Когда сакура любит

За месяц до поступления

      — Итак, это район Инузури? — Ичиго вышла из шунпо, приземлившись на одном из зданий — убогой хижине, такой же, как и все остальные здесь, — и воровато осмотрелась по сторонам.       На окраинах Руконгая души обитали в полной бедности и впроголодь для тех, кто обладал хоть какой-то духовной силой. Очажки небольшого духовного давления, будто слабые свечки, вспыхивали то тут, то там, рассеивая внимание Ичиго. Она по-прежнему не знала кого же ей здесь искать: она и предположить не могла, кто вызывал интерес ее отца в таком захолустье. Не случалось и недели, чтобы он не приходил сюда. Он, высокородный аристократ, зачем-то спускался на самое дно и кого-то упорно разыскивал годами, втайне ото всех. Кроме своей дочери. Уж больно наблюдательной она была, как и все Кучики.       Ичиго несколько раз удавалось проследить за ним — скрытно, с трудом, но все же стараясь подавить собственную «громкую» рейацу и страшась его праведного гнева, однако ее попытки так и не увенчались успехом, как и вылазки капитана Шестого отряда. Исследовав Инузури в сотый раз вдоль и поперек, он возвращался домой с опустевшим взглядом и в скверном настроении. В такие моменты его трогать не следовало, потому никто в поместье не расспрашивал князя ни о чем, а Ичиго отчаянно делала вид, будто и вовсе не замечает его регулярных исчезновений. Внутреннее же беспокойство за него только росло, что и привело ее в итоге на окраину Инузури. Сегодня она изменила тактику и отправилась по его горячим следам, в одиночку, полагаясь только на собственные чутье и силы.       Девушка тихо спрыгнула с крыши на землю, но, оказавшись в дорогом кимоно посреди улицы с нищенствующими людьми, тут же привлекла к себе их взгляды. Бедняки не шевелились, будто пораженные громом. Гордая осанка, фарфоровая кожа, длинные волосы без колтунов — что могло привести явную аристократку в такую дыру? Кое-кто из жителей Инузури сглотнул, таращась на ее одеяние цвета зари, расшитое золотыми нитями, и Ичиго непроизвольно ввинтила каблучок дзори в песок, готовая стартовать в шунпо в случае первого поползновения ее обокрасть. Однако этого не произошло — сгорбленные и нелицеприятные людишки продолжали бесцеремонно разглядывать ее, вызывая к себе жалость и раздраженность. Она передернула плечами, пожалев, что не прихватила охранника, способного в два счета разогнать невежественную толпу. Даже пройти мимо них она бы побрезговала, а ведь ей стоило расспросить этих типов, если захотела докопаться сегодня до истины.       — Тот капитан… Шинигами… Похожа… — прокатилось вдруг рокотом вокруг нее.       Сердце Ичиго застучало быстрее: значит, она не выдумала — странный для плюсов гость наведывался в их края достаточно, чтобы его запомнили. Ей все говорили об их внешнем сходстве, да и держалась дочь в обществе соответствуя отцу — недосягаемой и самоуверенной. Однако дело было в ином — в ее духовной энергии, которая вопреки сдерживанию, уже поставила несколько человек на колени.       — Ты! Шинигами! — запавшую тишину в толпе прорезал хамоватый голос, и Ичиго увидела, как вперед протиснулся парень с ярко-красными волосами, собранными в колючий хвост.       Она выгнула бровь: на фоне остальных слабых душ его рейацу отбивала громкий пульс, хоть и значительно уступала по мощи врожденной аристократке. Зато взгляд его отличался такой же дерзостью, а то и покруче: этот парень полыхал недружелюбной аурой и сверлил гостью неприкрыто гневным взглядом.       — Служакам Готея здесь не место! — Наглец неуважительно ткнул пальцем в Ичиго: — Что ты тут забыла, ши-ни-га-ми?       — Я не шинигами, — отрезала она и отбила его руку ладонью. — В том смысле, что я не служу в Готей-13. И где мне бывать — мое личное дело! — фыркнула Кучики и, вскинув подбородок, демонстративно прошла мимо забияки.       Толпа испуганно ахнула и быстренько расступилась, но аристократку одернули, беспардонно ухватив за локоть.       — Слышь? Я не договорил еще! — Руконгаец заставил ее посмотреть ему прямо в глаза. — Думаешь, если ты из Сейрейтея, к тому ж богачка, то тебе все позволено? Проваливай отсюда, пока…       — …пока что?       Ичиго расхохоталась. Выпустив скрываемую рейацу на свободу, она заставила оборванца не только отпустить ее, но и опустить голову, затем пасть на колени и вцепиться руками в песок.       