Раздражающе самоотверженная

Одри принарядилась для очередного дня в тюрьме. Сегодня на ней были только джинсы и большая футболка, повязанная на бёдрах. Полицейские постучали в дверь, когда она ела батончик «Nutrigrain», и открыла дверь, не вынимая его изо рта. Она вытянула руки, но вместо того, чтобы надеть на неё наручники, полицейские просто потащили её за собой. Когда они подошли к импровизированному участку, она рассмеялась. По сути, они по-прежнему использовали сгоревший участок, только столов там стало несколько меньше. В центре стояла инвалидная коляска Гордона, а сам он писал сообщение кому-то. Полицейские оставили Одри перед ним и ушли. — Теперь мне нужен полицейский конвой? — возмутилась она. Он прищурился, глядя на неё, и она ухмыльнулась. — Нам нужен Бэтмен. — Ну да. Разве не поэтому я вчера провела весь день здесь? — почти растерянно спросила она. — Он нужен нам прямо сейчас. — Зачем? Он протянул ей мобильный телефон, не обращая внимания на её беспокойство. — Позвоните ему. Она поднялась на крышу, чтобы уединиться, проскользила несколько футов по чёрной копоти и позвонила в поместье. — Альфред? «Мисс Одри?» — Бэтмен ещё дома? «Он моется. Вам что-то нужно?» — Прервите, пожалуйста. Его вызывает Гордон. Последовало секундное молчание, а затем послышался скрип двери и звук льющейся воды в душе. «Мастер Уэйн». «Альфред, что я говорил о…» Брюс начал было срываться, гнев выплескивался наружу. «Я видел вас голым бесчисленное количество раз до этого, сэр. Мне уже всё равно. — Дворецкий прочистил горло. — Звонит мисс Одри. Комиссар Гордон хочет видеть вас». «Меня или Бэтмена?» Одри рассмеялась над молчанием Альфреда, несмотря на беспокойство в её сердце. — Бэтмена, — пояснила она, понимая. «Бэтмена», — повторил Альфред. «Я ночное существо. Сейчас семь часов утра. Он хотя бы подумал об этом?» — Раздался щелчок, а затем шум в душе стал в четыре раза громче. — Брюс, я думаю, это важно. Она громко заговорила в трубку. Раздался глухой удар и стон боли, в то время как Альфред усмехнулся на линии. Одри тихо рассмеялась. «Я отправлю его в назначенное время». Одри повесила трубку, удалила звонок из списка и пошла обратно по бетонной лестнице. Гордон забрал у неё телефон. — Через двадцать минут, — пообещала она. Тридцать минут спустя из темноты здания вышла тёмная фигура и остановилась рядом с ними. Одри не сводила с него глаз, но он даже не удостоил её взглядом, глядя только на Гордона. Она на мгновение опустила взгляд, прежде чем снова посмотреть на комиссара. — Нам нужно разобраться с Фоукс. От неё слишком много проблем. — Ей скучно, — прорычал Бэтмен, — скоро она сделает ход. — Какой ход? Нужно ли нам эвакуировать город или лучше задействовать всю огневую мощь страны? — спросил Гордон, чувствуя нарастающее раздражение. — Мы не можем эвакуировать город. Ей нужна публика. — Бэтмен сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Мы знаем, кого она хочет. Они оба посмотрели на Одри, которая ковыряла ногти. — И её цель — захватить власть. Одри внезапно протянула руку и схватила телефон Гордона, открыв новостную ленту. — Она сделала первый ход. Это как игра в шахматы без правил. Она протянула телефон Бэтмену, и тот взял его. На мостах, ведущих на остров, произошло множество автомобильных аварий. Судя по всему, на мост подали газ, который попал в систему кондиционирования машин и вызвал временную дезориентацию. На расчистку могли уйти часы, а аварий с каждой минутой становилось всё больше. — Что нам делать дальше? — спросил Гордон. Одри и Бэтмен переглянулись, и она кивнула. — Гордон, у тебя есть противогазы? — Что? Я не позволю вам ехать на мост… — Вы собираетесь меня остановить? Гордон, у вас двоих есть дела поважнее. Я справлюсь. Доверьтесь мне. Гордон стиснул зубы и указал на шкаф. Одри прошла через пустой дверной проём, открыла металлическую коробку, достала маску и повесила её на шею, после чего вернулась. Бэтмен бросил ей ключи от Тамблера. — Не упади. Она вышла на улицу, запрыгнула в машину через люк и помчалась по улицам, лавируя между машинами. Люди начали сигналить ей, но потом, когда они поняли, что это за машина, перестали. Она неслась по улицам, пока не добралась до моста, где резко затормозила. Тамблер взвизгнул и развернулся, остановившись