Daisy

      Пятнадцатые именины Десмеры выпали на один из самых тёплых и солнечных дней. Последние три недели оказались нервными. Известие о появлении четырёх королей, что услышала она из уст Уилласа, заставило девушку задуматься о безопасности родных. Она написала отцу и получила от него успокаивающий ответ. Однако он не погасил волнение и тревогу. А сегодня рано утром прибыл гонец с острова и привёз извинения родителей и их подарки. Настроение Десмеры и вовсе упало: она так хотела обнять матушку, потанцевать с отцом на празднике!       Ей уже надо было спускаться к гостям, а она всё сидела, прижимая к себе подарок матери — тёмно-зелёную шаль, из шерсти такой мягкой и тонкой, что казалась шёлком. Леди Мина сама вышила её золотыми гроздьями винограда и розами. Матушка Десмеры была мастерицей на все руки, жаль, что дочери не передался её талант. Шаль, казалось, хранила тепло родных ладоней, и девушка судорожно прижимала драгоценную вещь к себе.       «Это чтобы ты не мёрзла вечерами в саду. Кому как ни мне знать, как холодно бывает в Хайгардене»       Вздохнув, Десмера поднялась с постели и накинула шаль на плечи. На миг показалось, что это родительница ласково её обнимает. К глазам подступили слёзы, но девушка досадливо махнула головой, прогоняя непрошеную влагу. Жаль, что нельзя спуститься прямо так: жарко, да и материнский подарок не подходит к отцовскому. Подарок отца — роскошное платье густо-винного цвета Десмера надела ещё несколько часов назад. Его цвет был столь насыщенным и благородным, что она боялась даже предположить, сколько лорд Редвин выложил денег за этот наряд. Отец всегда любил Десмеру больше своих сыновей и даже как-то говорил, что будь она мальчиком, то без раздумий отдал бы остров ей, не глядя на очередность рождения. Братья Дес не блистали ни умом, ни красотой, ни здравым смыслом, ни манерами — ничем, чем должен был обладать владелец богатейшего острова Арбор, что приводило лорда Редвина в уныние.       Вернувшись из своих мыслей, девушка с сожалением отложила шаль и неодобрительно взглянула на вырез платья. Он был глубже и откровеннее, чем юная Редвин когда-либо себе позволяла. Этот вырез был прямым доказательством того, что она уже не ребёнок, а готовая невеста. Невеста… В условиях войны ей едва ли дадут выбрать мужа… Десмера принялась рьяно расчёсывать волосы.       «Пообещай мне, милая, что будешь самой счастливой на своём празднике. Пообещай, что наше отсутствие не скажется на твоём настроении».       Нет, она не будет думать сегодня о плохом: отец попросил её быть счастливой в своё пятнадцатилетие, и Десмера постарается, сильно постарается. Она бросила гребень на стол и, взглянув в последний раз на собственное отражение, направилась к двери.       Уилл нервно постукивал пальцами по столу, то и дело поглядывая в сторону, с которой должна была появиться виновница торжества. Гостей было немного, и погода чудесная, потому праздник решено было устроить прямо в южном саду. Столы выставили в самом центре вокруг фонтана, они едва не ломились от еды, а гости уже вовсю веселились, попивая вино и, кажется, не слишком огорчаясь из-за задержки Десмеры.       Уилл вздохнул. Должно быть, Дейзи совсем не так представляла свой день рождения. Он сделал все возможное, чтобы этот праздник запомнился ей надолго, пусть и дела отнимали безумную кучу времени, но одного исправить он не мог: шла война, а из этого вытекали неприятные последствия, ощутимые даже здесь, за многие сотни миль от настоящих сражений.       Свой подарок он припас давно, он покоился в кармане его дублета, и молодой лорд Тирелл частенько нервно касался его, проверяя: на месте ли? Он не был знатоком того, чего желают девицы в пятнадцать, но очень надеялся, что его незамысловатый презент Дейзи хоть немного понравится.       Не успел он одернуть руку от кармашка, как под высокой аркой, увитой плющом, показалась Десмера. Гости затихли, а Уилл поднялся с места, улыбаясь.       