Тебе выбирать

Толпа ревет, она требует зрелища. Я стою на коленях, у меня связаны сзади руки. Глаза застилают слезы. Я прошу пощады. Но толпа безжалостна. Меня рывком поднимают с колен и ведут. Слышу, как толпа кричит: «Убей её! Убей её!» Неожиданно крики толпы прерывает волчий вой. Хватка слабеет, и я падаю на дощатый пол, царапая себе лицо. Толпа в ужасе кричит и разбегается. Я вижу лапы. Волчьи лапы, вижу, как они приближаются ко мне. Страха больше нет. Теперь я знаю, что буду в безопасности. Я открываю глаза и вижу перепуганное лицо Адама. — Тея? Наконец-то! Хвала солнцу ты проснулась! — он обнимает меня. Я чувствую, как меня трясет. Лицо мокрое от слез. Я никак не могу прийти в себя. В ушах все ещё слышу: «Убей её!» Парень дает мне в руки кружку с водой. Я залпом выпиваю воду. И немного прихожу в себя. — Что тебе снилось? — спрашивает он. Я поднимаю на него глаза и тупо пялюсь. — Ты кричала и плакала во сне, — поясняет Адам. — Казнь. — Что? — лицо парня вытягивается. — Мне снилась казнь, — я отстраняюсь от Адама и обхватываю себя руками. — Кого-то казнили? — он все ещё удивлен. — Что ещё делают на казни? — я поднимаю глаза и смотрю на Адама, — да, казнили. — Кого? — не унимается парень. — Меня. Адам не знал, что мне такое сказать, чтобы успокоить меня. В конце концов, сказал, что всё это бред, так мол говорят старейшины, а они всегда говорят в основном всякий бред. Что ему вообще какая-то чушь снилась и всё в таком духе. Я сижу в комнате Эльзы, она пытается, что-то сделать с моими волосами. — Эльза, — окликаю я девушку. — М? — Ты знаешь Милдрет? — Ох, ты видела её? — вздыхает она. — Она вчера наорала на Адама, что он её бросил. — Ох, эта давняя история. Адам сразу сказал, что она не в его вкусе. Она так настаивала, Адам согласился с ней встречаться, сразу говоря, что ничего не обещает. А она уже все распланировала вплоть до того, какие глаза будут у их детей, — Эльза усмехнулась, — как же это было глупо. Она всем своим подружкам понарассказывала, как сильно её любит Адам, и что чуть ли не землю готов целовать, по которой она ходила, — Эльза еле сдерживает смех, пытаясь мне рассказать до конца. — Так вот, — переводя дух продолжает девушка, — повстречались они совсем недолго. Адам на днях должен был отправится в первый раз в твой мир, и говорит Милдрет, что я тебя не люблю и у нас ничего не получится, давай разойдемся. Я выбрал помогать старейшинам искать избранных и с тобой оставаться не хочу, и всё в таком духе. Какую же истерику она устроила. Типа того, что как ты можешь такое говорить, мы же созданы друг для друга, что мы идеально подходим друг к другу и бла-бла. Адам даже слушать её не стал. А ей-то что, нужен был Адам? Нет, конечно! Ей нужно было выйти замуж за сына вождя, вот и всё. После того, как Адам ушёл, она подыгралась, но видимо подумала, что ничего лучшего не найдет и решила снова попытаться вернуть Адама. — А по ней и не скажешь, мне показалось, что она действительно любит Адама, — удивленно говорю я. — Ой, все так думают, но я-то её знаю, она та ещё сучка. Эльза заканчивает колдовать надо мной, и я смотрю на себя в зеркало. Эльза чуть подзавила мне волосы (ибо они и так у меня вьются) и заплела косу, сделав ободок. Вышло довольно мило. — Эльза, как здорово! — Тебе нравится? — Очень, — отвечаю я, на что девушка улыбается. — Отлично, тогда осталось надеть только платье. — А это обязательно? — вздыхаю я. — Конечно, для нас это праздник и к тому же я уверенна, что это