Глава 16 — Труп в постели
25 декабря 2017 г., 02:54
Примечания:
Боже мой, как я вчера читала текст.... Видимо, вообще в неадеквате, куча опечаток и прочего. Извините, кто прочёл этот ужасный первый вариант!
Ему казалось, что мутная пелена сна соткана из боли в голове. Он попытался вспомнить, кто он, но не смог. Перед глазами всё плыло, но он понял, что находился в каком-то невероятно маленьком пространстве. Потянувшись рукой и нашарив какую-то палку, он обнаружил, что это швабра. Словно из жизни, о которой он забыл, возникла вспышка воспоминания о том, как он совсем недолго мыл полы в том самом заведении, где потом работал иным способом. Алоис — вспомнил он. Его звали: Алоис. Он не смог встать, поэтому кое-как опершись на колени, пополз. Больная голова уткнулась во что-то твёрдое. Потрогав рукой поверхность, Алоис понял, что это дерево, чуть выше была ручка, и она без труда поддалась его манипуляциям. Он выполз из душного пыльного шкафа и тут же повалился на пол, встречаясь с мрамором лицом. Тяжело дыша, Транси поднял голову и увидел силуэты. На мгновение ему показалось, что это галлюцинации, слишком уж удивительными были тени, однако, присмотревшись сильнее, он понял, что плясали эти огромные тени, походившие больше на скалы, мерно следующие друг за другом, вовсе не от того, что у него была разбита голова, а от того, что коридор освещался свечами. Мерное гудение, которого он не замечал до этого, врезалось в его ум, а после этого Алоис почувствовал странный сладковатый запах, напоминающий удушливые ноты не то жасмина, не то какого-то другого цветка. Гудение превратилось в отрывистые выкрики, и он понял, что их создавали те самые скалы, которые на самом деле были людьми. А причудливые тени, которые они отбрасывали на стены, были балахонами, с остроконечными капюшонами. Алоис вытаращил глаза, не понимая, как такое вообще могло происходить. Потом он осознал, что его могли заметить, потому что люди один за другим шли по коридору, перпендикулярному тому, в котором сидел Транси, и соединённому с галереей Алоиса широкой аркой.
Он нашёл в себе силы и с трудом отполз обратно к своему шкафу, который оказался кладовкой для хозяйственных принадлежностей, Алоис закрыл за собой дверь, оставляя лишь щель, в которую внимательно вглядывался, пытаясь объяснить себе всё происходящее. Однако он не понял ничего, поскольку процессия вдруг закончилась, а мерное пение, которое она извлекала из многочисленных ртов, стихло. Транси прислонился больной головой к двери, чтобы перевести дыхание и дверь захлопнулась сама собой. Алоис тяжело вздохнул, раздумывая о том, что с ним было. Почему его оглушили и оставили здесь? И кто эти люди? И почему, чёрт побери, у него так сильно болела голова? Постепенно странный дурман, который, кажется, витал уже и в его кладовке, сморил Алоиса. Транси, превозмогая боль, дополз до одного из углов рядом с дверью и опустился на корточки, постепенно сползая на холодный пол пятой точкой. Если бы кому-то в голову и пришло открыть дверь кладовки, то его бы не заметили. Он примостился за высокой коробкой, внутри которой рядами стояли бутылки с жидкостями, за ней его не было видно. Прислонив голову к каменной ледяной стене, он просидел с час, а потом заснул.
Проснулся от шума. Долго моргал, пытаясь понять, где находился. Потом, вспомнив о прошлой странной ночи, Алоис встал и тут же пошатнулся. Все члены занемели, спина болела, да и голова так и не прошла толком, боль лишь притупилась. Его мутило, как после долгой пьянки накануне. Транси опёрся на стену и, нащупав дверь, вышел, щурясь от яркого солнца. Весь пыльный и измятый, он попался на глаза какой-то индианке и та, увидев его, коротко вскрикнула, уронив корзину, наполненную фруктами. Транси проследил за мандарином, прикатившимся к самым его ногам, и поднял его.
