой, в свой родной дом. Я тихо зарыдала. Отсюда был выход, но найти его попросту невозможно. Вот он, тот самый тупик, которого я столь сильно боялась. А ведь смирившись с жизнью здесь, я почти привыкла, но стоило промелькнуть надежде, как я всячески решила, что должна воспользоваться шансом и выбраться из этого места. Поэтому и стало так больно на омертвлённой душе. Оттого, что мне дали негарантированный шанс выбраться, который, как я подумала, стопроцентно должен спасти меня, но, разумеется, не тут-то было. Шелест кустов поблизости оторвал меня от терзаний по своей никчёмности. Заплаканные глаза мигом переместились в тёмное место, откуда я услышала какой-то звук. В данный момент кто-то составлял мне компанию и сейчас я была не одна. Страх ещё больше овладел мной. Сердце готово было покинуть мою грудную клетку в любую секунду. Я боялась даже увести взгляд, думая, что меня ожидает что-то страшное перед лицом. Внезапно шум повторился. Там действительно кто-то был. Умереть тут вряд ли бы я смогла, поэтому бояться этого тут явно не стоило. Ноги понесли меня к кустам, которые были скрыты тьмой ночи. Я сделала пару шажков, отойдя от клуба, но не дошла до нужного мне места. Страх всё-таки пересилил. Насколько мне было известно, животных в этом месте вовсе не водилось. Что бы, тогда, это могло быть? Инстинктивно, проверяя местность, я повернула голову в противоположную сторону, в панике, что кто-то мог стоять с другой стороны, однако, там никого не оказалось. Вернув голову в прежнее положение, перед моим лицом оказался кто-то, практически вплотную. Воздух перестал поступать в лёгкие, так как страх полностью заблокировал мне возможность давать мозгу сигналы к работе лёгких. Мне даже показалось, что само сердце остановило свой бит. В столь кромешной тьме разглядеть нападающего стало проблемой. Мигом, предплечьем нападающего я была прижата к стене здания, кажется, правой руки, которое упиралось мне в горло. Левая же рука этого существа напала на мой рот, зажимая его от всевозможных криков, которые ожидались с моей стороны. Меня прижали настолько сильно, что я ударилась головой о стену. Затруднительное дыхания. В тот момент я прочувствовала свой пульс, который обещал остановиться в любой момент на передышку. Рука, прижавшая меня, не была похожа на руку какого-то странного существа. Своим горлом я чувствовала нежную кожу. Самую обыкновенную. Однако разглядеть лицо или что-либо другое не было возможным. Кажется, нападавший ещё несколько секунд попросту пытался сам разглядеть меня. Я же не пыталась пищать или издавать каких-либо звуков, а лишь учащённо дышала носом, что было не так-то просто. –Что здесь делаешь? – Шёпотом протянул этот, видимо, человек, убрав свою руку от моих губ, в надежде, что я не издам лишних звуков. Я несколько секунд молчала, так как попросту находилась в шоке. За один день произошло слишком многое, чтобы вот так принять это. Моему мозгу хотелось поймать лишь частичку внешности этого незнакомца, чтобы понять, какую угрозу он мне представляет. Вопрос вновь был повторён шёпотом. Почему-то я была уверена, что этот кто-то смотрел мне прямо в глаза, не взирая на отражающеюся в очках на моём носу луну. Я же попыталась открыть рот, чтобы хоть что-то сказать, но толком у меня ничего не вышло. Я лишь жадно глотала вечерний свежий воздух, пытаясь прийти в себя, и давала незнакомцу повод не затыкать мне рукой рот. –Что ты здесь делаешь, Женя? – Лопнуло терпение у шептавшего, так как он дал мне приличное время для отдышки. Я подняла заплаканные глаза. От горла он не собирался уводить предплечье. Голос же нападавшего был похож скорее на женский мягкий. Как будто я его уже слышала ранее, только не шёпотом. Впрочем, теперь я была уверена, что нападающий – кто-то из лагеря, хотя, ведь, по сути тут никого другого и нет. Но что происходит? Почему среди ночи на меня кто-то напал? Я же продолжала молчать, словно немая. –Не испытывай меня! Отвечай! – Грубо пригрозил мне голос, почти перейдя с шёпота. Очевидно, это была девушка. Наконец, я нашла в себе силы издать пару звуков. –Я… я… - жалобным голосом послышалось с моей стороны. Девочка