Тропой огня

26. Риннельдор Риннельдор шел через заброшенные земли, опустошенные войной. Раньше здесь была его земля – прекрасный Эрегион, прославленный среди эльфов и гномов. Здесь Саурон и Келебримбор выковали свои кольца и здесь Келебримбор, соблазненный Сауроном, в последний момент раскаялся, и отдал свои кольца эльфам и встал, обнажив меч, перед тем, кто был ему ближе всех и кто стал дальше всех. В Нуменоре, на берегу западного моря, Саурон рассказывал ему об этом и Риннельдор словно видел все своими глазами: Аннатар, сияющий, как солнце в зените, стоит на площади перед Гвайт-и-Мирдайн, а Келебримбор стоит перед ним на ступенях. И Келебримбор пал от руки того, кто любил его, и Эрегион был разрушен. О, Риннельдор понимал Келебримбора – он и сам был соблазнен Сауроном и он бы отдался ему весь, до конца, но вот только Властелину Колец не нужно было больше плотской любви. Пообещав ему блаженство, несравнимое с тем, что бывает под звездами, Саурон послал его в ледяное ничто, разделить муку с тем, кто был осужден навеки. Но Мелькор вернул его обратно – и этот дар не из тех, что могут быть забыты. И так же, как Риннельдор не забудет ночь без звезд за пределами времени, земля Эрегиона не забудет войну, прокатившуюся здесь. В голосах трав и в шепоте камней ему слышались крики эльфов, и звон мечей, и вопли орков, и барабаны, и трубы, и проклятия… Пройдя Эрегион насквозь, Риннельдор пересек реку Гватло, и долину, и на берегу Барандуина повстречался с дозором нолдо и телери из Линдона. Его окликнул твердый уверенный голос, холодный и непреклонный, как прочная сталь. - Кто блуждает по землям Линдона в эти тревожные времена? Стой и назовись! - Я Риннельдор, сын Аминиля. Из тени высоких деревьев на тропу перед ним ступил высокий светловолосый эльф. Он казался очень тонким и словно вытянутым, но движения выдавали скрытую упругую силу - он был как зверь за секунду до броска. Лицо - острое, немного угловатое, было сосредоточенным и бледным. Черные глаза смотрели изучающе и так внимательно, что взгляд казался почти враждебным. - Ты пересек наши границы без разрешения Владыки,- не назвавшись в ответ, заговорил эльф. Замершие тени за его спиной были единственным свидетельством того, что он здесь не один,- откуда и куда ты держишь путь? Риннельдор вскинул голову, и посмотрел говорящему в глаза, и усмехнулся: - Я родом из Эрегиона, и я был на службе короля Ар-Фаразона в Нуменоре, и я был в других местах. Что же касается разрешения... Не думал, что нолдо нужно разрешение, чтобы пересечь Барандуин. Но если вашему владыке неугодно мое присутствие в его землях - я покину их. Высокий эльф едва заметно нахмурился - словно рябь пробежала по гладкой поверхности озера. - Странные слова говоришь ты, Риннельдор, сын Аминиля. Ты служил королю павшего Королевства? Тому, кто презирал эльдар и считал их своими заклятыми врагами, преследовал тех, кто сохранил с нами дружбу? И тут Ринельдор понял, почему Мелькор взял с него клятву молчания. Эльфам было подозрительно даже то, что сам Риннельдор не счел нужным скрывать. Что уж говорить об остальном! Но и солгать он не мог - придется довериться доброте и благоразумию Гил-Гэлада и его стражи. Хотя разглядеть доброту во взгляде светловолосого эльфа было непросто. Он смотрел на Риннельдора, как на орка, попавшего в капкан. Другие эльфы вышли из леса - теперь напротив Риннельдора стояло семеро линдонцев, вооруженных и одетых в кольчуги. - Я служил королю Нуменора до того, как Саурон соблазнил его. Эльфы Эрегиона были дружны с Нуменорцами - да и эльфы Линдона тоже, если мне не изменяет память. Еще секунда молчаливого созерцания, и высокий неторопливо кивнул, словно приняв решение поверить Риннельдору. - Я - Йассэ, начальник пограничной стражи,- представился