Тебе понравится!

На работу я явился полностью готовым к активным действиям и, хотя оделся несколько приличнее, как мне кажется, чем в прошлый раз (широкие брюки цвета „хаки“, сидящие низко на бедрах, и белая майка), но все-таки выпендрился. Неожиданно вспомнив славное прошлое участника любительской рок-группы, я слегка подвел глаза черным карандашом, и уложил волосы с помощью геля. Теперь они забавно торчали в разные стороны. На шею напялил тонкую золотую цепочку с кулоном, изображающим непонятное нечто, похожее на чудовище с тентаклями. Но массивное и привлекающее внимание чудовище. Вылитый рэпер, мне бы крутую тачку и девчонок в мехах и золоте — и вперед на сцену! Но зато весело. Мне, во всяком случае, точно. А на остальных поэкспериментируем. Вдруг я клиентов распугаю боевой раскраской, и меня попрут из „Атриума“? Эх, мечты… В офисе на меня отреагировали неоднозначно: Морин подавилась очередным яблоком, Энди тоже поперхнулся, но — приветствием, да так и замолчал до самого вечера, с недоумением наблюдая за мной, Уоллес медленно и с неподдельным интересом просканировал меня с головы до пят, а Морган… Морган задержал на мне долгий взгляд, потом непонятно чему усмехнулся, но подозрительно воздержался от комментариев. Блин, обидно даже как-то! А для кого я старался? Нет, в смысле, старался, но не в том смысле! Я же специально его пытаюсь довести! А он что-то плохо ведется… А вот прочие сотрудники меня порадовали. Брюнетка Лори жарко интересовалась, свободен ли я, и не можем ли мы сходить куда-нибудь? Девушку даже четырехлетняя разница в возрасте не смущала. Дебильно улыбающийся сосед пытался придать увеличившимся от изумления глазам нормальный размер, и одновременно порывался мне что-то сказать, но у него кроме странных и на редкость унылых междометий, вылетающих в пространство, ничего не получалось. Подойти, пожалеть несчастного? Не… Ну его, на фиг, он, кажется, жениться скоро собирается, вот пусть мычит себе дальше! Короче, эффектом я остался доволен, но на достигнутом не остановился и активно начал охмурять окружающих. Настолько вошел в раж, что в течение нескольких дней, никак остановиться не мог, все охмурял и охмурял. (Окружающие, кстати, хоть дружно и прифигели, однако послушно охмурялись.) Чего я только не выделывал! Куртизанки от моих уловок перемерли бы все от черной зависти, ей-богу! Каждому, кто ко мне обращался, вне зависимости от пола и возраста, я улыбался настолько нежно, словно передо мной мультимиллионер, возделавший написать завещание в мою пользу. Тут, главное, не спугнуть, не то денежки уплывут! (А так как я щедро расточал улыбки всем подряд, вскоре в офисе от многочисленных курьеров и посыльных стало не продохнуть, создавалось такое впечатление, что они все здесь раньше паслись исключительно из-за красавчика-Моргана, а сейчас резко переключились на меня). Разговаривая с клиентами, я смотрел на них взором страстным и, подозреваю, пламенным, каким всегда одариваю кусок ветчины или яблочный пирог.Собеседники вскоре переставали реагировать на происходящее вокруг, и таращились на меня в немом восторге. Чтобы закрепить результат я пускал в ход тяжелую артиллерию: невинно хлопал длиннющими ресницами (спасибо, мамочке и природе!) и тонко намекал, что готов встретиться в любое время и в любом месте и обсудить с ними индивидуально перечень услуг, предлагаемых рекламной компанией. При этом в голосе моем, как по команде, проскальзывали весьма многообещающие нотки. И, конечно, выкидывая очередной фортель, я заранее обеспечивал присутствие Рика где-нибудь поблизости… Правда, вместе с ним частенько топтался и Уоллес, но он вроде бы просто топтался, без далеко идущих намерений, так что я на его счет не волновался. А вот задом вихлять прекратил, поскольку, во-первых, считал, что это лишнее, а во-вторых, вихлять неплохо получалось бедрами. Быстро научился! Талантливый я малый! Ну, таланты, конечно, немного сомнительного свойства, но это все же таланты, ими не стоит разбрасываться. Однако мои действия (помимо первоклассного развлечения) преследовали и еще одну, но четкую цель: показать Моргану, что мне дико нравятся все, кроме него; с ним я общаться не желаю, и вообще, пусть забудет свои извращенческие идеи встречаться со мной раз и навсегда! А потому, если с другими я вовсю флиртовал и ворковал, не стесняясь, то с Риком сохранял ледяную холодность и неприступность. С моей стороны присутствовали почти издевательская вежливость, официальный тон, серьезная физиономия и исключительно деловые темы бесед. Плюс я избегал оставаться с ним наедине даже на секунду. Удавалось, между прочим. Ричард, естественно, происходящее моментально просек, и некоторое время я прямо-таки