Глава 5. Делай выбор
16 августа 2015 г., 21:39
На Атер окончательно и бесповоротно опустилась тьма. Ежась от холода, Трисс жалела, что не прихватила из гардеробной мистера Кормелла плащ: ночи здесь были зябкие, с нервно шепчущими ветрами с побережья и невысокими температурами. Шарахаясь от подозрительных прохожих, Трисс бродила по мрачному городу, где в темное время суток каждый предмет казался врагом или опасным оружием. Она уже жалела, что отказалась от сопровождения черноманта: обратиться за помощью было решительно не к кому, даже с ночлегом возникла серьезная проблема. Мог ли предвидеть это мистер Кормелл? Трисс шмыгнула носом. Она злилась на старика, на его пассивность и страх перед опасностями Хайларра. Будь он рядом, они бы быстро отыскали Врата Авалона и вернули Артура. И ей бы не пришлось шататься по ночному городу, слушая несущийся вслед пьяный смех и не слишком ласкающие слух оскорбления.
Одно из них настигло Трисс, когда она проходила очередной подозрительной улочкой. Во мраке из ниоткуда соткались три силуэта и с недобрыми намерениями двинулись вперед. Вот они шагнули в мягкий свет фонаря, и Трисс смогла разглядеть три молодых, но изрядно побитых жизнью и чужими кулаками лица. У одного из парней на лбу красовалась ссадина, под глазом второго самодовольно мерцал синяк. У третьего не хватало переднего зуба. Не слишком симпатичные молодые люди с не слишком симпатичными помыслами. Это Трисс поняла сразу.
— Давай, детка, не бойся, мы тебя не укусим, — грубым и хриплым голосом произнес тот, что с синяком. Его спутники засмеялись, как гиены.
Щеки Трисс вспыхнули. Называть ее «деткой», ровно как и «малышкой», имел право лишь один человек на Земле. Сейчас он был далеко, и в сложившихся условиях Трисс безумно по нему скучала. Ярость заставила ее выхватить пистолет.
— Только приблизься, пончик, — с нарочитой нежностью промурлыкала она, — и я церемониться не стану.
— А как поет, — протянул парень с синяком, самодовольно осклабившись. — В постели ты будешь такой же? Нас, должно быть, ждет бурная ночка!
— Это, боюсь, не тебе проверять, — нахмурилась Трисс и вскинула пистолет, легко возведя курок.
К ее удивлению, парни оказались стремительнее. Тот, что с недостающим зубом, ловко выбил оружие из ее рук и попытался схватить Трисс, но именно в этот момент из-за угла полыхнула золотая вспышка, и парень упал ничком, неудачно поздоровавшись с асфальтом. В ту же секунду призрачная стрела, сотканная из глубокого синего света, ударила в грудь второму, с ссадиной на лбу. Нелепо покачнувшись, противник тяжело осел на землю и оттуда признаков жизни не подавал. Трисс, не мешкая, попыталась подобрать пистолет, но сзади ее грубо скрутили. Тот, с синяком! Трисс почувствовала, как по шее осторожно и тихо, как змея, скользит лезвие кинжала, и невольно сглотнула. Сердце забилось часто-часто, гулко отдаваясь в висках.
— Кто ты? — крикнул Синяк. — Покажись!
— Воля твоя, — ответил знакомый голос, и в свет фонаря шагнул Нэриан. На Трисс он смотрел достаточно равнодушно, точно видел впервые.
— Черномант, — догадался Синяк, презрительно сощурившись. — Рейгер даст за тебя неплохую цену, как думаешь?
— Если в загробном мире тебе будут важны деньги, возможно, стоит постараться, — небрежно передернул плечами маг. Он не спешил ничего предпринимать. Понимал, что Синяк прикрывается Трисс, как щитом, и лишние движения только убьют ее.
— Ты мне тут не угрожай, черномант! Снимай кольцо, иначе я зарежу твою подружку!
— А как же твои угрозы насчет бурной ночи в постели? — насмешливо вздернул брови Нэриан. Синяк разъяренно захрипел, и черномант примирительно поднял руки. — Молчу, молчу. Что же, хочешь — забирай.
Нэриан стянул кольцо с пальца, подкинул его на ладони и на короткое мгновение встретился взглядом с Трисс. Черномант точно намекнул ей, что нужно делать. Трисс не могла кивнуть, поэтому выразительно моргнула в знак того, что все поняла.
— Лови! — выкрикнул Нэриан и запустил кольцо в воздух.