платье тебе пойдет, — я обреченно вздыхаю. Ну не люблю я платья. Я смотрю на себя в зеркале, что ж, ладно, платье мне действительно идет. Платье длинное, красного цвета. Легкое и воздушное, свободное. Приталенное на талии тоненьким пояском. На груди неглубокий вырез в форме сердца. Благо с лямками. Не сразу замечаю длинный разрез на ноге. — Чьё это платье? — спрашиваю я, крутясь возле зеркала и не веря, что это я, в отражении. — Это мамино платье, — просто отвечает девушка. Я поворачиваюсь к ней. Она застегивает молнию у меня на платье. — Она давно умерла, я её не видела, — пожимает плечами девушка. Мне становится, как-то не по себе. Я догадывалась, что их мать умерла, но все равно услышать это было неожиданно. — Это так ужасно, — я опускаю голову. — Такова её судьба. Я уверена, что сейчас она счастлива, теперь у неё нет никаких проблем, а значит она счастлива, — просто и без сожаления говорит Эльза. Эльза надевает желтое платье. Оно пышное, почти, как свадебное и немного выше колен. С «V» образным вырезом спереди и сзади. Сзади корсет на лентах, который я помогаю затянуть девушке. Она заплетает себе «дракона», вплетя желтые ленты в косу. Так же завязывает на талии желтый бант. — Всё хотела спросить, а где эти избранные? — спрашиваю я, перед тем, как выйти в коридор. Эльза останавливается, рука застывает в воздухе, так и не коснувшись ручки на двери. — Одна из них перед тобой, — говорит девушка и выскальзывает за дверь. — Что? — недоуменно говорю я ей в след, но Эльза уже выскочила за дверь. Я выглядываю в коридор и натыкаюсь на Адама, попав в ловушку его рук. Я смотрю на него, и сердце начинает биться быстрее. Обычно растрепанные волосы, расчёсаны и уложены. На нем надета черная рубашка и сюртук из темно-бордово бархата, вместо галстука платок, такого же цвета, что и сюртук. На ногах чёрные брюки и чёрные туфли. — Похож на принца, — выдыхаю я. И только потом понимаю, что я сказала это в слух. Я отстраняюсь, чувствуя, как краснею. Не зря говорят: «язык мой — враг мой». Как я могла сказать такое вслух?! — Моя принцесса, — Адам целует мне руку, вгоняя меня в ещё большую краску, — ты потрясающе выглядишь, тебе очень идут платья, — я поднимаю глаза и вижу с каким восхищением он смотрит на меня. Адам тянет меня за запястье и прижимает к своей груди. — Жду не дождусь, когда смогу снять с тебя это платье, — шепчет он мне на ухо. — Ты только об одном и думаешь, — наигранно возмущенно говорю я. На самом деле мне приятно, и я совсем не против. И я знаю, что он это знает. — С тобой не могу ни о чём другом думать, — парень жадно целует меня в губы. — Нам пора, — шепчу я, на что Адам вздыхает. Мы выходим в гостиную, к нам поворачивается отец Адама, видя меня он замирает. — Так похожа на Мэй, — завороженно говорит мужчина. Адам хмурится, берет меня за руку и тащит на выход. — О чём это он? — спрашиваю я, когда мы спустились вниз. — Не бери в голову, — он машет головой и смотрит на меня, — какая же ты все-таки красивая, — я улыбаюсь, хоть и немного смущаюсь. Парень подставляет мне руку:  — Идем, моя принцесса, — томным голосом говорит он. Я смеюсь и беру его под руку. — Готова поспорить, ты не мало девушек сразил таким голосом, — подтруниваю его я. — Возможно, — он подмигивает мне. Вскоре мы приходим на место. Первое, что бросается мне в глаза — сцена. Я сразу вспоминаю свой сон и касаюсь рукой щеки, вспоминая боль. Разве во сне можно чувствовать боль? Сейчас ничего не предвещает беды, на ней играют