Едва она вышла из арки, как гости затихли и выжидающе уставились на именинницу. Леди Редвин светло улыбнулась. Несмотря на то, что торжество было скромным, поздравить девушку прибыло довольно много желающих. Столы, накрытые белоснежными скатертями, были полны кулинарными шедеврами местных поваров, в руках каждый гость держал по кубку, в котором было, несомненно, вино с виноградников Арбора. Уж сегодня-то она законно может его пить! Десмера заулыбалась шире, вспомнив проводы армии Ренли и шутку над Уилласом. А вот и он, кстати, улыбаясь, смотрел на неё. Девушка дружелюбно кивнула ему. С того памятного разговора им так и не удалось больше поговорить. Она была слишком занята своими мыслями и переживаниями, а Уилл всё время проводил в кабинете, решая насущные дела и готовя праздник для Дес совместно с Леонеттой.       Где же она? Жена Гарлана стояла под вишней в окружении дочерей Брайана Фоссовея. Едва Редвин на них взглянула, как девушки замахали ей руками, а Леонетта подмигнула. Отметив про себя, что необходимо будет к ним подойти, Десмера несколько растерянно поглядела на остальных гостей. Следовало что-то сказать. Надо было подготовиться — мелькнула запоздалая мысль.       — Приветствую всех, кто пришёл меня сегодня поздравить! Я очень благодарна вам за это, — что она несёт. — Ваше присутствие не может мне не льстить! Веселитесь, пейте вино из погребов моего лорда-отца! К сожалению, из-за неотложных дел он не сумел почтить нас своим присутствием, но пусть же праздник не станет от этого хуже! Музыканты, играйте!       Десмера хлопнула в ладоши и резво шагнула к гостям, придерживая край шуршащего о траву платья. К ней мгновенно подскочил Рикард Тирелл, и начался обмен любезностями.       Стоило Дес хлопнуть в ладоши, как заиграла музыка. Гости добродушно кивали, выказывая свое почтение, и Уилл вздохнул с некоторым облегчением — по крайней мере, на первый взгляд девушка не казалась несчастной и недовольной.       Он поднял трость и по привычке оглянулся, выискивая Хвоста, но пса не было — животным вход на празднество был заказан. Причиной тому был ярый протест садовников, пришедших ради такого важного вопроса в кои-то веки к единодушному мнению: псов в сад не пускать, иначе мерзкие животные вытопчут все цветы, стремясь урвать кусочек со стола.       Тирелл чуточку приуныл, но улыбка не сползла с его лица, и он направился к леди Редвин, бесцеремонно оттеснив кузена, который, ничуть не смущаясь, с ней заигрывал. У них ещё будет время, если Десмера не против, только отчего-то ему казалось, что девушка его только поблагодарит за вмешательство. Однако он с большой долей вероятности мог ошибаться.       — Вы прекрасны, миледи, — он поклонился, ухмыльнувшись, и поцеловал руку именинницы.       Рикард был не менее любезен и обходителен, чем его старший брат Раймунд, поэтому Десмера искренне улыбалась юноше и радовалась его подарку — изящной броши в виде маленькой лошадки с изумрудными глазами. Однако подошедшему Уиллу она была рада ещё больше. Она удовлетворённо вспыхнула на комплемент и кивнула со всем изяществом, на которое была способна.       — Спасибо! Этот праздник чудесен! Мне очень приятно, что ты организовал его для меня!       — Рад был стараться, — подмигнул Уиллас и, сжав руку девушки, повел её на центр импровизированного бального зала.       А когда они остановились, он негромко кашлянул, отставил трость и взял вместо неё кубок, заботливо предоставленный чашницей в золотисто-зеленом платьице. Когда же музыка замолкла, а разговоры притихли, молодой лорд чуть приподнял ладошку Десмеры, которую сжимал своей, и отсалютовал гостям кубком:       — Миледи и милорды, позвольте мне первым поднять кубок в честь нашей очаровательной леди Редвин, — он повернулся к Десмере и теперь, казалось, обращался лишь к ней. — Миледи, много слов будет сказано в этот вечер для вас и о вас, я же, не обладая талантом красноречия, пожелаю вам одного: счастья. И пусть ваша улыбка служит для всех нас лучиком света в эти темные времена.       Он поднял кубок повыше и, обведя взглядом гостей по кругу, кивнул Десмере.       