Euphoria

Привет, автор сходит с ума) Сожалел ли Чанель о своем решении? Никому не известно. Не делится он своими переживаниями, лучше выглядеть глупым и счастливым, чем привлекать чужое внимание за счет собственной слабости. Пусть думают, что он придурок, чеширский кот в человеческом обличие, шизофреник и не связываются с ним. В общем-то Чанель искренне пытается приучить себя терпеть еще одного человека в собственной квартире, готовить и на него, знать, что он внезапно может зайти в ванну или еще чего. Бармен, проснувшись на следующее утро, после знакомства с Бекхёном, мало того, что попадает под ледяной душ, так как «сосед» успел набрать с утра ванну, так еще и лишается завтрака, ведь Бекки был голодным. Сначала Чанель думает, что лучше промолчать, потерпеть, все же это ненадолго, это лишь первый день и все в новинку, но, увидев выпотрошенный шкаф с вещами, валявшимися по полу, заляпанную черной подводкой раковину, мокрый пол в коридоре и, наконец, полуголого Бекхёна, развалившегося на кровати, которую он оккупировал, срывается на яростный крик. Орет долго, размахивая руками, матеря всех, все и вся, чуть ли не выталкивает парня за шкирку из квартиры. Тот, естественно, упирается и весьма по-детски начинает причитать, что его никто не любит и все бросают, отчего уже рыжему становится не по себе и, бросив хрупкую тушку где-то в коридоре, он уходит на кухню. Там пытается успокоиться, наливает себе крепкий чай, высыпает в него полсахарницы, чтобы дольше не чувствовать голода. Вчера он не успевает зайти за продуктами, а, значит, пойдет сегодня после работы. Собираясь на очередную смену, видит краем глаза Бекхёна, вытирающего пол и наводящего порядок, раскладывая вещи. Паренек виновато смотрит на эльфа и, молча, продолжает заниматься своим делом. Чанель же, не проронив ни звука, переодевается и, проходя мимо, одобрительно хмыкает. На все просьбы оставить Бекки дома бармен отвечает отрицательно, заявляя, что не позволит разнести квартиру до основания, пока его не будет всю ночь. Парнишка вздыхает, картинно надувая губы, но идет краситься в ванную, не забывая смыть остатки подводки с раковины, и опять становится похож на дорогую шлюшку с изящными руками: ровные стрелочки, зрительно увеличивающие глаза и слегка очерченные скулы. Чанель только ухмыляется уголком рта, представляя какой фурор произведет мальчишка в клубе, когда они доберутся туда. Ему предстоит отработать за один отгул, который он взял давным-давно по договору со сменщиком. Насколько затянется работа, бармен понятия не имеет, народ расходится всегда по-разному, сегодня он за стойкой будет один. Бекхён плетется позади, рассматривая окрестности с неподдельным интересом, прикасаясь своими пальчиками почти к каждой трещинке. Рыжему приходится пару раз торопить его, подзывая к себе, и тот, не успевая за широкими шагами Чанеля, переходит на бег трусцой. В клубе, как всегда, шумно и душно, но , пока бар закрыт, спокойно и можно сказать скучно. Эльф натягивает свою форму, черную футболку с логотипом заведения и встает за прилавок, принимая первые робкие заказы от посетителей. Как только проходит слух, что бар заработал, становится в разы шумнее. Народ толкает друг друга локтями под ребра, чтобы быстрее получить порцию разбавленного спирта. Чанель носится, словно ужаленный, от одного клиента к другому, едва успевая смешивать коктейли, но справляется. Опыт. Ближе к полуночи он понимает, Бекхён куда-то благополучно смылся. И ладно, зато не мешается под ногами и ничего не портит. - Как поживает мой