Под кайфом.

Я зашла в дом и закрыла дверь за собой. Непривычно находиться тут одной — хотя бы потому что здание слишком большое, что бы Джастин ни говорил. Всё выглядит таким серым и безжизненным, что кажется, будто сам дом настраивает на грустные мысли. Эти голые стены, всё так же лежащая на полу картина, идеальная тишина. Даже интерьер в этом доме настроен против меня. Пульсирующая боль в голове мешала не только думать, но и передвигаться по дому. В глазах то темнело, то становилось слишком ярко. Я поморгала несколько раз, аккуратно направляясь в сторону ванной. Где-то на полке, в белой баночке, лежали таблетки от головной боли. Выпив две, я почувствовала лёгкое головокружение, заставившее меня сползти вниз по стене. Мне казалось, что действие таблеток вот-вот начнётся, но пока хотелось только проблеваться. Так я просидела час, может больше, не имея сил даже встать и перейти в другую комнату. Тело будто парализовало, руки стали ватными, но самое ужасное было впереди. Галлюцинации. Я видела чёртову яхту, на которой был Джастин. Он улыбался мне, махал рукой, подзывая к себе. Картинки менялись, как слайд из фото. То клуб с кучей алкоголя, то непонятное перекошенное здание, из которого вылезали черви. Через какое-то время всё это прекратилось, и я оказалась на чем-то белом и мягком. Опустив голову, я поняла, что это облако. Какой-то промежуток времени я пробыла на этом облаке, несясь на всех парах куда-то вперёд. А потом взрыв! и я пришла в себя. — Что за?.. В себя приходила медленно, но верно. Через пару минут произошло осознание того, что в доме никого больше нет. Надо было проверить то, что я выпила. Не могли обычные таблетки так лихо воздействовать на подсознание, вызывая мощнейшие глюки. Мои опасения подтвердились. Этими «обезболивающими» оказались колёса, которые Джастин мог прятать в обычной баночке из-под таблеток. Скорее всего, экстази, от которых обычно становишься таким энергичным, весёлым, миролюбивым. Странно то, что мои чувства ограничились лишь тошнотой и неприятием. Мысли сбились в огромную кучку. Но одно я поняла сразу. Мне хотелось героина. Мозг отправлял тревожные импульсы, будто кричал: «Стой!», но тело отказывалось подчиняться. Оно направляло меня ближе к шкафчику, в котором лежал заветный пакетик. Я чувствовала, как уголки моих губ поднимаются выше, когда я всё-таки нащупываю нужный порошок и вытаскиваю его. Мне никогда не приходилось делать это раньше. Подогревать ложку, делать эту жуткую смесь, высасывать её шприцём. Понятия не имею, откуда знаю, не велика ли доза. Я схватила первый попавшийся жгут в аптечке и перевязала им левую руку. Зубы как можно сильнее затянули узел, поэтому уже через пару секунд начала виднеться крупная вена. Мои руки дрожали так, будто их одолела болезнь Паркинсона, но разум был будто нацелен на миссию «заставить человека уколоться». Которую он, кстати говоря, идеально выполнил. Я медленно ввела иглу под кожу, одновременно расслабляя жгут. Героин растекался по вене довольно быстро — уже через несколько секунд почувствовался эффект. А затем… Пустота. *** Шум проливного дождя слышен из единственного открытого окна в холле. Открываю глаза и первое, что вижу — использованный шприц, валяющийся у ног. В голове поток несвязных мыслей, которые никак не отвечают на единственный вопрос. Какого черта происходит? Поднимаюсь с пола, придерживаясь за стену. Ах да. Я же впервые в жизни укололась. Просто так, без видимых на то причин. Я, черт возьми, парня заставила лечь в больницу для наркозависимых, а сама потянулась к тому, от чего его спасти пытаюсь. Логика? Я вытерла лицо рукавом и вышла из ванной. Зачем? Для чего я сделала это вчера? Как мне смотреть в глаза Джастину теперь? Поток вопросов прервал звонок телефона. — Добрый день, мисс Миллер! — бодро заявил лечащий врач. Я невольно повернулась и посмотрела на время. 12:31. Ага, скорее утро. — Сегодня, ближе к двум, вы сможете увидеть Джастина. — Угу. — отключив телефон, я схватила старый свитер, валявшийся на кресле, и спустилась вниз, всё ещё пытаясь разобраться в себе. Что я ему скажу? Мимолётный взгляд в зеркало. Выглядела как обычно, разве что волосы были слегка растрёпанны. Я распустила их и вновь оценивающе посмотрела на себя. «Ну, сойдёт», — пронеслось в голове, после чего я надела свитер и вышла, прихватив ключи. За час я успела заехать за фруктами, найти вакансию продавца в продуктовом магазине и вернуть потерянную девочку родителям. Стрелка часов медленно, но верно приближалась к отметке в 14:00. Мне предстояло увидеть Джастина, не проколоться ему о вчерашнем и узнать счёт за первые три месяца. Забавно, но первым, кого я увидела в клинике, был мистер Джонс — тот самый лечащий врач. Мы вновь переговорили о сроках, о самочувствии Джастина, а после он протянул мне белый лист, на котором была пятизначная сумма. Он тут же заверил, что клиника даёт стопроцентную гарантию того, что шатен вылечится. Ну нихуя себе, а где я такие деньги найду? Дом продать, что ли? — Джастин? — я вошла внутрь и села на единственный стул в помещении. Парень посмотрел на меня и улыбнулся. — Ты пришла за мной? — спросил он хрипловатым голосом. Я помотала головой и поставила пакет с фруктами на тумбу. — Можно поговорить с тобой? Бибер приподнялся с кровати и сел на пол передо мной. Его взгляд был спокоен. Ужасающе спокоен. — Конечно. В чём дело? — Кажется, нам нужно продать твой дом, чтобы покрыть расходы на лечение. Мы можем купить большую квартиру или что-то вроде одноэтажного домика не в таком элитном районе, но факт остаётся таковым. Ты отдал почти все деньги матери, а те, что оставил себе, потратил на наркотики. А я не знаю, где ещё можно взять столько. Джастин сосредоточенно смотрел на меня всё это время. Он оставался таким же спокойным, но уголки его губ медленно поднимались вверх. — Ты имеешь право делать всё, что тебе вздумается, забыла? Этот дом по документам твой, поэтому продашь ты его, подаришь — мне без разницы, — парень провёл ладонью по моей щеке. — Только пусть это поскорее закончится. Я уже не могу так. Хочется начать всё с нуля, ну знаешь, вылечиться и всё такое. — Почему-то я верю в то, что ты сможешь. Я и раньше верила, но теперь сильнее. Может потому что ты всё осознал и… Стук в дверь. — Войдите. В палату зашёл парень лет двадцати с маской на лице. Он жестом подозвал Джастина к себе, и они быстро вышли из палаты. Я хотела направиться следом, но мистер Джонс остановил меня. — Они идут на процедуры, туда никого не впускают. Позвольте вас проводить. Мы шли по коридору и разговаривали об оплате. Врач говорил, что я могу внести деньги не позже чем через две недели, иначе лечение будет остановлено, а деньги получены путём продажи части имущества. Я кивала, смотря то вниз, то вперёд. Напоследок он мило улыбнулся и открыл дверь. — Мы всегда рады видеть вас, мисс Миллер, — прошептал Джонс, когда я была в дверном проёме. — До скорой встречи.