Синяк вскинул руку, чтобы его поймать, и Трисс, воспользовавшись моментом, изо всех сил зарядила обидчику локтем в живот. Синяк согнулся, Трисс выбила из его рук нож и отскочила в сторону. Нэриан тем временем успел вернуть кольцо и теперь неторопливо приближался к парню, точно кот, играющийся с мышкой. Трисс стало не по себе: глаза мага метали молнии, опасные и не сулящие ничего хорошего.
— Нэриан, — встревоженно позвала она. — Только не убивай его, ладно?
Черномант выразительно взглянул на Трисс, и та мгновенно почувствовала себя идиоткой. Синяк попытался было накинуться на Нэриана, но тот ловко перехватил его руку, а в следующее мгновение уже держал за грудки так сильно, что побелели костяшки. Синяк забился в цепкой хватке черноманта, но вырваться не смог. Нэриан заговорил, и в его голосе послышались такие нехорошие нотки, что глаза ночного разбойника округлились от страха.
— Слушай внимательно, Честер. Так, если я не ошибаюсь, тебя зовут? О твоих славных «подвигах» я слыхал немало. В твоих интересах сделать так, чтобы больше я о них ничего не услышал, иначе в следующий раз пощады можешь не ждать. Ты все понял?
Синяк отчаянно закивал, не в силах произнести ни слова.
— До встречи, Честер. Надеюсь, нескорой, — напоследок небрежно обронил Нэриан, и Синяк, до смерти запуганный его мягкими, но угрожающими интонациями, припустил прочь по темным улочкам Атера. Его очухавшиеся товарищи тоже сочли за благо убраться.
Трисс растерянно глядела им вслед, когда подошел Нэриан и всучил ей оброненный пистолет. В спокойном свете фонаря он показался уставшим и задумчивым, совсем не таким, как в таверне. Правда, черномант тут же испортил впечатление язвительным комментарием:
— Не жалеешь, что спас тебя от бурной ночки в компании очаровательных молодых людей?
Трисс рассерженно пихнула Нэриана в плечо, так, как делала это обычно с Шоном. Случайный жест заставил ее призадуматься. С каких пор она начала так относиться к подозрительному типу из «Разбитой лодки»? Нэриан усмехнулся, довольный попавшей в цель колкостью.
— Надеюсь, твоя драгоценная тушка в сохранности? Ее лечение — последняя вещь, которой мне хотелось бы заниматься.
Щеки предательски запылали, и Трисс поспешно отвернулась так, чтобы свет фонаря не падал на лицо. До встречи с Нэрианом она считала, что может постоять за себя, в том числе и в словесном поединке. Сейчас ни одно едкое слово не приходило на ум.
— Спасибо за помощь, Нэр. Все в порядке.
— Уверена? — ехидно осведомился маг. — А как же минутка жалости к себе, хотя бы призрачные намеки на то, какая ты бедная и несчастная? Я к тому, не передумала ли ты касательно моего предложения.
Трисс молчала, смущенно уставившись себе под ноги. Черномант побеждал по всем параметрам, но ей слишком не хотелось это признавать. Поддаться на провокацию — потерять осторожность. Сегодня Нэриан спас ее, но что будет завтра? Не попытается ли он, согласно предупреждениям мистера Кормелла, помешать возвращению короля Артура? Ради такого он не постесняется даже убить. То, что за ним не заржавеет, Трисс ни капли не сомневалась. Во время схватки с Честером — если это можно было так назвать — она увидела достаточно.
Ощутив сомнения Трисс, Нэриан вдруг мягко коснулся ее плеча.
— Вижу, в ночное время думается тебе плохо. Как насчет переночевать за мой счет в спокойной и мирной обстановке? А завтра поразмыслишь на трезвую голову и дашь мне ответ. Ну что, идет?
Трисс вздохнула. Что ни говори, больше всего она сейчас мечтала о быстром душе, теплой одежде и уютной постели, как дома. С кем, за чей счет, в каком королевстве и при каких обстоятельствах, ее интересовало мало. Окончательно поддавшись заманчивым волнам усталости, Трисс позволила Нэриану взять ее за руку и повести сквозь мрак улиц Атера к таверне, по его словам, более приличной, чем «Разбитая лодка». Там она в полусне переоделась и, все-таки не найдя в себе силы принять душ, рухнула в постель. Она не запомнила даже, как Нэриан, поддавшись вдруг секундному порыву, накрыл ее мягким пледом, в который ерундовым заклинанием превратил дырявое покрывало. Трисс уже держала в деревянной лодке путь на Авалон.