музыканты. Музыка такая тягучая, обволакивающая. Ничего подобного я раньше не слышала. Пока Адам с кем-то разговаривает, я наблюдаю за тем, как совсем юные девушки танцуют, собравшись в круг возле сцены. Мне хочется присоединиться к ним, только не знаю местных обычаев, мало ли, может мне нельзя. Да и к тому же местные жители, как я заметила не очень-то рады мне. Хотя, как мне кажется, недолюбливают меня только старшее поколение, молодежь же с интересом наблюдает за мной. Ко мне подбегает девушка лет пятнадцати, надевает на меня венок из полевых цветов и тянет меня за руку. — Что смотришь? Пойдем к нам, — улыбается она. Я не успеваю ничего ответить, лишь оборачиваюсь и смотрю на Адама, но не могу разобрать его выражение лица, кажется он обеспокоен. Я же, с улыбкой бегу за девушкой и вскоре вливаюсь в танец. Никогда не зная движений этого танца, да и вообще, никогда не танцевав, что-то подобное, я, сливаясь с музыкой, легко двигаюсь в такт мелодии вместе с другими девушками. Меня полностью поглощает музыка, она обволакивает, затягивает в свои сети, забирая все дурные мысли и оставляя лишь легкую, блаженную пустоту. Вскоре замечаю, что девушек одну за другой из нашего круга вытягивают парни и они уходят. Только я успеваю об этом задуматься, как меня за руку тянет Адам. — Зачем ты пошла танцевать? — сурово спрашивает парень. На что я пожимаю плечами. — Это танец девушек для привлечения юношей, — говорит он, — зачем тебе это, у тебя же есть я, — последние слова он говорит мне на ухо, от чего по спине пробегают мурашки. — Мне хотелось, — просто отвечаю я. — Глупышка, такой танец и музыка вводят в некий транс девушек, от чего они танцуют полностью, отдаваясь своим чувствам. Вам может казаться, что вы танцуете одинаково, но на деле один танец каждая девушка танцует по-своему, а парни уже делая выводы выбирает себе ту, которая им больше приглянется. Иногда случается, что на одну девушку претендуют несколько парней. — Ого, — я удивленно смотрю на него. Откуда я могла это знать? — Ага, это хорошо ещё, что мой энспир — лев и я имею преимущество, — меня боятся, а так бы мне пришлось сразиться за тебя, — он ухмыляется. — Сразиться? — восклицаю я. — Да, как вон тем, — он кивает, в сторону небольшой толпы. Двое парней превращаются в кошек. Один — в пантеру, другой в — пуму. — Часто, если энспир одного сильнее и больше другого, то до схватки дело не доходит, именно поэтому вряд ли кто-то посмеет мне бросить вызов, поскольку я — лев, и к тому же крупнее обычного, — не без гордости, говорит парень. Какой же он горделивый, — думаю я усмехнувшись. А тем временем, Адам продолжает: — Но иногда бывает и такое, что оба намерены идти до конца, — только Адам заканчивает говорить, как двое кошек вцепляются в схватке. Я отворачиваюсь, не хочу смотреть на это. Стоило отвернуться, как тут же слышу рев большой кошки, повернувшись, вижу саблезубую кошку, которая превосходит габаритами двух других. — Это же Тео, — недоуменно говорю я. Толпа расходится, и я замечаю девушку, из-за которой всё и началось — Эльза. — Ты знал? — спрашиваю я, наблюдая за спокойным лицом парня. — Конечно, Тео не позволит другим отобрать у него Эльзу, — улыбается Адам. Начинает играть веселая, заводная мелодия. Радостная молодежь идет танцевать. Адам хватает меня за руку и тащит в самое пекло события. У меня не сразу получается танцевать, как у остальных. Только благодаря терпению и старанию Адама у меня вскоре стало получаться. Могу сказать