Глазищи

Второй раз свои глазищи, теперь уже человеческие, Тварь открыла в машине по дороге в штаб. Изумленно осмотрелась, вжалась в угол, заметив сидящего рядом следователя. Открыла рот, словно хотела что-то спросить, но потом захлопнула, так и не выдавив ни звука. Он и так догадался, что её беспокоит. - Нет, твоего детеныша не нашли. Но мы не теряем надежды воссоединить ваше семейство. Сначала маму с деткой, а потом их обеих с папочкой. Слабая улыбка, промелькнувшая на лице «госпожи Фуегучи» сменилась выражением боли и страха. Нет, не так. Маска тихой радости сменилась маской страдания. Эти твари сызмальства приучаются носить маски человеческих эмоций. Некоторые срастаются с ними настолько, что проживают, не снимая, всю жизнь. Их истинный облик проявляется лишь в моменты сильного голода. По официальной версии, ничего, кроме голода они по-настоящему чувствовать и не способны. Хотя сегодня он видел в упыриных глазах отчаяние, горе и ненависть. Боль гули тоже чувствовали. Док намекнул, что он будет весьма благодарен, если новый материал доставят ему живьем. Криков материала, доставленного ему живьем в прошлый раз, не раздавалось из лаборатории вот уже пару дней. Сотрудники, работающие в соседних помещениях, прямым текстом сообщили что будут еще более благодарны, если доставка состоится после нанесения на стены лаборатории дополнительной звукоизоляции. Да и следователь сначала хотел получить ответы на свои вопросы. - Интересно, где она может быть? Не подскажешь? Молчание и маска решимости на красивом женском лице. Ему захотелось содрать все её маски, одна за одной. Оставить этой твари только её истинное обличье. - А может подумаешь? Если она такой же боец, как ты, то либо сама сдохнет с голоду, либо сожрут голодные соплеменники. Не лучше ли уйти сразу, не мучаясь? Плачущая маска. Тихое, неслышное "о ней позаботятся", которое он прочитал по губам. Его лицо тоже стало бесстрастной маской.