Яд д'Обинье

Замок Эстэ       Мало кто знал, что большинство конкурентоспособных претендентов на должность вице-канцлера бесследно пропало, и вот, спустя неделю, их обнаружили.       Подвал, находящийся непосредственно под кухней, был довольно маленьким для хранения в нем всего привозимого вина, да и всех продуктов в целом, поэтому, для удобства, все вино свозили во внешнее хранилище. Оно представляло собой больших размеров систему погребов, протягивающихся под замком, вход в которые был с улицы. Температура в таких погребах была намного ниже, поэтому основной запас продуктов хранился там и выносился в нужных количествах раз в неделю.       Виночерпий отправил своего личного слугу в сопровождении еще пяти человек, чтобы те перенесли необходимое количество пьянящего напитка из внешнего хранилища в кухонный подвал. Ученик виночерпия держал в руках список с названиями вин, которые будут подаваться на этой неделе. Работа предстояла немалая: надо было вначале найти все указанные корявым почерком вина, потом предстояло перетаскивать тяжелые бочки на кухню, что могло занять весь день. Ученик виночерпия вздохнул, каждую неделю ему снова и снова приходилось переживать эту пытку. Как назло, уже неделю шли дожди, то переходящие в страшные бури, то утихающие и дающие ненадолго выглянуть солнцу. Юноша выругался, представив себе, как тяжело будет переносить бочки по скользкой земле. Сейчас был тот короткий момент, когда вновь показалось яркое солнце, но грозные тучи уже виднелись на горизонте. Ученик понимал, что надо торопиться, иначе они рискуют заканчивать свою работу под дождем.       Сопровождающие слуги удобно расположились под деревянным карнизом, они знали, что перед тем, как будущий виночерпий найдет нужные бочки, пройдет еще не один час. Смысла их брать с собой не было никакого, они все равно не смогли бы даже отличить бочонок терпкого эстонского вина от бочонка нежного эльфийского. Парень стал возиться со связкой ключей, нужный ключ, как назло, не находился, тогда он интуитивно толкнул дверь, и та со скрипом поддалась. Это было странно, погреба всегда хорошо запирались.       Солнце сильно пекло спину, и, сделав шаг в сырую прохладу, ученик виночерпия почувствовал приятное облегчение. Он медленно спускался по короткой лестнице, шаги эхом отдавались по винному погребу. Вот перед ним предстала огромная комната. Робкий свет дрожащими лучами пробивался через ряд маленьких резных окошек, находящихся у самого потолка. Он сделал еще шаг, и в нос ударил резкий запах. Ученик брезгливо поморщился, не понимая, что из запасов могло за неделю так скиснуть, чтобы издавать такое зловоние. Он пошел на вонь, и с каждым шагом та становилась все отталкивающей и невыносимей. И тут перед его взором открылся ряд взбухших тел. Юноша застыл на месте, не понимая, что происходит. Ему хватило доли секунды, чтобы разглядеть все: и большие волдыри, наполненные серо-кровянистым содержимым, и выпученные глаза, и выпяченные, надутые языки, и позеленевшую в местах сильного вздутия кожу. Радостной стайкой кружились мясные мухи, им осталось ждать недолго, вот-вот кожа должна была начать лопаться, открывая им путь к разлагающейся плоти. Личный слуга виночерпия выронил список из рук и с дикими криками, призывая стражу, выбежал, спотыкаясь, наружу. Замок Эстэ Кабинет короля Стэнфорд д’Обинье — Почему ты мне не сказал, что все вышеупомянутые кандидаты не явились на слушанье! — в очередной раз взревел король, голос его резким эхом отражался от стен. — Я посчитал, что это недостойно внимания Вашего Величества, — спокойно ответил Палмер Ризли, не сводя своих серых, цвета стали глаз с разъяренного лица монарха. — Посчитал он, — раздраженно передразнил король. — Вот именно после такой самодеятельности мне приходят такие списки!       Стэнфорд демонстративно ударил ладонью по лежащему на столе списку тех, кого обнаружили сегодня мертвыми в винном погребе. В бумаге, в основном, значились вторые и третьи сыновья мелких графов.       