Раздражающе самоотверженная

Одри, решив одеться в одиночестве, снова заперлась в своей комнате. Пока она не поняла, что для того, чтобы застегнуть платье, потребуется второй человек. Вздохнув, она решила позвать на помощь. Отперев дверь, она выглянула в коридор. На мгновение ей вспомнился вчерашний спор с пожилым мужчиной, и она услышала в голове его голос: он предлагал ей помочь с чемоданом, а она отказывалась. — Альфред? Из двери Брюса в конце коридора выглянула его голова. — Да, мисс Хабихт? — Одри, пожалуйста. И мне нужна помощь. Одри на мгновение нахмурилась, глядя на какую-то точку на полу, а затем подняла на него глаза. Он вышел из комнаты и направился к ней. Когда он подошёл, она открыла дверь, впустила его, закрыла дверь за его спиной и повернулась к нему. Платье было расстёгнуто сбоку до самого бедра, потому что иначе оно просто не надевалось. — Это немного неловко, простите. Но мне нужно, чтобы вы застегнули его сбоку и закололи сверху, когда я влезу. Он кивнул, и она приподняла края платья. Он взялся за молнию и потянул, легко застегнув платье, после чего отступил на шаг и посмотрел на Одри, которая смущённо улыбнулась. — Вы прекрасны. Затмите невесту, — пошутил он, одарив её лёгкой, льстивой улыбкой. Одри рассмеялась, оправила платье и посмотрела на себя в зеркало через плечо. Как и предполагали женщины в магазине, кремовое платье сидело лучше, чем в первый раз. У него был лиф с рюшами и юбка с запахом, разделённые украшенной драгоценными камнями полоской. Глубокий V-образный вырез открывал чуть больше декольте, чем привыкла Одри, и она нахмурилась, глядя на Альфреда. — Не слишком ли откровенный наряд? — Ничего подобного. — Альфред! Она рассмеялась, услышав, как Брюс зовёт его, и посмотрела на дверь. Альфред усмехнулся. — Ему всё ещё нужна помощь с одеванием, как будто ему восемь лет. Обещаю, что ничего не скажу о вашей красоте. — Спасибо, Альфред. Альфред кивнул, Одри заперла за ним дверь, повернулась к туалетному столику и посмотрела на своё отражение. — Может, немного тонального крема и подводки для глаз? — пробормотала она, аккуратно нанося макияж, а затем добавила немного туши и бронзовых теней. Закончив, она посмотрела в зеркало, в последний раз взъерошила кудри и послала себе страстную улыбку. Затем она отвернулась, взяла открытые блестящие туфли-лодочки телесного цвета и надела их. Поколебавшись ещё секунду, она взяла чёрный браслет из оникса и пару чёрных серёжек, чтобы добавить красок в образ. — Одри? — раздался стук в дверь, и она вздрогнула, а потом нервно рассмеялась. — Да? — крикнула она, прислонившись к комоду, чтобы поправить ремешок на туфле. Ручка задрожала, Одри нахмурилась, прошла через комнату, открыла дверь и увидела за ней Брюса. — Да? — повторила она. Он молча смотрел на неё, его взгляд скользил по её телу, и она почувствовала, как от такого внимания у неё загорелось лицо. — Ты прекрасна, — выдохнул он, спустя мгновение снова подняв на неё глаза. — Ты и сам неплохо выглядишь, — поддразнила она его, улыбаясь. На нём был простой чёрный смокинг, но почему-то он сидел идеально, подчеркивая мрачную и задумчивую сторону его характера. Брюс ещё мгновение смотрел на неё, потом откашлялся и отвёл взгляд. — Я знаю, что ты не взяла с собой пальто, поэтому Альфред предложил вот это, — неловко объяснил он, поднимая руку с накинутым на неё чёрным пальто в горошек. Она сняла его с его руки, надела и завязала спереди. — Теперь ты можешь на меня посмотреть? — спросила она с лукавством в голосе. — Это всё, чего я хочу, — пробормотал он, снова встречаясь с ней взглядом. Она снова покраснела, и он обнял её за талию, нежно притянув к себе. — Ты прекрасна, — решительно сказал он. — Джордж убьёт меня за то, что я взял тебя. — Жаль, я только начала получать удовольствие от твоего общества, — игриво надула она губы. — М-м-м. — Он нежно завладел её губами, удерживая в плену всего несколько мгновений, прежде чем освободить её разум и тело, позволив трепещущему сердцу бушевать в ней. — Ты готова? — спросил он хриплым голосом. — Конечно, — прошептала она, всё ещё находясь под впечатлением от страстного поцелуя. Брюс взял её за руку и повёл вниз по лестнице под медленные аплодисменты Альфреда. — Хорошего вечера, и не забудьте оба вернуться, — напутствовал их Альфред, когда они вышли в гараж. Брюс открыл дверь чёрного «Ламборгини». Одри села в машину и взвизгнула от неожиданности, увидев, что сиденье полностью откидывается назад, о чём она совсем забыла. Брюс рассмеялся, она шлёпнула его и подняла сиденье в вертикальное