— Спасибо, — сказал он и начал очищать мандарин. — Я ужасно голоден.
Транси прошёл мимо замершей служанки к лестнице. В доме царила суматоха. Несколько слуг испуганно провожали Алоиса взглядами, а кто-то вовсе не замечал его. Удивительным было то, что часть гостей со вчерашнего ужина так и остались сидеть в своих платьях. Да, некоторые гости собирались остаться на ночь, но разве они не должны были быть одеты во что-то другое? Впрочем, одна дама была в длинной ночной рубашке и халате, Ханна подавала ей стакан с какой-то шипящей жидкостью.
Транси с некоторым волнением поднялся на свой этаж, желая побыстрее отыскать Сому. Его опасения стали ещё отчётливее, когда он увидел несколько человек, столпившихся подле его комнаты. Алоиса молча пропустили. Когда Транси зашёл, то замер, не доверяя своим глазам: на его кровати раскинулось тело Роуз — той самой нахалки, угрожавшей ему расправой накануне. Недвижимое тело девушки было даже не белым, оно имело отвратительный оттенок синего. Горло было перерезано, а глаза распахнуты от ужаса, рот открыт. Алоиса зашатало, он перевёл взгляд на тех, кто стоял рядом, только сейчас заметил, что в комнате были люди, похожие на криминалистов. Среди его знакомых были: Уорнер, отец Сомы и сам Сома.
— Алоис, — закричал младший Кадар, когда увидел бледного Транси. — Боже, мы тебя обыскались! Ты где был?
Алоис уставился на друга, не понимая, что происходило.
— Я… — сказал он и поморщился от сильной боли в голове. — Я был в кладовке, — сказал он, наконец. Сома уставился на него как на умалишённого.
— Мистер Транси, — послышался голос Ричарда. — Прошу вас, не уходите далеко, мне нужно вас допросить.
— Что? — спросил Алоис.
— Тело найдено в вашей спальне, а вы всю ночь неизвестно где находились.
— Ему плохо, — сказал Сома раздражённо. — Нельзя ли этот ваш допрос попозже учинить? — Уорнер покачал головой. Асман тут же что-то зашептал ему на ухо, указывая на Транси. Алоис, увлекаемый Сомой, вышел вслед за ним шатающейся походкой.
— Так ты скажешь, где был?
— Где я был? Что случилось, лучше расскажи! — возмущённо сказал Транси, морщась от боли. — Меня не было всего ничего, а в моей комнаты найден труп!
— Я пришёл к тебе утром, чтобы разбудить пораньше, думал мы съездим в город, но вместо тебя нашёл Роуз.
— Боже, что же они мне дали, — сказал Алоис, моргая и вновь хватаясь за голову. Его рука нащупала что-то мокрое. Поднеся ладонь к лицу, Транси увидел кровь. — Чёрт, он мне голову разбил.
— Что? — Сома посмотрел на затылок Транси. — А с тобой-то что случилось? — спросил Кадар, осматривая рану. — Это надо срочно врачу показать.
— Не знаю, — вяло ответил Транси. — Знаешь, мне надо отдохнуть… — еле договорил он, оседая на пол.
