Спасая тело, спасаю душу.

Мне было больно. Я уже даже не могла вспомнить, когда мне было так больно. Хотя, нет, я помню. Такое же болезненное ощущение я испытывала, когда врач с грустной улыбкой сообщил мне о том, что я больше не смогу иметь детей. Да, тогда мне тоже было плохо. Спасибо, Максиму, я вспомнила, как бывает, когда у тебя вырывают внутренности. Я пыталась успокоить себя и сказать самой себе, что все будет хорошо. Вот уже два дня я повторяла это как мантру. Перед сном, глядя на свои заплаканные глаза в зеркало и перед завтраком. Теперь у меня было больше свободного времени, и я могла подумать о том, как мне жить дальше. Моя практика закончилась. Из больницы меня выгнали без объяснения причин, а в университете сказали, что может быть, мне вернуться в частную практику. Господи, знали бы они, чем обернулась моя частная практика. Меня все чаще посещали мысли о том, что мне надо уехать. Как можно дальше, туда где меня никто не найдет, где всем будет наплевать, кто такая Виктория Кузнецова и, что с ней происходит. Такое место было, и любимая бабушка приняла бы меня к себе с распростертыми объятиями. Она всегда гордилась своей внучкой и всегда ставила меня в пример перед родственниками. Она единственная думала, что в этой жизни я смогу хоть чего-то добиться. Я не могла видеть своего брата. Он тянулся ко мне, постоянно пытался быть рядом. А я не могла. Не могла читать ему сказки, не могла целовать на ночь, не могла, черт да я видеть его не могла. Он был напоминанием о другом мальчике. Тот мальчик, от которого мне пришлось отказаться, хоть меня никто и не заставлял. Когда я зашла к нему в палату, медсестра уже успела убрать все следы крови и вставить новый катетер. Он улыбнулся мне. Я не смогла не улыбнуться в ответ. Я долго пыталась объяснить ему, что я улетаю в свою страну и больше не смогу приходить к нему. Он расплакался. Это были чистые детским искренние слезы, которые трогали меня до глубины души. Я успокоила его и сказала, что когда-нибудь обязательно приду к нему, просто стоит немного подождать. Я сделала легкий макияж. Не для того, чтобы казаться красивой, а просто для того, чтобы замазать следы моей нескончаемой истерики. Я понимала, что стереть все признаки просто нереальная задача, но я постаралась сделать так, чтобы люди не шарахались от меня в страхе, когда увидят. Зайдя в комнату к брату, я обратила внимание на то, что Игорек сидит на кровати и бесцельно проводит карандашом в альбоме для рисования. Плохое настроение брата было не в новинку, но я прекрасно понимала, что оно никак не связано с простудой. -Ты готов? – он поднял на меня свои глаза и молча кивнул, - Игорь, что случилось? Он откинул альбом для рисования и встал с кровати. -Ты меня не любишь, - он не спрашивал, а утверждал. -С чего ты взял? – я подошла к нему и опустилась около него на колени. -Ты больше не читаешь мне книги и не приходишь ко мне в комнату, - он обиженно надул губки. -Я люблю тебя. Просто понимаешь, - я села на пол перед ним и потянула его за собой, - Я немного грущу. Игорь обернулся и посмотрел на меня, - А когда ты закончишь грустить, ты вернешься ко мне? Я улыбнулась, и чмокнула его в щечку, - Конечно. Я поднялась с пола и подала руку брату, - Пойдем? Я познакомлю тебя со своей подругой. Она очень хорошая. Игорек кивнул и весело помчался в прихожую. Я посмотрела ему во след и подумала о том, как я могла забыть о том, что мне необходимо заботиться о брате. Он единственный, кто помог мне вылезти из того ужаса, который окружал меня, а теперь я бросаю его. И ради кого? *** Дашка не была против прогулки в Коломенском и совершенно спокойно отнеслась к тому, что с нами будет мой брат. Она знала, что