Раздражающе самоотверженная

Одри сидела в поместье Уэйнов, уставившись в стену, в задранной майке на бретельках и спортивных шортах, и по её щекам текли горячие солёные слёзы. Альфред и Брюс осматривали её, по очереди тыкая пальцем в синяки по всему телу. Боль от этих тычков была почти невыносимой, но Одри держалась, лишь изредка беззвучно всхлипывая. После того как они с Брюсом устроили шуточную драку, действие обезболивающих закончилось, и ей было больно даже ходить. Брюс не позволил ей накачаться лекарствами, чтобы они с Альфредом могли составить четкое представление о её состоянии. Альфред ткнул пальцем в синяк на мышце, соединяющей шею и плечо, и Одри удивилась, насколько слабой была боль. — Не похоже, что он появился после обрушения здания, — заметил дворецкий. Одри почувствовала, как к лицу прилила кровь, а Брюс хмыкнул за её спиной, нажимая на ещё один большой кровоподтёк на ноге. Она поморщилась. — Ну, если не считать того, что вы вся в синяках, то, пока вы принимаете лекарства, вы можете вернуться к работе. Не напрягайтесь, мисс Одри. Брюс ткнул пальцем в ещё один синяк, и она развернулась, ударила его и натянула одежду на место. — Ай! — Она показала ему язык, взяла обезболивающее и приняла предписанную дозу. Через несколько секунд она встала, скрыла гримасу боли и попыталась уйти, прихрамывая. Брюс схватил её за талию и удержал на месте. — И куда ты собралась? — На диван? Посмотрю фильм или два? Он перекинул ее через плечо, и она взвизгнула. — Брюс! Это так не круто! Я сейчас расстанусь с тобой! — пригрозила она, смеясь. — Удачи. — Альфред! — позвала она на помощь. Дворецкий покачал головой и улыбнулся. — Я не собираюсь вмешиваться в ваши разборки. Мастер Уэйн, мне нужно в магазин. Я вернусь через несколько часов. Брюс поднял руку над головой и помахал, затем усадил Одри на диван и устроился у неё на коленях, вытянув ноги и прислонившись спиной к подлокотнику. — Какой же ты грубый! — толкнула она его. — Слезай! Он просто взял пульт и начал бесцельно переключать каналы, как будто рядом с ним не было кричащей женщины. Эйс решил присоединиться к веселью и запрыгнул Брюсу на колени, добавив к его девяносто килограммам ещё тридцать. Одри застонала и почесала Эйса за ухом, пока тот облизывал её лицо. — Эй, малыш. Укуси Брюса, чтобы он слез. — Прибегаешь к насилию? — заметил Брюс, как будто это была дурная привычка, от которой они пытались избавиться. — Я? Никогда. Она выхватила у него пульт и включила «Мулан». Брюс игриво застонал, а она усмехнулась и откинулась на спинку дивана. Вдруг ей пришло в голову включить запись — в ответ Брюс застонал ещё раз, а Эйс игриво тявкнул, не понимая, что за странные звуки издаёт Брюс. К середине фильма Одри перестала держать себя в вертикальном положении и положила голову на грудь Брюса, откинувшись на спинку дивана. К тому моменту, когда Мулан получила императорский герб и меч Шань-Ю, Одри уже крепко спала. Во время титров вошёл Альфред, и Брюс посмотрел на него поверх спинки дивана. — Мастер Уэйн, помогите мне. Брюс спихнул Эйса с колен, медленно убрал голову Одри с себя и встал. — Она что, уснула? Брюс многозначительно посмотрел на дворецкого, который поражённо поднял руки и начал распаковывать бумажные пакеты. — С ней всё в порядке? — сменил тему Альфред. — Кажется, с ней всё в порядке, но мы узнаем завтра. Они несколько минут молчали, распаковывая и выбрасывая пакеты, а потом начали расставлять еду по местам. — С вами всё в порядке, мастер Уэйн? Брюс молчал ещё несколько минут. — Узнаем, — пробормотал он.