* * *
— Я считаю, что этот мальчик виновен, — услышал Алоис, когда пришёл в себя. — Убийство произошло в его комнате и сам он… — Папа! Вряд ли убийца стал убивать в своей комнате, это нелогично. — Согласен с вашим сыном, — голос Уорнера был звучным и приятным. — Это и является алиби, убил в своей постели, чтобы потом сказать, что только идиот так сделает. — Позвольте об алиби судить мне, — ответил Ричард. — Хотя признаю, мне не ясно, почему мисс Роуз убили именно в его комнате. — Эти идиоты только что закончили с уликами. Представьте, как они там натоптали? Мистер Уорнер, я возлагаю надежды на вас. Индийская полиция — это просто смех. А между тем, убита дочь известного дипломата, моего друга. Мисс Перри уже много лет является нашей доброй знакомой. И я надеялся, что когда-нибудь мой сын и она… — Папа! — возмущённо перебил отца Сома. — О чём ты вообще говоришь? Боже, ещё и в такое время! — Я волнуюсь о твоём будущем! — Я не просил тебя устраивать мне смотрины. — Мистер Транси тоже получил травмы, — сказал Уорнер, задумчиво осматривая белого как мел Алоиса, не желавшего сознаваться в том, что пришёл в себя, — Я попросил взять у него кровь на анализ. Он слишком странно выглядит. От такой раны просто так сознание не теряют. Уверен, анализ что-то даст. — Алоис не наркоман! — тут же вступился за друга Сома, понимая к чему вёл Ричард. — Я и не называю его наркоманом, — последовал ответ. — Думаю, что имеет место отравление каким-то веществом. Вы не заметили, как от него пахло? Чем-то странным. — Да, — тут же сказал младший Кадар. — Что-то такое было. — В нижней галерее тоже был этот запах, но слабый. Недурно было бы найти его источник. — Это всё второстепенно, — сказал Кадар старший. — Я хочу, чтобы вы занялись расследованием смерти мисс Перри. — Это может быть связано с убийством. — Каким это образом? Девушка убита на втором этаже в комнате этого ребёнка. — Папа, — тут же прикрикнул на отца Сома. — Алоис даже её не знал. С чего ему её убивать? — Возможно, убийство по страсти? — Он гей, — прозвучало как гром. Возникла долгая пауза, а затем отец Сомы вышел. Транси открыл глаза и тут же сощурился от света. Ричард понял это, поэтому подошёл к окну и приспустил шторы. — Так лучше? — спросил он. — Да, намного. Спасибо, — ответил Транси хрипло. — И тебе спасибо, — сказал Алоис, улыбаясь Соме. — Теперь о моей ориентации будут знать все. — Иначе бы он не отстал. — Мистер Транси, вы не хотели бы поделиться, что с вами всё-таки произошло вчера? — Алоис посмотрел на Уорнера с подозрением. — Меня оглушили, — сказал он. — Я не видел, кто. Потом я очнулся в кладовке. Всё. — В какой именно кладовке? В галерее много хозяйственных помещений. — Ну, она совсем маленькая, — ответил Алоис, пытаясь припомнить, как именно выглядело то место, где он провёл ночь. — И там стоят моющие средства и швабры. И ещё, она совсем неотделана. Стены были шершавые. — Это всё? — спросил Уорнер. — Да, — сказал Алоис, пристально смотря на Ричарда. Тот также смотрел на него. Транси казалось, что в глазах Уорнера есть некая ехидца, но он списал это на собственное состояние. — Вы уверены? — настоятельно спросил Уорнер. — Я уверен. Ричард нахмурился, недовольный тем, что ему не доверяют, а потом кивнул. — Что ж, я, пожалуй, пойду, — сказал он. — Поправляйтесь. Когда дверь за Уорнером закрылась, Сома тут же обернулся к Алоису. — Ты соврал, — сказал он, задохнувшись. — Почему ты соврал? — Потому что я понятия не имею, кому здесь можно доверять, — сказал Транси, — а кому нет. Если ты прав, и он всего лишь комиссар