Сердце бешено билось у самого горла, а от широкой улыбки сводило скулы, когда Уилл говорил тост. Пьянящее, ни с чем несравнимое счастье захлёстывало, а глаза горели бешеным восторгом. Казалось бы, пара слов, но как же счастлива была Десмера! Сейчас она почувствовала, что этот день действительно её! Она не сводила с кузена восторженных глаз и больше всего сейчас хотела потанцевать с ним. Но, увы, это было невозможно. Десмера обвела хлопающих гостей сияющим взглядом и чуть присела в импровизированном реверансе.       — Спасибо! — одними губами прошептала Дес, обращаясь к Уиллу.       — С Днем Рождения, Десмера Редвин, — улыбнулся Тирелл под всеобщее ликование и, не будучи до конца уверен, что поступает правильно, он наклонился и легко коснулся губами лба девушки. Наверное, подобная вольность все же была лишней, однако порой правила можно было нарушать.       Он отступил на шаг и отпустил руку девицы:       — Когда натанцуешься, возвращайся ко мне: у меня для тебя есть ещё кое-что.       Он видел её нетерпение и не собирался навязывать ей свою компанию. Пускай танцует, улыбается кавалерам, а для него всегда найдется пара старушек, которые, как и он, во время празднеств предпочитают сидеть за столом.       Девушка вздрогнула от поцелуя и ошарашенно посмотрела на кузена. Его рука выпустила её пальцы, и Дес словно очнулась.       — Прекрасная леди Редвин, не окажите ли вы мне честь потанцевать со мной? — К имениннице мгновенно подскочил Робин, четырнадцатилетний наследник Серебряного Холма. Всё ещё не пришедшая в себя девушка кивнула и позволила себя увлечь танцем. Робин был славным парнем, но ещё слишком юным и каким-то трогательным. После танца он, смущаясь, подарил ей искусно вырезанное из агата перо птицы, покрытое золотом и драгоценными камнями. Дорогой подарок! Видно, его матушка не оставляет мечты породниться с Редвинами. Десмера благодарно улыбнулась и передала подарок проходившему слуге: не дело танцевать с драгоценными помехами. Золотая лошадка уже красовалась на багряном шёлке её платья.       Станцевав ещё шесть танцев с разными кавалерами, а точнее со всеми, кто был в наличии (не считая совсем уж детей), Дес осознала, что мужские взгляды всё чаще спускались к откровенному вырезу её платья. Это почему-то развеселило именинницу, и она, сказав колкость последнему партнёру, упорхнула к стайке девиц, среди которых была Леонетта. Супруга Гарлана нежно обняла Десмеру и, хитро улыбаясь, поздравила её, сказав, что свой подарок оставила у леди Редвин в комнате. Остальные девушки, громко смеясь, шутя и целуя именинницу, надарили ей гору безделушек и нажелали кучу всевозможных благ. Именинница даже станцевала с Мэггой, на радость толстушке. Потом её увлекли дамы постарше, почтенные леди. На разговоры с ними она потратила уйму времени и была премного благодарна Рикарду, когда он украл её танцевать. Музыканты к этому времени разошлись и лихо наигрывали развесёлую мелодию. Десмера, беспрестанно смеясь, ловко отплясывала с Рикардом, умелым танцором. Она вся раскраснелась от возбуждения и быстрых плясок и напропалую кокетничала с кавалером, который также слал ей знаки внимания. Задорная парочка притягивала всеобщее внимание.       Уилл вернулся за стол. Стоило Десмере отойти, как на него тут же накинулись тётушки, не упускавшие возможность поворковать над молодым человеком, попавшим в поле их зрения и не имевшим возможности ускользнуть из цепких ручонок.       — Милый, ты как-то бледен, — заметила леди Янна Фоссовей.       Сестра его отца сегодня цвела и пахла (в буквальном смысле слов): её платье нежно-розового цвета было щедро украшено рюшечками, кружевами и живыми незабудками. Видимо, использовать розы своего отчего дома женщина смущалась, но полностью от традиций Тиреллов не отошла. Зато пахло от неё розовой водой так, что Уиллас даже во рту ощутил терпкий сладковато-горький привкус, будто бы напился той самой воды.       — Миледи, вам показалось. — Он улыбнулся.       Тетушка страдальчески вздохнула, но спорить не стала.       — Это нормально для молодых людей его возраста, леди Янна, — со знанием дела заявила леди Арвин Окхарт, чопорно поправив манжеты своих темно зеленых рукавов.       — Но стоит лишь жениться — румянец вспыхнет на щеках, будто бы солнце на закате.       Лишь титаническим усилием воли молодому лорду удалось не застонать, закатив очи к небу. Эта шарманка начинала играть каждый раз, на каждом пиру, когда ему доводилось встречать этих дам.       Интерес тёти он ещё понимал, но мотивы леди Арвин оставались от него сокрыты. Будь у неё дочь — другой вопрос, хотя, вероятно, причина могла крыться в том, что её собственный старший сын надел белый плащ и уже не порадует матушку румянцем на щеках в день свадьбы.       — Вы, безусловно, правы, миледи, — кивнул Уилл, натягивая улыбку и готовясь слушать несомненные достоинства каждой юной девушки, что кружилась сейчас в танце по саду и, разумеется, никоим образом не подходила на роль будущей леди Хайгардена.       Вдоволь наплясавшись, Десмера с Рикардом подошли к столу. Девушка благосклонно кивнула слуге, что наполнил её кубок, и повернулась к парню, который торжественно провозгласил тост:       — За тебя, Десмера! За самую чудесную девушку, что я встречал!       Юная Редвин заулыбалась от удовольствия и игриво чокнулась с Рикардом бокалом. Льстец! Стоящая у другого края стола Лионетта, подмигнула Дес и приподняла свой кубок в знак солидарности со словами юноши.       Затем Дес и Рикард выпили ещё красного арборского. Тирелл шутил, склонившись к девушке, а она смеялась, тряся кудряшками.       — … а потом на него навалились его же борзые и всего облизали!       Десмера хмыкнула, пригубив вино. Взгляд зацепился за сидящего на скамье в окружении дам Уилласа. Надо же! А она о нём и не вспоминала весь вечер. Молодой мужчина сидел с несчастным лицом, пока леди Янна что-то вещала, встряхивая Уилла за руку время от времени. Лорд Тирелл поднял на неё глаза, и Дес отсалютовала ему бокалом.       К концу шестой баллады, исполненной музыкантами, Уиллас готов был волком выть — так его извели женщины своим щебетом. Он бы и рад был сбежать, да только куда? Сказаться больным и удрать восвояси? Недостойно мужчины, да и Дес не поймет. Уйти за другой стол? Не поймут тётушки.       Хвост, лежа пол столом (лишь Семеро знают, каким чудом он туда попал), сочувственно лизнул его руку, а Уилл, стоически сохранив на лице беззаботное выражение, в сотый раз поддакнул леди Янне, которая с трагичным видом рассуждала, как худощава жена его брата, Леонетта, и как, должно быть, тяжело ей будет родить ему наследника. Подобные темы вводили молодого человека в полнейший ступор, он отыскал глазами Летти, кивнув ей, а позади приметил Дес, о чем-то шепчущуюся с его кузеном. Девушка отсалютовала ему бокалом, а Уилл ответил тем же, стиснув под столом кулак.       Как бы хотел он быть там, среди танцующей и веселящейся молодежи. Как хотел бы пройтись по камушкам, дабы заслужить поцелуй «королевы Роз», которой в это вечер была избрана кузина Леона, поучаствовать в игре в прятки под сенью южного сада, повести девушку в танце, да так, чтобы тетушки ахнули — как она раскраснелась! Увы, вместо этого он сидел за столом, слушая сплетни. Впрочем, сиюминутная слабость прошла, и Уилл вновь расслабился, кивнув леди Арвин:       — Да, вино сегодня просто отличное. Лорд Редвин прислал нам его девять бочонков. Думаю, после сегодняшнего торжества останется немного.       Он давно смирился со своей долей, и мало что действительно могло потревожить его душевный покой.       Выручать или не выручать — вот в чём вопрос! Дес то и дело косилась в сторону Уилласа. Её спутник продолжал что-то говорить, но она не слушала, лишь улыбаясь по инерции и отпивая вино маленькими глоточками. Наследник Хайгардена, казалось, был искренне заинтересован в словах тётушки, но Дес было не провести. К имениннице подскочила раскрасневшаяся Мегга:       — Рик, ну потанцуй же с сестрой! Здесь совершенно нет мужчин! Ты же не против, Дес?       