задней частью к мосту. Она натянула маску на нос и рот, вышла из машины, заперла её, сунула ключи в карман и направилась к лестнице. — О, слава богу! — громко воскликнул кто-то. Одри посмотрела на человека, а затем взобралась по металлической лестнице на большой ферменный мост. Она увидела контейнер, из которого вытекал газ, но, как и ожидалось, он был прозрачным. Металл заскрипел под её весом, и Одри, широко раскрыв глаза, почувствовала, как лестница отрывается от перил и раскачивается, сбрасывая её на машину. При ударе её плечо пронзила острая боль, она застонала, перевернулась на спину и села. На крыше машины была большая вмятина, а из рассеченной кожи сочилась кровь. Одри встала, взобралась по ставшей вертикальной лестнице и снова начала карабкаться наверх. Каждое движение её левого плеча отдавалось в голове раскалывающей болью. Наконец она добралась до верха и выбралась на узкий проход между перилами. Оказавшись на самом высоком месте моста, она застыла на месте. Сердце бешено колотилось, пока она смотрела на контейнер. Несомненно, на другом конце моста был ещё один, и она не была уверена, что сейчас самое подходящее время для проверки своих акробатических навыков. Она сделала глубокий вдох, несмотря на страх, и, нырнув под перила, спрыгнула на металлическую перекладину. Здесь она почувствовала, как холодный весенний ветер пробирает её сквозь футболку, и, проклиная себя за глупость, опустилась на колени, обхватила перекладину ногами и поползла вперед. — Она собирается прыгнуть! — Ты что, идиот? Она, наверное, собирается обезвредить эту штуку! — Кто это?! Одри не сводила глаз с контейнера. Когда она добралась до него, то легла на балку и схватила контейнер, опасно наклонившись вбок. Уцепившись пальцами за небольшой выступ на перекладине, она выпрямилась. Крепко держа контейнер в руке, она попятилась назад, пока не уперлась в металлические перила, затем нырнула под них и выбросила контейнер в реку. Одри дождалась, пока он упадёт в воду, и на дрожащих ногах двинулась вниз, в промежуток между высокими опорами моста, и вскоре вновь принялась взбираться наверх. Обратный путь дался ей не так легко, и на вершине ей пришлось остановиться, чтобы отдышаться после подъёма под углом почти в сорок пять градусов. Она снова нырнула под перила, села на перекладину и подтянулась. Но на этот раз, когда она отправила контейнер в воду, из‑за слегка неравномерного усилия она полностью перевалилась через перила. В мгновение ока она обнаружила, что цепляется за нижнюю часть перекладины, вцепившись в ту изо всех сил, в то время как внутри бушевал ужас. Её липкие от пота ладони сжимали перекладину, она обхватила её руками и попыталась подтянуться обратно. Поняв, что это невозможно, она яростно уставилась на перекладину перед собой, пытаясь найти выход из положения. Контейнер полетел в воду. Перед глазами Одри сначала плясали буквы, затем они сложились в слова: «Уже не надо». Она несколько раз глубоко вдохнула, а затем медленно начала подтягиваться к перилам. Через десять мучительно долгих минут она добралась до перил, обхватила их ногами, а затем, упираясь в перекладину, подтянулась и села. Переведя дыхание, она встала, нырнула под перила и пошла обратно к Тамблеру. Там она увидела Бэтмена, который стоял, прислонившись к машине, и наблюдал за ней. Она швырнула ему ключи. — Очень нетерпелив? Я чуть не погибла там, наверху. Она указала на мост позади, а он просто открыл люк. — Ну и ладно. Плевать, что я могла погибнуть прямо сейчас. Я просто повторю это ещё четыре раза, ведь нам осталось два моста. Она запрыгнула на свое место, и люк тут же закрылся. — Ты в порядке? — Это будут единственные три слова, которые я услышу из твоих уст в свой адрес в течение следующих двух дней, не так ли? Она почти видела, как он ухмыляется, и закатила глаза, затем сняла противогаз и повесила его себе на шею. — Я оставляю тебя у второго моста и отправляюсь на Тамблере в ещё одно происшествие в центре города. Постарайся не умереть. Она хитро улыбнулась ему, затем начала выбираться наружу, когда он открыл люк. Машина рванула прочь, как только её ноги оказались на тротуаре, а она натянула маску, направляясь к арочному мосту. По сути, он был плоским, со стальными арочными опорами внизу. Где находился