полиции… — Всего лишь комиссар полиции? — иронично спросил Сома. — Ты себя слышишь? — И всё-таки я бы не стал доверять даже комиссару, — задумчиво сказал Алоис. — О чём ты? — Вчера, когда я уже шёл к себе, я встретил Роуз. — О боже, — застонал Сома. — И ты не сказал ему! — Сначала дослушай! Мисс Перри, должно быть, слишком хотела стать твоей женой, потому что она потребовала, слышишь, потребовала, чтобы я освободил комнату напротив твоей. — Зачем ей это? — спросил Кадар. — Я даже не предполагал, что отец строит планы на наш брак. — Возможно, что она как раз была в курсе. Ну, теперь мы об этом не узнаем. Мисс Перри унесла эту тайну в могилу. — Чувак, это слишком даже по твоим меркам, — сказал Сома, садясь на постель Алоиса. — Ну, извини, я может, всю жизнь ждал, чтобы сказать эту фразу. В любом случае, я и правда серьёзен. В общем, я послал твою несостоявшуюся жену куда подальше, а потом меня оглушили. И вот что странно. Я видел Деванша. Хотя до конца я в этом не уверен. — Деванш участвовал в этом?! — Перри точно участвовала. Она сказала что-то вроде так мне и надо, раз я такой упёртый. Но насчёт Деванша я не уверен. — И? Это всё? — Не совсем, — сказал Алоис. — Видишь ли, я видел кое-что ещё, но опять-таки не уверен, было ли это на самом деле, или я просто спал. Это было слишком невероятно, чтобы можно было поверить. — Да что там? Говори уже! — раздражённо потребовал Сома. — Уорнер правильно сказал о запахе. Он там был и очень сильный. А ещё там были люди в балахонах и они куда-то шли. — Люди в балахонах? — спросил Кадар чуть разочарованно. — Ты и правда, сильно ударился головой. — Да нет же, я почти уверен. Такое гудение стояло. Надо сходить туда, — сказал Транси, собираясь вылезти из постели. — Э, нет, — тут же возразил Сома и уложил Алоиса обратно. — Сегодня тебе нужно лежать. У тебя голова разбита. И лучше тебе не шевелиться вовсе. Ещё неизвестно, что у тебя в крови. Если Уорнер прав и тебя отравили… Знаешь, ты можешь быть доволен собой. Ты попал в настоящий детектив. — Это же круто, — тут же ответил Транси. — Что? — спросил он, смотря на Сому. — Да как тебе сказать, ты в курсе, что в детективах довольно часто убивают?* * *
Алоис пролежал в постели до самого вечера, хотя его так и подмывало встать с кровати и самому ещё раз осмотреть тот коридор. Однако с головой всё ещё было плохо, поэтому он исправно лежал и думал о том, что могло произойти прошлой ночью на самом деле. Пару раз заходил Сома и приносил еду. Рассказал о том, что Уорнер осмотрел его кладовку и что младший Кадар самолично осмотрел смежный коридор, выход на который был виден из кладовки. Коридор был тупиковый и поэтому Алоис никак не мог там видеть никаких людей. Транси это озадачило. Теперь он был почти уверен, что всё, что увидел ночью, происходило на самом деле. Источник запаха не нашли, однако едва заметный аромат всё ещё витал в воздухе. К вечеру пришли анализы и сильно всех удивили. Уорнера они удивили особенно. Он ожидал, видимо, отравление наркотиком или каким-то иным ядом, по крайней мере, современным, однако анализ показал, что в крови Алоиса были обнаружены сильнейшие ядовитые галлюциногены: белладонна и дурман. Где Транси могли бы их дать, было не ясно. Эти результаты положили конец сомнениям Сомы относительно видений, которые были рассказаны ему Алоисом. Однако сам Транси уверился в реальности оных почти на сто процентов. — Кстати, ты ведь так и не дождался Клода, — спросил Сома у Алоиса двумя днями позже, когда зашёл к нему уговорить выйти к ужину. — Думаешь, он не приедет? — Думаю, что тут