Боль ломает не всех

…Тамплиер просматривал бумаги. Он гордился своим умением подчинить бренное тело силе духа и сосредоточиться на работе. Единственное, что он позволил себе – сменить форменный плащ на просторную домашнюю одежду. Если бы кто-то увидел его сейчас, возможно, подумал бы: «Как красив». Спокойное, бледное лицо, выразительные глаза, опушенные длинными ресницами, породистый нос. За этим благопристойным фасадом сейчас закручивался черный смерч. Что-то беспокоило Тамплиера – то ли предчувствие, то ли нетерпение. Когда же вернется слуга? Когда можно будет ощутить в своей власти живое, трепещущее существо? Уже в сумерках в дверь поскреблись, и доверенный мерзавец проскользнул в комнату. - Где? – спросил Тамплиер, - Или мне сделать с тобой все то, что я собирался сделать с рабыней? Слуга побледнел. Он лучше, чем кто либо, был знаком с изощренной фантазией своего хозяина. - Господин, я привел девочку… Должна быть в вашем вкусе. Очень-очень. Но ее тетка, та, что ее продает, она сказала, что хочет посмотреть на хозяина. Мол, все-таки родная кровь… Они там, во дворе… - Хорошо, я поговорю с теткой. Оставайся здесь и приготовь ванну, - Тамплиер позволил себе слегка улыбнуться. Приличная, наивная девочка. Игра обещала быть интересней, чем он надеялся. Внутренний дворик башни был вымощен неровным желтоватым камнем. У калитки томились от скуки и духоты два стражника в полном вооружении. Посреди двора замерли две фигуры в нарядных покрывалах. Взгляд Тамплиера упал на «товар», выставленный вперед. Да, это было очень-очень в его вкусе. Тоненькая глазастая скромница. За такую никаких денег не жалко… Хотя лишнего платить Тамплиер не собирался. За спиной Скромницы возвышалась тетка. Нет, ТЕТКА! Долговязая грудастая бабища с прищуром опытной торговки, закутанная в темно-синее покрывало. Заранее состроив приятное выражение лица, Тамплиер приблизился к женщинам. В левом боку вновь кольнуло что-то – то ли предчувствие, то ли сердце устало от душного климата Дамаска. Женщины склонились в поклоне, и Тамплиер так и не успел осознать, когда боль в левом боку сменилась холодом заточенной стали. Он не успел увидеть свою смерть… Синее покрывало скрыло клинок и от стражников, которые временно забыли свою скуку и пользовались случаем поглазеть на женщин… Вернее, на девушку, которая в своем наряде собрала все взгляды по дороге от базара до башни, куда их привел слуга покойного ныне Тамплиера. Теперь нужно было разыграть следующий ход. Аккуратно придерживая тело Тамплиера, ассасин опустил его на желтые камни и сам склонился над ним. - Помогите, доблестные воины! – зазвенел над двором голосок Мириам, - благородному господину дурно! Стражники поспешно затопали к девушке. Когда первый подошел на расстояние удара, Альтаир распрямился, словно согнутый дамасский клинок и достал стражника точным ударом в печень – после такого не закричат. Второго ударить он не успевал – тот уже разинул рот, что бы крикнуть: «Тревога!», но лишь захрипел. В его горле дрожала блестящая шпилька, одна из тех, что скалывали покрывало Мириам. Даже ассасин едва успел заметить движение руки девушки. Еще один удар сердца и два тела медленно осели рядом с Тамплиером. Альтаир быстро огляделся – все было тихо. Взгляд на Мириам – девушка застыла, бледная словно гипсовая статуя. Шайтан надоумил подбодрить ее доброй шуткой: - Ну что, напарница, будешь ему отрывать… Что ты там собиралась? – неожиданно Мириам тоже осела на колени и освободилась от всего, что было в ее желудке. Проклиная себя шепотом самыми черными словами, какие он только знал, Альтаир подхватил свою «напарницу», помог вытереть рот тряпицей, оторванной от его юбки и, поддерживая, бегом повел к калитке. Уйти удалось на удивление легко. Они плотно прикрыли калитку за собой, никто не обратил внимания на двух женщин, поспешно возвращавшихся в свой дом, и не важно, что сегодня им временным домом опять послужит черный шатер огнепоклонников…