С любовью, Лили

— Как же я ненавижу зельеварение! — Похоже, неприязнь у вас взаимна, Бродяга. Сириус только вздохнул. Весь стол перед ним был покрыт отвратительными бурыми пятнами, а вместе с ним котел, страницы учебника и мантия сидящего рядом Ремуса, который уже смирился со своим положением. На дне котла оставалась все та же странного вида масса, больше напоминающая засохший клей, чем уменьшающее зелье, которое было задано сварить для следующего урока. Сириус покосился на идеальное (как картинка в учебнике, Мерлин его дери) варево друга и, снова вздохнув, принялся отковыривать своё уже успевшее закаменеть творение с крышки стола. За этим увлекательным занятием и застал его Джеймс. — Сегодня она точно мне не откажет! — с ходу выпалил он, врываясь в гостиную. «Она» была не кто иной, как Лили Эванс. Ну а кто же ещё? Медные волосы, томный взгляд… Иногда Сириус хотел как следует приложить друга по затылку за все эти эпитеты из бульварных романов. Джеймс не умел влюбляться, поэтому свои чувства к Эванс он прятал за всякой ванильной чепухой. И строил грандиозные планы по завоеванию её сердца, конечно же. Сириус воздержался от очередного вздоха. Если уж Сохатый решил что-то рассказать — его уже не остановишь. Всё равно зелье не клеилось (точнее, не варилось; клеилось оно очень даже хорошо и ко всему, включая Сириуса), а послушать Джеймса было всегда забавно. — Хорошенько запомните этот день, друзья мои! — продолжал Поттер, раскачиваясь на стуле. — Сегодня, именно сегодня, я выйду победителем из этой многолетней битвы. — На улице вроде не солнечно, — серьезно заметил Ремус, перелистывая страницу учебника. Сириус усмехнулся, тут же подхватывая. — Ага. И когда ты успел перегреться, Сохатый? — Эй, я серьёзно! — Ага. — Разумеется. Сириус фыркнул и с громким чавканьем оторвал часть тягучей массы от стенки котла. Джеймс, приняв это как личное оскорбление, ткнул Блэка в плечо. — Это идеальный план! Ну, я так думаю, — откинувшись на спинку стула, Поттер запустил обе пятерни в свои и без того взлохмаченные волосы. — Все твои планы идеальны. И все они заканчиваются тем, что мы драим полы в ванной старост… — как бы невзначай заметил Ремус, не поднимая головы от книги. — Это было один раз! —…разбираем фолианты МакГонагалл… — Зато мы нашли рецепт оборотного зелья! —…или отсиживаем лишние три часа на прорицании, только потому что «ох, профессор Трелони, я целился не в вас!»… — Вы обещали не вспоминать об этом! — со страдальческой миной на лице воскликнул Джеймс. —…но всё же мы готовы выслушать твою очередную бредовую идею, — закончил за друга Сириус. — Давай, валяй, Ромео. Только сначала объясни смену своего настроя. Вчера ты, как бы помягче выразиться, послал Эванс далеко и надолго. От упоминания о своём недавнем фиаско Джеймс только поморщился. Ну не мог же он просто оставить без внимания тот факт, что Лили (его Лили!) обжималась с этим слизеринским змеенышем. Погорячился немного, с кем не бывает. Тем более Лили точно уже обо всем забыла. По крайней мере, Джеймсу хотелось в это верить. Обиды Эванс в его планы совершенно не вписывались. — Не преувеличивай, Бродяга, никого я никуда не посылал. Просто сделал обманный маневр, понимаешь? — Не понимаю, — покачал головой Сириус. — Я тоже, — отозвался Ремус. — Да бросьте! Ладно, это было глупо. — Как думаешь, Луни, грубить предмету своего воздыхания — глупо? — в глазах Сириуса загорелись задорные огоньки. — Ещё как. — Вопрос снят, мистер Поттер, можете продолжать. В сторону Блэка полетел комок засохшего зелья вместе с крепким ругательством, но он легко увернулся и от того, и от другого. После этого Сириус упал на диванчик перед камином и вытянул длинные ноги, давая таким образом понять, что теперь он готов слушать. Джеймс плюхнулся рядом и злорадно ухмыльнулся, когда Блэк завопил, придавленный его весом. Ремус только закатил глаза. — Знаете магловскую сказку, где принц спасает принцессу из