~***~

В кои-то веки Одри была благодарна за то, что её подвезли до работы. В обычные дни она бы пожаловалась, что её балуют, а он бы спросил, не хочет ли она пройтись пешком. Но в этот день ей было больно даже вставать с кровати, не говоря уже о том, чтобы садиться в поезд, где её бы трясло. Брюс вёл машину одной рукой, а другой сжимал её руку, чтобы она не задремала. К сожалению, побочным эффектом её обезболивающих была сонливость. — Одри. Она резко открыла глаза и увидела въезд на парковку, когда Брюс въехал на территорию. — Ты уверена, что хочешь этого? — Мне нужно чем-то себя занять, когда действие лекарств закончится. Брюс припарковался на своем VIP-месте, и они вышли из машины. Одри была рада, что надела балетки, а не туфли на каблуках. Боль оказалась не самым страшным. Самым страшным были все эти взгляды. Кто-то смотрел с жалостью, как она и ожидала, кто-то — с ненавистью, кто-то — с завистью, а кто-то — с отвращением. Когда Одри остановилась, чтобы накричать на группу завистников, Брюс едва не толкнул её, положив руку ей на поясницу. Она нахмурилась. — Если накричишь на них, ты дашь им то, чего они хотят. — Они просто завидуют. Как это может дать им то, чего они хотят? — возмутилась она, сбитая с толку. — Потому что им нужны доказательства того, что ты не соответствуешь их представлениям о моей идеальной женщине. — Я твоя идеальная женщина? Надеюсь, что нет. Он остановился рядом с ней и развернулся к ней лицом. — Ты бы обрадовалась, если бы я сказал, что да? Она нахмурилась, а он ухмыльнулся. — Нет, не обрадовалась бы. Ты слишком часто не слушаешься, но я бы не хотел, чтобы рядом со мной была другая женщина. Она уперла руки в бока. — Что, прости? Я думаю, что это ты рядом со мной, а не наоборот. В этих отношениях определенно доминирую я. — Это ты так думаешь. Может быть, я веду тебя так, как хочу, но не принуждаю. Она нахмурилась, а он положил левую руку поверх ее правой на бедре и нежно поцеловал в губы. Затем он резко развернулся и направился к лифтам. Она сердито посмотрела ему вслед. — Мы ещё не закончили этот разговор! — крикнула она, ковыляя к лифтам в своём болезненном темпе. Брюс стоял у лифта, придерживая для неё дверь. Оказавшись рядом, она втолкнула его внутрь, затем нажала кнопку для сотрудников. — Одри… — Я не поеду с тобой, придурок. Он схватил её за запястье и затащил в кабину, прежде чем двери закрылись. Всю дорогу до офиса она смотрела в пол, а Брюс лишь закатил глаза. Лифт остановился, и она вышла, направившись прямиком к своему столу, не обращая внимания на взгляды и перешёптывания. Брюс последовал за ней, стараясь сохранять невозмутимый вид, пока она делала вид, что ей всё равно.