приподняла руку, чтобы мой подбородок оказался выше; как будто пыталась меня осмотреть получше в этой кромешной тьме. –Что ты тут делаешь, чёртова кукла? – Заговорила она. Её голос действительно оказался мне знакомым. Кто именно я понять так и не смогла, видимо, слишком мало пересекалась с этим человеком. Определённо, кто-то из пионеров. И она назвала меня куклой. Что же это получается? Они тоже знают? Что тогда? Это помощь? –Я не… я не кукла! – Грубо прошептала я, совершенно не пытаясь сопротивляться её удушью даже руками. –Ха-ха, а кто же ты тогда? – Голос у незнакомки был приятный, звонкий, но я почему-то никак не могла вспомнить, кому он принадлежит. –Человек я… отпусти! – Сказала я, уже начиная задыхаться. –Куклу отпустишь – они всё расскажут. Это будет совсем не выгодно… –Я не кукла! – В конце концов, я оттолкнула её ногой, ударив в живот, так как ещё минута и она бы меня точно задушила. – Я человек, застрявший в этом поганом мире, - с трудом выдавила я из себя. Нападающая не поспешила вернуться к удушью. Кажется, её потрясло мною сказанное, однако, лицо заметить было всё так же трудно, а размытый силуэт не давал чёткого контура, по которому я бы могла определить девочку. –Ты настоящая? Ты не отсюда? – Заговорила она. –Не отсюда. И уже чёрт знает сколько циклов торчу здесь! – Кажется, ещё вот-вот и мой шёпотом превратится в лютый крик. Девочка напротив меня, сидя в не очень понятной для меня позе, как мне казалось, продолжала пялиться в мою сторону ещё какое-то время. –Что ж, теперь всё очень странно. Пошли за мной. Если ты, конечно, настоящая, - я заметила, как силуэт протянул мне руку, - идём, чуть позже тебе расскажу, что и как. Ты же поделишься информацией с нами. «Нами»? Кем это «нами»? –С чего я должна тебе доверять? – Тихо пробормотала я. –Потому что… ты одна из нас. Мы уже мчались сквозь ночь, мрачный лес, который то и дело открывал перед нами новые тропинки, заблудиться в которых было не так-то сложно. Неприятная холодная погода, которая колола меня по коже. Изо рта, как мне казалось, даже шёл пар. Девочка, внешность и личности которой для меня всё ещё были загадкой, шла спереди, ведя меня за собой. Я еле поспевала, так как трудно было пробираться через этот густой лес ночью. Я то и дело попадала в паутину или очередная ветка била меня по лицу. Очень неприятно. За всю дорогу мы не перекинулись и парой слов. И вот, наконец, передо мной уже просто стояла та девочка. Убедившись, что я окончательно не отстала, та, присев на корточки, начала руками разгребать листья. Вскоре я заметила какую-то странную дыру в земле. Кажется, я вспоминала. Она вела в шахту. Точно-точно. Девочка, повернувшись ко мне, подала мне знак, что я должна следовать за ней. Она быстро сиганула в дыру, словно растворившись во мраке. Я постаралась, как можно аккуратнее, проследовать за ней. В туннеле было совсем темно. Пару раз обо что-то ударив, девочка включила фонарик. Я едва могла разглядеть её ладонь, на которую с трудом попадала капля света. Она протянула мне руку, предлагая взяться за неё, чтобы в случае чего не упасть. Кажется, она знала это место намного лучше, чем кто-либо другой. Хотелось задать так много вопросов. Но нарушить молчание я почему-то не решалась. Мрак окутывал моё сознание. Становилось как-то не по себе. И действительно, можно ли было ей доверять? Я же впервые её вижу. Так или иначе, я полагала, что бояться мне нечего. Я брела за ней. В конце концов, минуты через три в луче фонарного света виднелась дверь. Кажется, это был вход в бункер. Похоже, там она и обосновалась. Наконец, девочка отпустила мою руку и попыталась открыть дверь бункера, положив фонарик на землю. Со скрипом, мерзким, что жутко бил по ушам, дверь отворилась. Свет, который скрывался за этой махиной, сильно слепил глаза, поэтому я не сразу заметила всю необычность ситуации. Девочка пригласила меня войти. Только тогда я ещё больше пришла в шок от увиденного…

