Игра на струнах моей души

Для кого-то, вроде Бэкхёна, это утро было действительно добрым. Он, наконец, потрахался, хорошо выспался, начались каникулы, а впереди были два полноценных выходных от работы и неделя от школы, в стены которой ему предстояло вернуться для эксплуатации, то есть можно было целый день валяться трупиком и ничего не делать. Что может быть лучше? А вот для выпускников это утро было одним из худших на их памяти. Сыми чувствовала себя относительно спокойно, когда шла на экзамен, но стоило ей встретиться со своими истеричками – одноклассницами, как паника передалась и ей, а ее спокойствие тут же улетучилось. Обстановка была накаленной: все сбились по кучкам и делились своими страхами, трепя нервы не только себе, но и своим товарищам, горячо обсуждая, кто куда спрятал шпоргалку или телефон, как незаметно им воспользоваться и кучу подобной ерунды. Чанёль с Ифанем и Чонином стояли в сторонке ото всех и молча наблюдали за всем этим балаганом. Они казались самыми спокойными и хладнокровными. Ву было откровенно наплевать, и он оповестил друзей об этом давно. Он собирался продолжить карьеру баскетболиста и уже был приглашен в сборную одной престижной команды, поэтому для него экзамены были чистой формальностью, исход которых его не заботил ни капли, тем более он был не глупый, так что минимум уж точно заработает. Чонин, несмотря на свой вид дерзкого парня, был школьным гением, и все задачки щелкал, как орешки. О своем статусе умника он не распространялся, дабы не портить имидж. А вот спокойствие Чанёля было загадкой даже для его друзей. В учебе он был, мягко говоря, профан, а про то, чтобы связывать свою жизнь со спортом, он не заикался. На все вопросы он отвечал хитрым блеском в глазах и легкой улыбкой, сохраняя молчание, поэтому ребятам оставалось только гадать. Но сегодня Пак был особенно задумчив, друзья списали все на экзамены, но никто не знал, что было истинной причиной его серьезности. * * * Выходные подходили к концу, а это значило, что завтра снова придется контактировать с Минхо, что, в свете последних событий, совсем не радовало. Но отказаться от этой работы Бэк не мог, ибо надо было на что-то жить, поэтому надежда оставалось только на усмиряющий эффект присутствия Сухо. За эти два дня руки то и дело порывались к телефону, чтобы написать Чанёлю, как прошёл первый экзамен, но каждый раз он себя останавливал, ведь он же ненавидит Пака. Поэтому, выйдя на следующий день на работу, он даже обрадовался, так как здесь думать о Чане было просто некогда. Минхо поумерил свой пыл, но «особенные» взгляды в сторону Бэка никуда не делись, да и вообще Бёну было как-то неловко после случившегося оставаться с ним наедине, поэтому стоило Сухо отлучиться от общего разговора, и Бэк тут же бежал по делам. Чхве видел реакцию Бэкхёна, мысленно отругав себя за содеянное. Думая, что он поспешил с признаниями, Мин решил не давить на Бэкки, а дождаться, когда тот сам – Чхве на это сильно надеялся - к нему потянется. Но убедить Бёна снова сесть к нему в машину, он так и не смог, поэтому возможности провожать парня, он лишился, чем был глубоко огорчен, успокаивая себя надеждой, что раз Бэк сразу не послал его куда подальше, шанс все еще есть. Так продолжалось до конца недели. В конце концов, Минхо надоела эта беготня Бэкхёна, поэтому крепко схватив того за руку на пол пути к двери, он объявил тоном, не требующим возражений: - Сегодня едешь со мной! - Я сам дойду, - попытался вырваться Бэк. - Нет уж. - Я хочу пройтись, - упирался брюнет, пока Чхве тащил его к машине. - На улице темно, к тому же я тебя сегодня задержал. - Ты не обязан. - Приставать не буду, - выпалил босс, заталкивая паренька в салон. Бэкхён даже