~***~

В ту пятницу, когда Брюс вёз Одри домой, она была погружена в свои мысли, пока вдруг не осознала, что её «лишение свободы» почти подошло к концу. Это только усугубило её и без того подавленное состояние, если это вообще можно было так назвать. Скорее, это была подавленная решимость. Она пыталась придумать, как поймать Фоукс, если их план с приманкой провалится. Но всё, что приходило ей в голову, — это все возможные варианты провала. Например, как Фоукс может покалечить её во сне, когда она вернётся в свою квартиру. С другой стороны, почему она до сих пор её не убила, ведь Одри сейчас в самом уязвимом положении? Потому что она наслаждается охотой. Она не убьёт меня, пока я не могу дать отпор, потому что это лишает ее садистского удовольствия. Перед её глазами щелкнули пальцы, и она резко моргнула, вернувшись в реальность. Брюс бросил на неё напряженный, встревоженный взгляд, и она ему улыбнулась. — Моё «заключение» почти закончилось. От этих слов его улыбка сменилась хмурым выражением лица, и она рассмеялась, вышла из машины и вошла в дом. Она сразу же бросила сумочку на ковёр, сняла туфли, прошла на кухню и начала готовить горячий шоколад. Брюс последовал за ней и сел на барный стул, наблюдая за каждым её движением. — Ты… — Мы уже сто раз за день это обсуждали, — остановила она его, в её голосе прозвучали предупреждающие нотки. Он нахмурился, глядя на приготовленный горячий шоколад — её последнее утешение. Они ссорились каждый раз, когда виделись, потому что Брюс не мог оставить всё как есть. Казалось, Брюс передумал соглашаться на план Одри, и это вывело её из себя. Она заговорила об этом, и он разозлился в ответ. — Мне всё равно. Ты ещё не до конца поправилась, и тебе нельзя идти сражаться с Фоукс. Она бросила на него испепеляющий взгляд. — Ты просто придумываешь необдуманные отговорки, и я это знаю, — парировала она, отхлёбывая напиток, пока они сверлили друг друга взглядами. Они не проронили ни слова до тех пор, пока пять часов спустя Одри не решила лечь спать. Она поднималась по лестнице, а Брюс выходил из своей комнаты после душа в низко спущенных штанах. Как только они увидели друг друга, Одри снова разозлилась и развернулась, направляясь в свою комнату. — Одри, подожди. Она продолжала идти, почти дошла до двери, когда он схватил её за локоть и развернул к себе. Она вызывающе скрестила руки на груди и выжидающе уставилась на него. — Одри, пожалуйста… — его голос дрогнул, и суровое выражение лица Одри смягчилось. — Я должна, Брюс. Если мы не перейдём в наступление, она меня убьёт. — Одри старалась говорить спокойно, но её голос дрожал. — Тогда мы можем уехать. При этих словах её печаль исчезла, разочарование снова усилилось, хотя Брюс всё ещё старался держать себя в руках. — Я всё решила. Либо помогай, либо не мешай. — Она сделала паузу. — И, ради всего святого, это не самое опасное из того, что я делала! Я попадала в ситуации и похуже, не имея представления, что делать. Брюс уже готов был возразить, но Одри вспомнила об ультиматуме, которого она пыталась избежать. Он что-то сказал, в его голосе снова зазвучал гнев, но она почти не слушала, обдумывая возможные варианты. — Одри! — рявкнул он, вернув её к реальности. — Ты хоть слово из того, что я сказал, услышала? — Нет, — честно ответила она, а потом увидела, как в нём снова закипает гнев. Она расправила плечи и вздёрнула подбородок, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. — Есть очевидный способ положить конец ссоре, — сказала она тихим, почти нежным голосом. Брюс застыл, а она развернулась и стала спускаться по лестнице. — Альфред! — позвала она. — Да, Од… — начал он. — Одри, нет. — Ты можешь отвезти меня домой? «Хотя я уже не чувствую себя там как дома». Она быстро спустилась по лестнице. — Одри! Одри! Она не обращала внимания на Брюса, который звал её, когда она спускалась по лестнице. Альфред смотрел на неё из кухни, разрываясь между ними двумя. Через несколько мгновений раздумий он кивнул, и в этот момент на лестнице раздались шаги Брюса. — Поторопитесь, — предупредил Альфред, быстро завёл её в гараж и по пути нажав на кнопку. Она села в «Роллс-Ройс», и Альфред задним ходом выехал из гаража, а Брюс вышел из дома. Альфред развернулся, взметнув снег, и помчался по подъездной дорожке. — Мастер Уэйн мне голову оторвёт, — сказал он Одри по дороге. Она кивнула в знак понимания. — Спасибо, Альфред. Он улыбнулся ей в зеркало. — Я понимаю, почему вы так поступили. Мастер Уэйн всегда был упрям в отношении тех, кого любит. То, что вы сделаете завтра, — логичный план, и у него не должно быть другого выбора. Но неужели это конец? — зловеще спросил он. Одри посмотрела на него, гадая, имеет ли он в виду её или их отношения. — Он не оставил мне особого выбора… — начала она медленно, прощупывая почву. — Так что на данный момент это конец. Будет ли продолжение, зависит от него и его упрямства, — ответила она. Альфред медленно кивнул. — А ещё меня бесит, что он не подумал, что я так поступлю. Он что, думает, что я у него на коротком поводке? После этой вспышки гнева она захлопнула рот, не дав вылететь ещё десятку слов, и остаток пути смотрела себе под ноги. Альфред припарковался, она поблагодарила его и поднялась наверх. Там она заперла дверь, окна и задёрнула шторы, затем заперла дверь в спальню и легла в постель, чтобы не думать о том, что она только что натворила.