мальчик? – внезапно возникает хозяин клуба, попивая ром из низкого стакана. - Дебил твой пацан, сначала все портит, а потом виновато прибирает…Он мне чуть соседей не залил…- мрачно отвечает бармен, подавая кому-то клубничный дайкири и убирая деньги в кассу. - А сейчас он где? - Где-то здесь… - Нахера ты его обратно притащил?! – мужчина резко вскрикивает и уходит на поиски, а Чанель лишь пожимает плечами. Подумаешь, куда пацан денется. Танцоры опять скачут по стойке, расшатывая к чертовой матери. Рыжий делает им знак, мол, аккуратнее, не так резво, иначе посетителей придавит. - А что за мальчик с тобой пришел? – накидываются на бармена парни, которые не привыкли видеть эльфа с кем-то. - Да вроде шлюшка новая, - равнодушно отзывается рыжий, ставят рюмки и заполняя их абсентом. Пятнадцать штук посетителю номер три. - Что? – почти воют продажные танцоры, не отвлекаясь от своих движений, а затем почему-то пропадают. Замечает это бармен только, когда стойка перестает подрагивать и ничьи ноги не мешают передавать напитки прямо в руки. - Я его не нашел, - за стойкой присаживается владелец, - Вот куда он мог пойти? Здесь-то где он может быть… - Расслабься, может с клиентом уже… - бросает Чанель, поправляя бокалы за прилавком. - С каким клиентом? Ты о чем? - Ну как, работа, не? Вдруг он уже просто обслуживает посетителя? - Ты что несешь? - хозяин заметно напрягается. - А что? Он разве не шлюха? Возникает неловкое молчание, рыжий непрерывно смотрит на своего друга, сжимающего стакан, и подливает туда рома. Мужчина выпивает алкоголь залпом, хлопая по деревянной поверхности стеклянным дном бокала. - Нет, он не шлюха, он просто мой племянник, - громко произносит он, одаряя Чанеля злым взглядом, - Как в твою тупую башку могло такое прийти?! - Упс, прости. Но он так выглядит и еще и красится! – оправдывается бармен, - Я, между прочим, тебя спрашивал, шлюшка ли он! - Да тут так музыка гремит, что я своих мыслей не слышу! А ты меня в зале что-то спросил! – владелец таращится на работника, мысленно примеряя к нему возможные методы пыток. - Но ты сам сказал, что он особенный! - Да, блять, потому что мой племянник! Так, иди в кабинет! – мужчина выталкивает парня из-за стойки и ставит табличку о техническом перерыве, слыша недовольные возгласы. Они идут вглубь рабочих помещений, через небольшую кухню, и, когда музыку становится совсем не слышно, заходят в комнату с приглушенным светом. Чанелю указывают на кресло. - Так, сразу проясню тебе, Бекхён не шлюха, не танцор, не официант, он здесь вообще не работает! У моего братца какие-то проблемы и, поскольку он полный долбоеб, на всякий случай решил своего сына спрятать у меня! Просто сам подумай, как я тут его прятать буду, если даже ты посчитал его проституткой…Пусть продолжает жить у тебя, пока там все не уляжется…И один пусть не ходит…И его надо найти, посади его рядом за стойкой, он не будет мешать, может даже поработает с тобой, не отпускай его…В этом месте я доверяю только тебе и себе… Бармен сидит и только покорно кивает на все просьбы своего начальника. Одно «но», он тоже понятия не имеет, куда мог спрятаться Бекхён. Клуб сам по себе не маленький, несколько этажей, подсобки чуть ли не на каждом углу, туалеты, приватная зона, гардероб в подвале. И это далеко не все. На танцполе он его не заметил, хотя, Бекхён не каланча, как Чанель. - Все, свободен, - друг закидывает ноги на стол, - Вперед, иди, ищи… Бармен возвращается на рабочее место, услужливо улыбаясь, очаровательно и кокетливо общаясь с посетительницами, ведет