наслаждался грозовым выражением его лица и молниями, периодически мелькающими в голубых глазах. Особенно его раздражали мои подчеркнуто дружелюбные и теплые отношения с Грехэмом. Конечно, Ежика я немного подставлял… Учитывая характер гада-начальника, без последствий столь явное нахальство он не оставит, недаром кровожадно посматривает на друга… Но прекращать злить Моргана я не хотел, поскольку меня охватил спортивный азарт. К тому же, он пока не проявлял желания меня уволить. И я продолжал отрываться по полной. Когда Рик находился в непосредственной близости от моего рабочего стола, я совал в рот карандаш, ручку, леденец, и с задумчивостью сосал, деля вид, что увлеченно занят изучением каких-нибудь жутко важных документов. Правда, сосед напротив, тот самый, с жуткой улыбкой, тут же начинал шумно сопеть на весь офис, но его я игнорировал. Может, у человека насморк? Правда, и дышит он как-то странно…Ну, не знаю, аллергия на леденцы на палочках? Еще я подумывал притащить в „Атриум“ бананы… Но я их не люблю, да и перспектива перекусывать ими на виду у коллег не прельщает: не дай бог, подавишься как-нибудь неудачно, сознание потеряешь, а кто искусственное дыхание сделает? Вдруг упырь? И как потом жить с сознанием этого факта? Нет, нет, бананы отпадают. Вместо них я специально покупал мороженое в вафельном рожке, и при появлении акулы в шарфике долго и тщательно, с непередаваемым удовольствием, облизывал лакомство… Настроение у Рика сразу портилось, по-моему, или не портилось, а поднималось, и совсем не настроение, а некая другая часть тела… Но меня это мало трогало, как и его попытки сверлить меня тяжелым взглядом. Я тогда поднимал голову, медленно облизывал сладкие губы, и снова принимался за мороженое. Гадко хихикая про себя. Апофеозом моего плана по невыносимому поведению стала китайская лапша. В четверг Грехэм предложил заказать что-нибудь в офис из азиатской кухни, на что присутствующие с энтузиазмом согласились. Я тоже, так как не успел поесть после занятий в колледже, сразу приехав на работу. Кроме того, меня посетила неплохая идея. Соломинки, трубочки и всякие длинные канцелярские принадлежности – это, конечно, хорошо, но ведь надо же разнообразить способы издевательства над ближними! В этом смысле восточные палочки куда предпочтительнее. И креативнее. Не знаю, как остальные, но я лично от процесса поглощения вкуснейшей китайской лапши получил истинное наслаждение. Особенно меня привел в восторг, мгновенно ставший мрачным вид Моргана (он, как демократически настроенный руководитель обедал вместе с нами) при виде моих манипуляций с палочками… Честное слово, я никогда не подозревал, что у меня такая богатая фантазия и извращенное воображение! Хорошо, китайцы не узнают, как я обошелся с их столовым прибором, есть у меня подозрения, что они бы расстроились. Но, в общем, было весело. Окружающие дружно сделали вид, что потребление данного продукта тем образом, что я продемонстрировал — самое обычное дело, и единственный, кто не оценил моего творческого подхода к еде, оказался Грехэм. Он совершенно обалдел, и его удивленная физиономия меня ужасно забавляла, пока я ел, отчего я с трудом сдерживал смех. Но он все равно периодически прорывался, превращаясь с очередной порцией лапши в полузадушенное фырканье и хрюканье. Бедный Ежик! Он, наверное, думает, что его Джем спятил от непосильных нагрузок на хилый организм! Еще бы, Морган — та еще нагрузка! Особенно, если сверху, он тяжелый… Тьфу, черт, что за бред! Короче, порезвился я на славу. И, как водится, после удачных военных маневров (в радужном тумане мне казалось, что до увольнения недалеко), я слегка расслабился. Чем моментально воспользовался (наверняка!) жаждущий реванша Морган. Ведь достать его я таки сумел… Вот только немного не так, как рассчитывал. Закончив перекусывать азиатским деликатесом, сотрудники разбрелись, кто куда, побрел и я. Уоллес попросил сделать ксерокопии нескольких документов, и я, как правильный подчиненный, послушно отправился в закуток, где стоял ксерокс. Вот там меня, всего такого умиротворенного, и прихватил Ричард, едва не сделав заикой. — Чем ты занимаешься, сокровище мое? — Прошептал он мне на ухо, практически впечатав в стену. Ну, ладно, ладно, в стену вжался я сам! Но по его вине: он меня напугал, подкравшись сзади, и подпрыгнув на месте, я шарахнулся в сторону…Неудачно, да. Теперь вот обретался почти в его объятиях…Нервировало до безумия! И это…жарко что-то стало… — Копии делаю, — пробурчал я без тени смеха, соображая, куда бросаться и чем мне грозит соседство начальника, вернее, его шарфика, в паре дюймов от себя. Может, заорать? Неловко, меня пока никто не насилует… Тьфу, ничего не пока!! В