* * *
На следующее утро Трисс обнаружила себя обнимающейся с подушкой и сладко причмокивающей в полусне. Волосы стояли чуть ли не торчком, глаза едва открывались, но Трисс все-таки заставила себя встать и сонно, спотыкаясь практически на каждом шагу, подошла к окну. Утренний Атер привлекал куда больше, чем его ночная изнанка. По улицам сновали торопливые торговцы, спешили, весело болтая, женщины с корзинами, полными цветов и фруктов, несли вахту стражники. По сравнению с городом, сломленным войной, здесь царило необычайное оживление. На столе Трисс обнаружила записку, набросанную, похоже, быстрой и уверенной рукой черноманта. Ей потребовалось несколько минут, чтобы по кусочкам восстановить вчерашний день и прийти к моменту, в котором она оказалась в таверне вместе с подозрительным парнем из «Разбитой лодки». Отправился искать тебе мозги, вернусь часам к десяти. Не забудь поесть, смотри, чтобы не обсчитали. Знаю, что тебя все равно обсчитают, но все-таки пишу: сто бронзовых монет — один серебряник, а сто серебряных — золотой. Ничего не перепутай. Надеюсь, ты не натворишь глупостей, Нэриан. Почему-то краткая записка черноманта вызвала у Трисс неконтролируемую улыбку до ушей. Правда, потом она почувствовала легкую обиду. И почему этот невыносимый, жутко самодовольный маг считает, что он самый умный? Да, его нельзя обвинить в отсутствии головы на плечах, но нельзя же быть при этом таким едким, колючим и совершенно несносным! Он не нужен тебе, Трисс, он слишком опасен. «Зато он хотя бы сегодня обо мне позаботился», — забирая со стола горсть бронзовых монет, подумала Трисс. Она спустилась вниз, неторопливо позавтракала себе в удовольствие, переоделась в комнате и привелась в порядок. Стрелки как раз подобрались к десяти, и ровно в назначенный час Нэриан нарисовался на пороге с привычной элегантной небрежностью и блуждающей на устах ухмылочкой. — Ну что, как успехи? — поинтересовалась Трисс. — Нашел мне мозги? — Нет, не нашел, — беспечно отозвался Нэриан, усаживаясь за столом и с облегчением протягивая вперед уставшие ноги. — Не было твоего размерчика. Вероятно, ходить тебе остаток жизни с пустой головой. — Какая жалость! — наигранно вздохнула Трисс. Нэриан усмехнулся и заклинанием отправил в нее подушку. Не ожидавшая такой подлости Трисс осела на кровать. — Эй, магией и я могу! — Нет, не можешь, — насмешливо отозвался черномант, с любопытством изучая ее реакцию. — Поэтому я и прошу тебя не затягивать с размышлениями насчет моего предложения. Ты уже, наверное, сообразила, что мир магии полон сюрпризов, с какими вы, люди, просто никогда не сталкивались. Мы же живем с ними бок о бок каждый день и знаем, как с ними бороться. — Если ты говоришь о тех ночных хулиганах, такие есть и у нас. Просто их было трое, а я одна, вот и все. Глаза Нэриана сверкнули холодным язвительным огнем. — В этот раз тебе повезло, это действительно были хулиганы. Но что, если бы на их месте оказалось магическое существо? Или наемный убийца, вроде того, что мы видели вчера в таверне? Ты не думай, что я это несерьезно. Наоборот, я серьезен, как никогда. Ты пытаешься найти короля Артура, но люди короля Рейгера здесь, в Хайларре, против его возвращения. Тебя будут не раз пытаться убить до момента, как ты покинешь материк. А после этого могут похоронить на Авалоне из-за остреньких зубов озерных волков, например. — Ты снова меня запугиваешь, — сощурилась Трисс. — Это не даст ровно никакого результата. — Тогда, может, ты еще одну ночку перекантуешься на улице, только на сей раз я не буду приходить на помощь? — усмехнувшись, предложил черномант. Трисс кинула в него подушкой, не зная, как еще выместить накопившуюся ярость, но Нэриан ловко ее перехватил на подлете. — Один-ноль в пользу подозрительного черноманта, — прокомментировал он. — Зачем тебе на Авалон? — игнорируя его колкости, взвилась на ноги Трисс. Конечно, Нэриан спас ее, но она все еще не могла ему доверять. Голос подсознания упрямо твердил: Он пытается тебя обмануть, Трисс! Ему не нужно спасение Хайларра, он добивается другого, возможно, даже в ущерб тебе, но с твоей помощью! Нэриан вздохнул, приложил руку ко