происходит в моей жизни, потому что в первый же вечер после прощания с Максом, я позвонила ей. Первые пятнадцать минут я не могла сказать ни слова и ей пришлось выслушивать мои бесконечные слезы. Потом еще полтора часа она слушала, что случилось и пыталась успокоить меня каждый раз, как в горле вставал ком невыплаканных слез. Мы встретились у въезда в парк. Дашка была с Андреем, чего я собственно не ожидала. -Привет, - я поздоровалась с Авдеевыми, - Знакомьтесь, это Игорь, - я показала на своего брата, который жался сзади меня, - Игорь, а это Даша и Андрей. Андрей присел на корточки перед ним, - Привет, парень. Не хочешь пойти на аттракционы? – он дал ему руку и я ожидала, что сейчас последует незамедлительный отказ от моего брата. Но, к моему удивлению, Игорь сжал протянутую ладонь и улыбнулся. -Ну, мы пошли, а вы поболтайте, - Андрей чмокнул Дашку в щеку и кивнул мне. Я повернулась к Дашке и она, положив мне руку на локоть, повела по тропинке. Первые пару минут мы шли молча, слушая только скрип снега под ногами. Даша тяжело вздыхала. Я больше не могла слушать это. -Ты либо что-то знаешь, но не можешь сказать, пока я не спрошу, - я хитро посмотрела на нее, - Либо пытаешься выразить свое сожаление. -Ты знаешь, что Пашку забрали домой? -Откуда мне знать? -Он дома. Максим теперь вообще никуда не выходит. -Я рада. Дашка снова замолчала. Ну сколько можно? Она что-то знает, но совершенно точно не хочет говорить. Мучается из-за того, что скрывает что-то от меня, но и выдать ничего не может. -Вик, я тебя сейчас спрошу одну вещь, а ты пожалуйста ответь мне честно, - она мялась, а я уже практически знала какой вопрос она задаст, - Что ты чувствуешь к Максу? Я рассмеялась. Это было нервное. -Когда мы на расстоянии друг от друга, мне проще, - уклончиво ответила я. -Что проще? -Забывать о том, что я любила. Даша оглянулась, как будто удивленная моим ответом. -Любила? Или Любишь? – лучше бы она не задавала этот вопрос, потому что я сама не знаю ответа. Я пожала плечами. Дальше разговор пошел уже на более спокойные темы. Она рассказывала мне о том, как Надюша недавно пожаловалась ей на парня. Он совершенно не обращает на нее внимание, а она любит его. Я совсем забыла, что Надюша уже выросла и, что она не может навечно остаться в том возрасте, в каком она была в Логосе. Когда мы зашли в один из маленьких трактиров, которые были на территории парка, мы увидели за одним из столиков Андрея и Игоря. Они разговаривали о чем-то, и Игорь то и дело показывал что-то в воздухе вилкой. Мы направились в сторону столика. Ребята нас не замечали и продолжали обсуждать свои темы. Дашка, воспользовавшись тем, что Андрей сидит спиной к ней, тихо подкралась к нему и положила свои ладони на его глаза. Андрей отняв ее руки от своего лица, поднес ее ладошку к губам и поцеловал. Игорь поморщился, как и все маленькие дети он не понимал взрослых романтических отношений. Каждый раз, когда мы смотрели с ним телевизор и герои начинали целоваться, он морщился. -Ну, чем занимались? – спросила я, опускаясь на стул рядом с Игорем. -Мы с Андреем играли на аттракционах, а потом он сказал, что он также играл со своим крестником, - я посмотрела на Андрея, он отвел взгляд, - Представляешь, его Паша зовут, как твоего пациента. -Удивительно, - развела я руками, - Как много совпадений на свете. -А еще Андрей пообещал мне, что обязательно меня с ним познакомит. Отлично. Я снова бросила в сторону Андрея яростный взгляд, но он, как будто не обращал на это никакого внимания. На что он рассчитывал, когда говорил об этом Игорю? Он думал, что я когда-нибудь позволю ему познакомить моего брата с Морозовыми. Или он думал, что теперь я разрешу Морозовым влезть в