башни, охраняемой драконом? — сказал Джеймс, когда они с Сириусом наконец поделили диван. — Знаете, чем кончается эта сказка? — Принцесса на радостях бросается принцу на шею. Знаем, проходили. И что с того? Засадишь Лили в Западную башню? Или в совятник? — Не совсем. Главное, прочувствовать саму идею. Принц совершает подвиг — принцесса счастлива. Всё просто. — И что дальше? — Сириус лениво приоткрыл один глаз. — А дальше воплотим сказку в жизнь. Лили будет принцессой, я — принцем. — Как самолюбиво, ваше высочество. А дракон? — Ну, а в этом мне поможете вы. Джеймс замолчал, с надеждой глядя на друзей. Возникшую минутную тишину прервал хлопок от брошенной на стол книги и скрежет ножек стула по полу. Со своего места поднялся Ремус, явно решивший, что спокойно позаниматься ему сегодня не дадут, и уселся в свободное кресло. Весь его вид так и говорил: я все ещё считаю твою идею бредовой, но с удовольствием помогу её исполнить. Сириус со стоном накрыл голову подушкой, но в его согласии никто и не сомневался. Джеймс довольно сощурился. Оставалось только найти дракона.

***

Сентябрь обещал быть аномально жарким — солнце нещадно палило с самого утра. Огромные окна от пола и до потолка служили отличным увеличительным стеклом, от чего класс зельеварения автоматически превращался в раскаленную печку. Бедные студенты умирали от жары в своих чёрных мантиях, пока нерасторопный профессор Слизнорт наконец не заметил это и не разрешил их снять. К тому же он что-то пробормотал себе под нос, и воздух зашевелился, принося спасительный ветерок. В этот раз зелья были скрещены с Когтевраном, чему Джеймс, да и все гриффиндорцы были несказанно рады. Потому что начинать день с кислых лиц слизеринцев и их ядовитых комментариев не хотелось никому. Насмотрятся ещё — остальные занятия, все до единого, были соединены как раз с ненавистным Слизерином. И не прогуляешь, как назло — планы не требовали отлагательств. Джеймс выбрал местечко подальше от учительского стола, чтобы как следует обсудить всё с остальными Мародерами. Но так получилось, что именно в этот раз Слизнорт решил включить «строгого учителя» и в самом начале занятий рассадил всех по своему усмотрению. Ремус ушёл далеко за первый стол, Сириус и Хвост (который неизвестно где пропадал все утро) были посажены впереди Джеймса. А ему самому Слизнорт пихнул новенького, чьё имя Поттер ещё не запомнил. — В целях Вашего ознакомления с программой, Алан, и Вашего воспитания, мистер Поттер, — бросил профессор и ушёл к своему столу, где его уже поджидала пара любимчиков особо старательных студентов. И Лили в их числе. На неё Джеймс засмотрелся ненароком. Её пылающие на солнце волосы были собраны в аккуратный хвост, а серая рубашка подходила под глаза. Лили качалась на пятках, разглядывая склянки с зельями на учительском столе, и что-то быстро записывала в блокнот. И Мерлин знает, сколько бы ещё на неё пялился Джеймс, если бы его соседу не приспичило лезть с вопросами. — В нашей школе мы делали амортенцию, только не таким способом, как объясняет профессор. И я не знаю, нужно ли толочь шалфей или нет. Не поможешь? — Чего? — нахмурился Джеймс. Его сосед уже вовсю занимался приготовлением зелья — нарезал каких-то трав, в котле кипела вода. Джеймс всмотрелся в ингредиенты, пытаясь понять, чего от него хотят. Корешки незабудок, крылья златоглазок… Какая к черту амортенция? Он хоть и не был силён в зельеварение, но отличить увеличивающее зелье от любовного точно мог. Джеймс вопросительно уставился на новенького. — Я пошутил, — рассмеялся тот и хитро прищурился. — Просто амортенция была бы очень кстати, ты ведь глаз с той девушки не сводишь. Она тебе нравится, да? Джеймс поперхнулся от такого вопроса. О его неравнодушности к Лили знала вся школа, но говорить об этом было позволено лишь узкому кругу друзей. Сириусу и Рему, если быть точнее. А тут какой-то новенький, взявшийся непонятно откуда, да ещё и с этим