Палмер смотрел на короля, одетого в роскошный, расшитый золотом черный камзол, его забавляло, как эта элегантная одежда не шла к разъяренному лицу Его Величества. К воинственно сложенной фигуре короля вообще не шла вся элегантная одежда. Однако, хоть и отметив про себя нелепость сегодняшнего облачения Стэнфорда, канцлер был глубоко погружен в свои мысли. Он думал об Айворе. Ему не верилось, что мальчишка, к которому он так привязался, мог учинить такое.       «Семь тел – это почерк скорее какого-нибудь хладнокровного убийцы, а не этого чуткого юноши», — думал он. — Итак, — вывел его из раздумий нетерпеливый голос короля. — Сколько людей пришло на слушанье? — Четверо, Ваше Величество, — почтительно ответил канцлер. — Вот, — он достал из кожаной папки небольшой лист бумаги и протянул его королю, — я составил их список. — Это не нужно, — решительно заявил король. — Были убраны только представляющие конкуренцию личности, а значит, это либо монах, либо твой вице-канцлер. Прикажи от моего имени взять обоих.       Палмер Ризли поморщился, ему до сих пор не верилось, что такое могло случиться. Коридоры замка Эстэ       По ярко освещенным коридорам быстро шагал юноша. Он был одет в темные кожаные штаны и в дублет с привязанными рукавами. Сапоги на мягкой подошве позволяли ему легкой поступью чуть ли не лететь над полом, не создавая лишнего шума. Руками он прижимал к груди кипу бумаг, грозящих вот-вот вывалиться наружу. Его холодные голубые глаза азартно блестели – еще чуть-чуть, и будет дверь в кабинет канцлера, тогда он сможет вывалить эту кучу непосредственно ему на стол. Вот долгожданный поворот, и Айвор врезается в чье-то мягкое женское тело. Бумаги, освобожденные из крепких объятий, радостно разлетаются по полу. Вице-канцлер выругался, но тут же заметив, кого угораздило перегородить ему дорогу, склонился в низком поклоне. Перед ним, с легкой насмешливой улыбкой, стояла любовница короля. — Простите меня, миле… — начал было оправдываться он, но его прервал насмешливый голос Бэкки. — Забавно, — протянула она, — а я как раз тебя искала. — Меня? — озадаченно спросил Айвор, в его ледяных глазах вспыхнуло что-то недоброе и тут же погасло. — Да, — игриво сказала Бэкка, — именно тебя!       Айвор стал собирать бумаги, не обращая внимания на черноволосую красавицу в узко приталенном красном платье. Однако он был настороже, готовый услышать каждое случайно или неслучайно пророненное ею слово. — Неделю назад я видела, как ты перетаскивал в винный погреб трупы, — уверенно заявила девушка.       Айвор на мгновение остановился, вперив в нее свой ледяной, полный внимания взгляд. Она не могла видеть его, потому что трупы таскал не он, а наемник, нанятый им за пару золотых. План Айвора был предельно прост: вначале отравить всех конкурентов на общем ужине и, пока они еще живы, перетащить их в погреб. Наемник сделал работу чисто, без вопросов. Айвор сказал ему, что хочет подшутить над пьяными друзьями и запереть их в винном погребе, и тот, искренне веря, что знать развлекается самыми изощренными способами, с радостью помог ему. Позже вице-канцлер подкараулил горе-наемника за городом и всадил кинжал ему в спину. На самом деле Айвору пришлось сильно поднапрячь мозги, когда он понял, что тела невозможно вынести за пределы территории замка. Так получилось, что он вначале убил всех, а только потом подумал, что делать дальше. Улик против него не было, он планировал скинуть всю вину на монаха, и у него уже были приготовлены показания для заключения, однако одно слово Бэкки могло погубить его. Девушка знала, что именно он убил их, и ему оставалось только восхититься ее прозорливостью. — Или я что-то путаю, — мило улыбнувшись, сказала Бэкка, хитро прищурив черные глазки, — и там был монах, а не ты? — Что ты хочешь? — Айвор мельком посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не слышит. — Я понимаю, как сильно ты хотел стать вице-канцлером, — любовница явно получала удовольствие от этой игры. — Что ты хочешь? — холодным ровным голосом повторил бастард. — Мне могут пригодиться твои услуги, сам знаешь, такие убийцы всегда нужны, — она говорила это с такой милой улыбкой, как будто обсуждала с ним новое платье, а не недавнее убийство. — Хорошо, — легко согласился он, не было смысла тянуть эту беседу, их мог кто-нибудь заметить. — Помни, в случае непослушания я тебя уничтожу, — зло, мгновенно преобразившись, прошипела девушка и, тут же натянув улыбку милого ангела, пошла дальше.       