Nothing stands in our way

Пункт четыре: не влюбляться. Разложив вчерашний день по полочкам, я поняла, что четвёртый пункт под огромной угрозой. Ну, хотя, если оправдывать это всё творческой натурой, меня помилуют? Не доставлять проблемы у меня не получалось. По крайней мере, я спокойно вздохнула, зная, что Крис не узнал о вчерашней моей вылазке. Всё благодаря Рикки и мне нужно его поблагодарить, иначе моя совесть будет играть со мной в игру "я не дам тебе спать ночью, стерва". Сейчас я стою около номера Хоррора. Наверно, нужно было плеснуть для храбрости, как обычно это делают другие, но в моём случае попытки помутить своё сознание заканчиваются плачевно. По собственной наивности, я аккуратно дёргаю ручку двери, полагая, что планета будет добра ко мне и сделает так, что дверь окажется открытой. И, о, да, мне определённо везёт! Я осторожно открываю дверь и передо мной расстилается прекрасный вид: девица из клуба, которая навязывала Рикки своё общество вчерашним вечером, расхаживает по номеру в чёрной рубашке Хоррора, полотенцем просушивая свои мокрые чёрные волосы. Меня она явно не заметила, но её вполне можно понять: наверняка, мир перестаёт существовать, когда ты становишься на шаг ближе к шедевру этой планетки − Рикки Хоррору. Самого владельца прекрасной мордашки в номере не оказывается. Мозг моделирует ситуацию, исход которой прост − неужели парень её кинул на утро? Усмехаюсь этой мысли, оценив её глупость, и закрываю дверь. Но, как я уже говорила, везение сегодня на моей стороне. Именно по этой причине Рикки оказался позади меня, держа в руках два стакана с кофе. - Некрофил, а теперь ещё и взломщик? - Бровь парня взлетает вверх, а вот моё сердце уходит куда-то в район пяток. Отлично, теперь мой удел − попадать в неловкие ситуации регулярно? - Если ты не знал, то преимущество гостиниц в том, что кофе в постель тебе может подать персонал, - отвожу тему в более удобное для меня русло, но потом смекаю, что это перебор. Моя память перебирает все неприятные моменты, касающиеся этого парня, все мои негативные эмоции, связанные с этим, и я просто нагло смотрю на него. Наверно, лучше всего сейчас − смыться отсюда, но почему-то я всё ещё здесь. Моя миссия ещё не выполнена. - Тебя так это волнует? - Укоризненно спрашивает парень. - Нет, - отвечаю я. Наверно, мне больше не перепадёт возможности попросить прощения за вчерашнее и поблагодарить его за то, что вытащил меня из отстойной ситуации, поэтому я моментально продолжаю: - Вообще-то, я не хотела беспокоить тебя и... - Но ты это сделала. - Спасибо за вчерашнее. Ты спас мою шкурку. - И только ради этого ты стеснила мою гостью и мешаешь мне пройти? - Равнодушно пожимает плечами парень, пока во мне копится запас злости. Я отхожу от двери, не мешая парню пройти в номер. Дверь захлопывается. Вечером Джо пришлось пересесть со своего нагретого в автобусе места на холодное сидение небольшого трейлера. У парней должен был быть концерт в другом городе, в паре часов езды от места, где мы находились сейчас, поэтому гнать автобус туда никто не счёл нужным, и, загрузившись в транспорт поменьше облюбованного просторного автобуса, мы отправились в путь. На самом деле, мне было непонятно, почему меня взяли с собой. Сабрину также заставили ехать, но, скорее всего, ей точно объяснили, зачем. Часы подсказывали, что два часа ночи плавно опустились на город, как только парни закончили играть. Всё получилось, как обычно − Сабрина молча наблюдала за тем, что происходит на сцене с бэкстейдж, как и я, периодически улыбаясь мне, когда наши взгляды встречались. И вот уже Крис выходил со сцены, по пути вливаясь в мир любви со своей девушкой, а я заметила, как девица, которую сегодня утром мне посчастливилось увидеть в номере Хоррора, терпеливо ждёт своего... эм, парня? Стоило подождать, пока Рикки свалит со сцены и увидеть, как девушка чуть ли не бросается ему на шею со страстными поцелуями, что я, собственно, и сделала. Поморщившись, глядя на эту парочку, я решила уйти прочь и никому не мешать, и, проходя мимо Криса, меня хватило только на едкое замечание в стиле "можно хотя бы не на публике?". Тут брат серьёзно на меня посмотрел, потянул