положение. — В следующий раз сделай это, прежде чем выходить из машины. — Если помнишь, мы спорили. Я был сосредоточен на этом. Он сдал назад и помчался по подъездной дорожке. — Итак, вечеринка в Готэме или за пределами города, как в поместье Уэйнов? — По-моему, внутри города. И мои парадные ворота тоже в городе. Она рассмеялась в ответ на его дерзость. — Это не считается. Они спорили о том, считать ли это десятиминутной поездкой в город, когда он остановился перед большим светящимся зданием на круговой подъездной дорожке, засчитанной в счёт поездки. — Я выйду первым и открою твою дверь. — Я сама могу… — Ты же не хочешь, чтобы за тобой увязались мои сталкеры, верно? Если ты откроешь дверь, это будет означать, что ты не обычная гостья. Она нахмурилась. — Как же меня тогда зовут? — Ты по-прежнему Одри Хабихт. Я бы не хотел, чтобы ты была кем-то другим. Но мы всё равно можем сделать так, чтобы твоё присутствие не бросалось в глаза. Она смущённо улыбнулась, а потом снова нахмурилась. — Ты всё продумал, — поняла она, и он ухмыльнулся. — Да, продумал. Машина плавно остановилась, Брюс вышел, взял у парковщика билет, обошёл машину, открыл дверь со стороны Одри и помог ей выйти. Он протянул ей локоть, и она, подавив улыбку, взялась за него. Они вошли в двери вслед за другой парой, и Одри едва не ахнула от восхищения. Пол был из чистого мрамора, колонны тянулись до самого потолка, а перила у лестниц на верхний этаж были из гладко отполированного материала песочного цвета. Мужчина взял у неё пальто, и они спустились по элегантной лестнице, где у подножия их встретила красивая пара. Мужчина был одет так же, как Брюс, в классический чёрный смокинг, с вьющимися чёрными волосами и тёплыми серыми глазами. Женщина — другое дело. У неё была бледная кожа, выразительные чёрные глаза, прямые тёмно-каштановые волосы и тонкие брови. Одри знала только одно прозвище, подходящее для неё. Самая красивая женщина в городе. Если Одри не ошибалась, этот титул она носила уже почти четыре года. Она не могла понять, как кто-то может сравнивать себя с этой женщиной. — Брюс! — поздоровался мужчина, смеясь и тепло пожимая ему руку. — Рад, что ты смог прийти. А кто твоя очаровательная спутница? Опять какая-нибудь русская балерина? Взгляд мужчины скользнул по Одри, и его глаза расширились. Одри мило улыбнулась. — Одри Хабихт, подруга. Одри, это Джордж Хабихт и его невеста Оливия Гилдер. Одри встретилась взглядом с Джорджем. — Хабихт? — переспросила она, не уверенная, что правильно расслышала. — Ах да. Не знаю, родственники ли мы, но я уже много лет не общался с сестрой, — признался Джордж. — Потому что она считает, что ты думаешь, что слишком хорош для неё, — рассеянно прокомментировала Одри и тут же испуганно прикрыла рот, осознав, что сказала. — Прости… Джордж громко рассмеялся, слегка вздёрнув подбородок. — Ничего страшного. Мы никогда не были в хороших отношениях. Я поговорю с тобой позже, хорошо? — пообещал он. Одри кивнула, и Брюс потянул её за собой на нижний этаж. — Что? Я даже не знала, что он до сих пор живёт в городе, — попыталась оправдаться она. — О нём пишут во всех новостях, почти столько же, сколько о тебе. Как ты могла не знать? — недоверчиво спросил он. — Я рассеянная и сейчас немного погружена в свои проблемы, — она пожала плечами, и он закатил глаза. — Хочешь познакомиться с ним? — Не сейчас. Ни за что. Однако Оливии столько же лет, сколько и нам, а ему, должно быть, за сорок. — Вот что значит богатство. Он похлопал ее по плечу, и она нахмурилась. — Шампанское? Брюс взял два бокала и протянул один Одри. Она посмотрела на него. — Я из низшего сословия. Пью только пиво. Он рассмеялся. — Это целое искусство — притворяться, что пьёшь. Смотри и учись. Он низко опустил свой бокал, и она наблюдала, как он ставит его на стол, берёт чей-то почти пустой бокал, не вызывая никаких подозрений, затем разворачивается и подходит к ней. Она тихо рассмеялась, стараясь не выдать своего веселья. — Впечатляет, мистер Уэйн. Значит, ты не пьёшь, я так понимаю? — Нет. Иногда я выпиваю по стаканчику за беседой. Она лукаво улыбнулась. — Тогда мне не нужно беспокоиться, что ты напьёшься. Жаль, я хотела сама вести машину на обратном пути. Она поставила свой бокал на стол и пошла прочь. — Это некреативно, — пожаловался Брюс, пытаясь догнать Одри, но к нему тут же подошли с каким-то вопросом. Одри быстро затерялась в толпе, лавируя между людьми. Через пару минут её остановил приятный голос. — Ну и красавица же вы. Она повернулась к мужчине, который смотрел на неё, и смущенно