Именинница лишь покачала головой и хитро улыбнулась, глядя на то, как довольная Мэг утаскивает брата. Толстушка просто обожала танцевать! Теперь Рикард не вырвется. Дес усмехнулась и, допив вино, направилась в обходную к любимому кузену. Решено: она его спасёт из цепких лап тётушек!       Но подходя к скамейке, девушка услышала, что разговор идёт о ней, и резко завернула в кусты.       — …да, Десмера выросла красавицей! Совсем уже невеста. А я помню её совсем крохой, что бегала по нашему саду! Интересно, лорд Пастер уже приглядел для неё жениха? Как я погляжу, за ней Рикард увивается. Славный мальчик! Хотя и леди Серетт не оставляет надежды заполучить нашу девочку в невестки. Старая интриганка! Уиллас, мальчик мой, а ты что думаешь?       Услышав, как в разговоре женщин всплыло знакомое имя, Уиллас прислушался, однако тут же пожалел об этом.       — Право, не знаю, тётушка, — он невинно пожал плечами. — Для меня Десмера, как родная сестра, как Маргери. Разумеется, вы правы: она уже выросла, настоящая красавица-невеста, но я все еще помню, как разнимал их, когда они подрались из-за пирожных, — Уилл невольно улыбнулся своим воспоминаниям, а тетушки умильно вздохнули: лишь одна тема прельщала их больше обустройства чужого брака — маленькие детки. Уиллас знал это и бессовестно пользовался своим знанием, дабы увильнуть от ответа. Ну, а что он мог сказать? Что единственным, кому бы доверил счастье своей рыжей Маргаритки, был его брат, Гарлан, который уже был женат? Такой ответ леди не поймут, потому лучше закосить под дурачка.       Тема обсуждения перешла на детей, и Десмера закатила глаза. Хитрец! Вот сразу видно, кто его бабушка! Ловко вывернув из кустов, девушка с очаровательнейшей улыбкой подошла к скамье.       — Уважаемые леди, не позволите ли вы украсть мне моего дорогого кузена. Право, за всеми этими танцами я соскучилась по нему.       Улыбка стала хитрой. Десмера внутренне напряглась, приготовившись к поздравительной и умильной ответной тираде.       Увлеченно расписывающий моменты из детства, Тирелл даже не сразу заметил предмет беседы, беззвучно приблизившийся сзади. Он насторожился, однако тётушки тут же набросились на Дес, поздравляя её, расхваливая и норовя потрепать за веснушчатые щечки (надо заметить, весьма румяные). Когда поток слов у дам иссяк, он почтительно поклонился:       — Миледи…       И, как мог быстро, пошел вместе с Дес в сторону аллеи, состроив при этом такую страдальческую моську на потеху девушке, что даже сам усомнился: в своем ли он уме. Однако стоило им отойти подальше, как молодой лорд посерьёзнел. Он поймал девушку за руку, заставляя остановиться и обернуться, а затем спросил, глядя в зеленые глаза:       — Все в порядке, Дес? Кавалеров сегодня немного, однако мне сложно поверить, что они так скоро иссякли.       Отчего-то в голову совсем некстати пришла мысль: а не обидел ли именинницу кто-то? Ведь вечер в самом разгаре, а Десмера — известная любительница танцев. Вторая после Мэг, разумеется.       Десмера закатила глаза. Ну вот что он за человек? Она, понимаете ли, поспешила его спасти, а он «всё в порядке, Дес»!       — Конечно, нет! Все эти мерзкие юноши пялились в мой вырез платья и предлагали непотребства! — дерзко выпалила она. — Ну что ты, в самом деле, Уилл! Я просто хотела получить свой подарок! — Дес сощурилась, глядя на кузена.       Уилл опешил от этой гневной тирады и, абсолютно против своей воли, таки уставился на злополучный вырез, о котором совсем некстати ляпнула девушка. Он тут же одернул себя, молясь Семерым, чтобы Дес ничего не заметила. Её сарказм, вероятно, говорил о том, что даже предположить подобное было глупо, а Уиллу, как ни крути, вовсе не хотелось оказаться самым злостным учинителем непотребств на празднике.       — Прости, — буркнул он, оборачиваясь в ту сторону, где шумели гости и шел пир. Он опустил руку в карман и, достав оттуда подарок, протянул его Десмере, медленно разжав пальцы. На его ладони перед девушкой лежали бусы. Сверкающие бусины красных гранатов, разделенные тонкой золотой проволочкой, а посредине играла всполохами от огня факелов и жаровен небольшая, размером с бусину, золотая роза.       