меня за руку и затащил куда-то за угол. - Я до сих пор не знаю, какого черта ты делала прошлой ночью в компании Рикки. Потрудись объяснить, что за поведение? - Встревоженно, но в то же время мрачно поинтересовался брат. Наверно, ему стоило усилий не треснуть меня по голове за то, что я творю. - А что не так? - Всё ещё чувствуя, как меня тошнит от недавно развернувшегося на моих глазах зрелища, ответила я. Это было глупо. - Это твоё дело. Но сделай так, чтобы твои дела не мешали моим, ладно? - Твёрдо сказал брат, сжимая мою руку ещё сильнее. - Ты не можешь так думать обо мне, соглашусь, я дала повод, но... Это всё было стечением обстоятельств, я не могла это контролировать... - Просто не веди себя как ребёнок, когда ты не являешься им, - жёстко отрезал Крис, отпуская мою руку. Он прожигал меня взглядом, но даже его слов было достаточно, чтобы заставить меня сорваться с места и куда-нибудь убежать, скрыться от собственного чувства стыда и бесполезности. Идея свалить отсюда навязчиво вертелась в моей голове, ослеплённой обидой на то, что меня недопонимают. Я посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что никто ничего не видел и не слышал. Но какого было моё удивление, когда я увидела парня, который не должен был быть здесь в любом случае. Присутствие Олсона где-то в стороне, молча наблюдающего за тем, что происходит, заставило меня и вовсе забыть о наличии мозгов в собственной черепной коробке и бежать со всех сил прочь. Я слышала, как Крис зовёт меня, но было слишком обидно, чтобы возвращаться. Я не хотела выглядеть глупо. Бежать было плохой идеей, но обида затмевала трезвый взгляд на ситуацию. Я выбежала из клуба, где играли парни, и побежала в прямом смысле туда, куда глядели мои глаза. Слёзы всё-таки дали о себе знать. Ох, как же я ненавижу моменты, когда слёзы напоминают мне о том, что они вполне имеют право повышать влажность местности. Ещё я ненавижу моменты, когда кто-то слышит мои разговоры с кем-либо. И ещё я ненавижу моменты, когда кто-то просто наблюдает за этим. Я остановилась, чтобы отдышаться. Что ж, я убежала достаточно далеко от клуба, чтобы никто не последовал за мной, если этого никто не делал с самого начало моего незапланированного побега. Прикидывая, как я проведу эту ночь вдали от осуждающих взглядов своих родных и знакомых, я забрела в магазин какой-то заправки. В правом кармане своих джинсов я обнаружила смятые купюры, но в итоге я наскребла пятнадцать долларов. Для одной ночи маловато, но сейчас я решила обжиться бутылкой воды. Заплатив за свой "улов", мой дальнейший путь лежал через минование машины, заправляющейся ночью. Надеюсь, хоть это обойдётся без приключений. - И что одинокая девушка делает на заправке в такое позднее время? - Всё-таки, без неприятностей мне не живётся. Я слышала приближающиеся шаги, пока делала вид, что ничего не замечаю. Незнакомый парень схватил меня за руку, останавливая. Самое время почувствовать себя героиней драмы, где главная героиня подвергается насилию со стороны плохих парней с заправки. Отлично! - Мы можем подбросить тебя, куда скажешь, - ухмыляясь, парень смотрел мне в глаза. Наверно, со стороны было видно, что я жутко напугана. Хотя, сама нарвалась − какая идиотка может ночью шастать по заправке? - Спасибо, я дойду сама, - я пыталась высвободить свою многострадальную руку из лапищ парня, но тот лишь сильнее сжал её. Не понимаю, причём тут моя рука? Объявлен конкурс с призами "сломай руку бедной Мэр"? - Да ладно, мы поможем тебе, а потом ты нам. Всё по-честному, - парень улыбался, с силой таща меня в сторону машины, а я пыталась отбиться. Ощущала себя по праву героиней дешёвой драмы. Осталось только вопить на всю округу крики о помощи. Где чёртова полиция? Спустя время парень всё же дотащил меня до машины, но тут случилось кое-что интересное. - Отпусти девушку, - достаточно грозно сказал Рикки, непонятно откуда взявшийся. Увидеть его здесь я не ожидала, ровно как и то, что он попытается спасти меня уже во второй раз. Чувство стыда, отвали, я пытаюсь радоваться тому, что меня не превратят в котлетку. - Ты его знаешь, куколка? - Поинтересовался второй паренёк, многозначительно