без сомнения — сегодня самый лучший день в моей жизни! Солнце садится, все, кто должен принять участие в обряде, стали подниматься на сцену, включая и меня. Волнения и дрожь, не покидавшие меня с самого утра, усилились и, теперь я еле сдерживаюсь, чтобы меня не начало трясти от волнения, стоя на сцене. Я снова начинаю кусать губы. Ну что за дурацкая привычка? Как бы я себя не ругала, всё равно никак не могла избавиться от этой привычки. Играет легкая ненавязчивая мелодия, кажется, это флейта. Эта мелодия меня успокаивает. Последние лучи солнца касается парня, что стоит в самом начале. Его окутывает ореол света, силуэт парня теряется, в этом свечении, а спустя пару мгновений, на его месте стоит леопард. Тут же лучи касаются девушки, которая стоит рядом с леопардом, происходит всё тоже самое, только теперь появляется оцелот. Я стою в самом конце, так что, когда доходит очередь до меня, солнце уже почти скрылось за горизонтом. Лучи солнца окутывают меня, я чувствую тепло во всем теле. Я знаю много видов диких кошек, точно знаю, что их всего сорок один, не всех, конечно, помню по названию, но тем не менее. Интересно, какой кошкой я стану? Стану ли я львицей чтобы соответствовать статусу Адама? Свет отступает. Первое, что я вижу это лапы рыже-коричневого цвета. В голове мелькает несколько видов кошек, но не успеваю я и подумать, какой кошкой я стала, как слышу, что люди вокруг кричат от испуга. Все, кто стояли со мной рядом на сцене, спрыгивают вниз. Я поднимаю глаза и смотрю на них. Что ни так? Я совсем ничего не понимаю. Какие-то люди в страхе убегают от сцены. Я нахожу глазами Адама и вижу, как на его лице сменяется испуг на… на… омерзение? Ему противно смотреть на меня? Но почему? Рядом с ним стоит Эльза, она закрыла рот руками, на её лице читается неприкрытый ужас. Но что не так? В груди нарастает паника, я хочу спуститься со сцены и подбежать к Адаму, но дорогу мне перекрывает огромных размеров тигр, который запрыгнул на сцену и стоит передо мной. «Ещё одно волчье отродье! Зря ты решила обратиться здесь! Здесь ты и умрешь!» — слышу я в своей голове голос мужчины. «Волчье отродье»? Я быстро поворачиваюсь и вижу хвост, хвост, как у собаки. «Так значит я волк? Но, как такое могло произойти?» — последнее, что промелькнуло в моей голове, прежде, чем эта огромная туша, кинулась на меня. Я отскакивают в сторону и начинаю рычать. Противник на какое-то время теряется, я пользуюсь его замешательством и спрыгнув со сцены, бегу прочь. Я, не оборачиваясь, бегу. Спустя какое-то время, когда я уже достаточно убежала от города и, оторвалась от погони и адреналин перестает действовать, меня накрывает волна чувств. Боль вонзается в мое тело, как тысячи игл, от чего я спотыкаюсь и падаю на землю. Не могу больше бежать, мне так больно. Никогда не чувствовала такой боли. Боль душевная, но почему от неё болит всё тело? Сама, не понимая, что делаю, начинаю выть. — Я хочу домой, но куда домой? — слезы наворачиваются на глаза. Нора была права, меня все бросили. Даже Адам. Никогда не забуду, как он смотрел на меня. Как на чудовище. А ведь говорил, что никогда не оставит меня, что всегда будет рядом. Что всегда будет рядом. Что любит меня. И с ним я в безопасности. Значит, он врал? Врал, как и все? Почему меня предают? Почему ОН предал меня? Почему оставил? Я лежу на сырой земле. Все чувства давят на меня, жгут изнутри. Так больно мне еще не было. Удивительно, каждый раз я думаю, что хуже уже быть не может, но