Спасая тело, спасаю душу.

Мне хотелось кого-нибудь убить. Хотя, нет. Мне хотелось убить одного конкретного человека – Викторию Кузнецову. Своим непроходимым упрямством она довела теперь не только меня, но и моего сына, который вот уже несколько дней отказывался сказать хоть слово. Он замкнулся в себе, и я ничего не мог сделать. Мой отец реагировал на все слишком спокойно, если учитывать, как он относится к Кузнецовой. Когда ему сообщили о том, что она ушла из больницы, он только пожал плечами и ушел в свой кабинет. До Нового Года оставалось три дня. Друзья немного успокоились и больше не настаивали на присутствии Вики на празднике. Теперь на этом настаивал мой внутренний голос. Он считал, что если Вика увидит настоящую счастливую жизнь, встретит чудесный праздник в кругу друзей и помириться с Пашей, то она согласиться на операцию. С каждым днем я соглашался с внутренним голосом все больше и больше. После ее хамского поведения и упрямства, которое меня раздражало я не знаю, откуда у меня еще было желание спасать ее. Я не понимал эти причины, когда ехал к ее дому. Я не знал слов для разговора с ней, когда остановился у ее подъезда. Я не думал о том, что она живет с родителями ровно до того момента, пока ее мама не открыла дверь. Она смотрела на меня с нескрываемой злобой. -Добрый день, я Максим Морозов, мне надо поговорить с вашей дочерью, - мне казалось, что после того, как я назвал свое имя, ее лицо приобрело еще более яростный вид. -Я не думаю, что Вика захочет с вами разговаривать, - сказала, как отрезала. -Я хочу уговорить ее на операцию. Понимаете, она стала очень важна моей семьи, - я мялся как первоклассник на линейке. -Важна стала, - еле слышно проговорила она, но я все равно услышал, - Вы учились вместе? -Да. Были друзьями, даже, - усмехнулся я. -Знаю я вашу дружбу. Мама Вики о чем-то задумалась. Где-то на минуту наступила полнейшая тишина, прерываемая только звуками лифта. Ее яростный взгляд в мою сторону немного потерял блеск, и мне показалось, но в них отражалась какая-то надежда. -Вика спит, - грустно сообщила мне ее мама, - Но вы можете подождать. Она пропустила меня в квартиру, и я попал, как будто в какой-то другой мир. Не часто мне приходилось бывать в обычных квартирах спальных районов. Нет, ремонт и мебель были довольно новыми, и все было очень мило и аккуратно, но низкие потолки и маленькое пространство, как будто в клетке находишься. Два шага по коридору вперед, два назад – вот и все пространство. -Чай будете? – скорее из вежливости спросила Викина мама. Я отказался. Пользоваться гостеприимством хозяйки, которая не хочет тебя видеть? Нет уж, увольте. Я спокойно расположился в гостиной на диване и стал изучать книги, которые стояли на полках. Собрания сочинений русских классиков, огромное количество книг по медицине, научной фантастике и большая коллекция детских сказок. Говорят, по книгам можно понять, чем увлекается человек. Все сразу стало понятно – Медицина Вики, детские сказки – у нее есть братик, научная фантастика – отец, а собрания сочинений в старых обложках – дань прошлому. Я услышал женские голоса в одной из комнат. Судя по всему, маме просто надоело мое нахождение в ее квартире, и она решила ускорить процесс Викиного пробуждения. Потом наступила тишина и Викина мама вышла из комнаты. Она была настроена еще яростнее, чем тогда, когда открывала дверь. -Как я и говорила она не хочет вас видеть, но…, - она тяжело вздохнула, - Может быть, у тебя, - незаметный переход на ты, - получиться уговорить ее на операцию. Я чувствовал печаль в голосе Викиной мамы. Материнское сердце использовало последние попытки, чтобы добиться от дочери хоть какого-то послушания. Это было похоже на воспитание трудного подростка в пубертатном периоде. Ты никогда не знаешь, каким образом можно уговорить ребенка делать одно и отказаться от другого. Только Вика давно вышла из пубертатного периода, и ее упрямство объяснялось какими-то другими причинами. Какими? Мне пока не понятно. Я поднялся с дивана и прошел к комнате. Поравнявшись с мамой Вики, я услышал то, чего судя по всему слышать не должен был, потому что это было сказано чуть слышным шепотом. -Когда-то я хотела его убить. Я посмотрел на ее маму расширенными от удивления глазами. Она покачала головой и скрылась в другой комнате. Странная семейка – ничего не скажешь. Викина комната утопала в полумраке, не смотря на зимнее сияющее солнце на улице. Задернутые шторы темного цвета убивали всякую надежду солнечных лучей пробраться в комнату. Из-за полумрака разглядеть убранство комнаты у меня не получалось. Я мог видеть только кровать, которая занимала добрую половину комнаты. Я потянулся к включателю, который обнаружился на стене около двери, но тихий голос остановил меня. -Не включай свет. У меня начинает болеть голова от света. Я опустил руку. На ощупь я отправился в сторону кровати. Опустился на самый краешек и посмотрел на сверток из одеял, в котором покоилась Вика. Из-под одеяла торчала только макушка, все остальное было скрыто под теплой толщей одеял. -Зачем ты пришел? Мне кажется, мы поговорили обо всем в больнице. -Я бы считал наш разговор действительно оконченным, если бы после него не последовала бы попытка самоубийства, а потом и побег, - сарказм мой второй помощник, после злобы. Она молчала. Оправдываться она, конечно, не