творится пиздец. И я уже ничего не понимаю, — ответил Транси. Он уже мог вставать и ходить, не шатаясь. Рана затянулась, а голова перестала ныть. — Ты писал ему ещё? — Да, — сказал Транси. — Одну записку, — Алоис подошёл к окну. На улице лило. Уже два дня дождь непрестанно топил землю. Выходить в такую погоду было бы мазохизмом, впрочем, никому никуда и не хотелось. Транси интересовало только убийство. Он был ещё один раз в своей комнате, забирая вещи. Сома ждал его в пороге, а Алоис всё никак не мог оторвать взгляда от кровати, которая была давно убрана. Труп он видел всего один раз, да и то мельком, но запомнил так чётко, что оставалось лишь удивляться способности мозга запоминать так быстро и столь детально. Транси два раза снилась Роуз, оба раза её глаза, таращившиеся в потолок, вдруг моргали, а потом смотрели на него и говорили: на моём месте должен был быть ты. Алоис просыпался в ужасе и беспомощно таращился, пытаясь понять, где он. Сейчас он спал с ночником. Глаза мисс Перри напоминали ему другие глаза. Глаза Рахшасы, которую он, к слову, так и не видел с вечера дня рождения Сомы. Асман, навестивший Алоиса позавчера, скомкано пожелал ему скорейшего выздоровления, а также передал, что Рахшаса извиняется за своё отсутствие по причине собственного нездоровья, но присоединяется к супругу и желает ему оправиться после произошедшего. Транси понимал, что миссис Кадар ничего подобного пожелать не могла, она была куклой, замороженной рыбой без собственного мнения. А может, ещё хуже, она могла быть виртуозной притворщицей, игравшей роль странной тихой жены, в то время как сама… Боже, чем же она могла заниматься эта страшная женщина? — Я всё-таки не могу понять, тебя хотели убить или её, — сказал вдруг Сома, заставив Транси вздрогнуть. Он тоже думал об этом. — И что ты думаешь по этому поводу? — отрывая взгляд от окна, спросил Алоис и посмотрел на друга. — Кто кроме тебя и её знал, что ты не будешь ночевать у себя? — Если Деванш не был плодом моего воображения… — Он утверждает, что не видел тебя с того момента, как ты ушёл… — Да-да, знаю. Может быть, — сказал Транси рассеянно. — Тогда, только мы с ней. — Что говорит о том, что убить хотели тебя, или… — Сома сделал театральную паузу, — убийца Роуз — ты. — Ты забываешь о моей голове, — сказал Алоис насмешливо. — Я бы не смог ударить себя по затылку. — Это да. — Я думал об этом, — ответил Транси спокойно, возвращаясь к окну, — нас могли подслушать. Или, её убил кто-то, кто надоумил поменяться со мной комнатами. Это мог быть специально спланированный ход. Небо окончательно затянуло тучами, а вместе с дождём грянул гром. Шум был очень сильным. Алоис вдруг вспомнил о павлинах и с любопытством начал выискивать их. Стало интересно, куда эти курицы побегут прятаться. Курицы оказались умными птицами, они столпились в крытой галерее внизу. Транси перевёл взгляд на клумбы и тут же вздрогнул. На него снизу смотрел один из детей Асмана. Он промок до нитки, волосы налипли на лоб, но это не мешало ему смотреть своим мертвенным взором прямо на Алоиса. Транси бросило в холодный пот, и он отшатнулся от окна, испытывая необъяснимый страх. — Что там? — спросил Сома и подходя ближе. Алоис бросил взгляд на то же самое место, но не увидел мальчика. Транси стало плохо, и он с трудом осел на банкетку, стоящую подле окна. Сома, не замечающий состояние друга, ткнул пальцем в стекло и весело сказал: — Гляди-ка, настоящий курятник. Кстати, ты так и не сказал, пойдёшь ужинать со всеми? — Алоис испуганно посмотрел на Кадара и ответил: — Нет, я ещё