он, отступая чуть назад, будто желая снова скрыть лицо в тенях деревьев,- ты прав - вход нашим собратьям на земли Линдона не запрещен, но сейчас путешественников мало - на юге идет война, пусть далекая, но ее отголоски доходят и до этих границ. Скажи же, зачем ты пришел? - Когда я шел сюда, у меня не было цели. Но теперь, услышав твои слова, я знаю, зачем пришел. Если Гил-Гэладу, королю нолдор и синдар, нужен еще один воин, ненавидящий Саурона всем сердцем, то я готов служить ему! Эльфы быстро переглянулись. Йассэ сделал остальным какой-то знак, и те - все, кроме одного - исчезли с тропы в мгновение ока. - Я дам тебе провожатого,- сообщил он прохладно,- он отведет тебя во дворец Владыки. Там, если ты и правда готов служить Королю, решится твоя участь. Ибо не мне принимать такие решения,- он склонил голову в вежливом кивке,- доброго пути, Риннельдор, пусть звезды осияют твою дорогу,- пожелание звучало, впрочем, не слишком приветливо, словно Йассэ снова что-то заподозрил. Еще секунда - и он тоже скрылся меж ветвей. Оставшийся на тропе эльф подошел ближе. Он смотрел на Риннельдора обманчиво затуманенными напускной усталостью глазами. - Я - Гаэрет,- представился он после довольно долгой паузы,- следуй за мной. И так Риннельдор и Гаэрет отправились в путь. По дороге они практически не разговаривали. После того, как Риннельдор спросил, какие новости в Нуменоре, Гаэрет посмотрел на него в изумлении и сообщил, после паузы, что не уполномочен обсуждать что бы то ни было с чужеземцем. С тех пор Риннельдор не раз ловил на себе его взгляды, полные тревоги - кажется, проводник жалел о том, что он всего один. Без ночевок и почти без привалов они дошли до Митлонда за три дня и Гаэрет с видимым облегчением передал заботу о Риннельдоре страже у ворот. - До встречи в лучшие времена! - бросил он на прощание и поспешно удалился, сославшись на необходимость вернуться на пограничные рубежи. В городе же царило оживление - кажется, недавно прибыли гонцы с важными вестями, и глава городской стражи лишь мельком взглянул на незнакомца. Никаких объяснений перед своим уходом Гаэрет дать не сподобился, и потому сейчас страж был несколько растерян, видимо, не зная, что же делать с гостем. - Добро пожаловать в город Пресветлого Владыки,- объявил он осторожно,- какими судьбами? - Я прибыл в Линдон, чтобы служить Гил-Гэладу Эрейниону, корою нолдор Средиземья! Если вы ведете войну с Сауроном - я не могу остаться в стороне! Начальник стражи посмотрел на него с нескрываемым удивлением. - Войну? - переспросил он негромко,- воюют с Сауроном люди на Юге. О том, вступать ли с ним в противостояние, решение не принято. Но...- он улыбнулся,- но твое рвение похвально. - Я готов предстать перед королем! - воскликнул Риннельдор. Эльф усмехнулся - беззлобно. С таким видом и выражением умиляются глупым поступкам неразумных детей. - Предстать перед Королем...- он покачал головой,- боюсь, Владыка сейчас занят тем, что принимает у себя послов из Имладриса и Аннуминаса. Темные времена настали, но мы, эльфы Линдона, должны держаться вместе и решение принимать одно на всех. А это значит - довериться мудрой воле Пресветлого владыки. Если ты хочешь служить королю, тебе стоит поговорить с капитаном Лиссандиром, но, боюсь, от него ты услышишь то же самое... - О, конечно, я поговорю с капитаном Лиссандиром, - ответил Риннельдор. - Для меня большая честь стать одним из подданных короля. Большая честь! - повторил он про себя. И откуда эта ложь? Его приняли, как будто он деревенщина из Ласгалена, лесной эльф, не знающий искусства сложнее, чем игра на свирели, сделанной из тростинки. Его, нолдо из Эрегиона, вернувшегося из Вечной Тьмы! Но он подождет со своими советами - должно быть, король Гил-Гэлад отнесется к ним с большим интересом, чем