Выбор Коин

POV Альмы Коин «Я поражена до глубины души. ОНА не просто непредсказуемая, она необычная. Хотя нет, совершенно странная и необычная». А все началось с того, что Китнисс Эвердин выпала из реальности. Планолет вернулся из Одиннадцатого, и через час выяснилось, что Символ Революции пропал. Моему гневу не было предела! Важнейшее совещание, судьба Панема будет решаться, а старик Картер включил Эвердин, Эбернети и Хевенсби в состав Военного совета. Который и созвали, в первую очередь, для того, чтобы снять меня с должности и отдать под трибунал. Кто-то должен головой заплатить, что Чоппер, Пейлор и Вэнник, командующий повстанцами дистрикта Пять, ставят вопрос о разрыве отношений с Тринадцатым. Открытое противостояние в стане противников Капитолия, вот что это такое! К счастью, Капитолий не сможет воспользоваться таким шансом. У него сейчас положение похуже, чем у Тринадцатого в те страшные дни, когда Эпидемия, вызванная биологическим оружием, убивала по сотне взрослых в день , а ослабленных детей косила до пятисот в сутки. Дистрикты Один и Два внезапно восстали против Капитолия. Этого никто не ждал. Неожиданность получилась полной. Все началось с рассказа Одэйра в прямом эфире. Многие подумали, что это был отвлекающий маневр. Но то был маневр совсем другого рода, диверсия чудовищной силы и мощи. Боггс давно её готовил, настоятельно требовал спасать Одэйра в обязательном порядке, разведка и контрразведка, будь она не ладна. Какое счастье, что я не стала возражать против плана Боггса. Одэйр — уроженец не самого богатого дистрикта, но Сноу, решив сделать из него бриллиант в своей коллекции Победителей, сам себя подставил под нашу разведку. Он даже не понял, какой подарок преподнес Тринадцатому. Я долго не могла поверить в такое удачное стечение обстоятельств. Такая неслыханная удача казалась мне уловкой Старика — ловушкой. Чтобы через Одэйра выйти на наше подполье, нашу ячейку в Капитолии. Но Сноу подвело самомнение. Он стал считать себя почти Богом. Наши люди вышли на Одэйра по воле госпожи Случая. Когда он медленно сходил с ума, и наркотики уже стояли на повестке дня и часто лежали на его тумбочке. Он мог повторить судьбу Фрезера, Победителя из Пятого, заглушавшего свою тоску и боль лошадиными дозами виски и не просыхавшего неделями. Но, в отличие от Эбернети, быстро деградируя, как личность. Или как Тёрнер и Даймё из Шестого. Которые в 30 лет уже не могли жить без инъекций морфлинга дважды в день. Но мистер Хорвард выкупил Одэйра на один год за бешенные деньги — 345 миллионов долларов. Вся касса нелегальной ячейки ушла на эту покупку, совершённую на закрытом ежегодном «Аукционе Победителей», я отчаянно сопротивлялась. И именно тогда Совет дистрикта впервые взбунтовался против президента. Ведь Петроний Хорвард был личным агентом моего покойного отца и сумел сделать невероятное, а именно — подобраться вплотную к предшественнику Сноу, Августу Пемблтону. И погубил его, спровоцировав мятеж в Капитолии. Игры старых времён, когда я была такой юной. Мой отец был президентом, а я была до смерти влюблена в Айвори Коина. А отец, Селзник Смайт, был взбешён моим избранником. Беженцем из Пятого. Головастиком. Презирал, как совершенно ни на что не годного. А дочь набралась смелости и первый раз в жизни пошла против воли отца… В 16 лет! И, кстати, мама тогда крупно повздорила с отцом, ведь мой выбор одобрила! Как давно это было? Подумать только? Я проиграла тогда голосование. А теперь мой проигрыш будет стоить Капитолию абсолютно всего. Я не могла даже подумать, что Тайны Финника, которые считались фольклором и набором легенд, смогут сыграть в этой войне такую важную роль. Айвори смог бы!!! Мы-то думали, что это оружие против элитных групп Капитолия, а оказалось, это средство вызвать кровавый мятеж в Первом и Втором дистриктах, самых верных и самых надежных. Первый взбунтовался из-за старых обид, его жители чувствовали себя, в сравнении с полноправными капитолийцами, неполноценными. Ненависть, копившаяся десятилетиями. Огонь, тлевший под холодными, как лёд, углями. И однажды огонь прорвался на поверхность. Когда никто не ждал. А поводом стали всего лишь два рассказа о Победительницах. Самых красивых, наверное, женщинах страны. Кашмире и Сильвере. Подробности изумили даже меня, привыкшую к конфиденциальным сведениям из Капитолия. А Первый дистрикт взялся за оружие моментально, стоило Одэйру рассказать, что двух женщин, которых дистрикт привык считать своими символами, гордостью, предметом обожания и восхищения, Капитолий превратил в грязных альковных развратниц — Шлюх Сноу. Безумие охватило Первый, мэр вовремя успел бежать, а главу миротворцев, капитолийца, толпа разорвала на куски. Мятежники не были связаны с нами, и первый день мятежа буквально залил дистрикт кровью. Капитолий растерялся и не успел прислать подкрепление вовремя. И тогда, совершенно неожиданно, появился человек, который железной рукой взял в свои руки власть и прекратил безумие. Капитолийцев убивали на улицах, а камеры это показывали: как детей Капитолия, маленьких детей, прежние угодливые и дружественные жители ближайшего дистрикта — Первого, с размаху бросают об стену и как раскалываются детские черепа, словно орехи, и как с мостовых стекают вниз человеческие мозги, и кровь стоит лужицами, неестественно красными лужицами… Победительница 40-х Голодных игр Оникс первая оказала мародерам и бандитам сопротивление. Она сносила острой саблей головы, одну за одной. И жители Первого, охваченные, кто животным страхом, кто кровавым безумием, увидели ту, чье бесстрашие помогло переломить скатывание в пропасть. Уже через час Оникс приняла командование объединенными силами повстанцев, а защитники арсенала, которые забаррикадировались в штабе миротворцев Первого, присоединились к ним в тот же день. Но весь Панем видел страшные картины из Первого дистрикта, где за один день зверски было убито 5000 капитолийцев, включая около 200 детей, только за то, что они родились в Капитолии. Они заплатили жуткую цену за привилегию называться гражданином Капитолия. — Госпожа президент! На связи Второй дистрикт. Командующий вооруженными силами дистрикта Два генерал Агриппа Гардинер. — Соедините через пять секунд, мне необходимо найти мой планшет, — малодушно вру своему секретарю, Солу. Просто мне страшно, мне необходима пара секунд, чтобы победить страх и смятение. Альма, сконцентрируйся! Да, этот человек отец Энобарии, самый талантливый и жесткий из генералов Капитолия. Но нет, Финник Одэйр назвал имя его дочери, и теперь старый горец сдерет кожу с живого Сноу, а только что он приказал обезглавить более двухсот офицеров-капитолийцев, по уточнённым данным — 231 офицер был казнен. Вендетта — самая безжалостная месть на свете…