Зелёные глаза стали ещё уже, ещё хитрее, стоило Дес заметить непроизвольный взгляд кузена. Зануда! Мужская рука протянулась к ней, и в разжавшейся ладони вспыхнуло ожерелье.       — Какая прелесть! — взвизгнула девушка и цепко выхватила красоту у Уилласа. Прижимая подарок к груди, закружилась вокруг мужчины. Камни и золото приятно холодили обнажённую кожу.       — Роза? Ох, Уилл, да я стану большей Тирелл, чем Маргери или Лорас! Вот уж кто обожает себя обвешивать символами дома! — закивала своим словам, заливаясь серебристым смехом.       — Спасибо, Уилл! Прелестная вещица! — Десмера подскочила к нему и крепко обняла одной рукой. В другой она сжимала бусы.       Уиллас рассмеялся реакции девушки и успокоился лишь тогда, когда она обняла его. Он осторожно сжал хрупкие плечи, обнаженные вырезом платья, и негромко предложил:       — Кажется, оно даже подходит под цвет. Давай, я помогу его надеть?       Девушка торопливо закивала и, вручив ему драгоценное ожерелье, повернулась к Уиллу спиной. Маленькие руки придерживали каскад рыже-каштановых волос, обнажая точёную шейку.       Уилл, отставив трость в сторону, бережно взял бусы и протянул руки, на миг замерев. Отчего-то во рту противно пересохло, а дыхание чуть участилось. Что делают с человеком излишки вина, интригующая атмосфера и, в общем-то, невинные жесты.       Он осторожно разместил украшение на шее у девушки, пальцы до неприличия долго не могли справиться с застежкой — нечасто ему доводилось застегивать женские ожерелья. Чтобы сгладить паузу, Уиллас заговорил:       — Этим подарком, Дес, я ни в коем случае не хочу оскорбить символ твоего дома или принизить его, — он улыбнулся, хоть и понимал, что Дейзи этого не увидит, — но виноградинок у тебя полно. А вот роз — нет. Пускай хоть эта будет с тобой в знак того, что ты, Десмера Редвин, — часть Хайгардена и нашей семьи.       Десмера замерла, чуть вздрагивая, когда мужские пальцы касались кожи. Стоять так было неловко и приятно одновременно. В голове отдавались удары сердца, а сама девушка невольно прислушивалась к дыханию Уилласа. Как глупо!       Слова кузена заставили её усмехнуться, но осветившая было лицо улыбка увяла, став печальной. Уилл не имел в виду ничего такого, но мысли, как строптивые кошки, убежали в совершенно ненужном направлении. Десмера не часть их семьи и никогда ею не была. Случайно обронённая фраза отозвалась горечью. Вот если бы она стала женой Тирелла! А так… Приблудная дочка вассала, не более. Часть кудрей выпала из ослабевших рук. Да что это с ней! Юная Редвин выдохнула, прогоняя совсем не подобающие мысли.       — Это так мило, Уилл. Хотя теперь, пожалуй, мне стоит носить с собой бутылку вина, дабы уравновесить символ «твоего» Дома, — Дес поморщилась от хриплого звучания собственного голоса.       Застежка щёлкнула как раз в тот миг, когда часть тяжелых бронзовых кудрей выпала из рук девушки и скользнула по его ладони. Уилл невольно ощутил аромат лаванды, приятно контрастирующий с приторной розовой водой тетушки.       Он отошел, когда кузина заговорила. Перемены в её голосе и настроении не укрылись от внимания мужчины. Он нахмурился — должно быть, таки сделал что-то не так, ведь такая радость не могла смениться печалью вмиг без причины. Хотя, кто разберет этих женщин…       «Твоего» дома… Десмера так выделила это слово, что Уиллу стало неловко. Наверное, не пристало дарить девушке подобные подарки, но ведь он просто хотел хоть как-то выразить то, что чувствует. Видать, плохо вышло. Нужно было спасать обстановку, и Уилл, невинно пожав плечами, напомнил:       — Кстати, ты помнишь, что я задолжал тебе желание?       Он чувствовал, что эта затея вряд ли обернется чем-то хорошим, однако оно того стоило, если это заставит девушку улыбнуться.       Желание! И как она могла забыть об этом! Десмера умудрилась выпросить исполнение любого желания у Уилласа, но после памятного праздника на неё столько навалилось, что она совсем про это забыла. Вот балда!       