мою жизнь? Мы еще долго сидели в трактире, отогреваясь горячим чаем от морозной прогулки. У меня в запасе была уйма времени, так как по сути мне было совершенно нечем заниматься. По будням я пыталась найти себе место для практики. Пока у меня было только одно предложение из поликлиники. Но я прекрасно понимала, что согласившись на эту практику, навсегда закрою для себя двери в хирургию. Ребята подвезли нас до дома. Брат заснул в машине и Андрею пришлось поднимать его в квартиру. Когда мы ехали в лифте, Андрей внимательно посмотрел на меня, а потом задал вопрос, который терзал меня уже некоторое время. -Может быть, ты вернешься в 17 больницу? – я подняла на него глаза. -Может быть, - а через секунду добавила, - А может быть, я уеду. Москва не мой город. -Не говори глупости, - он понял, что повысил голос, только когда у него на руках заворочался Игорь, - Ты снова хочешь убежать от проблем. Я не стала отвечать. Он был прав, но я не видела больше никакого выхода из ситуации. Либо переступить через свою гордость и вернуться в больницу, либо уехать отсюда и попытаться забыть весь этот кошмар. *** Уткнувшись в чашку с чаем, Петр обдумывал то, что собирается сделать. Этот фарс, который решил устроить Максим, совершенно точно не попадал под категорию «Правильно» в сознании Петра. Он не понимал своего сына и не хотел, чтобы тот продолжал постепенно убивать морально Вику. Возможно, если бы сын знал через что пришлось пройти Вике, он бы сбавил свой порыв уничтожить ее. Он отодвинул от себя чашку и позвал Бориса. В последнее время он был единственным человеком в охране, с которым Петр чувствовал себя комфортно. Борис поддерживал Петра в отношении к Вике и искренне сопереживал напастям, которые выпадали Вике. -Борис, нам надо съездить к Виктории. Тот, молча кивнул, и пошел готовить машину. Петр встал из-за стола и направился к выходу из кабинета. -Интересно, как долго мне придется разгребать то, что за собой не убрал Макс, - сам у себя спросил Петр и закрыл дверь кабинета. *** Я не спала всю ночь. Игорь метался по кровати от высокой температуры и никак не мог успокоиться. Прогулка сказалась на его чуть выздоровевшем организме, и он снова слег. Первые полтора часа я пыталась сбить температуру растиранием уксусом, потому что, не смотря на то, что я врач, я не особо любила лекарственные методы лечения. Температура не спадала. Отчаявшись добиться от небес благословения, я отправила отца в дежурную аптеку за ампулами анальгина. Когда Игорь немного успокоился и уснул, за окном забрезжил рассвет. Я очень хотела спать, но никак не могла уснуть. Ворочаясь с боку на бок, я все-таки поняла, что в ближайшее время все равно уснуть не получится. В попытке убить время и свои оставшиеся силы, я успела приготовить обед и замариновать мясо для ужина, убрать квартиру и положить вещи в стирку. Сон так и не шел. Единственное, что хоть как-то помогало мне заснуть - это книги. Особенно научные. Меня хватало на пару страниц на ночь. Я схватила с полки том по нейрохирургии и улеглась в кровать. Через два часа, чертыхнувшись, я откинула от себя книгу и посмотрела на часы. Половина двенадцатого. Скоро должен был проснуться Игорь. Я отправилась на кухню готовить завтрак для брата. В таком состоянии единственное, что он сможет принять это либо бульон, либо молочная каша. Остановив свой выбор на молочной каше, я с радостью увлеклась готовкой. Я аккуратно помешивала кашу, в тот момент, когда в дверь позвонили. От испуга я обожглась. Прижав пострадавший палец к мочке уха, я пошла в прихожую. Почему-то я не удивилась такой делегации. Когда весь мир летит к черту и, когда твои руки опускаются, должен прийти такой человек, который добьет