контейнер, она не имела понятия. Шагая вдоль моста, она наблюдала за людьми: те выходили из машин и кричали друг на друга, сетуя на непрекращающиеся аварии. Проклиная всё на свете, она обошла весь мост, затем перелезла через ограждение и соскользнула по камням к берегу реки. Затем она заметила контейнер и сдержала разочарованный крик. Вместо этого она направилась к опорным балкам и, карабкаясь на нетвёрдых ногах, продвигалась, пока не оказалась прямо под ними. Вентилятор, подключённый к блоку батарей, гнал газ вверх — через отверстие, которое было просверлено в слое асфальта и бетона. Она сильно ударила кулаком по вентилятору, отломив его рабочую часть начисто и оставив лишь основание и батарею. Через несколько секунд, пока вскрывала контейнер, Одри начала ощущать лёгкие побочные эффекты — как ей показалось. Заполучив контейнер, она бросила его в воду, а затем замерла на мгновение, чтобы прийти в себя. Казалось, будто в асфальте сверкают алмазы, а вода — гигантское зеркало. Ещё больше её пугало то, насколько привлекательным это зеркало стало казаться спустя несколько секунд. Она почувствовала, как руки ослабляют хватку, ноги разъезжаются в стороны, а затем просто задержала дыхание, погружаясь в ледяную воду. Шок от почти ледяной воды привёл её в чувство, пока она, работая ногами, пробивалась сквозь мутно‑зелёную толщу обратно к поверхности. Укус холодного воздуха усилился, вызывая дрожь во всём теле, пока она плыла обратно к берегу, чтобы выбраться. Теперь, когда шок вернул её в состояние полной осознанности, всё вокруг выглядело предельно чётким. Одри рывком вытащила себя из воды, вскарабкалась на камни, а оттуда — на мост. Вокруг по‑прежнему царила паника, но люди постепенно приходили в себя — она отчётливо это видела. Глубоко вздохнув, чтобы собраться с силами, она перевела взгляд на последний мост. К её ужасу, пока она смотрела, бетонный арочный мост сначала прогнулся внутрь, словно под чудовищным давлением, а потом взорвался, разметав машины и обломки бетона во все стороны. Несколько секунд она не могла оторвать глаз от этой массовой гибели. С трудом оторвавшись от жуткого зрелища, она почувствовала, как в груди разливается отчаяние, и рванула к полицейскому участку. Десять минут спустя, когда астма разыгралась в полную силу, она вбежала через пустую дверь, задыхаясь, и резко остановилась перед Гордоном. — Дай мне рацию и скажи, что делать. Кто‑то бросил ей небольшую прочную портативную рацию, и она прикрепила её к ремню. — Знаете, куда отправился Бэтмен? — В центр города — разбираться с происшествием. — Хорошо. Значит, он делает то, что нам сказал. Хабихт, с этого момента ты — почётный член полиции. Гордон вручил ей пистолет и кобуру, которые она неохотно закрепила на бёдрах. — Вы будете обращаться за инструкциями непосредственно ко мне. Сейчас я еду в больницу, вы со мной. — В больницу? — переспросила она, выкатывая его инвалидное кресло к патрульной машине, ключи от которой взяла со стойки. — Мои шесть недель в гипсе на ноге истекли. Посмотрим, смогу ли я его снять. Она кивнула и помогла ему сесть на пассажирское сиденье машины, затем сложила инвалидное кресло и положила его в багажник, прежде чем сесть на водительское место. — Сирены, — это было всё, что он сказал. Она получила извращенное удовольствие, заведя машину и включив сирены, прежде чем выехать с парковки. Через семь минут ошеломляющих перестроений между полосами и нарушения скоростного режима она подъехала и припарковалась у счетчика, затем вышла и взяла инвалидное кресло. Гордон сел в него, и она заперла машину, прежде чем быстро отвезти его в больницу. — Должна сказать, гонки на инвалидных колясках были бы очень веселыми, — бросила она колкость в попытке развеять тяжёлую атмосферу, повисшую между ними. Гордон замахнулся свободной рукой и шутливо ударил её, что вызвало у неё резкий смешок. Она закатила его в лифт и нажала кнопку шестого этажа. Спустя двадцать минут Гордон был без гипса и повязки — врач строго наказал ему не бегать дольше двух минут и не поднимать ничего тяжёлого. Очевидно, доктор понимал, что сегодня не тот день, чтобы последовать этим рекомендациям. Они вернулись в машину, и Одри снова вставила ключи в замок зажигания. — Куда ехать, комиссар Гордон? — спросила она. Он