каждый раз жизнь мне показывает обратное — может быть хуже и ты это испытаешь на себе. Самый лучший день, превратился в самый страшный кошмар. Я слышу частое дыхание, мягкий стук лап по земле. Они приближаются. Приближается моя смерть. Ну и пусть. Я больше не могу бежать, спасаться. Пускай они убьют, разорвут на части, пускай прекратят мои муки. Но вместо этого я слышу вой, рычание и звуки борьбы. Большие кошки, поджав хвост, бегут, но кто прогнал их? «Тея! Тея!» — я слышу голос Норы в голове, а потом вижу коричневого волка. Я пугаюсь, но мои инстинкты, которые стали сильнее, чем у любого человека, реагируют быстрее, чем я успеваю подумать. Я подскакиваю и оскаливаюсь. Теперь я тоже волк и мне не стоит так боятся себе подобного. «Тея, это я — Нора», — говорит в голове голос Норы. «Ты волк?» — удивляюсь я. «Да» «Поэтому ты…» «Поэтому я веду одиночный образ жизни и прячусь от всех? Да, если в городе узнали бы, кто я, они бы меня убили» «Ты знала, что я стану волком, поэтому хотела, чтобы я ушла?» — спрашиваю я у неё, неожиданно все осознав. «Нет, — она качает головой и садится. — Этого не мог знать никто» «Тогда почему?» — не понимаю я. «Я предчувствовала что-то плохое и хотела уберечь тебя. Это моя вина в том, что ты здесь» — она опускает голову. «Нет, в этом нет твоей вины» Я слышу шорох. Ах ты ж, облезая кошка! Злость накрывает меня с головой, перекрывая воздух другим чувствам. Я оборачиваюсь на шум. Кто бы это ни был, я надеру им их полосатые задницы! Я стою в боевую стойку и рычу, оскалив зубы. «Тея, дорогая, я же тебе говорил, что тебе не место среди них.» — слышу в голове до боли знакомый голос. Из-за кустов выходит черный волк. Владимир. «Чего тебе? Пришёл, чтобы поиздеваться надо мной?» — говорю я, не перестав рычать. Ко мне присоединяется Нора. Помимо запаха Владимира я чувствую ещё кого-то. Этот запах мне кого-то напоминает. «Сестра, как ты могла подумать так обо мне?!» — удивляется он. «Не смей называть меня так! Ты мне не брат!» — чувствую, как у меня поднимается шерсть на загривке. «Я не хочу с тобой ругаться. Прошу, только выслушай меня!» — он опускает голову и прижимает уши. Мой внутренний волк негодует, он показывает мне своё смирение. Я перестаю рычать. Нора смотрит на меня и тоже успокаивается. В конце концов, почему бы мне не выслушать его? «Тея, я не хотел причинить тебе боль. Всё, что я делал, я делал только ради тебя! Я знал, что ты станешь волком, я знал, что случится, если ты станешь волком на церемонии в этом проклятом городе солнца!» «Откуда ты мог это знать?» — спрашивает Нора, что стоит бок о бок рядом со мной, я чувствую, что она переживает за меня. «Она же моя сестра» — просто отвечает Владимир. «Я бы так не сказала, вы совсем разные, даже внешне, — Нора качает головой. Тея, мое предложение всё ещё в силе. Я могу открыть портал и отправить тебя обратно, ты забудешь всё, что с тобой произошло здесь и будешь спокойно дальше жить», — предлагает Нора. «Нет! Не забирай её у меня! Она единственная, что у меня осталось. Я так долго искал», — просит он. «Но ведь мы и правда не похожи», — предложение Норы мне кажется вполне заманчивым. Забыть всё, было бы здорово. Я не хочу вспоминать ни Адама, ни Эльзы. Не хочу ничего помнить, если бы так можно было сделать со всеми моими воспоминаниями. Я бы начала жизнь заново. «Мы не похожи, потому что у нас разные отцы. Наша мать полюбила кого-то из Галдисола и вместе они ушли после этого их никто не видел» «Ты хочешь