нездоров. Поем здесь. — Алоис, нельзя себя запирать здесь. Если ты из-за отца, то он сожалеет, правда. Сказал глупость, но он часто предубеждён по отношению к незнакомым людям. Однако, он не настолько узколоб, чтобы не признать собственной ошибки. — Дело не в нём, — сказал Транси — Просто не хочу. Давай в другой раз? — Сегодня к нам, возможно, присоединится мистер Уорнер, — сказал Сома заговорщически. Он всё ещё периодически спрашивал Алоиса в шутку, верил ли тот, что расследование вёл Клод, а вовсе не Ричард. — Какой мне с него толк? — Кадар пожал плечами. — Ну, не знаю, может, расскажет что-то о расследовании. Или о своих прошлых расследованиях. — Ладно, — сдался Алоис, понимая, что ему и правда, стоило развеяться среди людей. — Но ты иди вперёд. Я приду к самому ужину. — Отлично! — сказал Сома, улыбаясь. — Сегодня у нас чисто английские блюда. Прошу заметить, повар теперь готовит только их. — Насколько я знаю, часть гостей ещё в доме? — Да, — кивнул Сома. — У отца часто гостят друзья и знакомые. Он довольно общителен, так что ужин будет чуть более роскошен, чем обычно. — Как будто у вас бывает иначе, — ответил Алоис, улыбаясь. Сома вышел, оставляя Транси в одиночестве. Тот вновь подошёл к окну и выглянул, стараясь унять колотящееся сердце. Никого. Только дождь. Алоис вспомнил, что видел в день рождения Сомы одного из его братьев, выкапывающего что-то из клумбы. Он подошел к двери балкона, расположенного рядом с окном, и открыл его, выходя на улицу. Тут же поток ледяных капель обрушился на него, моментально заставляя промокнуть. Внимательно посмотрев на галерею, Алоис убедился, что там никого не было. Тогда он мгновенно вернулся обратно, закрыл дверь и, накинув на себя халат, в котором теперь имел обыкновение ходить, спустился вниз, стараясь быть тихим и по возможности не встречаться с прислугой. Один раз ему пришлось спрятаться за одну из колонн, только бы индианки его не заметили. Алоису казалось, что все они докладывают Асману о его передвижениях. Выйдя в крытую галерею, Транси посмотрел на мокрых павлинов. Самцы сложили хвосты, и те длинными полами спускались на каменные плиты, подметая их. Алоис осторожно погладил одного, и тот, на удивление, не стал от него сбегать. Должно быть, сейчас они были больше обеспокоены дождём. «Красивый, зараза», — с восхищение думал Транси, лапая птичку. Потом Алоис взглянул на дом, на клумбы и бегом добежал до того места, где один из братьев что-то пытался отрыть. Видимость была плохой, потому что дождь поливал сплошной стеной. Зато Транси был в относительной безопасности, вряд ли кто-то будет выходить в такую погоду. Алоис с трудом нашёл изрядно политый водой и превратившийся в лужу грязи подкоп и без особой надежды сунул руку в образовавшуюся дыру. Сначала ему показалось, что там ничего нет, однако повозив ладонью глубже, Транси нащупал предмет и вытащил его. Даже не рассмотрев свою добычу, Алоис помчался обратно сначала в галерею, а потом в спальню, оставляя при этом на полу огромные лужи воды. Он промок насквозь, казалось, даже трусы и те были мокрыми. Зайдя к себе, Транси защёлкнул дверь на задвижку и на всякий случай, будто чего-то опасаясь, осмотрелся. Никого не было. Он прошёл в ванну и тоже закрыл дверь. Ополоснув руки и предмет в руках, Алоис осмотрел его. Это была маленькая кукла, вылепленная из глины и обожжённая в печи. На животе куклы было начертано несколько символов, кои Транси не смог прочесть. Раздумывая о том, куда бы её спрятать, Алоис вспомнил, что в его новой ванной, прилегающей к новой же спальне, около