Айвор постоял немного в растерянности и продолжил путь, в кабинете его уже ждала стража. Замок Эстэ Кабинет короля Стэнфорд д’Обинье — Отец! — не сдавался Эйдэн. — Позволь мне возглавить войско и подавить восстание в Камбрии! — Нет, тебе надо было тогда убить Стива, теперь он занял крепость Клык — основную крепость Камбрии — и пыжится там своим самодовольством! — возмущенно, в который раз ругался король.       Они спорили уже около часа. Бад Уорд не успел собрать свое войско, как однорукий Стив занял Клык, позже друг отца был разбит у подножья Клыка и взят в плен. Король решил отправить туда Вилмара, во главе небольшого, в пятьсот человек, войска. Этого было достаточно, чтобы взять город. У Стива осталось меньше двухсот солдат. Но надо было торопиться, разведчики доносили, что виконт Валле ведет переговоры с другими виконтами Камбрии, пытаясь заручиться их поддержкой. К тому же надо было быстрее выдать Лэсси, чтобы король Неаполя не заключил союз с Мортом, и Фредрико, получив проход, не напал на страну во время восстания. Но Эйдэна не устраивал такой расклад, что, пока он веселится на свадебном пиру, его брат будет вести осаду замка. Нет, это было не из любви к брату, а из ненависти к виконту Валле. К тому же бастард любил размышлять о том, как можно взять тот или иной город Эстэ. Вилмар всегда смеялся над тем, как брат часами мог зависать над картами, планируя штурм своих же городов. Эйдэн всегда отличался стратегическим складом ума, в отличие от брата. — Я легко возьму город и с меньшим количеством людей, — настаивал на своем бастард. — Эйдэн! — страдальчески вздохнул король. — Пойми, судьба твоего брата — быть королем, он должен уметь вести войско в бой. Народ должен любить Вилмара, пусть он одержит свою первую победу. — А если он проиграет? — угрюмо спросил Эйдэн. — Да брось, — махнул рукой король. — Там невозможно проиграть.       Эйдэн знал, что навряд ли отец видел новую оборону Клыка, выстроенную менее года назад. В рекордные сроки, всего за пять лет, крепость выросла в два раза. Но он почему-то решил не говорить об этом отцу, надеясь, что Вилмар как следует помучается, думая над тем, как взять Клык. Сам Эйдэн был в Клыке, когда собирал налоги в Камбрии, он со своими людьми проверял, не перекрыли ли старые тоннели под крепостью, которые он видел на одной древнего вида карте. К его удивлению, оказалось, что про них вообще забыли, лишь старая деревянная дверь была преградой тем, кто решит прорваться внутрь через подземные хода. — Отец, прошу, — умоляюще посмотрел Эйдэн. — Позволь мне хотя бы быть там. — Нет, — решительно ответил король. — Ты поведешь Лэсси под венец, такова воля твоей сестры, — он немного помолчал. — И я не могу отказать ей в последнем желании, — наконец сказал он.       Карие глаза Эйдэна враждебно вспыхнули. Отец применил самое действенное против него оружие – Лэсси. — А теперь иди, сын мой, — раздраженно, желая побыстрей избавиться от него, сказал король.       Как только дверь закрылась, Стэнфорд улыбнулся. Хоть Вилмар и был любимым сыном, но Эйдэн был копией его самого. Тот же огонь в глазах, та же уверенность, ярость, бесстрашие, те же черты лица и те же волосы. Все было его, все было продолжением его. Каждый раз, смотря на сына, он вздрагивал, казалось, он смотрит на свое отражение, отражение в злом и коварном зеркале, которое вместо правды и стареющего дряблого тела показывает то, каким король помнил и считал себя. Стэнфорд удобней расположился в мягком кресле. Порою он боялся сына лишь потому, что тот был слишком сильно похож на него.