Кучики довольно хмыкнула и неторопливо оглянулась: всех окружающих постигла та же участь, самые слабые лежали ниц, будто раздавленные ногой мотыльки. Природная доброта, доставшаяся ей от матери, кричала Кучики остановиться, но стоило ей вернуть взгляд на красноволосую макушку, как самолюбие взыграло сильнее и гордая кровь прилила пуще к щекам. Она спокойно смотрела на дрожь, разбивавшую его скрюченное тело.       — И это ты собрался остановить меня? Ты? Меня?       — Проклятье! — процедил тот, сжав кулаки и превращая песок под пальцами в пыль. — Кичишься своей силой? Думаешь… что я такой слабак?! А хрррен тебе…       Жилы под его кожей принялись набухать, лоб и шею укрыли градины пота, а на спине и руках под парусиновой юката проступили очертания мускулов; с невероятным усилием воли подбородок наглого руконгайца таки очертил дугу вверх. Карие непокорные глаза с дикой, не окученной силой на дне уперлись взглядом в своего угнетателя, точно вскинув пики.       Ичиго беззлобно ухмыльнулась на скрип зубов этого варвара: неужто в глуши еще остались интересные экземпляры, способные конкурировать с Зараки Кенпачи? Если так, то этот парнишка являлся самородком: выстоять против силы Кучики дано не каждому, даже среди готейцев, а здесь — обычный плюс и с такой жаждой победы…       Заинтригованная, она немного поумерила спесь и, устыдившись поединку с соперником гораздо слабее, приглушила рейацу. Она постаралась — насколько это вообще возможно — убрать ту в дальние уголки своей души, и сама ощутила, как по телу пробежали мурашки. Порой родовое наследие в виде недюжинной мощи подкидывало больше проблем чем пользы, но принцесса Кучики не роптала: ей было на кого ровняться. Дедушка не раз рассказывал, каким несдержанным был ее отец в юности. А каковым капитаном в итоге он стал? Ичиго мечтала стать как он.       От резкого перепада давления руконгаец тем временем потерял равновесие и шмякнулся лицом в придорожную пыль. Закашлявшись, он упустил момент, когда незнакомка присела на корточки и с любопытством стала рассматривать его.       — Чего? — огрызнулся он, когда их взгляды пересеклись.       Вопреки прежней неприветливости в его глазах, на дне их появилось и что-то другое. Интерес? Уважение? Восхищение, быть может? Ичиго наклонила голову набок и с дерзкой улыбкой пронаблюдала, как парень окончательно смутился, став пунцовым в тон волосам.       — Че?       — «Ниче», — передразнила Ичиго. — Хм, ты и впрямь не являешься слабаком.       — А я, это… — Он захлопал глазами.       Ичиго цокнула, вытащила шелковый платок из складок кимоно на груди и осторожно очистила им лицо незнакомца от грязи. Он вспыхнул еще сильнее, когда покосился на запачкавшийся платок: что творила эта чудачка? Зачем вообще возилась с ним?       Будто подслушав его мысли, она поднялась на ноги, но уходить не поспешила — задумчиво глянула в сторону столицы.       — Я не шинигами из Готея, но вот ты мог бы им стать. Даже больше. С твоей силой и храбростью ты просто обязан это сделать, слышишь? Это долг таких как ты.       — Д-да, — заикаясь, кивнул парень, глядя на нее снизу вверх.       — Славно, — улыбнулась она и оглянулась: народ уже разошелся, и только несколько зевак подслушивали их разговор. — Может, теперь скажешь, как тебя зовут?       Ответ парня утонул в оглушительном реве, раздавшемся вдруг аккурат за спиной Ичиго. Она отпрыгнула и на ходу обернулась — посреди дороги оказался невероятных размеров пустой. Он вновь устрашающе загорланил и… одним махом проглотил пять душ, не успевших скрыться в ближайшем строении.       По улицам деревни прокатились испуганные крики, и прежде замороженные крестьяне живо кинулись врассыпную. Кто-то лез на дерево, кто-то нырял в огромные кадки и накрывался крышками, кто-то прятался в колодцы или под дома. Глупцы! Ничто не уберегло бы их от пустого, если бы тот пришел разрушать руконгайские деревни, но к счастью для простых душ, чудовище приманил истинный деликатес для здешних широт.       — К-ксо! — выругалась Кучики: похваставшись рейацу, она привлекла это страшилище в мирный район с невинными людьми, не имевшими против пустого ничего, даже надежды, поскольку дежурные шинигами прибыли бы в 78-й район только через пару часов, при условии, что использовали бы шунпо постоянно.       — Че застыла?! Бежим! — схватили ее тут за руку и настойчиво утянули за собой.       