дурацким именем, которое Джеймс не мог запомнить, нахально лезет в его личную жизнь. Явно пойманый врасплох Поттер замялся совсем не по-Поттеровски и брякнул что-то вроде «немного». Затем отвернулся, показывая, что разговор окончен. — Ну ладно, немного, так немного, — пожал плечами Алан и вернулся к своему зелью. Тем временем Слизнорт успел снять с Гриффиндора 10 очков за то, что Сириус не подготовил заданное на урок. Тот выругался сквозь зубы. Джеймс вспомнил ту бурую кашу, которую они все утро отдирали от котла, и поморщился. Ну не тащить же её, на самом то деле! Только Блэк все же расстроился и на тычок палочкой в спину не повернулся. — Эй, Бродяга, подбери сопли! Ты когда вообще последний раз убивался из-за оценки? — Я просто ненавижу зельеварение, — обреченно вздохнул Сириус. — Не драматизируй. Лучше помоги решить, кому отдать почетную роль «дракона»? — Может, оставишь эту идею, а? Я чувствую, что ничем хорошим она не кончится. — Да брось! — отмахнулся Джеймс. — Всё получится, попомни мои слова. И он внимательно оглядел класс в поисках потенциального «дракона». Идея была до смешного проста: подослать к Лили парня, чтобы тот к ней попристовал. А потом появился бы он, Джеймс, и спас принцессу от надоедливого ухажера (себя же Поттер таковым не считал). Вечная благодарность и уважение Лили были бы ему обеспечены. Оставалось найти того, кто рискнул бы жизнью и не выдал бы потом Джеймса с головой. Это была самая непродуманая часть. Либо всё — либо ничего. Поттер, конечно, рассчитывал на первое. Тут его окликнул Сириус и, когда Джеймс поднял голову, молча кивнул на его соседа. Паренек в это время мешал зелье в котле, чуть слышно мурлыча что-то себе под нос. Мародёры переглянулись. Неплохой вариант. — Хей, слу-у-у-ушай, — заговорчески протянул Джеймс, оборачиваясь к Алану. — Да? — Ты должен оказать мне одну услугу. — Какую же? — Как сказать, — по привычки Джеймс взъерошил свои волосы. — Ты был прав. Ну, насчёт того, что мне нравится Эванс. Она милая, умная и улыбка у неё такая… Сириус закашлялся, давая понять, что Поттера понесло не в ту степь. Джеймс замолк на полуслове, высмотрел профессора Слизнорта и, убедившись, что тот не обращает на них внимания, продолжил: — Так вот, ты просто должен будешь подсесть к Эванс в библиотеке и заговорить с ней. Только не смей к ней прикасаться. — Сохатый… — Если только совсем чуть-чуть. Остальное я беру на себя. Ну как, поможешь? Алан задумался, разглядывая кружащиеся в луче света пылинки. Джеймс нервно барабанил пальцами по столу. Ох и устроит он этому придурку трёпку, если он откажется! Отделает так, что ни одним заклинанием эту красивую мордашку не восстановишь. Легилименцией Алан не обладал и прочесть его мысли, слава Мерлину, не мог. Джеймс уже был готов отвесить парню пару ласковых, но тот его опередил. — Хорошо, я помогу. — Вот и чудно. Сегодня вечером жду в библиотеке. Секундой позже на столе Слизнорта залился звонкой трелью будильник, оповещая о конце урока. Студенты повскакивали со своих мест, спеша поскорее покинуть душный класс. На крики профессора о необходимости записать задание откликнулись единицы: Ремус наскоро набросал его на пергаменте и ушёл, а Лили вместе со своей светловолосой подружкой задержалась дольше. Джеймс отирался возле двери, поджидая её, чтобы перекинуться парой слов (или получить очередной пинок по его самолюбию, тут уж как пойдёт). А Лили всё не выходила, и в итоге Слизнорт любезно выпроводил его прочь, захлопнув дверь перед самым Поттеровским носом. — Не особо то и хотелось, — пробормотал Джеймс и поспешил догнать Сириуса. Останься бы он ещё на минуту, то увидел бы Алана, который почему-то вернулся и с коротким стуком вошёл в класс Слизнорта. Задержись он ещё немного, то, возможно, заметил бы Снейпа, что серой тенью примостился на полу у окна также в ожидании Лили. Но Джеймс уже спешил вслед за Блэком, представляя, что этим вечером он будет героем.