его привратник, не пожелавший даже представиться. - Ступай по этой улице, - с готовностью и теперь уже вполне приветливой улыбкой показал начальник стражи на мощеную белым камнем дорогу,- Тебе нужно пройти через сад, спуститься на нижний уровень, и там ты найдешь казармы. А уже в них любой покажет тебе, где найти Лиссандира. Да хранят тебя вечные звезды. Очень своевременное пожелание, подумал Риннельдор. Вечные звезды! Что-то я не видел их там, за пределами Арды. Но он, поклонившись стажу ворот, пошел по улице, как ему было сказано, и дошел до сада. Это был прекрасный сад - деревья, цветы и фонтаны, и травы, растущие здесь и не ведавшие горя. И Риннельдор остался в этом саду - он бродил среди деревьев, касаясь их кончиками пальцев и слушая их голоса. Он был счастлив. Он, получивший вторую жизнь! Несмотря на довольно оживленный час - едва перевалило за полдень - в саду было совершенно пустынно, словно все жители Митлонда разом решили заняться иными делами - но только не праздным созерцанием красоты сада. Тропа вела Риннельдора вперед, прочь от основной дороги, и там, среди тенистых сплетенных ветвей, он увидел одинокую фигуру, облаченную в серый плащ. Незнакомец сидел между корней сросшихся деревьев и тихо напевал себе под нос, словно вовсе не замечая приближения чужого. Голову его накрывал капюшон плаща, и лица было не разобрать. Увидев его, Риннельдор вдруг вспомнил, что он шел по делу - встретиться с капитаном Лиссандиром. Но после стольких лет или эпох? - пребывания там, где единственным компаньоном его был бог огня, заточенный в лед, каждое живое существо казалось Риннельдору чудом. Вот они, деревья и птицы, вот оно, небо Арды, такое ласковое изнутри и такое ужасное снаружи! Незнакомец, видимо, почувствовав приближение к своему убежищу незнакомых шагов, медленно поднял голову. Светлые серые глаза на точеном бледном лице смотрели устало и отстраненно. - Здравствуй,- произнес негромкий голос. В зеркале Келебримбора Риннельдор видел Гил-Гэлада, короля Линдона. Это было тогда, когда Келебримбор стал Королем Эрегиона и когда он показывал своему народу надменного монарха, не желающего признавать свободный выбор эльдар. И вот король Линдона перед ним - король, которому Келебримбор отдал власть над миром - и свою жизнь. - Здравствуй, Гил-Гэлад, сын Фингона, - приветствовал его Риннельдор, прижав правую руку к сердцу, и поклонился. Усталый король казался почти прозрачным - он слегка повел плечами, и легкая ткань капюшона скользнула вниз по темным гладким волосам, но Владыка не обратил на это внимания. Сейчас от облика надменного правителя в нем не осталось почти ничего. Здесь, сидя меж корней деревьев, без кольчуги, венца и стяга в руке, Гил-Гэлад казался беззащитным и хрупким, как хрустальная статуэтка. И Риннельдор знал, что ощущение это столь же чарующе, сколь и обманчиво. - Это несправедливо,- заговорил король, и голос его исполнился деликатной приветливой магией. Ты можешь довериться мне - говорил этот тон. Я - не только король, но и друг, и отец тебе,- слышалось в мягком тембре,- ты мое имя знаешь, а я твое - нет. - Несправедливо? - переспросил Риннельдор. - О чем ты, о мой король? - Я лишь хотел бы узнать, кто ты, незнакомец, нашедший место моего уединения,- улыбнулся Владыка в ответ. Конечно, Риннельдор думал, что Гэл-Гэлад способен увидеть его мысли - так, как на это были способны и Саурон, и Мелькор. Трудно отвыкнуть от того, что не должно было стать привычкой! Но Гил-Гэлад - всего лишь эльф и сын эльфов, рожденный под звездами. - Я - Риннельдор, сын Аминиля, пришедший, чтобы помочь королю всех нолдор в борьбе с врагом! Я не хотел мешать тебе, но я рад, что нашел тебя. Прими меня к себе! И Риннельдор встал на одно колено, и протянул руку ладонью вверх - как знак