поднимая брови. Я отмалчивалась, напуганная тем, что прикидывала, что и Хоррору достанется, да и мне не ускользнуть. Мы влипли. Парень сложил руки под грудью, заключая. - Вот видишь, она тебя не знает, чего тебе? Видно, Хоррор не был из того золотого миллиарда, который решил бы всё элементарной уличной дипломатией, потому что в следующее мгновение он довольно эпично занёс кулак в сторону лица своего собеседника, на лице бедной жертвы красовалась кровь, а сама бедная жертва свалилась на асфальт. Парень, держащий меня, растерялся и ослабил хватку. И тут моя реакция дала о себе знать: я бросилась бежать, но обидчик вовремя спохватился. Тогда я решила попробовать старый добрый метод: страдание Фаберже. Двинув своей ногой между ног парня, я оказалась как никогда права, потому что тот медленно сполз на колени, шипя ругательства в мой адрес. Наверно, я бы стояла там, как зачарованная, глядя на то, как меня пронесло, но огни полицейской машины, как нельзя кстати подъехавшей на заправку, вывели меня из транса. - Бежим, - сказал Рикки, хватая меня за ту же руку, что и страдающий от боли в области жизненно важного органа парень. И мы побежали. Краем глаза я видела, как полицейские выходят из машины, подбегают к корчащемуся от удара Хоррора парню, пока другой парень кричит стражам порядка, что мы обокрали и избили их. Вслед нам побежал один полицейский, но он знатно от нас отставал. Мне нужно было отдышаться, но как только я стала сбавлять темп, Рикки потянул меня за собой и так до конца, пока полицейский сам не сбился с пути, а мы зашли за какой-то угол, выходя на большую улицу. Отдышавшись, я собралась задать Хоррору парочку вопросов, но мне помешала уборочная машина. По всей видимости, струями воды она сметала мусор к обочине. - Мне кажется, сейчас нам тоже нужно сматываться, - сказала я, на что Рикки утвердительно кивнул. Сбежать от струй воды не удалось, потому что в конце концов они нас настигли. В таком случае нужно было бы возвращаться обратно, но как это сделать, было не очень понятно. Рикки выжимал свою футболку, пока я наблюдала за этим. Наверно, он стал моим вдохновением не просто так. В этом парне было полно очарования. Он притягивал. Мы смотрели друг на друга некоторое время. Могу поспорить, по моему лицу быстро скользнула улыбка, после чего я засмеялась. Было действительно здорово, несмотря на то, в каком ключе всё это произошло. Хоррор так же смеялся, поэтому со стороны, бьюсь об заклад, мы смотрелись подозрительно: и вот, мы стояли посреди пустой улицы неизвестного города ночью, насквозь промокшие и бьющиеся в истеричном смехе. - Нужно согреться, - предложил Хоррор. Спустя время мы дошли до какого-то бара, который, несмотря на довольно-таки позднее время, продолжал работать. Посетителей было немного: сладкая парочка, с помощью трубочек потягивающая коктейль из одного бокала, два байкера, чьи предметы гордости были припаркованы снаружи, и одинокая девушка, пристающая к бармену. Зашибись палитра личностей. Мы присели на высокие барные стулья. - Черт, у меня с собой нет ни гроша, - ощупывая карманы своих штанов, заключил Хоррор. Его мокрые волосы липли ко лбу, и я еле сдерживала желание заправить их за ухо. Он заметил то, что я смотрела на него. - Что-то не так? - Да нет, всё нормально, каждый день принимаю общественный уличный душ, - съязвила я, доставая из кармана оставшиеся деньги, промокшие не меньше, чем я сама. Бармен отделался от общества пьяной девушки, подойдя к нам. - Двойной виски и колу, - уверенно сказал Хоррор. - Зачем тебе кола? Настолько щупленький, что будешь разбавлять? - Подколола я. - Нет, это тебе. - Серьёзно? И вот прошло немного времени, а Хоррор был порядочно пьян, пока я ёжилась от холода и продумывала, как же нам провести эту ночь без денег и не примерить на себе образ бомжей. - Ты выглядишь та-ак одиноко, - пьяно растянула девушка, подходя к объекту моего восхищения и повиснув на нём. - Сладенький, в чём проблема? - Так, женщина, - злость вновь вскипала во мне, я спрыгнула со стула. Наверно, я бы здорово побеседовала с ней, но вовремя смекнула то, что помощь этой дамы будет не лишней. - У парня проблем, как у кошки