***

Голова парня трещала, словно он пил несколько дней подряд. Боль никак не собиралась стихать, поэтому, схватившись за голову, он ещё немного постонал. Тьма, окружавшая его, не давала как следует сосредоточиться. Глаза не хотелось открывать. Сон и головная боль связывали его тело и разум. Но отчего страшно было жарко. Руки, ухватившиеся за голову, чувствовали капельки пота, скатывавшиеся время от времени с его висков. Жадно дыша и всё также не открывая глаза, парень пытался понять, где же, в конце концов, он находится. Тёмное место, объятое мраком, никак не могло напоминать что-либо знакомое, а открывать глаза не хотелось совершенно. Проклятый звук, который сопровождал парня пиканьем куда-то пропал, оставляя после себя мерзкое воспоминание о том, как противно было его слышать, как будто над твоей головой повесили аппарат, показывающий твой пульс. Нет. Этого не могло случиться. Вспотевшие руки, прижимающиеся к вспотевшему лицу, всё так же закрытые глаза. Парень никак не мог понять, что происходит. В его голове всплывали последние воспоминания. Он видел, как бежал к ней. К той самой… «Лена!» Не она. Ошибка, виденье. Свет фар, который так близко он ещё никогда не видел, и долгий гудок, который раздражал его так же сильно, как и пиканье какой-то штуки над его ухом. Острая боль во всём теле, потерявшая всю суть себя. Телефон в руке. СМС, пришедшее от кого-то. Но кто это мог быть? «Семён, ты обещал…» - послышалось где-то в чертогах разума. Всплыл тот самый злой голос, который словно убивал сознание изнутри. Такая сильная душевная боль вперемешку с головной – нечто давно изведанное им. Неприятно. Очень неприятно. Он разомкнул глаза, подняв голову кверху, делая глубокие вдохи, меняя их короткими выдохами. «Опять…» - прошептал он. Парень взглянул на свою одежду: чёрная футболка, почти пропитавшаяся потом, серые шорты, в которых он частенько разгуливал по дому; на ногах красовались кроссовки, в которых парень частенько летом выходил на улицу, без носков. Дышать было совсем не просто. Раскалённый воздух попросту разъедал собой гортань и без того не готовой принимать такое количество горячего воздуха, ещё окончательно к нему не привыкнув, так как слишком быстро зимний морозный воздух, лёгкими вдохами, сменился на жаркие протяжные. Голова кружилась и сильно болела. Разум никак не мог собрать воедино картинку, которую видел перед собой. Его глаза разбегались, пытаясь понять, во сне ли он. Наяву ли. Парень попытался взглянуть на свои руки, так как читал где-то, что зачастую во сне это приводит либо к кошмарам, либо к пробуждению. Но ничего, как и предполагалось, не происходило. Действительно. Парень оказался уверен в том, что он уже попал в свой кошмар. Наконец картинка в голове прояснилась. Перед его глазами красовалось неприятно-красного цвета кресло. А в общем – салон автобуса, в котором он появляется не впервые. «Твою-то мать…» С трудом он попытался встать, но ноги отказывались его слушать, подкашиваясь, возвращая хозяина на место. «Где… щетина? Где?» - он трогал свои щёки, ожидая, что найдёт там недельный запас растительности на лице, но надежды его не увенчались успехом. Голова болела действительно сильно. Но как бы это не отдавалось на сознании, парень постепенно приходил в себя, а боль отступала. «Нет-нет-нет… только не это» - шептал он, ударяясь о сиденье спереди него. Жаркий воздух по-прежнему съедал его и его самочувствие. «Я шёл. Куда я шёл? А, чёрт с ним, не важно! Шёл куда-то. Увидел её. Оказалось, не она. Что потом? Потом я увидел машину. Кажется, она меня сбила. А потом? СМС! Мне пришло СМС. Кто бы это мог быть? Важно? Наверно» - парень попытался нащупать в кармане свой телефон. Безрезультатно. Его там попросту не было. Сумок рядом с собой, которые со злостью искал он, также нигде не было. Наконец, парень пересилил себя и пробежался по салону автобуса в котором находился, пытаясь отыскать хоть какие-то сумки или свой мобильный телефон. Тщетно. Встав между рядов, парень пытался трезво о чём-то думать, но из всего этого выходило лишь ощущение того, что такая ситуация попросту невозможна. Капельки пота медленно скатывались по его щекам. Неприятно ощущение. Духота салона. Жадные глотки воздуха. Пересохшее горло, требующее воды. Что же, что же такое? Почему подобное произошло? Он медленно побрёл к водительскому сиденью. На