трубы, отводящей стоковую воду, была дыра. По-хорошему её бы должны были заделать, но видимо о ней забыли. Она располагалась почти под самой ванной, и её не сразу было видно. Транси обнаружил её, когда уронил колпачок от геля. Сейчас эта дыра была очень кстати. Алоис положил фигурку подальше, потом вымыл руки ещё раз и пошёл переодеваться. Через час он уже спускался вниз в столовую: в рубашке и брюках, с влажными волосами, фен как назло был забыт в старой спальне, а возвращаться туда не хотелось, Транси почти миновал хорошо знакомую галерею, когда увидел, что из одной из многочисленных дверей вышел Ричард Уорнер. Он, поравнявшись с Алоисом, спросил: — Вам уже лучше? — Если вы это спрашиваете только затем, чтобы допросить меня, то нет. Мне не лучше, — Ричард усмехнулся. — Я уже допросил вас. Хотя признаю, был недоволен результатом. — На то вы и детектив. Распутывать сложные задачи, понимать, кто вам врёт, а кто недоговаривает — это ваша задача, — сказал Алоис. — Так вы мне всё-таки недоговариваете? — Вы мне скажите, — ответил Транси и остановился. — Вру я или недоговариваю? — Ричад прищурился, а потом, затащив Алоиса в нишу за одной из статуй, изображающую индийского бога, сказал: — Если хотите что-то сказать, самое время. — Вас не смущает некоторая интимность? — спросил Транси весело. — И что это за способ дознания такой? — У меня есть основания полагать, что убийца всё ещё здесь. В таком случае, мы в крайне неудобном положении. Это место построено как храм, здесь безупречная акустика. Любое ваше слово, сказанное в одной части галереи, будет слышно в другой, — Алоис помотал головой, пытаясь понять, о чём говорил Уорнер. — Поэтому мы говорим в нише? — догадался Алоис. — Здесь три стены и статуя... — Уорнер раздражённо кивнул. — Что вы думаете о членах семьи? — спросил Ричард. — Кажется, они ваши друзья, — ответил Транси, улыбаясь. — Почему вы вообще меня спрашиваете? Разве я чем-то лучше других? — Вспоминая наш разговор на том вечере… — Ты Клод, — сказал Алоис уверенно. — Не понимаю, зачем тебе это всё? Зачем скрываться? — Положим, я был бы им, тогда бы вы мне всё рассказали? — Транси растянул губы в гадкой ухмылке, не предвещающей ничего хорошего. — Если бы ты был Клодом, я бы надавал тебе по шее за то, что ты позволил мне в очередной раз пострадать, — ответил он. — А по поводу семьи, да они сборище фриков. Кроме Сомы, конечно. Вот и всё. Остальное за откровенность. — Какую же? — Я уже сказал. Зачем бы тебе нужно было притворяться комиссаром полиции? — Кажется, это вы играете в детектива. Вы мне и скажите, — ответил Ричард, почти в точности повторяя слова Транси. Алоис внимательно проследил за тем, как Уорнер неуловимым движением поправил собственный пиджак и заметил едва заметные следы на одной из его рук. — Увлекались татуировками в молодости? — спросил Алоис. — Неужели у комиссара такое бурное прошлое? Уорнер рассеянно посмотрел на свою руку, потом на Транси. — Старое дело. — Моя тоже исчезла, — сказал Транси. — А я даже не знаю, почему, — добавил он печально. — Не понимаю… — Хватит! — прервал Ричарда Алоис. — Если это ты, то тебе бы лучше быть честным со мной, если нет, я уже сказал, ничего общего с Ричардом Уорнером я иметь не собираюсь. И кстати, для демона ты хуёво врёшь. Транси с трудом вылез из ниши и направился к столовой. Ричард смотрел ему вслед горящими жёлтыми глазами. _____ Алоис: А если бы меня убили?! Ричард: Тогда бы мы расследовали ваше убийство. Алоис *глубоко несчастен и возмущён* Автор *поглаживая Алоиса по голове*: Скорее бы Ричарда убили. Ричард: ?!