детей. Ему бы денег, - плаксиво протянула я, вызывая в собеседнице приступ жалости. - Бедняга, он совсем потерялся... - О, да, да, конечно! - Дамочка потянулась в свой серебристый клатч, выуживая оттуда пятьдесят долларов. - Держи, сладенький! Помутнённый алкоголем рассудок дамочки переключился на одного из байкеров, ну а я успела выхватить заветную бумажку. - Рик, нам нужно идти. - Нам нужно ещё чучуть согреться, - показывая мне пальцами это самое "чучуть", заключил Хоррор. - Это ты согрелся, а я номинант на звание "пытался согреться колой". Рикки смотрел на меня пустыми глазами, мне потребовалось время, чтобы смекнуть, что он хочет поговорить. Интересно, откуда у меня навыки понимания пьяных в стельку? Я вновь забралась на стул. - Моя жизнь стала однообразной, - опечаленно начал свою историю Рикки, предварительно покончив с остатками виски. На барной стойке стояло уже четыре пустых стакана. - А сегодня... Сегодня что-то пролош... произоло... произошло! - С радостью, равной младшекласснику, довольно произнёс Хоррор. Да уж, надо было тащить его подальше от бара. - Спасибо. - Да ладно, не я же спасла тебя во второй раз, - ответила я, внутри себя извергая фейерверки, файер-шоу, карнавал, похлеще бразильского, потому что жутко была довольна тем, что ему не всё равно. Объекту моего поклонения не всё равно! Но, вспомнив ту девушку, которая тащилась по его номеру в его же рубашке, которой он на утро принёс кофе, и которая зацеловала его сегодня после выступления, я пришла в себя. - Ты помогаешь мне разбавить эти краски, - собеседник зачарованно рассматривал стену позади меня. Его мордашка выглядела подавленной, поэтому я слезла со стула, следом стягивая за руку и Рикки, после чего закинув его руку на своё плечо, мы поплелись вон из бара. Несчастный бармен остался с четырнадцатью долларами и двадцати пятью центами на руках. Было искренне его жаль. Заветные пятьдесят трогать нельзя было, иначе риск провести остаток ночи на улице увеличился бы. Дотащив молчаливого Хоррора, почти заснувшего по пути, до первого попавшегося мотеля, я выдохнула. Стоя у стойки администратора, мне пришлось приставить Хоррора у стены. Но, оплатив номер и поймав подозрительные взгляды персонала, я обнаружила, что Рикки сполз. Пришлось просить охранника дотащить объект моего поклонения до номера, оставив помощнику пятёрку в качестве вознаграждения. Закрыв двери номера, я решила не размениваться и дала Хоррору пощёчину, чтобы он пришёл в себя. - И почему ты такая грубая? - Немного выбить из сонного состояния его удалось, но вот контролировать его движения было сложно. Теперь он приставил к стене меня, моя подсохшая одежда всё равно неприятно липла к телу, а ощущать мокроватой спиной холодную стену было не тем, чего хотелось. Хотелось заваливаться в кровать, которая в номере оказалась единственной и уснуть крепким сном, не думая о проблемах, которые я сама себе создала. Я склонила голову в сторону, но Хоррор взял меня за подбородок, заставляя смотреть в глаза. Теперь он прижимался ко мне, то ли видя опору, чтобы не дать пьяному телу свалиться на пол, то ли из забавы. Абсолютно пустые голубые шары, которые я сравнивала с холодным ветром, рисуя в скетчбуке объект своего поклонения, не менялись. На улице светлело, следовательно, в номере тоже. Я отталкиваю от себя Хоррора. - Какого ты творишь? Мне и так не очень комфортно, - говорю я раздражённо. Иду к кровати, снимаю промокшие кеды и ложусь на постель. Никогда не чувствовала вещи более желаннее, чем эта кровать. - И, кстати, сегодня ты спишь на полу, - устало бормочу я, зарываясь лицом в подушку. Проходит несколько минут и я слышу, как Рикки действительно ложится на пол. Вздыхаю, вспомнив, что сегодня он спас мою шкурку. Снова. - Ладно, можешь спать здесь, а я на полу, - чувствую, как Хоррор оказывается рядом. Приподнимаюсь, чтобы встать и пойти на своё заслуженное место, но его рука оттягивает меня назад. - Не уходи, - хриплым голосом просит Рикки, после чего я остаюсь. Наши лица на одном уровне. Закрываю глаза, чтобы не портить момент своими тупыми выходками и понимаю, что объект моего поклонения оставляет свой поцелуй на моей щеке.