пикнуть не успел, как дверца за ним захлопнулась. Обреченно вздохнув, он пристегнул ремень и крайне недовольным взглядом уставился на дорогу. Минхо, как ни в чем не бывало, болтал на посторонние темы, не обращая внимания на недовольную моську, постоянно что – то спрашивал, и, когда, наконец, они доехали до дома Бёна, Бэкхён вздохнул с облегчением. Только он хотел быстренько улизнуть, как на его запястье сомкнулась чужая ладонь, вынуждая остановиться. - Бэкхён, прекрати от меня бегать. Я уже понял, что ты ещё не готов, поэтому больше не буду повторять тот трюк. Просто давай будем общаться, как раньше, а когда ты поймешь, что хочешь отношений, просто дашь мне знать. - Хорошо, - тихо промямлил Бэк, и, вырвав руку, покинул машину. * * * Неделя экзаменов прошла, и Бэк, наконец, решился написать Чанёлю. « Привет. Как экзамены? Свободен завтра?» Время шло, а ответа все не было. Бэкхён уже раз 10 проверил галочку на сообщении, оповещающую о том, что оно доставлено. Та была на месте, а это значит, что Чанёль получил СМСку. Возможно, он был занят, но прошло уже несколько часов. Неужели еще не освободился? Так и не дождавшись ответа, Бэк лег спать, крайне недовольный, ведь обычно Чанёль отвечал сразу. На следующий день он должен был идти в школу, чтобы, как и все будущие выпускники, трудиться на благо школы почти месяц. Все сетовали, ругались, покрывали руководство школы последними словами, но никто не посмел филонить, и на следующее утро вся делегация старшеклассников была в сборе. Вручив всем необходимые инструменты, ребят распределили по секторам. Бэкхёну и ещё нескольким «счастливчикам» досталась уборка школьной территории, поэтому, вооружившись граблями и метлой, он с напарниками направился исполнять обязанности «школьного раба». Направляясь на задний двор, за школой он заметил дымящего Пака, ковырявшегося в телефоне. Дело в том, что выпускники, только расправившись с экзаменами, приступили к бесконечным репетициям выпускного, поэтому школа была наполнена ребятами: одни готовились, другие убирались. - Ах, ты, паршивец! – выругался Бэк, успевший предположить, что, может быть, у Чанёля сломался телефон, поэтому тот не отвечает. Но мобильный Ёля был в полном порядке, то есть он просто проигнорировал Бэкхёна. Бэкхён, издалека наблюдая за высокой фигурой, набрал его номер. Реакция того заставила Бэка потерять дар речи, так как он ожидал чего угодно, но не такого развития событий. Пак сначала застыл, пару секунд пялясь на экран мобильного, а потом нажал кнопку блокировки и спрятал телефон в кармане, обратив все свое внимание на стоящих рядом Чонина и Ифаня. «Что за дела?»: охренел Бэк. Пребывая в шоке, он молча провожал спину докурившей троицы, все также прижимая к уху телефон, в котором раздавались длинные гудки вызова, на который явно не собирались отвечать. Когда Бэкхён опомнился, удивление сменила злость. Как смеет Пак Чанёль игнорировать его сообщения и звонки? Да он никогда в жизни ему не звонил, и раз всё же это сделал, значит это не просто так. Пыхтя, как паровоз, он с остервенением мел дорожку, мысленно отпуская в адрес Чанёля ругательства. - Ну, и плевать! – закончил Бэк свою мысленную тираду, решив отплатить игнором на игнор, - больно нужен был. Но запала Бэкки хватило на три дня, потому что потом к нему в голову закрались мысли: а вдруг у Чанёля что-нибудь случилось? Тогда это все объясняет. Размышляя над этим, Бэкхён решил поговорить с ним, чтобы понять, в чем дело. Всё же, когда Бэку было плохо, Чанёль ему, можно сказать, помог. Поэтому на следующий день он подкараулил зачастившую сюда троицу и, как только та оказалась на месте, направился к ним. Парни слегка были шокированы появлением Бэкхёна, особенно