***

— Ну и где она? — Да не знаю я. Сиди спокойно, Сохатый. Погоди… Идёт. Джеймс сию секунду отлип от щели между книжными полками, что служила ему наблюдательным пунктом, и с размаху упал на стул, как ни в чем не бывало уткнувшись в учебник. В этот момент мимо прошла Лили. Её проводил долгий влюбленный взгляд Поттера, да так и остался бы на её макушке, если бы Сириус тихонько не фыркнул. Эванс устроилась на своём привычном месте в уголке и сразу же взялась за перо и чернила, так и не заметив пристального внимания к своей персоне. — Теперь осталось дождаться нашего шведского тупорылого, — прошептал Поттер, заёрзав на месте. — Ну же, благородный рыцарь, будьте хоть чуточку вежливей, — хмыкнул в ответ Сириус. Блэка откровенно забавляло то, как менялся Джеймс в присутствии своей ненаглядной Эванс. Дергался, забывал слова, глупо улыбался и вообще вёл себя как по уши влюбленный идиот. Кем он, собственно, и был на самом-то деле. Угораздило же его влюбиться именно в Эванс, такую правильную и немного скучную Эванс, когда кругом столько хороших девчонок. Сириусу было даже жаль друга — такими темпами Лили согласится на свидание с ним минимум через года четыре. Если вообще согласится. — А вот и он, — бросил Джеймс, разом напрягшись. Новенький ему не понравился с первой минуты знакомства. Был он какой-то слишком уверенный и смотрел на Джеймса так, будто тот казался ему смешным. Но других вариантов не было, тем более он почти единственный, кого Лили ещё не знает. Тем временем Алан подошёл к её столу. Джеймс закатил глаза при виде его широкой улыбки, обращённой к Лили. Ну сейчас она его отошьет. Лили почему-то тоже улыбнулась ему в ответ. Ну вот, сейчас… — Конечно, здесь не занято! — услышал Джеймс её слова, и Льюис спокойно сел рядом с девушкой. — Какого…? — ахнул Поттер, отшвыривая от себя учебник, которым он до этого прикрывался. Лили преспокойно болтала с Льюисом, будто была знакома с ним уже целую тысячу лет. Ещё и улыбалась смущенно, то и дело заправляя за ухо рыжую прядь, и Джеймс, чёрт возьми, совсем не хотел знать, что это означает. А этот гаденыш уже что-то рассказывал ей, выглядя при этом чересчур довольным. Джеймс весь покраснел от возмущения, и Сириусу пришлось срочно выводить его из библиотеки, пока он не наделал глупостей. Сияющая Лили их так и не заметила. — Это что сейчас было? — в ярости выкрикнул Джеймс уже в коридоре. — Это, это… Она просто взяла и заговорила с ним? С ним?! — Тише, тише, Сохатый, — успокаивал Блэк, хоть он и сам был удивлён произошедшим. На них начали оглядываться проходящие мимо студенты, сдавленно хихикая. Джеймс порывался вернуться в библиотеку и проучить наглеца, занявшего его законное место. Подумать только — он же сам подослал его к Лили! Чем только думал! Сириус кивал в ответ на слова друга, всё также цепко держа его за плечо и мысленно приписывая его влюбленности ещё один неприятный симптом — глупую ревность. Каким бы симпатяжкой и не был этот Алан, он чем-то походил на Джеймса, а значит рано или поздно выбесит Лили. Этим же вечером, как полагал Блэк. — Я просто так ему этого не забуду, — продолжал возмущаться Джеймс, но уже с меньшим пылом. — Мы обязательно проучим его. Только не сегодня. Лили это явно не оценит, понимаешь? — Ладно-ладно. Пойдём отсюда, пока я не сорвался. Поттер развернулся, взметнув в воздух полы мантии, и быстро зашагал по коридору, а Сириусу не оставалось ничего, как пойти за ним. Они молчали, Джеймс на ходу протирал стёклышки своих очков. На полпути он не вытерпел. — Но я всё же попрошу Луни посидеть в библиотеке, пока они не уйдут. — Ты такой идиот, Сохатый.