верности, и как залог мести. Гил-Гэлад поднял черные брови. - Ты, значит, хочешь воевать? - спросил он тихо,- хочешь служить своему королю и, возможно, лишиться жизни?,- он вздохнул, потом тихо рассмеялся,- в таком случае, мы с тобой в меньшинстве, Риннельдор, сын Аминиля. Пока война не стоит у наших ворот, бороться нам не с кем. Но твоя горячность приятна моему сердцу,- он повел рукой, подзывая Риннельдора поближе. - О, король, поверь мне, война стоит у ваших ворот! Саурон не отступит, пока не убьет всех эльфов - или пока валар не выбросят его за пределы мира! Гил-Гэлад нахмурился. - Откуда тебе это известно? - спросил он, и голос его теперь снова был голосом правителя - твердым и четким. - Мне известно это лучше, чем многим! - сказал Риннельдор. - Я был в Нуменоре и я видел, как Саурон соблазнил Ар-Фаразона, рассказывая ему ложь и небылицы. И в Нуменоре построили огромный храм и там сжигали людей, верных союзу с эльфами. И в сердце Саурона была ненависть к эльдар и презрение к людям! - Ты был в Нуменоре, - повторил Гил-Гэлад, - ты правда видел все это?- глаза его теперь были широко распахнуты. Вместо прозрачной серой дымки их теперь затапливала пасмурная темнота, - как ты спасся оттуда? - Никто не спасся из Нуменора, - ответил Риннельдор. - Саурон убил меня, но силы, над которыми он не властен, отправили меня обратно. Гил-Гэлад едва ли осознавал, что рот его открылся сам собой, и губы сложились в беззвучное "ох". - Ты вернулся из-за порога смерти?- переспросил он тихо, с совершенно мальчишеским восторженным придыханием. - Да. Из-за порога смерти, если угодно. Гил-Гэлад поднялся. Он оказался почти на полголовы ниже Риннельдора - обычно небольшой рост скрывала горделивая осанка или высокий боевой конь. Сейчас же Гил-Гэлад выглядел наивным юнцом, впервые вошедшим в королевскую сокровищницу. Он подошел к Риннельдору, протянул руку и коснулся его плеча - так бережно и благоговейно, словно боялся, что тот исчезнет от одного-единственного касания. Глаза короля словно выцвели, стали прозрачно-серебристыми, и в них плескался священный страх. - Расскажи мне,- попросил он, как дети просят взрослых поведать им о деяниях древних героев. И было в этом что-то такое... Искреннее, чистое и честное, что делало ответ Риннельдора ложью. И все же он ответил, опустив глаза: - Я поклялся не говорить об этом. Прости меня, о король. По лицу Гил-Гэлада пронеслась мгновенная тень разочарования, но тут же он улыбнулся - немного смущенно, будто устыдился собственного порыва. Опустил руку и отступил на полшага. - Я... понимаю,- он кивнул, потом расправил плечи, и секундой позже перед Риннельдором снова стоял король, а не мальчишка,- я рад приветствовать тебя, друг мой,- проговорил он,- пусть и темен час нашего знакомства. Откуда-то со стороны главных ворот донеслись торжественные звуки рогов. Гил-Гэлад прислушался, чуть нахмурившись, потом улыбнулся. - Прибыли посланники,- заметил он, и тут же словно луч солнца упал на его лицо - короля посетила идея,- идем со мной в зал совета, Риннельдор? Ты поведаешь о своем пути остальным. Может быть, тебя они послушают? Риннельдор поклонился королю и поблагодарил его за честь и доверие. Затем они проследовали во дворец - встречные эльфы кланялись королю и с любопытством смотрели на чужеземца. Гил-Гэлад приветствовал всех по именам, часто останавливаясь и задавая какой-нибудь вопрос о делах своих подданных, так что до дворца, красотой не намного уступающего княжескому дворцу в Ост-ин-Эдиле, они добрались еще не скоро. И Риннельдор вынужден был признать, что Митлонд подобен Ост-ин-Эдилю в величественности, и что изящная простота его улиц, строений и фонтанов очаровывает сердце. Дворец стоял на берегу залива и соленые брызги доносились до них, и шум моря, и крики чаек.