~***~

Лежа в постели и не в силах уснуть, она неохотно придумала самый простой способ выманить Фоукс. Она потянулась к прикроватной тумбочке, двумя пальцами взяла телефон, положила его на кровать и позвонила Гордону. «Джеймс Гордон», — устало ответил он. — Привет, Гордон, это Одри, — тихо сказала она, только сейчас осознав, который час. «Что-то случилось?» — спросил он, внезапно проснувшись. — Нет-нет-нет. Мне только что пришла в голову идея, как выманить Фоукс. Я знаю, что не хотела втягивать Джейден, но, кажется, у меня есть способ свести опасность для неё к минимуму. «Как?» — Мы можем просто сходить в кино. У неё есть машина, так что она не задержится рядом со мной надолго. Гордон несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. «Хорошо. Я позвоню Грегори. Сообщите мне время начала фильма, когда узнаете.» — Хорошо. Она повесила трубку и позвонила Джейден.

~***~

Одри думала о расставании, если это можно так назвать. Много. Она проспала до самого начала фильма, и, когда наконец открыла глаза, ей потребовалось двадцать минут, чтобы вскочить с кровати и принять душ — быстрее, чем когда-либо. Она выбрала джинсы и толстовку, привела себя в порядок и выбежала за дверь, заперев её за собой, после чего сбежала вниз по лестнице и выбежала из дома, уже опаздывая на сеанс. Джейден быстро нашла её — или, скорее, она нашла её сама, — и Одри плюхнулась на своё место, безудержно хихикая в течение следующих десяти минут, пока не успокоилась. Несколько часов спустя девушки вышли из кинотеатра, потрясённые фильмом «Эволюция Борна». — Это было так… закрученно, — заключила Джейден. Одри кивнула, постепенно выходя из состояния кинокомы и возвращаясь к реальности, когда вспомнила о цели этой поездки. Джейден благополучно села в машину и скрылась из виду. Одри помахала ей вслед и посмотрела на часы. — Пять вечера? Черт, да у меня сегодня куча времени, — пробормотала она, после чего зашла в пончиковую и купила себе пончик с заварным кремом. Её кроссовки хлюпали по слякоти, пока она шла по тающему снегу, предвещавшему скорое возвращение весны. Одри откусила пончик и огляделась по сторонам. Она не сомневалась, что Грегори едет за ней на какой-нибудь развалюхе из полицейского управления, а Бэтмен парит в небе, скрываясь в лучах света. Впрочем, солнце уже садилось, и скоро город снова станет территорией Бэтмена. Одри вдруг осознала, что, наверное, стоило перед этой миссией пройти курс рукопашного боя — на случай, если придётся драться. Но теперь было уже поздно. Заварной крем выпал из надкушенного пончика, удивив Одри. Она посмотрела на сладкую жёлтую начинку и через секунду почувствовала, как чья-то рука коснулась её талии. — Привет, моя дорогая. Сегодня без парня? Комментарий Фоукс навел её на мысль о неподходящем, но в то же время странно забавном ответе для этой ситуации. — Без какого именно? Как она и предполагала, Фоукс согнулась от смеха. Через минуту она успокоилась, и Одри повернулась к ней, с удивлением обнаружив, что рядом с ней стоит совершенно обычная женщина в спортивных штанах и футболке. — Я имела в виду мистера Уэйна. Я уверена, что Бэтмен где-то здесь, рядом. — Она изобразила руками, как он парит в воздухе, но на самом деле он скорее порхал, чем парил. — И с каких это пор красивым молодым женщинам стало позволено гулять по ночам в одиночку? Мистер Уэйн наверняка не