ни к чему не обязывающие разговоры. Усердно притворяется, что пьет наравне со всеми клиентами, а на самом деле по-тихому сплевывает в кружку за стойкой. Он надеется, что парнишка сам выйдет к нему. Ну не вечно же скрываться. Возможно, Чанель задумывается, стоит извиниться перед парнем. Вновь возвращаются танцоры, какие-то чересчур радостные и невероятно счастливые. Дружно смеются своим мыслям, переговариваясь между собой. Пару моментально снимают клиенты, буквально, снимая за талию со стойки и уволакивая, либо за столик, либо в вип-зону, либо в машину. Мальчишки не сопротивляются, наоборот резво дрыгаются и верещат от восторга. Один очень гибкий изображает нечто на стойке, но заходится в приступе истеричного смеха и валится на бармена. - ЭЙ! – гаркает Чанель, выкидывая его обратно, - АККУРАТНЕЕ! Парень видит разбитые бутылки, хочет врезать танцору, но того уже и след простыл. Сам нагибается, вытирает пол, ругая себя за невнимательность, собирает осколки и , поставив заново табличку, уходит за новыми пузырями с алкоголем. Выкинув по пути осколки, слышит неразборчивые всхлипы у служебного туалета. Рыжий встряхивает кудрями, намереваясь пройти мимо, но, слыша повтор, осторожно заглядывает внутрь. - Хэй, тут все в по…Бекхён? – Чанель видит худую фигуру, сидящую к нему спиной, на полу, подобрав под себя ноги и прижав ладони к лицу. Тело дергает при упоминании имени и слегка поворачивается. Бармен опускается на колени рядом и пытается развернуть мальчишку к себе. Тот упорно не дается в руки, выворачивается и содрогается от рыданий. Чанель сильно встряхивает паренька, хватает за запястья и открывает лицо, приходя в шок. - За-за-за что? – всхлипывает Бекхён в голос, - Ч-ч-что…я…я им сделал? Я просто сидел…в подсобке, никому не мешал…а тут они…бьют и кричат, что я здесь не нужен…чтобы проваливал…а я не понимаю… На лице парня красуются разводы от косметики, поверх них видны новые линии, по щекам и губам размазана алая помада. Заметно, что до того, как ему нарисовали клоунскую улыбку, кто-то хорошо постарался кулаками, а после возомнил себя Пикассо. У Бекхена разбита бровь и губа, под глазом начинает проявляться фингал. - Кто? – спрашивает бармен, поглаживая Бекки по спине. - Те, что танцуют…За что они так меня..? - Прости, это я виноват, сболтнул им лишнее и не следил за тобой, - Чанель обнимает парня, приподнимает и ставит на ноги, однако тот пошатывается и не может нормально встать, - С ногой что? Бекхён виновато смотрит из-под челки: - Когда тащили сюда, я за что-то зацепился и, кажется, растянул… - Так, умывайся, попробуй это смыть, а я сейчас…- бармен порывается выйти из уборной. - Чанни, - милое обращение заставляет обернуться на грустного парня, - Что ты им такого сказал? - Глупость я сказал, вот и все… - Ты тоже подумал, что я шлюха, да? – паренек опирается на мраморную столешницу, стирая слезы, - Но почему? Рыжий берет салфетки с края раковины, смачивает в теплой воде и сам бережно стирает всю краску с лица Бекхёна. - А сам как думаешь? Красишься на выход, одеваешь прозрачные вещи…Здесь так только мальчишки на продажу выглядят … - объясняет бармен, - Ну перестань, не реви…Бекхён! Я кому сказал! Но парнишка, глотая слезы, опускает голову, боясь встретиться глазами с отражением. - Ты пойми, - эльф заметно смягчает тон голоса, - Ты красивый, и макияж здесь совершенно лишний, не надо так себя разрисовывать…А они, с ними я сам разберусь… Бекхён подается корпусом вперед и обнимает Чанеля за талию. Бармен пару секунд стоит в шоке, затем плавно