Ичиго гневно зыркнула на посмевшего коснуться ее, но увидела перед собой лишь красный колючий куст из волос парня, пытавшегося кулаками и бранью пробиться через хаос метавшихся плюсов. Где-то сбоку от них раздался плач брошенных малышей.       — Уведи их, а не меня! — Ичиго вырвала свою ладонь из его хвата и вновь повернула к пустому, извергавшему в небеса голодный рев и устрашающее серо. — Не понимаешь? Это моя вина, что он оказался здесь! Значит, мне и устранять эту проблему!       — Спятила? — осекся парень, уже обвешавшись детьми. — Чем ты собираешься остановить это пугало? Кагуру станцуешь?       Ичиго нервно хихикнула: а это был вариант. Правда, ее не отточенный до идеала танец вряд ли поразил бы пустого до остолбенения.       — Придурок, уносите ноги скорей, чтобы не познать на своей шкуре древнюю магию шинигами. — Она заняла стойку для прочтения заклинания, прикрывая их спиной, но успела бросить напоследок: — Меня зовут Кучики Ичиго. Если выживешь и окажешься однажды в Сейрейтее, буду рада помериться силами.       — Пф, больно надо, — закатил руконгаец глаза, но потом оскалился во все тридцать два. — Но если всё сложится и впрямь так, то Абарай Ренджи к твоим услугам, Кучики Ичиго.       Пустого не интересовала их болтовня, и он атаковал хвостом, однако Ичиго с легкостью исчезла в шунпо, а Ренджи среагировал тоже неплохо — кувырком откатившись от дороги под одну из каменных стен. Дети оглушили его новой волной плача, но он испуганно воззрился на девушку. — Ты точно справишься одна?!       — Кучики никогда не проигрывают, — хмыкнула Ичиго под нос и скрылась с его глаз снова мгновенно.       Уже через пару секунд Ренджи увидел, как пустой оглянулся, завопил и стал сваливать прочь из деревни: Ичиго уводила его за собой на необитаемые территории. Ренджи вдруг страшно захотелось броситься за ней и помочь, да только кричащие дети в руках не давали никаких шансов на такое безумие. К тому же где-то в горах за него волновалась подруга, которая дожидалась его с пайкой украденного у старосты деревни риса. Да и, несмотря на сильную духовную энергию, Ренджи понятия не имел как сражаться с такими чудищами голыми руками, и это его огорчало. Он не любил уступать, не любил проигрывать, не хотел быть слабее. Ренджи вдруг так захотелось дорасти до этой девчонки, что слова ее о службе шинигами отозвались эхом в его сердце…       Ичиго тем временем неслась по девственным густым лесам Руконгая на оголтелой скорости. Поступью пользоваться теперь нельзя — пустой следовал за ней, пока видел, а если терял из виду, то она подстегивала его словами:       — Эй ты! Рыбья морда! Давай за мной!!!       Пустой оказался не из слабых, как описывали обычно офицеры в отчетах — Ичиго частенько подчитывала их втихаря в кабинете отца. Вопреки размерам, двигался он тоже легко, не уступая в скорости. Судя по тому, как он выныривал неожиданно для атаки исподтишка, какими-то зачатками мышления пустой тоже обладал. Она не ожидала, что противник окажется серьезным.       Ичиго однако не сковывал страх — это чувство глубоко презирали в ее семье поколениями. Отец всегда предупреждал, что страх рождается из неуверенности, а Ичиго знала, что и без меча сможет дать достойный отпор. Все, что ей нужно, — оторваться подальше и в какой-то момент применить, например, «Кин». Когда-то дедушка Гинрей опрометчиво обмолвился о нем, а дальше ночь в архивах Общества душ на территории клана и проникновение в отряд кидо не без участи закадычного друга Шихоина Юширо обеспечили детей нужной теорией. Затем они выследили капитана Айзена, о котором ходили дурные слухи как об экспериментаторе запретных заклинаний, и увидели, что сделал его «Кин» с одним из адьюкасов. Зачем Айзену понадобилось брать пустого в плен, Ичиго до сих пор не находила ответ, но перед ней выбор не стоял. Она не могла ни уничтожить врага, ни отпустить. Только задержать до приходя дежурных с занпакто.       — А ну-ка стоять! — Она исчезла лишь на миг и замерла на одной из верхних веток высоченной ели, оказавшихся аккурат на уровне маски пустого.       Тот недовольно что-то пророкотал, но она вскинула вперед руку — практиковать сильное бакудо в поединке ей еще не приходилось, но нужно было просто действовать по заученному раннее порядку. Кучики верила в свою память, силы и успех, а потому, направив указательный палец в пустого, стала тут же собирать желтую энергию на его кончике:       — Тот, кто коронован именем человека, носящий маску из плоти и крови, летящий на десяти тысячах крыльев. Повозка молний, спицы прялки, свет да разделится на шесть частей!!! Бакудо номер 61: Рикузёкоро! — Из пальца тотчас вырвалось шесть тонких широких лучей, которые прорезали тело пустого насквозь, обездвиживая мгновенно.       