сказать, что моя мать оставила тебя и ушла? Она бы так не поступила!» — не верю я. «Мой отец. Она ушла из-за него. Она не хотела меня оставлять. Я помню, как она плакала ночами… Мой отец был тираном, я понимаю, почему она ушла. Меня она не могла взять с собой» — я не верю его невнятным объяснениям. Но после его слов, я вижу короткий фрагмент, я вижу все от первого лица: мужчина, внешне похожий на Владимира, бьет меня, на мою защиту прибегает… женщина, внешне похожая на мою маму! Она закрывает собой меня, и тогда разозлившийся мужчина бьет её, женщина падает на колени. Меня вырывает из воспоминаний Владимира. «Это лишь один случай, что произошёл в моей семье. После очередного избиения, я просил мать уйти. Мы оба знали, что я не жилец, я должен был погибнуть ещё в младенчестве, длинный путь я бы не пережил. Мы долго прощались, она обещала, что вернется за мной, но к сожалению, не вернулась. Она умерла прежде, чем появилась возможность забрать меня» — после сказанного, Владимир поднимает голову и смотрит на меня. Я не знаю, что ответить. Но… я верю ему. «Но зачем ты всё это устроил, ты не мог мне просто все рассказать?» — задаю я, вполне логичный вопрос. «Мне никто не дал тебе всё рассказать, помнишь, как мы разговаривали в кофе?» — на что я отрицательно качаю головой. О чём это он? «Да и ты, ты бы поверила мне? Я не знал, что тебе тогда уже наговорил про меня этот… сын вождя… Адам. Поэтому я звал тебя, но эти… эти… мерзкие существа не давали мне забрать тебя», — вздыхает Владимир. «А Марк, причем здесь Марк? — при упоминании его имени, сердце защемило. Ты убил его!» «Нет! Я никого не убивал, да, мои ребята перестарались, но и они никого не убивали» — после его слов выходит ещё один волк, цвета пшеницы. Заглянув в карие глаза волка, я понимаю, кого мне напоминал этот запах. «Марк» Не может быть, он живой. Живой и невредимый. Он неуверенно смотрит на меня, склонив голову и махая хвостом. «Тея, я так рад тебя видеть, я так соскучился!» — слышу в голове голос Марка. Эмоции овладевают мной. Я больше не могу сдерживать себя. Бегу к волку цвета пшеницы, и валю его с лап. В голове все перемешалось, за всю мою недолгую жизнь, эмоции никогда не брали верх над разумом, но не сегодня. Сегодня я столько пережила… Я трусь носом о густую шерсть, вдыхаю этот родной запах и чувствую, что мне становится лучше. После предательства Адама, видеть Марка живым — бесценно. Я чувствую эмоции Марка, чувствую, как он мне рад. Он лижет мне нос, покусывает уши и виляет хвостом так, как будто хвост сейчас оторвется. Немного успокоившись, я смотрю на брата. Да, именно так, он мой брат. Я не вижу его улыбки, но чувствую, что он улыбается. «Прости Тея, нужно было поступить по-другому, но я не знал, как», — он виновато опускает голову. «Главное, что всё выяснилось и я узнала правду», — я прощаю Владимира, да и за что его прощать? За то, что он хотел вернуть сестру? «Ты можешь пойти с нами, стань частью стаи. Но я пойму, если ты захочешь вернуться в свой мир и все забыть», — говорит брат, не поднимая головы и нервно переминая лапами. Нора всё это время молчит, видимо, она, как и я, переваривает информацию. «Нора, я знаю, как тебе тяжело, ты можешь пойти с нами, стая будет рада новому члену семьи», — предлагает Владимир. Нора смотрит на меня, она ждет, что отвечу я. «Пойдем домой, брат», — говорю я. «Тея, сестра моя, я так рад, что ты теперь со мной!» — он подходит и обнимает меня. «Тогда я иду с тобой, Тея», — говорит Нора.