Она отошла от мужчины на несколько шагов и задумалась. Вот и что пожелать? Одно, только одно желание Уилл обязан будет исполнить. Как выбрать из взвившихся в голове идей? Десмера бросила взгляд на стоящего в ожидании её приговора кузена. Он стоял без трости, чуть ссутулившись, и внимательно смотрел на неё своими тёплыми ореховыми глазами. А ведь она могла бы попросить его о поцелуе. О «настоящем» поцелуе. Но нет! Она не могла так с ним поступить. Это было бы жестоко и запутало бы всё лишь сильнее. А терять Уилла, пусть и в качестве друга, Десмера не желала ни при каких обстоятельствах. Тогда что попросить?!       — Уилл, — голос Десмеры зазвучал обманчиво мягко, — ты ведь пообещал исполнить любое моё желание? — она, крадучись, словно дикая кошка, обошла мужчину вокруг и остановилась за его спиной. Ох, как она любила играть на нервах! — Прямо любое-любое? — привстав на цыпочки, выдохнула девушка в ухо Уилласу. — Это было весьма неосмотрительно с Вашей стороны, лорд Тирелл. — Пара скользящих шагов — и она прямо перед ним. Смотрела в глаза, а на губах играла лукавая и самодовольная улыбка.       — Тогда Вам придётся жениться на мне, ибо это моё желание! — объявила Дес, вскинув подбородок. Вдоволь насладившись реакцией кузена, девушка расхохоталась: — Я пошутила, Уилл! Не сердись! Я хочу, чтобы ты потанцевал со мной, только и всего!       Глядя на то, как Дес по-кошачьи обходит его, лукаво блестя глазами, Уилл замер. Но, надо признать, не только из настороженности, но и в предвкушении. Только вот результат превзошел все ожидания. Уилл аж поперхнулся, услышав желание, и едва подавил в себе желание задушить маленькую негодницу.       — Дес, — он осуждающе покосился на девушку, но грозный вид испортила глуповатая ухмылка, которую он не смог сдержать.       Второе пожелание оказалось немногим легче. Но уже, к счастью, более реалистичным.       — Как пожелаешь, — кивнул он и обреченно посмотрел туда, где другие — нормальные — пары кружились в танце под красивую балладу о девушке, превратившей свои слезы о любимом в море.       Дес обрадованно хлопнула в ладоши. Он согласился — прекрасно! Хотя первое желание было тоже ничего… До них долетала музыка, так вовремя нежная и плавная. Решив, что тащить кузена на лужайку смысла нет, Десмера решительно шагнула ближе к Уиллу и положила руку ему на плечо. Чем здесь не место для танцев?       Состроив мордочку, которая, вероятно, должна была изображать все вселенское страдание на одном лице, Уилл с достоинством обреченного, идущего на эшафот, принял приглашение, от которого не смог бы отказаться, даже если захотел.       Он взял руку Дес в свою, а вторую неловко положил девушке на талию — как ни крути, уже очень много лет он не делал ничего подобного. Ткань под пальцами мягко шелестела, а аромат лаванды приятно щекотал ноздри. Девушка улыбалась, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу под приятную мелодию, и Уиллас Тирелл, будто бы ребенок, делающий первый шаг, неуверенно начал. Припадая на больную ногу, кажется, сильнее обычного, он повел именинницу по небольшому кругу, насколько позволяла живая изгородь.       — Сейчас ты пожалеешь, что не пожелала колечко к этим бусам или новую лошадку, — хмыкнул он, стараясь за улыбкой скрыть неловкость.       Десмера заливисто рассмеялась:       — Колечки я могу получать хоть каждый день, если того пожелаю, а вот танцующий Уиллас Тирелл — это диковинка, которую видела лишь я. И почему я раньше не догадалась у тебя попросить танец!       Девушка отпустила его плечо и легко закружилась на месте. Это желание ей нравилось с каждой минутой всё больше. И хоть мужчину нельзя было назвать умелым танцором, вёл он её аккуратно и осторожно, держа в руках, как хрупкую статуэтку. Весьма приятное ощущение! Она поменяла за свою небольшую жизнь несколько десятков кавалеров, но никто не мог сравниться с Уиллом по той гамме чувств, что вспыхнули в девичьей душе от мягкого прикосновения руки к талии, что жгла даже сквозь тонкий шёлк. И Десмера благодарила Богов за то, что здесь царил сумрак, иначе раскрасневшиеся вовсе не от танца щёки было бы не скрыть. Сердце сладко трепетало. Девушка растворялась в музыке и столь желанных мужских руках, упиваясь каждым мгновением. Она подняла на своего кавалера глаза:       — А ты неплохо танцуешь, Уилл! Как ты мог это от меня скрывать! Надо будет как-нибудь повторить.       