Чанёль, но удивление на его лице было секундным, тут же сменившееся непроницаемой маской. - Чанёль, мне надо с тобой поговорить, - не тратя время на приветствия, заявил Бэк. Чонин и Ифань переглянулись, а Пак молчал, кажется, что-то обдумывая. Соглашаться он явно не торопился, что ещё больше рассердило брюнета. « Он ещё и сомневается!»: мысленно возмутился Бэкхён. - Хорошо, - наконец, прервал затянувшееся молчание Ёль. – Я сейчас, - обратился он к парням. - А вы, - Бэк перевел взгляд на друзей Чанёля, - хватит тут окурки разбрасывать, спортсмены хреновы. Ошарашенные такой дерзостью «спортсмены» даже не смогли ничего ответить, удивленно хлопая глазами вслед Паку и внезапно обнаглевшему Бёну. Скрывшись в глубине школьного сада, парни остановились. Найти уединенное место, где их никто не подслушает при нынешнем положении, когда тут и там сновали ребята с граблями, было непростой задачей. Но здесь, чуть ли не в самом дальнем углу, было тихо и безлюдно. Каменная дорожка была усыпана веточками, нападавшими с раскидистых ветвей старых яблонь, а территория вокруг заросла высокой травой, которую явно не собирались косить. Этот участок был запущен, и являлся идеальным местом для конфиденциальных разговоров. - Чанёль, что происходит? – начал Бэк. - Что ты имеешь в виду? – безэмоционально ответил Пак. - Не прикидывайся дурачком. Почему не отвечаешь на мои сообщения? - А должен? - У тебя что-то случилось? - Нет. - А почему ты себя так ведешь? - Как так? - Чанёль, не трепи мне нервы, - закипятился Бэкхён, - если у тебя что-то произошло, так и говори. Я клещами из тебя всё должен вытягивать? - Мне нечего тебе сказать. - Чанёль, не то, чтобы я у тебя в долгу, но, если я могу чем-то помочь… - Бэк, всё нормально, правда. - Тогда придешь завтра? - Нет. - Почему? - Не могу. - А когда сможешь? - Никогда. - В смысле? - Я больше не приду, Бэкхён. Бэкхён удивленно заморгал, не веря своим ушам. - Тогда тебе было плохо, - продолжил Пак, - поэтому я и согласился. Но сейчас тебе уже намного лучше, поэтому ты больше во мне не нуждаешься. Думаю, мы в расчете. - Чанёль, я не буду тебя уговаривать, - собирая мысли в кучу, заговорил Бэк. - Желающие найдутся. На последних словах Пак скривился, но продолжил, закрыв глаза, словно собираясь с силами, чтобы сказать: - Я искренне желаю тебе найти человека, который сделает тебя счастливым и которого ты полюбишь всем сердцем. Бэкхён непонимающе смотрел на Чанёля, который уже развернулся, чтобы уйти. Вдруг брюнет неосознанно дернулся и схватил того за руку, вынуждая остановиться. Пак обернулся на Бэка, который, будто поняв, что только что сделал, был удивлен не меньше Чанёля. Несколько секунд они пораженно смотрели друг на друга, после чего Ёль грустно улыбнулся и вывернул свою руку, перехватив пальцы Бёна. - И перестань уже, наконец, грызть ногти, - произнес он, осматривая мелкие ранки. В его голосе и взгляде сквозила печаль, которую он не мог больше скрывать. Напоследок крепко сжав тонкие пальчики в своих, Чанёль медленно отпустил чужую руку. Развернулся и ушел, теперь окончательно. Пак давно скрылся из виду, а Бэкхён всё стоял, переваривая только что сказанное. Пальцы до сих пор горели от прикосновения чужой теплой руки, как каждый раз горела кожа там, где ее касался Чанёль. «Что это было?»: только и крутилось диким вихрем в его голове. - Ну, и катись! – вдруг выкрикнул Бэк, раздраженно пнув камешек, до этого сиротливо валявшийся на каменной дорожке. Да кому нужен этот Пак? У Бэка же действительно сейчас все хорошо, а Чанёль, как назойливое воспоминание о прошлом, которое Бён так старается стереть из своей памяти. Нужно начинать новую жизнь. С чистого листа: без боли, без страданий, без Чанёля.