позволил бы этого. — Нет. Не позволил бы, — ответила Одри, удивляясь внезапной перемене в поведении Фоукс. — Ты сбежала? — притворно ахнула она, и Одри фыркнула. — Нет. Я с ним рассталась. Фоукс обеспокоенно посмотрела на Одри. — И всё из-за того, что он не разрешал тебе выходить из дома? — Нет, из-за того, что он не понимал, почему я делаю то, что делаю, и пытался меня отговорить. На этот раз Фоукс фыркнула, а затем внезапно оказалась совсем близко к Одри, так что их лица разделяло всего несколько дюймов. — Я тоже не совсем понимаю, почему ты делаешь то, что делаешь. Не могла бы ты объяснить? Это бы очень помогло мне понять, почему ты, похоже, хочешь умереть. — У меня есть моральный компас. Хочешь такой же? И с этими словами она нанесла удар, попав Фоукс кулаком в зубы, зацепив её лодыжку ногой и ударив другой рукой в горло. Смеясь, она повалилась на землю, а затем попыталась слабо отбиться от Одри. Она блокировала удары преступницы предплечьями и отбросила её назад, снова ударив локтем в горло, а затем прижала её к земле, вдавив локоть в трахею Фоукс. — А ты смелая. Расстроилась из-за расставания? — прохрипела Фоукс, ухмыляясь окровавленными зубами. Одри сделала глубокий, успокаивающий вдох. — Нет. Я просто в бешенстве, — решила она. — Я бы сказала, что заняла бы его место, но злые женщины немного пугают. Мне нужно нечто более жуткое. Люди, как обычно, просто обходили их стороной, словно драка женщин посреди тротуара была чем-то обыденным. Но как только на землю опустилась тяжёлая пара ног, люди стали обходить это место стороной, а на Бэтмена, который медленно приближался, смотрели во все глаза. Вторая пара ног вбежала на тротуар и остановилась напротив Бэтмена. — И что теперь? — спросил Грегори. — Задержите меня! — настаивала Фокс, всё ещё ухмыляясь. — Плохая идея, — ответили Бэтмен и Одри. Она подавила желание поднять на него глаза, сосредоточившись на женщине под собой. — Ты тоже злишься на Бэтмена? — спросила Фоукс с притворным удивлением. — Да, — тихо ответила Одри. — И что нам тогда делать? — спросил Грегори, явно не зная, что предпринимать. — Я её заберу, — решил Бэтмен. Одри по-прежнему не поднимала глаз. — И что, приковать её к полу? — Если придётся. Его рука в перчатке обхватила воротник футболки Фоукс. Одри не успела среагировать, и её локоть вонзился в горло женщины, когда Бэтмен поднял преступницу на ноги. — Эй, эй! Прояви хоть немного уважения к женщине, — рявкнула Фоукс. Одри встала и закатила глаза. — Уходи, пока не пришёл кто-нибудь ещё из полиции. Грегори, ты тоже можешь идти. А я просто продолжу свою прогулку. Может, куплю ещё пончик. — Я… Она бросила на Бэтмена самый испепеляющий взгляд, на который была способна, и он замолчал. — Когда-нибудь мы с тобой разберёмся с этим, но сейчас меня выводит из себя один твой вид. Я сама могу о себе позаботиться. Уходи. Бэтмен бросил на неё взгляд в последний раз и исчез вместе с Фоукс, а Грегори растворился в толпе. Одри закрыла глаза и глубоко вдохнула. Глубокий вдох быстро перерос в крик, когда две пары рук затащили её в машину и захлопнули дверь. Машина с визгом сорвалась с места, и Одри почувствовала, как к её лицу прижимают влажную тряпку. В нос ударил приторно-сладкий запах, и она предприняла попытку вырваться. Примерно через две минуты всё вокруг стало ослепительно белым, а потом она просто потеряла сознание.