Лукавая улыбка засверкала на девичьих устах.       — Не хочу огорчать тебя, милая, но когда-то, когда ты ещё была совсем крохой, танцующий Уиллас Тирелл был достоянием широкой общественности, — молодой лорд рассмеялся, с удивлением осознавая, что в этот момент воспоминания о юности вызвали в нем не привычное разочарование, а какую-то… светлую грусть, неожиданно заставлявшую улыбаться.       Он с удивлением покосился на Десмеру, счастливо кружившуюся с закрытыми глазами. Отчего она так слепо доверяет ему? И так часто заставляет улыбаться, как дурачка?       — Ты слишком добра, миледи, — фыркнул он, понимая, что комплимент его способностям танцора далек от правды, но все же добавил, смягчив иронию: — Хотя любой партнер будет казаться блеклым на твоем фоне, Дес.       — Льстец! — фыркнула Десмера. — По сравнению с тобой, Рикард неудачник в плане лести даме! И где ты так напрактиковался? А главное с кем?!       Девушка изящно повернулась и легко прокрутилась вокруг мужчины, вновь занимая место в объятьях Уилла. Неторопливость танца совсем не раздражала, скорее, делала его более нежным и «интимным». Ветки глицинии отбрасывали тени на сосредоточенное лицо мужчины. Десмера отступила назад, затем вновь прижалась к партнёру, пожалуй, даже слишком сильно. Но имеет же она право насладиться своим желанием в полной мере! Дес улыбнулась и потёрлась щекой о дублет Уилласа.       Ну, если только в плане лести, хмыкнул про себя Уиллас и добавил вслух, весело прищурившись:       — Ну, я же ногу сломал, а не язык. А случаев… — он выдержал драматичную паузу, — было достаточно.       Дес вновь ускользнула из его рук, но лишь для того, чтобы вернуться. Уилл удивленно покосился на рыжую макушку, когда юная леди Редвин «прилегла» ему на грудь.       Этот танец, неспешный и осторожный, походил на какую-то игру, которая была столь же неправильной, сколь и желанной. И, вроде, ничего предосудительного не происходило, а Тирелл упивался мгновением, стыдясь себя самого и чувствуя, как прикасается к чему-то запретному.       Осознавала это и Десмера — на это Уилл готов был поставить здоровую ногу. Но ни один не собирался останавливаться, на счастье ли или на беду. Вот только музыка не могла длиться вечно, и нежные звуки арфы стихли, когда певец закончил:       — … и морем слез она ждала с тех давних пор и навсегда.       Уиллас нехотя остановился и отступил на шаг, коснувшись губами узенькой ладошки Дес.       — Спасибо за танец, миледи.       Последние аккорды мелодии стихли, и Десмера была вынуждена отстраниться от кузена, едва подавив недовольный вздох. Лёгкая улыбка коснулась губ, не затронув, впрочем, ясных глаз, когда мужчина легко коснулся её руки. Как бы она желала, чтобы он не выпускал её никогда! Но её желания всё чаще расходились с действительностью… В детстве всё было намного проще! Дес склонила голову на бок, и коснулась драгоценного цветка на своей шее.       — Ну что вы, милорд! Это я счастлива, что вы исполнили моё желание… — в зелёных глазах вспыхнули на краткий миг весёлые огоньки. — Теперь вот придётся ждать следующего танца целый год! — разочарованно протянула именинница.       — Как знать, Дес, как знать… — протянул Уилл, лукаво улыбнувшись в робкой попытке хоть чуть-чуть скрасить неясную печаль, сокрытую в глазах девушки. Он предложил её руку и кивнул на лужайку, где, казалось, никто и вовсе не заметил, что их нет:       — Вернемся?       — Конечно! Как же праздник без именинницы! Хотя сомневаюсь, что хоть кто-то заметил наше отсутствие.       «И весьма на это надеюсь» — добавила девушка про себя. Дес доверчиво взяла его за руку, дав себе зарок попросить танец у Уилла и в следующий раз.