лбу в жесте отчаяния. Он, похоже, смирился с мыслью, что у Трисс действительно пустая голова. — Я тебе уже говорил, — терпеливо повторил он, — я лишь пытаюсь спасти свое королевство от неминуемой гибели. Мне вовсе не хочется доживать остаток жизни на руинах или схлопотать пулю в сердце от какого-нибудь не в меру назойливого англичанина. — Странное какое-то рвение, — фыркнула Трисс. — Слишком уж наигранное. Ты, черномант, герой, который пытается спасти Хайларр? Да ни в жизнь не поверю! Похоже, ей все-таки удалось задеть чувства Нэриана. Маг подался вперед, глаза его опасно сузились до хищных щелок. По кольцу пробежала зеленая искра, но тотчас погасла, так и не сорвавшись в воздух. Нэр пытался успокоиться. — Ты и целого дня не провела в этом мире, а уже берешься судить о черномантах? — проговорил он презрительно. — Хороша же ты, Трисс Элликотт, что тут скажешь. Смело критикуешь то, о чем понятия не имеешь. Мне, наверное, стоило придумать красивую сказочку, как твой друг-психолог. Рассказать, что я, например, несчастный принц, брошенный отцом на произвол судьбы, пытаюсь спасти любимое королевство от жестокой тирании. Вот только какой смысл тебе, взрослой девушке, думал я, скармливать детские сказочки? Оказалось, что для тебя они имеют значение куда большее, чем правда. Мистеру Кормеллу ты, конечно, поверила сразу. Он же такой добрый и милый старичок, на Альбуса Дамблдора похож! — Похож, — невольно согласилась Трисс, но тут же спохватилась. — Да не в этом дело! — А в чем тогда? — вскинув голову и уставившись ей прямо в глаза, твердо спросил Нэриан. Взгляд его был настолько холодным и колючим, что Трисс разом позабыла все дерзкие слова, припасенные как раз на такой случай. — Ты вольна сама принимать решения, но помни одно: даже у Альбуса Дамблдора были свои грехи. С этими словами Нэриан встал и, не дожидаясь новых споров и ссор, вышел за дверь. Трисс, обессиленная и вконец сбитая с толку, рухнула на кровать. Она окончательно запуталась и теперь уже ничего не понимала: где добро, где зло? Кому верить, кому нет? Принимать ли помощь от черноманта, хотя это запретил мистер Кормелл, который, возможно, тоже не радует прилежным поведением? Трисс рассерженно стукнула кулаком в спинку кровати. Она ненавидела ситуации трудного выбора, особенно когда на нее наседали с двух сторон и требовали срочного принятия решения. Дался тебе этот черномант? Ты и сама со всем можешь справиться! Он лишь помешает тебе вернуть короля Артура, — надрывалось упрямое подсознание, всеми силами пытающееся склонить Трисс в сторону отказа. А разум холодно возражал: «Нет, ну как ты можешь справиться сама, если ты ни черта не смыслишь в магии и даже толком не умеешь стрелять?» Подозрения боролись с чувством самосохранения, нехорошие предчувствия — с событиями прошлой ночи, желание оторвать язык за дерзость — с неумолимо возникающей симпатией. Трисс пока не понимала, что побеждало, но от незримого сражения в душе захотелось вдруг убежать на край света. «Мне нужен совет», — поняла Трисс. Вот только где его искать, этот совет? В Атере у нее не было друзей и знакомых, кроме Нэриана, идти к которому сейчас было равносильно самоубийству. Все ее приятели в магическом королевстве сводились к кусту и камню, но те едва могли дать здравый совет. Или могли? Трисс не раздумывала ни секунды. Сорвавшись с места, она со всех ног помчалась к выходу из города, туда, где вчера видела конюшни. Встретили ее удивленно и несколько озадаченно, особенно когда она с порога, тяжело дыша, спросила в лоб: — Это… лошадь… напрокат… сколько? Благо, бронзовых монет, оставшихся от денег Нэриана, хватило, чтобы одолжить лошадь на несколько часов. Трисс поблагодарила судьбу за то, что та однажды столкнула ее, пусть и ненадолго, с конным спортом, который ей сильно пригодился в неизведанном мире волшебства. Теперь Трисс, пустив лошадь галопом, стремглав неслась по дороге к лесу, вдыхая аромат свободы и вольного ветра. Как Трисс ни пыталась, она не смогла отыскать то место, где произошла вчера судьбоносная встреча. Отчаявшись, она спешилась и, ни на что особо не надеясь, прокричала в воздух: — Куст! Камень! Эм… Чарли