Тебе понравится!

Первые странности начались еще в парикмахерской с претенциозным названием «Баттерфляй», куда я пришел с двадцатиминутным опозданием. И ничего удивительного, я почти силком вытащил себя из дома, так как мне совершенно не хотелось менять прическу! Я к ней, может, душой прикипел! Блин. Да еще линзы раздражали с непривычки… Короче, настроение упало ниже плинтуса. Стилист по имени Донован, белокурое эфемерное создание с ярким макияжем и маникюром, оказался, конечно, «голубым», что вполне объяснило дурацкое предостережение Энди по его поводу. Поясню. Я действительно отношусь к ориентации Грехэма с абсолютным безразличием, ну, подумаешь, гей! Не маньяк ведь, не зануда и даже не вегетарианец! Отличный парень, как ни крути. И посему мне по фигу, кого он там предпочитает, хоть овечек! Ой, нет, овечек как-то жалко… Ну, ладно. Так вот, несмотря на все вышесказанное, моим хорошим расположением пользуется только Ежик, к прочим представителям нетрадиционно ориентированного сообщества я отношусь с опаской. Если не сказать, с некоторой паникой. Ну, да, да, они меня пугают! Немного. А когда боюсь, я начинаю хамить и ругаться. И вообще вести себя крайне… нехорошо. Защитная реакция организма на внешние и неприятные обстоятельства, что поделать. Впрочем, Донована, кажется, мои душевные метания интересовали в последнюю очередь: он интенсивно порхал гламурной бабочкой вокруг меня, полностью уйдя в работу, и с профессиональным равнодушием, не обращая внимания на мой не сильно счастливый вид. Подозреваю, с такой мрачной физиономией от меня даже в Хэллоуин народ бы шарахался в разные стороны. Помимо беспорядочного снования туда-сюда, стилист еще безостановочно трепался о погоде, о многочисленных знакомых и вообще, жутко бесил, если честно. Кроме того, меня заставлял нервно дергаться звук хищно клацающих рядом с ушами ножниц. Все время казалось, что я останусь без органов слуха… Но я мужественно терпел экзекуцию, мысленно обещая за свои мучения всевозможные кары другу детства. Пакости я умею делать виртуозно, натренировался за годы хулиганского школьного прошлого! — Готово! — Наконец, промурлыкал мучитель, и развернул меня к зеркалу. Я рискнул посмотреть и спустя секунду, в шоке таращился на собственное… собственное ли? Изображение. Это я?! Волосы шоколадного оттенка, обычно растрепанные, теперь лежали волосок к волоску, а длинная челка, выстриженная неровными прядями, падала на глаза, неожиданно ставшие огромными и как-то таинственно мерцающими, что ли. Скулы тоже проявились четче, а губы… Почему губы такие пухлые, я ж не девчонка?! Что происходит, блин! — Нравится? — Кокетливо спросил Дон, явно ожидая похвалы. — Ы-ы, гм-м, — промычал я нечто невразумительно, потрясенно обозревая перемены в себе, любимом. Ну и ну! А Донован-то оказался настоящим профессионалом! Сотворить со мной эдакое… Находясь под впечатлением от нового образа, я совершенно выпустил из поля зрения стилиста, а тот, тем временем, подошел ко мне на недопустимо близкое расстояние. — Твой… друг очень заботливый, — выделив голосом слово «друг» многозначительно заметил он. — Не удивительно, ты очень красивый. Кто, я? Да неужели? Нарисуйте крестик на мне, чтобы знать, в каком именно месте я красивый… С трудом оторвавшись от зеркала, я с удивлением воззрился на чудо-парикмахера, и, внезапно уловив скрытый вопрос в его предыдущей фразе, быстро ответил: — Энди не мой друг! То есть, друг, но не в том смысле… А, черт, мы не встречаемся! — Правда? — С живостью переспросил гей, и, приторно улыбнувшись (я даже заволновался, что от его сладкой улыбки кариес схвачу), сунул мне в руки визитку. На кусочек черного картона с золотистыми витыми буквами, я покосился с недоумением, на кой-хрен мне его телефон? Повторять номер со стрижкой я не стану в ближайшую сотню лет! — Позвони мне, если скучно станет, — манерно протянул блондинка-Донован и вдруг провел наманикюренным пальчиком по моей щеке! У меня по всему телу моментально побежали противные мурашки, целый табун огромных, как слоны, мурашек! Я передернулся от отвращения, но усилием воли уговорил себя не отстраняться с криком ужаса, а спокойно отойти назад на пару шагов. А про себя подумал, что если это…этот еще раз ткнет в меня пальцем, то я его ему сломаю! — До свида-анья, Джейми, заходи еще! — Послав мне воздушный поцелуй, пропел Дон. Слегка офигевший от происходящего, я заторопился уйти из парикмахерской, пока он меня и вовсе не сожрал: посматривал уж больно плотоядно. На свежем воздухе мне стало значительно лучше, по крайней мере, в голове прояснилось. С ума сойти, на меня, кажется, запал стилист… Иначе какого дьявола он мне совал свою карточку и подмигивал? Чуть из штанишек не вывалился от энтузиазма… Я прошел половину улицы, и вдруг до меня дошло. На меня запал стилист?! Стилист-гей?! С какого фига? Меня раньше парни не клеили! И, кстати, я никогда особенно не расстраивался по этому поводу! Чертов