собиралась. Я бы тоже не стал. Наша похожесть с каждым днем все больше и больше сказывалась на моем отношении к Вике. Никогда не верьте тому, что говорят о противоположностях – будут вместе те, кто прикладывает к этому усилия. А кто вы сангвиник, холерик или отчаянный меланхолик – это уже не важно. -Вик, - я положил руку на одеяло, - вылези, пожалуйста. Меня совершенно не устраивает разговаривать с комком одеял. На удивление она не стала спорить, а покорно высвободила лицо из плена. Лучше бы она этого не делала. Я думал, что видел Вику уже и в худшем состоянии, но ошибался. Лицо белее мрамора, черные круги под глазами и какие-то немного синеватые губы. Она была похожа на труп. На этом практически бесцветном полотне ее лица сильнее выделялись два маленьких шрама на скулах. Ну вот еще одно сходство, только у меня шрам был один и немного длиннее. -Ты себя в зеркало видела? – аккуратно спросил я. -Я не смотрела в него с аварии, - отрешенным голосом ответила мне Вика, - Не хочу видеть себя. Это желание было мне понятно. -Зачем ты пришел? – она села в кровати, заботливо обернув вокруг себя одеяло. Когда она натягивала одеяло, низ немного задрался, и наружу выскочили ноги Вики. Автоматически я потянулся к одеялу и медленно накрыл им ноги. Это было, наверное, вторым проникновением в личное пространство Вики, без ярости и агрессии. -Я пришел с личным приглашением, - я слабо улыбнулся. Моя рука так и лежала на ногах Вики, но она судя по всему мало обращала внимания на этот факт, - Новый год через три дня. Когда-то у нас была традиция собираться вместе у меня дома и устраивать совместную встречу Нового года. -Я не пойду, - она сбила меня, и весь запал на романтичность прошел, - Из меня сейчас получиться не очень хороший празднующий. -Ты можешь побыть с нами, пока сможешь, а потом расположиться в одной из спален дома. Ничего страшного не будет. -Я не пойду, - она сказала это чуть громче. Срываясь на мимолетный порыв я приблизился к ней. Наши лица были в паре десятков сантиметров друг от друга, и я пытался увидеть в ее глазах ее чувства. На удивление потасканный вид Кузнецовой совершенно точно не принижал мои эмоции по отношению к ней. -Я думал, ты хочешь исправить то, чем закончился ваш разговор с моим сыном в больнице, - я сказал это полушепотом, - Я хочу сделать это для вас двоих. -Почему? – ее голос дрожал. -В благодарность. Помнишь ты говорила, что тебе не нужна моя благодарность – я хочу доказать тебе обратное. Она улыбнулась. Улыбка на уставшем лице смотрела прекрасно. Куда меня несет? Она слабо заметно кивнула. В порыве радости, наверное, я чмокнул ее в щеку. Она испугалась. Вздрогнула и отстранилась. На щеках появился здоровый румянец, который не мог не порадовать меня. *** Я вышел из комнаты и нарвался на маму Вики. Как только она заметила меня, тут же подскочила с дивана и направилась в мою сторону. -Ну как? – в ее голосе было столько надежды, что я просто не мог не поверить в то, что я делаю – дело правое. -Это многоступенчатый процесс, но я уверен, что результат будет положительным, - она улыбалась. Еще раз приглядевшись к маме Вики, я понял, что дочь совершенно не похожа на маму. Скорее всего на отца. Значит, будет счастлива. Я пошел в прихожую и стал одеваться. Мама Вики с улыбкой наблюдала за мной. Когда я был готов выйти из квартиры, я все-таки решил задать вопрос, который меня волновал. -Вы сказали о том, что хотели убить меня, - с ее лица тут же пропала улыбка, - Можно поинтересоваться за что? -Я думаю, когда-нибудь Вика расскажет тебе об этом, - а через паузу добавила, - если будет жива. Выходя из квартиры, я подумал о том, что у меня появилась еще одна причина, почему мне стоит уговорить Вику остаться на этом свете – это узнать, почему она сбежала из школы, и почему ее мама просто мечтала убить меня. И почему-то мне кажется, что эти две причины взаимосвязаны. *** Я приехал домой в отличном настроении. Зайдя домой, я увидел Авдеевых и Пашку. Ребенок увлеченно рисовал что-то в альбоме, а Андрей и Даша в полголоса о чем-то разговаривали. Увидев меня, сын не встал из-за стола, а продолжил свое занятие. Ну что ж, я привык к этому. -Ты что такой радостный? – с опаской спросила Дашка. -Я получил шанс все исправить, - туманно ответил я. Авдеевы переглянулись. Пашка даже на секунду остановился. -Ты имеешь в виду Вику? – тихо спросил Андрей. Я кивнул. Дашка улыбнулась мне, а Андрей, прижав к себе жену, чмокнул ее в висок. Все обязательно должно наладиться в нашем мире. Должны быть улыбки, мой ребенок не должен замыкаться в себе, люди не должны умирать и, черт подери, я должен, наконец, получить небольшой кусочек радости, разве нет? Из кабинета вышел отец, как будто почувствовал, что говорят о его любимице. Непривычно было видеть отца не в костюме, а в брюках и легком джемпере сверху. -Что за шум, а драки нет? – с улыбкой сказал он, присаживаясь за стол рядом с Пашкой. -Я был у Вики. -Она устроила очередной скандал? – с легкой издевкой спросил отец, - У меня такое ощущение, что мой сын энергетический вампир. Тебе так нравится ссориться с Викой. -Мы не ссорились. Я уговорил ее праздновать с нами Новый год, - если у отца и вызвала эмоции моя речь, то он решил не показывать этого. -Ну что ж, это прекрасно, -вот и все, что сказал отец. Скрыть улыбку, правда, у него не получилось.