Чаплин! Лошадь меланхолично причмокнула и боднула Трисс головой, намекая, что ей давным-давно пора лечиться. Трисс рассеянно погладила скакунью по носу и в эту секунду услышала под ногами тихий, но отчетливый голосок: — Камень и куст спешат на помощь! Зовущий всегда получает ответ! Переведя взгляд под ноги, Трисс с радостью обнаружила двух вчерашних знакомых: камень меланхолично мигал обоими глазами со скучающим видом, а куст яростно и фанатично потрясал тонкими ветками, угрожая смертью невидимым врагам. — А совет зовущий в качестве бонусного предложения не получает, случаем? — полюбопытствовала Трисс, опускаясь на корточки. — Совет? — озадаченно переспросил куст. — Ну, совет тоже можно устроить… при определенных обстоятельствах, конечно. Например, если второе полнолуние месяца приходится на четверг… — Что случилось? — бесцеремонно перебив друга, поинтересовался камень. — Ты выглядишь обеспокоенной. — Я бы даже сказал, что на тебе нет лица, но оно там, к сожалению, есть, — съязвил куст, заслужив многозначительный взгляд от каменного приятеля. — Мне нужно разобраться, кому верить, а кому нет, но я не могу этого сделать, ничего не зная о Хайларре и о мире, которым вы тут живете. Мне нужен совет кого-то… — Трисс с сомнением оглядела двух странноватых знакомцев. — …мудрого. Куст расхохотался. Он так заразительно смеялся, что хихикать начала даже лошадь Трисс. Смахивая слезинки с глаз, куст пихал камень в бок и пытался что-то сказать, но никак не мог внятно сформулировать мысль. Трисс терпеливо ждала, когда истерика закончится. — Она пришла за этим к нам! — наконец, справился куст и снова разразился диким смехом. — К камню и кусту! — Не смешно, — огрызнулась Трисс. — Смешно, — возразил куст и снова захихикал. — Куст прав, — вздохнул камень, печально кивая. — Мы всегда рады тебе помочь, но советы — не самая сильная наша сторона, особенно в том, что касается людских проблем. Лучше тебе обратиться к кое-кому более мудрому и справедливому в суждениях. К тому, кто давно ждет тебя. Если не боишься, мы проведем. Слова звучали загадочно и в то же время очень заманчиво. Трисс так остро нуждалась во взгляде на проблему со стороны, что ей было абсолютно все равно, к кому обращаться. К тому же камень и куст куда меньше, чем Нэриан, смахивали на подозрительных типов с неизвестными намерениями. Едва ли эти два чуда природы могли обмануть. — Я не боюсь, — ответила Трисс, склонив голову набок. — Тогда следуй за нами, — велел камень и заскользил, перекатываясь с одного бока на другой, по лесной тропинке. Куст с апломбом подобрал низко растущие веточки и смешно засеменил, используя вместо ног торчащие корешки. Трисс прыснула, но стушевалась под выразительным взглядом лошади и, взяв ее под уздцы, поторопилась следом за странными приятелями.* * *
Камень и куст, похоже, специально вели Трисс самыми запутанными и непроходимыми тропинками. Ноги цеплялись за вереск, в лицо назойливо лезли сухие ветки, щеки покалывали нежные иголочки сосен. Несколько раз они проходили мимо камней, подозрительно напоминавших могилы. Трисс не была уверена, что хочет знать, чьи они. Минут через двадцать беспорядочных блужданий по лесу закадычные друзья вывели Трисс на широкую, тщательно расчищенную от сорной травы дорогу. По ней они и добрались до лагеря друидов. Трисс сама не понимала, почему до этого представляла друидов суровыми лесными существами с корой вместо кожи. Наверное, все из-за дриад. В любом случае, светлые чародеи оказались обычными людьми. Жили они под покровом леса: кто в палатках, кто в шалашах, сложенных на скорую руку, а кто и вовсе под открытым небом. Уютно пахло костерком и спелой черникой. Привольно расположившись под природными сводами Чаролеса, друиды обменивались шутками и короткими фразами, большую часть диалогов ведя мысленно. Когда Трисс вместе со своими спутниками углубилась в волшебный лагерь, ощутимо потянуло крепким напитком из трав. Мимо, прижимая к груди корзины, полные полевых цветов, торопливо прошла крепкая мускулистая женщина с загорелым румяным лицом. На вид ей можно было дать около сорока. Завидев Трисс, она остановилась и