Энди, во что он меня впутал? Ладно, будем считать, что я ни при чем, просто у Донована …э-э…короче, пошел бы он на хрен! На встречу с другом в выбранный им для шоппинга магазин я пришел совершенно успокоенный, никто на меня не бросался, хотя по пути я и заметил несколько пристальных взглядов в свою сторону. Но поскольку смотрели и девушки тоже, меня сие обстоятельство отнюдь не взволновало. Оказалось, радовался я рано. Ибо похожая история повторилась и в отделе мужской одежды! Парень-консультант примерно моего возраста или чуть старше, буквально не давал мне шагу ступить, следуя тенью по пятам и даже пытаясь залезть (!) в облюбованную мною кабинку для переодевания, вызывая, тем самым, глумливые ухмылки Грехэма. Он-то, в отличие от меня, пребывающего в ярости, откровенно наслаждался дурацкой ситуацией. Влезая в примерочной в особо понравившиеся черные узкие джинсы, я вдруг кожей почувствовал чей-то взгляд и поднял голову вверх. И точно! Придурочный продавец вовсю любовался мной, отодвинув для удобства шторку! — Свали, пока я тебе морду не набил! — Рявкнул я злобно, и извращенец с громким топотом скрылся из виду. Надеюсь, он увидел мои трусы в крупные ромашки, и его постиг культурный шок, мстительно подумал я. Молодец, мамуля, умудрилась со своим своеобразным вкусом в кои веки подарить правильный подарок! Хмурый и недовольный целым светом, я заплатил за покупки на кассе, воспользовавшись кредиткой друга, в конце концов, не меня же посетила гениальная идея обновить гардероб! Вот пусть и раскошеливается. Заодно и компенсация за приставания странных типов… Обратно шли молча, приятель не рисковал меня трогать, видимо, его пугал мой взгляд бешеной креветки, а я полностью погрузился в тягостные размышления. Что со мной сделал Энди в заговоре с феей Донованом?! Никогда не поверю, что прическа и одежда могут настолько изменить человека! Какого черта ко мне тянет всяких ненормальных? Может, у меня неожиданно проснулось дремавшее полжизни обаяние? Ох, я начинаю серьезно волноваться за себя… Войдя в квартиру, я демонстративно бросил многочисленные свертки и пакеты на пол в прихожей, но едва сделал шаг в сторону комнаты, намереваясь отдохнуть от утомительного и насыщенного событиями дня, как был пойман за руку личным демоном по имени Эндрю Грехэм. Неугомонный, он потребовал от меня немедленно переодеться в новую одежду, чтобы оценить шмотки и непосредственно меня в шмотках еще до приема. Но я лично считаю, что он просто решил довести меня до ручки. Впрочем, пришлось послушаться под воздействием грубой силы — меня угрожали защекотать до смерти. — Выглядишь отпадно! — Воскликнул в восхищении Энди, когда я нацепил шелковые брюки и рубаху и вышел к нему покрасоваться. — Просто красавчик! Хотя я всегда подозревал, что ты хорош, но ты почему-то это тщательно скрывал…. — У меня было тяжелое детство, — буркнул я, падая в кресло. Непривычный собственный, вид вызывал ощущение двойственности: вроде, я. Вот и лицо знакомое… Но в то же время, и не я… Блин! Здравствуй, здравствуй, раздвоение личности! — Тяжелое…чего? — рассмеялся приятель. — Ну, ты же знаешь, Ева обряжала меня в девчачьи платья, и играла со мной в куклы! Вернее, пыталась играть. Ева — моя старшая сестра, целеустремленная и весьма успешная дизайнер по интерьеру. Выносить ее в больших дозах опасно для психики: задавит интеллектом и жуткой язвительностью. Чтобы не потерять душевное равновесие, я стараюсь встречаться с ней лишь по большим праздникам. — Слушай, — с нехорошим блеском в глазах протянул Энди, —, а из тебя классная девчонка бы вышла! Губы пухлые, овал лица нежный… — Заткнись, Грехэм! Ни слова больше! — Я показал ему кулак, но от комментария не удержался: — Вот и в детстве так многие считали. Потому лет с десяти я делал все возможное и невозможное, чтобы изменить мнение общественности. Всеобщее умиление моими кудряшками и длинными ресницами чертовски раздражало, поверь мне! — Я верю, но зачем так уродовать внешность? Одни только очки в черной оправе могут напугать до кошмаров и несварения желудка! — А мне нравилось! И вообще, не всем же за модой следить и регулярно таскаться по распродажам! — Ладно, Джем, прекратим дискуссию, мне пора двигать домой, — друг поднялся на ноги, и внимательно посмотрев на меня, проговорил: — Надеюсь, ты меня не подведешь, Джейми Корман. Надеюсь, тебя не охватит внезапная амнезия, ты не напьешься в хлам, не попадешь в полицию, не встретишь любовь всей своей жизни и не улетишь вместе с ней Гавайи, а отправишься, как и обещал, вместе со мной на вечеринку. Я заеду за тобой послезавтра в восемь часов, будь готов. Я потерянно вздохнул, но ничего не ответил. Поздно возражать, раз подписался на этот бред… — Да, и не отключай телефон! Я волнуюсь, — запечатлев на моем лбу контрольный поцелуй, от которого я не смог вовремя увернуться, Энди вышел из квартиры. Иногда мне реально кажется, что у меня полторы матери вместо одной!