его лице застыла не то гримаса ужаса, не то озлобленное лицо, словно ненавидящее весь мир или скорее целеустремлённость, злостная. Трудно описать сложившуюся ситуацию бедного паренька, который едва понимал, что с ним произошло. «Твою мать…» - прохрипел он. Парень повернул голову к водительскому сиденью. «Кто бы сомневался. Как и всегда…» - едва вслух произнёс он. Бедняга начал рыскать в бардачке автобуса в поисках пачки сигарет, которые были ему так необходимы. Он знал, что они тут есть. Старые сигареты. Хоть чем-то этот мир не обделял его. Поиски увенчались успехом. Он нашёл какую-то затрёпанную пачку советских сигарет, в который было как минимум пятнадцать штук. Не подпуская ни единой эмоции, кроме злости, на своё лицо, паренёк вышел из автобуса на свежий воздух. Тут же его встретил приятный летний ветерок, обдувающий пропотевшее тело, доставляя в такой ситуации ему достаточное количество удовольствия. «Опять… всё сначала…» Вместо декабрьской зимы, как он ожидал, его встречало лето, самое настоящее. Мило щебетанье птиц где-то на деревьях, летнее солнце, густая зелёная трава. Воздух, разогретый примерно до тридцати градусов по Цельсию. Голубое небо, не охватываемое даже одним облачком. И, конечно же, ворота в пионерлагерь «Совёнок», которые он и ожидал увидеть. Утерев пот со лба, парень присел на ступеньки автобуса и закурил сигарету. В пачке лежала старая зажигалка. С этим ему тут явно повезло. Клуб дыма, исходящий из его рта, мгновенно растворялся в воздухе, не оставляя после себя следов своего пребывания тут. «Перекур» был закончен. Парень встал и уже хотел войти в этот странный лагерь, но из ворот вынырнула милая девочка с двумя длинными косами светлого цвета и тёмно-голубыми глазами, славянским личиком и широкой улыбкой. На ней красовалась пионерская форма, которая тут же вспомнилась парню, так как сидела глубоко в памяти, частенько напоминая о себе. Он знал, чем это закончится. И уже готов был свести концы с концами, пусть и знал, что в очередной раз это ни к чему новому не приведёт. Парень посмотрел на свою руку: на ней была милая жёлтая резиночка, которая изо дня в день словно просыпала соль на его никак не заживающую душевную рану. –Привет, - послышалось от девочки, и парень тут же поднял на неё голову, - Я Славяна. А ты, должно быть, новенький? В который раз его заставляли проходить это по новой? И что опять? Почему? «А вдруг она здесь? Быть может, Лена ждёт меня? До сих пор? Я должен найти её.» –Славя! Лена приехала? – Начал он. Девочка недоумённо посмотрела на него, не понимая, почему парень назвал девочку коротким именем без её разрешения. –Прости… - потянула она, - но если ты о девочке с хвостиками, то в эту смену она не попала. В следующей приедет, и… Остальной лепет парень пропустил мимо ушей. Он понял, что его единственная возможность тщетно пропала. Вновь попасть сюда ради того, чтобы встретиться с ней, пусть и по банальной случайности, да и та не увенчалась успехом. Но как же так? На его лице проступила капелька недовольства, но затем сразу же перемешалась с некой растерянностью. Что же теперь его ждало? –Как? Как в следующей смене? Почему? – Он подбежал к ней, схватив за плечи, грозно тряся девочку. «Точно. Я ведь могу переходить из цикла в цикл. Я должен это сделать. Я должен её найти!» Парень отошёл от неё на шаг, а ошарашенная девочка не знала, что и сказать, так как вовсе не поняла произошедшую ситуацию. «Понеслась?» - тихо сказал он. В глазах помутнело. И вот, парень в футболке, шортах и кроссовках стоял посреди площади, прекрасно ему знакомой, где исподлобья на него строгим взглядом смотрел памятник Генде. В его взор тут же попал белокурый паренёк с вьющимися волосами и родинкой у правого глаза, который прогуливался, и явно не хотел иметь с кем-то дело в данный момент. Но парень подбежал к нему. –Сыроежкин, где Лена!? Где она? – Запыхаясь произнёс он. –Семён! Ты чего? – Белокурый паренёк недоумевающие смотрел на него. –Отвечай, где Лена? –Да не приехала она в эту смену, ты чего? «Опять. И здесь её нет! Как же так?» Семён отпрянул от паренька, которого застал врасплох и вновь пелена накрыла его