Заключенный в ловушку монстр издал пронзительный вой, опаляя победительницу жарким смердящим дыханием. Ичиго поморщила нос, но сменила стойку, хитро сузив глаза:       — Бакудо номер 30: Шитоцу Сансен! — Хорошо освоенная защита откинула пустого магическим треугольником к противоположной ели и будто приклеила к стволу.       Ичиго довольно оскалилась и с удовольствием отряхнула руки. Впрочем, уже на земле она ощутила запоздалую дрожь в коленках и присела на корточки, крепко те обнимая. Пустой всё утробно стонал где-то в гуще ветвей, а Ичиго трясла головой, как оглушенная: не то адреналин, не то пара бакудо здорово вымотали ее. Ей захотелось разом поесть и поспать, и радость от того, что каких-то пять лет назад она не могла связать до кучи и примитивный «Сай», а сегодня справилась с врагом хорошей связкой из заклинаний, отступила на второй план. Пустой выл, у нее же раскалывалась голова, и только чудом она избежала его новой атаки, среагировав над свист в воздухе.       — Вот черррт! — вновь выругалась Ичиго и бросилась наутек.       Скинувший путы противник метнулся следом. Словно снежным комом он сметал собой лес на пути, разбивая деревья в щепки направо и налево. Ичиго вновь задумалась применить «Кин», но озверевший монстр заметно ускорился, не давая ей шанса на передышку, не говоря уже о стойке и времени на прочтение заклинания. Вера в порядок и в Готей-13 грела душу на чудесное скорое прибытие патруля, но судьба лишь зловеще оскалилась Ичиго, оборвав дремучий лес глубоким оврагом под ногами.       Она еще не сообразила до конца, что произошло, когда ощутила кожей полет в неизвестность. Мелькнув тотчас в шунпо, успела приземлиться на дно ущелья, стоя прочно на двух ногах, но вдруг загривком ощутила и чужое присутствие за спиной, а затем кто-то грубо лягнул ее меж лопаток.       Отлетев на несколько метров и упав на четвереньки, Кучики гневно сверкнула глазами, когда обернулась. Пустой торжествующе побарабанил себя по груди, а потом занес лапищу для сокрушительного удара. Его противница нашла в себе силы вновь увернуться, но тут ее коварно подсекли хвостом и тем самым выбили весь воздух из легких. У Ичиго брызнули слезы с глаз, и замыленное зрение упустило очередную атаку. Принцесса кубарем прокатилась по каменной впадине и больно ударилась затылком об острый выступ. Съехав спиной по нему вниз, она закашлялась и мазнула пальцами по мокрым от крови волосам.       — Хреново. — Она поморщилась, чувствуя металлический привкус во рту и тупую боль в сердце: отец же тронется умом в случае ее гибели! Боги, отец даже не узнает, как и зачем она оказалась так далеко от дома, если дежурные хотя бы успеют собрать ее кости…       Пустой загудел тут и бросился на нее для финала — на четырех лапах, во весь галоп, точно озверевший от запаха крови хищник.       Ичиго, собрав волю в кулак, скрылась в поступи аккурат перед носом пустого. Сил хватило на несколько метров, потому враг мигом обернулся и наскочил на нее, вжимая весом лапы в каменистый откос какой-то пещеры. Его пасть распахнулась, демонстрируя три ряда клыков, как у акулы. Ичиго дернулась, но хватка пустого оказалась крепка, и закрюченные острые когти чудовища прорвали на плече ткань и кожу. Девушка всхлипнула и беспомощным взглядом заметалась по сторонам, однако быстро одернула себя — не сдаваться! Целая рука принялась мигом вязать какое-то кидо… Нет! Она точно не умрет! Не позволит! У нее еще есть время, шанс и имя, которое делает только сильнее.       — Аррррр!!! — Пустой сократил последнее расстояние.       — Секи! Кёкко! Энкосен!!! — Ичиго закрылась локтем, понимая, что все брошенные впопыхах щиты не сработали и остановить наихудшее невозможно, но сжимавшая ее лапа вдруг разжалась и кто-то другой схватил ее, обвивая за талию.       Ичиго боялась дышать, прижимаясь лбом к горячей, часто вздымавшейся от волнения груди. Ичиго радовалась, но не хотела оказаться правой в своих догадках. Ее самым отчаянным желанием сейчас было увидеть перед собой кого угодно: от того парня из Руконгая до деда Ямы или Короля Душ, но судьба сегодня вновь ставила ей шах и мат. Судьба шепнула рядом знакомое до дрожи:       — Цвети, Сенбонзакура…