что-то спросила на незнакомом наречии. — Эм… Здравствуйте, я не говорю на вашем языке, — поспешила прояснить ситуацию девушка. Друидка рассмеялась и пожала плечами. — Прости, ты очень похожа на прихожанку с севера, у нас здесь таких немало, — весело щурясь, пояснила она. — Это их язык, наш звучит совсем по-другому. — Сколько же языков вы знаете? — удивилась Трисс. Женщина снова рассмеялась и ничего не ответила. Спохватившись, Трисс предложила помощь, и волшебница с радостью отдала ей одну из корзин. Весело болтая, как старые подружки, англичанка и друидка дошли до темно-красной палатки, приютившейся на окраине лагеря. — Цветы для Эленор, — заговорщицким шепотом сообщила женщина. — Она захворала несколько дней назад, я ухаживаю за ней, пока Лемуэр ищет лекарство. — Аа, — протянула Трисс, неловко улыбнувшись. Странно выслушивать подобные истории, когда никого из действующих лиц не знаешь. — Ну, спасибо тебе за помощь, — ласково сказала друидка. — Как тебя зовут? Должна же я знать, кому быть благодарной. — Я ничего особенного не сделала, — рассмеялась Трисс. — Меня зовут Трисс. Лицо друидки вытянулось. Свободной рукой она ухватила Трисс за плечо и, точно не веря своим глазам, внимательно осмотрела ее с ног до головы. — Силы небесные! Кто бы мог подумать, что мы встретимся так скоро… Что же, рада была познакомиться, Трисс. Тебе следует поговорить с Анемием, нашим вожаком, он живет в шатре с рунами. Надеюсь, скоро свидимся. Поспешно выхватив из рук растерянной Трисс вторую корзину, женщина поторопилась нырнуть в палатку. Трисс изумленно смотрела на задернувшийся полог. Что все это значит? «Кто бы мог подумать, что мы встретимся так скоро…» Она не могла понять, почему от одной этой фразы у нее по коже пробегают предательские мурашки. — Ты долго будешь стоять и смотреть в пространство? — обиженно осведомился куст, уязвленный отсутствием внимания к его значимой персоне. — Идем к Анемию! Тебе скорее нужно с ним поговорить! Решив ничему не удивляться, Трисс заторопилась следом за кустом и камнем, которые уже наперегонки припустили к большой зеленой палатке с рунами. Видимо, именно это и был шатер Анемия. Перед входом Трисс замялась и неуверенно попросила разрешения войти. Ей отозвался приятный мужской голос с таинственной, но едва ощутимой хрипотцой. Откинув полог, Трисс оказалась внутри. Здесь было темно, только огарок свечи на столе давал скудный свет, в котором едва угадывались очертания предметов. Сам стол занимал в шатре центральное положение, и над горой сваленных в кучу бумаг, книг и свитков возвышался человек весьма необычной наружности. Встреться Трисс с таким на улицах города у себя дома, она бы непременно испугалась, но в волшебном Хайларре подобные личности не удивляли. Широкоплечий мускулистый мужчина неопределенных лет внимательно изучал Трисс цепким взглядом ярко-зеленого глаза. Правый, слепой, рассекал длинный росчерк шрама. Кожа у краев старой раны точно обгорела в былые времена, и теперь давние увечья давали о себе знать. Трисс решила, что друид — южанин, такие у него были темные волосы и до насыщенного бронзового оттенка загорелая кожа. Подбородок венчала короткая, но густая черная борода. Темно-зеленая жилетка, наброшенная прямо на голую грудь, оставляла открытой руки, позволяя разглядеть татуировку в виде причудливой руны на плече. Спохватившись, Трисс перестала бесцеремонно разглядывать незнакомца и присела в неглубоком реверансе. — Встань, Трисс, и больше никогда так передо мной не делай. — Все настолько плохо? — с печалью осведомилась Трисс и тут же прикусила себе язык. — То есть… Откуда вы знаете мое имя? Южанин улыбнулся. — Меня зовут Анемий, друиды зовут меня своим вожаком. Твое появление было предсказано еще очень давно, так что я ждал тебя. Присаживайся. Так. Опять разговоры о предназначении. С опаской Трисс приблизилась и опустилась на заранее приготовленный стул, осмотрелась повнимательнее. Пламя свечи выхватывало из темноты сушеные связки трав, шкафчики, полные склянок и загадочных предметов непонятного назначения, остро отточенные клинки и полные стрел колчаны. Целая кладезь оружия и, должно быть, знаний. Мистер