глаза. Снова площадь, на которой уже не стоял Сыроежкин. Но в поле зрения парня попала рыжая девчонка – Двачевская. Семён мигом подбежал к ней, теребя за плечо. –Алиса! Где Лена? Она приехала? – Всё также с трудом хрипел он. –Ты что творишь? Не приехала твоя Лена. В следующей смене приедет. Совсем из ума выжил? – Она мгновенно убрала его руку со своего плеча, готовясь вдарить парню с кулака. Растерянный вид Семёна приводил девочку в недоумение. –Но как же? Где она? Почему её нигде нет? Алиса! Ты должна знать! Ты её подруга! Почему она не приехала? – Кричал он, хватаясь за голову, упав на колени. –Тебе надо в медпункт сходить… больной, - с этими словами девочка направилась куда-то. Пелена больше не поглощала глаза Семёна. Парень метался от цикла к циклу. Всё также сидя на коленях, осматривая появившееся место и тут же выбирая новое. На его глазах сменялись пейзажи, виды, люди в месте, в которое он прибывал. А Семён всё также сидел на коленях, чуть ли не пуская слёзы из глаз и наблюдал картину, сменяющихся обстановок. Стоило появится ему в доме Лены, как вместо неё была совсем иная пионерка. Порой вместе с Машей, которая также была знакома Семёну. Но нигде, совершенно нигде не было Лены. Той, кого он так долго ищет. Парень кричал и чуть ли не рвал на себе волосы, а пейзажи, фоны, всё это сменялось словно уже не по его воле. Катаясь по мирам, циклам этого богом проклятого места, он никак не мог найти того, кого искал. «Неужели она была чёртовой ошибкой этого мира? Неужели? Неужели её попросту удалили? Невозможно! НЕВОЗМОЖНО!» - последнее слово Семён прокричал со всей, что было силой своей глотки. «Невозможно…» Он просто сидел. А пейзажи менялись один за другим. Но нигде не было ни малейшего намёка на Лену. Внезапно парень сильно прокашлялся. Изо рта вытекла кровь. Сильная тошнота, головная боль и головокружение на данный момент были спутниками бедного парня. «Точно. Тот пионер. Он же сказал, что нельзя так много путешествовать. Я же умру. Или что там? Что он говорил? Надо возвращаться в свой цикл…» Наконец, пейзажи перед его глазами перестали меняться. Теперь он созерцал лишь вечерние виды площади. Тихий гул пионеров где-то вдали. «Моя остановка» - пробормотал себе под нос он. Семён направился к домику, дорогу к которому уже хорошо знал, которая давно была ему известна. Наконец он достиг треугольного зелёного домика, по бокам уставленного пышными кустами сирени, которая цвела и не давала насладиться свежим воздухом, заменяя его на свою приятную «сиреневую» благовонию. Парень распахнул дверь, не стучавшись и увидел там делового вида женщину – пионервожатую. –Здравствуйте, Ольга Дмитриевна, - еле сказал он, и мигом подбежал к старому чайнику с водой, который стоял у неё на столе и жадно стал пить воду из носика, обливаясь ей. –Уважаемый! Вы что творите? – Сказала девушка лет двадцати пяти на вид с длинными каштановыми волосами и зелёными глазами. –Простите меня, мне очень плохо, - отговорился он. Такое всегда срабатывало. Почему сейчас не должно? –Что с тобой случилось? Славя сказала, ты пропал, когда она тебя встретила. Соизволь-ка объясниться, - строго сказала она, встав с кровати, на которой до этого удобно устроилась. Парень, закончив пить воду, поставил чайник на место, уселся на свою когда-то койку и начал вести беседу с вожатой. –Мне стало очень плохо. Кажется, я не переношу изменчивость в температуре воздуха. Приехал из более холодного климата. Но Вы-то знаете. Поэтому прошу меня простить, - зубы заговаривать Ольге он умел, это всегда срабатывало. –Ладно чего уж там? В общем, я всё равно на всякий случай подобрала тебе форму, - она взглядом показала ему на пионерскую форму, висящую на спинке стула рядом со столом. –Спасибо, Ольга Дмитриевна. … «Что же теперь делать? Как быть? Лены тут нет. А что даёт мне безграничная власть над этим местом? Почему я снова сюда попал? Разве ради этого я выбирался? Оставил любимую. Разве ради этого? И как теперь быть? Почему это так волнует меня? Опять искать ответы, найти которые попросту невозможно? Или, быть может, тут есть другие пионеры? Я должен найти хоть что-нибудь. Я должен найти её.»