улыбнулась. — О, а когда вы краснеете, то становитесь ещё прекраснее. Я должен узнать ваше имя. Он подошел ближе, чтобы ей было лучше слышно, и она быстро окинула его взглядом. Казалось, что все мужчины на балу были одеты в классические смокинги, а женщины выделялись на их фоне. У него были короткие светлые волосы и аккуратная козлиная бородка, а также живые голубые глаза и квадратная челюсть. — Катерина, — солгала она, не назвав фамилию, чтобы не выдать себя за «Великую». — Что ж, мисс Катерина, кажется, скоро начнутся танцы. Не окажете ли мне честь стать моей первой партнёршей? Одри огляделась в поисках Брюса. Он на мгновение встретился с ней взглядом, затем посмотрел на мужчину рядом с ней и поднял палец. Она снова повернулась к мужчине и виновато улыбнулась. — Кажется, мой партнер снова меня нашел и направляется сюда. — Мы всегда можем спрятаться. Она тихо рассмеялась. — Было бы весело, но он может на меня разозлиться, — призналась она. Чья-то рука коснулась её локтя, а затем скользнула по талии, заставив её удивленно ахнуть. — Нашёл тебя, — не так уж тихо пробормотал Брюс и притянул её к себе. Одри посмотрела на него, радуясь, что её спасли, но немного смутившись этим интимным прикосновением. — Потому что меня так трудно найти, — легкомысленно заявила она, скрывая свои глубокие чувства за шуткой. Брюс посмотрел на мужчину. — Прошу прощения, мистер Эриксон, но первый танец за мной. — Тогда, может быть, второй? — Посмотрим. Мужчина ушёл, а Брюс развернул Одри так, чтобы они оказались лицом к лицу. — Ты на волоске от того, чтобы быть похищенной. У неё отвисла челюсть, но выражение его лица не изменилось. Губы Брюса были плотно сжаты, но Одри всё равно с трудом сдерживалась, чтобы не пялиться на него. — Серьёзно? — Возможно. Мы, может, и богаты, но многие из нас просто ищут способ снова попасть на страницы таблоидов. А ты, моя дорогая, — отличный способ для этого. — Он сам ко мне подошёл! — пробормотала она, несколько раздраженная тем, что её обвинили. — Я знаю. Но, пожалуйста, будь осторожна. Она закатила глаза, и в этот момент кто-то постучал по микрофону. — А теперь мы сбежим. — Почему? — Потому что я ужасно танцую, и не думаю, что ты захочешь это проверить. Она рассмеялась и позволила ему увести себя в дальнюю комнату. — Странная вечеринка по случаю помолвки. Танцы? — прокомментировала она, усаживаясь на диван в изысканно обставленной гостиной. Брюс рухнул рядом с ней, положив руку на спинку дивана за её спиной. — Джордж — причудливый мужчина. Первый танец может быть формальным, а второй — ирландским. Она ухмыльнулась. — Он мне уже нравится. — Ещё бы. Вы очень похожи. Одри откинулась на спинку дивана, и Брюс посмотрел на неё. — Что-то случилось? — Ничего. — Ты спала? Она рассмеялась. — Нет. Ты что, издеваешься? Я всю ночь думала о том, как буду краситься, потом гадала, не стошнит ли меня, а потом размышляла, как всё пройдет. Она закрыла глаза и тихо выдохнула, почувствовав, как Брюс легонько целует её в уголок губ. Не успела Одри опомниться, как из гостиной донеслись крики, и она резко открыла глаза. Подняв голову, она застонала от боли в затёкших мышцах и поняла, что проспала в таком положении не меньше часа. Она встала, разгладила платье и тихо вышла в гостиную. — Ловите животных! — заорал какой-то мужчина, и его голос был полон ярости. Одри попыталась разглядеть, что происходит, но из-за невысокого роста ей было не видно, что происходит. Что-то бормоча себе под нос, она направилась к главной лестнице. Толпа расступилась перед ней, и у неё было всего две секунды, чтобы оценить ситуацию, прежде чем она присела на корточки, схватила испуганного котёнка одной рукой, а другой выставила вперед ладонь, чтобы остановить большую немецкую овчарку, которая гналась за котёнком. У котёнка были широко раскрытые глаза, он вертел головой, а его белоснежная шёрстка стояла дыбом. Немецкая овчарка резко затормозила, с любопытством обнюхала её руку и стала наблюдать за котёнком. — Сидеть, — скомандовала Одри. Собака послушалась, и Одри подняла вторую руку, чтобы поудобнее прижать котёнка к себе. Джордж Хабихт остановился рядом с ней, рядом с собакой, и улыбнулся ей. — Одри. Спасибо. — Кто их принёс? — Котёнок должен был стать сюрпризом для Оливии. А собака — бродячая, она тут давно. Он рассмеялся, и рядом с ним появилась Оливия. На её лице играла широкая улыбка, а в уголках глаз появились морщинки. — О, Джордж, они очаровательны. Она почти завизжала, спускаясь по лестнице к Одри и забирая у неё испуганного котёнка. — О, ты такой милый. Да, ты Снежок.