Кормелл наверняка бы сейчас всплеснул руками и побежал обниматься с каждой полкой. Куст и камень немного пошушукались на пороге и сбежали по «срочным» делам. Анемий только чуть усмехнулся им вслед. Зрячий глаз снова обратился к Трисс. — В любом случае, ты здесь не за тем, чтобы выслушивать истории о своем предназначении, а я здесь не за тем, чтобы о нем тебе рассказывать. Ты хотела получить совет. Я тебя слушаю. Трисс взволнованно поерзала. Интуитивно она доверяла Анемию, этому странному, наполовину зрячему мужчине, вожаку друидов. Во главе светлых чародеев мог стоять только мудрый и знающий человек, не тот, что ищет власти или богатства, а тот, что ведет свой народ к просвещению. Возможно, именно по этой причине Трисс почувствовала себя неуверенно, как маленькая девочка в первый школьный день. — Да, вы правы, мне нужен совет. Я должна отправиться… в одно место, чтобы… кое-что там сделать. — Девушка закусила губу. Получалось нелепо. — Есть человек, который предлагает мне помощь, но я не доверяю ему: он черномант, неизвестно, что у него на уме, его настойчивость кажется мне подозрительной. Так легко мир спасать не идут, особенно когда за тебя это готов сделать кто-то другой. Анемий кивнул. В воздухе сам собой возник крошечный золотистый огонек, весело прыгнувший друиду на плечо. Скосив на него глаза, Трисс продолжила: — Но есть и другая сторона этого вопроса. Я в Хайларре лишь второй день и ничего тут не знаю, без чужой помощи мне не обойтись: повсюду опасность, а я не умею толком даже пистолет в руках держать. Иными словами, в сложившейся ситуации постоять за себя довольно трудно. Мне нужна помощь. Из всех возможных вариантов — только он. Стоило ей только произнести последнее слово, как перед глазами вспыхнул чернильного цвета огонек. Золотой, завидев своего собрата, с радостью кинулся навстречу. Язычки пламени столкнулись в смертельных объятиях, и Трисс с удивлением наблюдала, как меняется огонь, пестря всеми цветами радуги. Улыбнувшись, Анемий накрыл пламя рукой, и оно исчезло. Вновь единственным источником освещения стала умирающая свеча. — Ты частично сама уже дала ответ на свой вопрос, Трисс. Тебе нужна его помощь, других вариантов не предвидится. Теперь осталось лишь сделать выбор. Я не могу рассказать тебе, как сложится твоя жизнь, если ты пойдешь с ним, как — если не пойдешь. Но могу наставить тебя на истинный путь. Ты вольна понимать мои слова, как угодно. Трисс медленно кивнула. Анемий и мистер Кормелл рассуждали в общем ключе, но словам друида она по неведомым ей самой причинам доверяла больше. Может, потому, что Анемий не говорил о предназначении с таким фанатизмом, какой наблюдался у мистера Кормелла? Он не рассказывал о великой судьбе, не строил предположения, он просто ставил перед фактом. Трисс предположила, что уверенность этого мужчины передается воздушно-капельным путем. Друид вздохнул, откинулся на спинку стула и обратил взгляд к пламени свечи. — Нэриан. Мне знакомо имя этого юноши. Его ждет тяжелая, но великая судьба. Я не могу открыть тебе всех тайн, Трисс, но скажу так: он принесет тебе боль, очень серьезную и страшную. Но он же подарит тебе небывалое счастье. Если ты хочешь открыть Врата Авалона, тебе следует взять его с собой. — Боль и счастье вместе? Как такое может быть? — скептически приподняла брови Трисс. — Ты же врач, Трисс, ты должна понять. Вспомни, что твои пациенты испытывают во время операций. И что они чувствуют потом. С загадочной улыбкой Анемий погасил свечу. Шатер погрузился во мрак, а когда огонь сам собой зажегся снова, мудрого друида уже не было. Щурясь на свет, Трисс вышла из шатра. Не обращая на нее внимание, друиды спешили по своим делам, продолжая весело болтать и смеяться. Совсем юный чародей, светловолосый мальчик ангельской наружности, тренировал воздушные заклинания, от усердия высунув кончик языка. Бросив прощальный взгляд на теплый лагерь, где на мгновение она ощутила себя так, будто вернулась домой после тяжелых странствий, Трисс двинулась в обратную дорогу. Она все боялась, что не сможет найти путь, но умная лошадь сама повезла ее в нужном направлении. Ласково