принципе!! — А вообще? — Полюбопытствовал он, рукой перебирая прядки моих волос. — Ты бы меня сразу спросил, в чем смысл жизни, да и все дела! — съязвил я. Исключительно со страху. — Нравится мне твое чувство юмора, — улыбнулся Морган. — И не только оно… Он выразительно посмотрел на меня, а я поспешно отвел взгляд. То, что я увидел в его глазах, меня не на шутку встревожило. Целый пожар из эмоций…страсть, затаенная ярость, желание… Нее, показалось! Не было там никакого желания, я слишком впечатлительный!! Вечно всякая чушь кажется! — Ты поставил целью свести с ума весь офис разом? Эта одежда… Ты знаешь, что почти все смотрят тебе вслед, втайне надеясь, что когда-нибудь твои чудом держащиеся непонятно на чем штаны сползут вниз… —Сказал вдруг тихо Рик, прочертив указательным пальцем дорожку от левого виска до уголка губ. Я вздрогнул, слишком интимный жест… — Или стараешься персонально ради меня? Решил ускорить процесс сближения, Джем? Мое внимание привлекаешь? Но тогда ты преуспел, поздравляю. Я поежился. Разговор с каждой минутой мне нравился все меньше. — А уж мороженое и практически изнасилование тобой во время недавнего обеда палочек я не скоро забуду, — он насмешливо улыбнулся. — Хотел бы я стать ими в тот момент… Однако, как бы это тебя не забавляло, Джем, прекращай испытывать мое терпение, — в его взгляде сверкнула оружейная сталь. — Заканчивай свои игры, они меня достали. Господи, по-моему, я позеленел от страха. Или посинел. Уж и не знаю, какой вариант предпочтительнее, чтобы выглядеть пострашнее. Вот бы еще пятнами покрыться… — Т-ты все не так понял, — выдал я на редкость идиотскую фразу, но мозги, сволочи, сделали вид, что я не с ними, и транслировали вместо мыслей пустоту. — Я старался быть милым и любезным… — Да ну? —Нехорошо прищурился Морган. — Но не со мной, видимо? Напоминаю, Джейми, что мы совсем недавно договорились чаще общаться, а ты меня избегаешь…Мало того, дома прячешься, скрываешь что-то, „фонарь“ тот, например. Не надо меня считать дураком, я все вижу и все замечаю, Корман. Ох, и темная ты лошадка… Темная, согласен, но не дикая, не надо меня объезжать! В панике подумал я, не зная, куда уже деваться от него. И присесть требовалось немедленно, ноги плохо держали… — Джем? — Негромко позвал он меня. — А? — Я машинально поднял голову, и как оказалось, очень зря! — Как я устал, — вздохнул Рик и внезапно поцеловал меня. Властно, с напором и с рассчитанной грубостью. А я… А я, совершенно очумев, вдруг ответил! Его губы, по-мужски твердые, но приятные, пахнущие кофе и дорогими сигаретами, оказались настолько опытными и умелыми, что я на мгновение забыл о том, что это с ним, с Морганом, я так отчаянно целуюсь… И я даже подался ему навстречу, издав (катастрофа!) бесстыдный стон, когда он положил свою ладонь на мою ширинку, безошибочно находя самое дорогое. (Самое дорогое, кстати, радостно встрепенулось от неожиданной ласки.) Впрочем, больше Ричард ничего сделать не успел: я резко пришел в себя, почувствовав, что он пытается расстегнуть ремень моих брюк. — Рик, перестань, ты спятил! — Отпрянул я от гада-начальника, запоздало поняв, что я, оказывается, еще и обнимал его за шею в процессе!! Мать твою!! Блин! А он в ответ лизнул меня в ухо. Я дернулся, как от разряда тока, настолько это было… возбуждающим, блин! Да что за черт? Вот провел в компании ненормальных несколько дней, и нате вам! Что за неправильные реакции организма? И почему на него? Несправедлиииииииво! И потом, я не такой!! — Тебе ведь понравилось, Джем? — Спросил Рик, заглядывая в мое растерянное лицо. Твою мать… Интересно, если его облизать…э-э … я не то имел в виду! Если бы его так обслюнявили, как он меня, ему бы понравилось? Или он про что? Ведь не про поцелуй, да? — Ни…ни фига! — Хрипло (а чего у меня с голосом?!) пробормотал я, а он усмехнулся, и снова потянулся ко мне. Понятия не имею, что он собирался сделать, я все равно не дал ему ни одного шанса. Так как со всей силы наступил ему на ногу! Практически попрыгал… Он охнул, и непроизвольно выпустил меня, а я тут же бросился прочь. Хрен с ними, с копиями, документами и просьбой упыря! Нельзя мне к ксероксу, там нагло пристают и почти насилуют! Я добрался до своего рабочего места со скоростью молнии, и, пытаясь отдышаться от быстрого бега и пережитого потрясения, мучительно соображал, что только что произошло Что я делал? Или не я? Ну, мы оба, ладно… Блин! Но я не виноват! Морган меня врасплох застал! Я его боялся! Я растерялся! Или что еще придумать в качестве оправдания? А если у меня случилось кратковременное помрачение рассудка? Как мне могло иначе понравиться целоваться с… То есть, нет!!! Мне НЕ понравилось!! НЕ! О, господи, я не в себе.