оглядел окрестности через лобовое стекло и окна. — К зданию Юинга. — Сирены? Он кивнул, и автомобиль сорвался с места, не сбавляя скорости и лавируя между машинами и пешеходами, которые в панике разбегались в стороны. Они остановились у здания Юинг, припарковавшись бампер к бамперу с Тамблером. На фасаде зиял обугленный провал — в точности повторяющий очертания символа Бэтмена. Самого Бэтмена нигде не было видно. Одри вышла из машины и встала на асфальт, глядя на горящий знак. Пока она смотрела, над и под символом загорелись новые огненные слова. — Слишком поздно? — спросил Гордон, глядя на слова. Одри нахмурилась. — Фоукс. То же самое было написано на канистрах с бензином на мостах. Она ничего не предпримет, пока не сядет солнце. Гордон посмотрел на неё. — Почему? — Для неё это всего лишь игра, и вы отстранили самого опасного игрока в нужный момент, — объяснила Одри, не в силах выразить словами, как она понимает Фоукс, и смущаясь от того, что понимает её. — Так почему это значит, что она будет ждать? — Гордон добивался ясности. — Она хочет, чтобы мы были в полном составе. Гордон, если вас будет беспокоить нога… Он бросил на Одри взгляд, который можно было бы назвать только убийственным. Она замолчала. — Я знаю свои пределы, а вы мне не дочь. Не беспокойтесь обо мне, — отчитал Гордон Одри. Она нахмурилась, но тут они оба повернулись, услышав крик. К ним бежала заплаканная блондинка. — Мне нужна помощь, — прорыдала женщина, хватая Одри за руку. — Что случилось, мэм? — спросил Гордон, как всегда спокойный перед лицом паники. — На нашу машину упало освещение. Мой муж был внутри, а я не могу сдвинуть его сама. Пожалуйста! — Женщина всхлипнула, потянув Одри за рубашку. — Ведите, — приказала Одри, приняв решение самостоятельно. Женщина отпустила её и побежала обратно в гараж для парковки, Одри и Гордон последовали за ней. Как и сказала женщина, одно из внутренних освещений в гараже упало с потолка и придавило «БМВ». Одри осмотрела картину перед собой, а затем встала на одну из половин машины. Гордон встал с другой стороны, и они вдвоем медленно подняли освещение в стальной раме и положили его на капот машины. Одри отошла назад, тяжело дыша от напряжения, и попыталась открыть дверь. Потерпев неудачу, она оглянулась на женщину. — У вас есть монтировка? — спросила она, тяжело дыша. Женщина кивнула, всё ещё плача, открыла багажник и достала металлический прут. Одри взяла его и с силой ударила по стеклу, почувствовав, как оно треснуло. Она била снова и снова, пока стекло не разбилось вдребезги. Она убрала осколки, оставшиеся у рамы, а затем протиснулась наполовину в машину, чтобы отстегнуть мужчину. У него сильно текла кровь из раны на виске, а ноги были зажаты под рулем. — Хабихт, что вы делаете? — сердито спросил Гордон. — Вытаскиваю его, — ответила она, отводя его правую ногу вправо от руля, а затем вверх. Она проделала то же самое со второй ногой, а затем выбралась из машины, чтобы размять спину. — Мне нужна ваша помощь, — сказала Одри женщине. — Мне нужно, чтобы вы взяли его за другую руку. Женщина кивнула, и они вдвоём медленно вытащили мужчину из машины и опустили на пол. — В конце улицы есть больница. Вы сможете добраться туда? — спросила она женщину. Та кивнула, схватила мужа под мышки и взвалила его себе на спину. Одри с жалостью смотрела ей вслед. — Вернёмся на нижний уровень, — сказал Гордон и направился к выходу с третьего уровня. Она послушно последовала за ним. — Почему? — Кажется, вы сегодня не в ладах с высотой, по крайней мере, так я слышал. Она легонько ударила его в плечо. — Не испытывайте моё терпение, старик. Я переживу падение лучше, чем вы. — Тогда что, чёрт возьми, случилось? — спросил он, указывая на кровь на её плече. — Я упала на крышу машины. — Она пожала плечами, словно это ничего не значило, и он покачал головой. — Теперь я понимаю, почему Бэтмен так опекает вас. Вам вообще есть дело до собственной безопасности? Она рассмеялась. — Не особо, — усмехнулась она и удивилась, с какой скоростью он скатился вниз по склону, когда они добрались до одного из пандусов. — Не слишком быстро? — спросила она. Гордон мрачно рассмеялся. — Мышц не хватает, чтобы тормозить. Одри успела лишь слегка усмехнуться, как что-то твердое ударило ее по затылку.