тебя. Этим человеком вполне мог быть Петр Морозов, который сейчас, как бедный родственник стоял за моей дверью. Тяжело вздохнув, я открыла дверь. -Здравствуйте, Виктория, - улыбкой Петра можно было бы пускать солнечные зайчики, настолько она была ослепительна. -Доброго дня. Я чуть отошла от двери, приглашая его в квартиру. Он был один. -Как у вас дела? – он снял пальто и повесил его на вешалку. У меня не оставалось выбора, кроме как предложить ему гостевые тапочки и пригласить его на кухню. -Вы приехали вести светские беседы? – я сказала это, разливая чай по чашкам. -Просто соблюдаю этические нормы, - пожал он плечами и сел за стол, - У меня к вам разговор. -О чем же? – я села напротив него. -Не так давно мне в руки попала интересная информация, после которой самой волнующей меня вещью стала причина, по которой вы ухаживали за членами моей семьи, - он завел разговор издалека, - Вы сможете ответить на пару вопросов? -В последнее время кто-то из вашей семьи постоянно устраивает мне допросы, - я взглянула на чашку чая, избегая смотреть ему в глаза, - Мне кажется, в любом случае, пока я не отвечу на ваши вопросы, вы не уйдете. Терять мне уже нечего. -Когда вы узнали, чей сын Паша, почему вы не ушли? -Потому что он ребенок и не ответственен за прегрешения своего отца. -Или потому что видели в этом мальчике своего неродившегося ребенка? – Петр, судя по всему, решил сократить время допроса и перешел к самому главному. Я посмотрела на него. Он был совершенно спокоен и не показывал никаких эмоций. -Я не задумывалась об этом. Это был просто ребенок когда-то близкого мне человека. -Неужели вы не хотели отомстить? Лишить его того, чего он лишил вас. -Это была бы преступная халатность. Тем более, вы же видели своего внука, как можно не любить его? – я позволила себе улыбнуться. -Ну а Максим? -А что Максим? Он отчаянно пытался доказать мне, что я лишняя в его жизни, у него получилось. Наступило молчание. Петр пил чай и смотрел в окно. Я старалась смотреть куда угодно, но только не на него. Вдруг из комнаты донесся плач. Черт. -Кто там? – удивленно спросил Петр. -Брат, - ответила я, уже поднимаясь из-за стола. Я помчалась в комнату. Как только я опустилась на кровать рядом с братом, Игорь обнял меня и уткнувшись мне в плечо, заплакал. Господи, я думала у меня сердце вырвется из груди. Детские слезы – это мое личное наказание. -Ну, что ты, все хорошо, - я прошептала это на ухо брату. -Мне плохо, - сквозь слезы ответил мне братик. В дверях замаячил Морозов старший. Он облокотился на дверной косяк и наблюдал за нами. -Может быть, послать Бориса в аптеку? – с долей сочувствия спросил Петр. Игорь оторвался от меня и посмотрел на Петра. Игорь никогда не тянулся к незнакомым людям, он стеснялся, прятался и никогда не подходил первым. -Кто это? – тихо спросил меня брат. -Это мой знакомый. Он скоро уйдет, не волнуйся, - я прижала к себе брата и губами прикоснулась ко лбу. Температура снова поднимается, - Ты посидишь без меня пять минуточек. Я провожу своего знакомого и мы покушаем. Игорь кивнул и лег обратно на подушку. Когда мы с Петром уже выходили из комнаты, Игорь неожиданно произнес, - До свидания! От удивления небывалой общительностью брата с незнакомыми, я приоткрыла рот. -Петр Алексеевич, сами понимаете, разговаривать мне некогда. Да и не о чем. Мы с Максимом все решили. -Вы с Максимом два барана, - вторил мне Петр, надевая пальто, - А вообще я приезжал к тебе не за этим. У меня на столе сегодня появилось прошение от Василия Сергеевича. Он просит меня дать ему интерна. Как ты думаешь, кого я выберу? Я улыбнулась Петру, - Вы думаете, вы что-то измените? -Изменишь ты, а я буду смотреть со стороны и иногда вмешиваться.