опускает руки на плечи парня, все также поглаживая, и успокаивает. Он уже продумывает, как войдет и расправится с алчными и завистливыми малолетками, скачущими верхом на стойке, пока его нет на рабочем месте. Чанель помогает Бекки избавиться от художества на лице, огибая ранки и синяки. Выглядеть паренек стал приличнее, но через пьяную толпу его в таком виде без сложностей не провести. Пристанут с тупыми вопросами, не дай бог, конечно, полезут драться и Бекхёну достанется еще больше. Оставив парня в небольшой подсобке, посадив на диван и вручив просторную толстовку с капюшоном, рыжик выходит в зал, разминая кулаки. Как и предполагалось, на стойке с откупоренными бутылками пляшут бухие ( то есть, уже совсем даже не пьяные) танцоры, пристают к посетителям, почти раздеваясь до нижнего белья. До ушей Чанеля доходит обсуждения мальчишек, что они здорово уделали новичка. Спустя мгновение один танцор лежит в нокауте, два других держатся за щеки и головы, а остальные в ужасе замирают, глядя, как бармен сталкивает их по одному на пол. Они не пытаются сопротивляться, пьяные танцоры упорно не хотят вникать в суть происходящего. Когда появляется владелец клуба, Чанель описывает происходящее, пытаясь параллельно вытрясти из кого-нибудь хоть слово истины. Вскоре, под угрозами увольнения и избиения металлической битой, танцоры каются, что синяки на лице Бекхёна их кривых рук дело, а потом, видимо резко протрезвев, после фразы « он мой племянник, вообще-то», раскрывают беззвучно рты. Хозяин отмечает пропажу алкоголя, указывает нескольким парням на дверь, увольняя без выходного пособия, и объявляет клуб закрытым. Народ шумно возмущается, но плавно вытекает на улицу. - Бекхён, ты готов? – Чанель просовывает голову в подсобку. Парень утвердительно кивает и встает, намереваясь выйти, но неудачно подвернутая нога дает о себе знать в самый неподходящий момент, и он почти падает на пол, если бы не ловкий бармен. - Понятно, - выдает рыжий, видя перекошенное от боли лицо Бекхёна. Он перехватывает его под коленями и просит обнять за шею, после просто выносит его из подсобки. Паренек сильнее натягивает на голову капюшон, чтобы дядя не видел синяков, а бармен ускоряет шаг. На улице на них странно поглядывают, особенно танцоры-изгнанники, перешептываются и показывают что-то на пальцах. Толпа в принципе глупа и живет лишь за счет стадного чувства, куда один туда и все. Чанель специально выбирает путь покороче, ведь Бекхён вовсе не пушинка, хоть и не слишком тяжелый. Плечи начинают постепенно затекать, а шея болеть, оттого, как крепко за нее держится раненый. Возле квартиры бармен буквально прислоняет паренька к стенке, ища в сумке ключи. - Ты как? – рыжик прекрасно видит печальное лицо соседа, - В порядке? - А? - Ты в порядке, спрашиваю? – повторяет вопрос. - Нет, совсем нет. В комнату Чанель его вносит, перекинув через плечо, не до нежностей уже. Скидывает на кровать, разматывая ботинок на поврежденной ноге, освобождая конечность и осматривая. Лодыжка опухла, но ничего криминального с ней не случилось. Эльф достает из прикроватной тумбочки эластичный бинт и, с глубоким вздохом, принимается фиксировать ступню, игнорируя вопли Бекхёна, который всеми силами старался отпихнуть его. - Слышь! – не выдерживает рыжий, - Я тут помогаю! Так что заткнулся и руки убрал! И Бекхён сдается потому, что стало легче, а при появлении холодного компресса, боль полностью отпустила. - Чанни… - Что? Что еще? - Спасибо, ты хороший… - Да, я такой, но еще раз лишишь меня горячей воды утром – убью…