потрепав по гриве, Трисс пообещала по приезде дать ей самую лучшую морковку. Всю дорогу в Атер Трисс думала о словах друида. Что испытывают во время операций пациенты? Если они не под наркозом, конечно, боль. А что потом? Облегчение? Чувство радости от одной только мысли, что все закончилось? Так или иначе, после тяжелого периода наступает время счастья, когда оглядываешься назад и невольно посмеиваешься над прошлыми проблемами. Не это ли имел в виду мудрый Анемий? Может, он хотел сказать, что Нэриан принесет ей боль, но после непростого периода все наладится, и дела пойдут лучшим образом? Трисс не могла найти ответ на этот вопрос, но зато поняла кое-что другое: взяв на вооружение совет друида или нет, она все равно должна позвать черноманта с собой. Но прежде всего — извиниться. Лошадку она вернула с опозданием на полчаса, а потому пришлось выплатить небольшой штраф. Щеголяя пустыми карманами и издевательски посматривая на опечаленных воришек, шныряющих в толпе среди белого дня, Трисс направилась к таверне, надеясь застать там Нэриана. Ей повезло, и черномант действительно оказался в комнате, с задумчивым и отстраненным лицом, мало напоминающим привычную ехидную маску, точил меч. Трисс скользнула за порог и, не зная, с чего начать разговор, неловко прокашлялась. — Я думал, ты ушла. Не глядя на нее, Нэриан поднял оружие так, чтобы на лезвие упал свет. Проверял остроту клинка. — Слушай, кхм… Я не хотела тебя обидеть. — Я не хотела переехать тебя паровозом, — неожиданно едко передразнил Нэриан, глядя на Трисс чуть ли не с отчаянием. Та почувствовала, как щеки заливает краска. — Ты обиделся на то, что я назвала тебя черномантом? — Ты назвала меня истинным именем, на что обижаться? Нет. Я обиделся на то, что ты назвала меня черномантом и потому априори внесла в список тех, кому нельзя доверять. — Нэриан… — Когда ты наконец поймешь, — распалившись, продолжал черномант, — если бы я хотел тебя убить, я бы просто не стал тебя вытаскивать из лап Честера. Дал бы им побаловаться пару деньков, а потом они бы прирезали тебя за ненадобностью, или ты бы умерла от истощения. — Нэриан. — Не следовало вообще тебя спасать. Не понимаю, что на меня нашло? Я же черномант, должен думать только о себе и ненавидеть весь мир вокруг. Так какого Дьявола я… — Нэриан! Маг недовольно воззрился на Трисс. Казалось, он сейчас взорвется изнутри от негодования. — Если ты хотя бы на секунду замолчишь, то обнаружишь, что я пытаюсь до тебя докричаться вот уже несколько минут. Я хочу извиниться. Да, я знаю, что виновата и напрасно оскорбила тебя недоверием. Но ты тоже поставь себя на мое место: совершенно незнакомый человек пытается навязаться в попутчики, а ты даже о нем ничего не знаешь, кроме того, что черноманты опасны. Все, на что я могу опираться здесь, в Хайларре — это слепые знания, которые дал мне перед телепортацией мистер Кормелл. Я еще не знаю, можно ли ему доверять, поэтому путаюсь во всем, что происходит. Извини. Я знаю, что виновата. Давай попробуем… сначала. Ладно? Несколько мгновений лицо Нэриана не выражало абсолютно ничего. Трисс прикидывала, как много времени ему понадобится, чтобы метнуть клинок. Но черномант, похоже, уже спустил пар, потому что отложил в сторону меч и поднялся. — Я бы попросил прощения, но это не в моих правилах. Поздравляю, извинения принимаются. Разрешаю тебе радостно попрыгать до потолка. Трисс захотелось швырнуть в язвительного мага чем-нибудь тяжелым. Она только начала думать, что он нормальный, что даже сквозь маску ехидного и самодовольного типа проглядывает честный и благородный человек, а тут… Нет, они, наверное, никогда не поладят. Ты совершаешь страшную ошибку, не смей ему доверять! Выдохнув, Трисс взяла себя в руки и сказала: — Есть еще кое-что. Я… В общем, я хочу, чтобы ты отправился на Авалон со мной. Суровые складки на лице черноманта разгладились, и он не смог скрыть непрошеную улыбку. Трисс приподняла брови, ожидая очередной колкости, но Нэриан сумел удивить ее снова, промолвив только одно тихое: — Спасибо. Больше он ничего не сказал, только начал собирать вещи и, проходя мимо, несильно ткнул ее кулаком в плечо.
