Сестра

– И как же она выглядит? – в который раз повторила Оля, беспокойным взглядом обшаривая зал прилета. – Она же ведь могла сильно измениться, и покраситься… – И налысо побриться, – весело подхватил Александр. Космос Холмогоров довольно заржал, вспугнув какое-то благообразное семейство: шутка Белого пришлась аккурат по его чувству юмора. – Саша, ну что ты говоришь такое! – возмутилась Ольга. – Я уверена, что она не могла налысо… – неуверенно пробормотала скрипачка и поймала себя на том, что выискивает взглядом безволосых женщин. – Да не волнуйся ты, Оля! – рокочущий голос Космоса перекрывал шум толпы. – Найдем мы твою сестрицу. Можем, это, по громкой связи объявление сделать, – предложил Холмогоров. Ольга еще раз взглянула на фото. Светленькая, нахальная, носик курносый. Ну и где ее такую сейчас искать? Народу еще толпа… Может, и правда лучше объявление сделать? Имя и фамилия ей известны: Кристина Джонс. Фамилия, понятное дело, отца. Оля, конечно, боялась. С самой первой минуты, только получив известие, она боялась того неловкого момента, когда они только встретятся, ведь прошло уже столько лет с момента, когда они с сестрой виделись в последний раз. Они уже слишком изменились. Они уже слишком разные. Ольга со вздохом отвлеклась от фото и еще раз оглядела зал прилета. Как же найдешь девушку, которую она последний раз видела, будучи ребенком? Скрипачка пробежала взглядом поверх голов и уже хотела было согласиться на предложение Космоса, как вдруг что-то показалось ей смутно знакомым. Она еще раз нервно огляделась и даже засмеялась от облегчения. Зря она так волновалась! Как только Оля увидела сестру, она сразу же словно бы вернулась в детство, как будто они с сестрой и не расставались так надолго. Кристина была все такой же: курносый нос, взъерошенные короткие светлые волосы, которые она все время лохматила левой рукой, правой удерживая чемодан, а огромные растерянные глаза беспокойно выглядывали кого-то. Ее, Ольгу. – Крис! – крикнула Ольга, не удержавшись, и направилась к сестре быстрым шагом, переходящим в бег, что было непросто: скрипачка предпочитала обувь на каблуке. Девушка резко обернулась на ее голос и, отпустив ручку чемодана, распахнула объятия навстречу Оле. Как раз вовремя – Ольга с готовностью влетела в них и крепко сжала сестру, получив такие же жаркие объятия в ответ. – Хельга! – вскрикнула светловолосая девушка, на мгновение отрываясь от нее и вглядываясь в ее лицо. – Хельга, это правда ты! Совсем не изменилась! – затараторила она, перемежая русские слова с английскими. – С ума сойти! Какая ты красивая! Я так хотела полететь сюда! Ой, Олька, – Кристина снова стиснула сестру. Даже имя вновь обретенной сестры девушка произносила так: русский вариант вперемешку с английским, видимо, более привычным для нее, в последнее время часто рассказывавшей своим друзьям о русской сестре Хельге. «Х» она произносила мягко, с придыханием, почти что неслышно, и от волнения она смешивала две версии имени, так что на выходе получалось нечто вроде «Х’Элька!» В это же время к ним, наконец, подоспели Саша и Космос, и Ольга отвлеклась от темпераментных приветствий, чтобы познакомить сестру с ними. – Знакомься, это мой супруг, Александр… – начала она, улыбаясь. Кристина протянула ему руку, и Белов, чуть, помешкав, все же осторожно пожал ее. – Саша, – представился он. – Кристина, Крис, – откликнулась светловолосая, вежливо улыбаясь. – … А это наш друг Космос, – закончила Ольга. – Какая лестная характеристика! – восхитилась Кристина, протягивая руку уже ему. – Это имя такое, греческое, – привычно отговорился Кос, пожимая ее руку вслед за Белым. Это было непривычно ему, воспитанному отцом традиционных взглядов, пожимать руку женщине. Ну, в смысле, девушке. Или она ждет, что он ее поцелует? Космос торопливо перебрал в памяти все наставления отца по поводу этикета. Помнил он немного, и к нужному выводу так и не пришел, решив последовать примеру брата. Как ее хоть пожимать-то? Там же не рука – ручка малюсенькая… – Кристина, – произнесла девушка, – тоже греческое, – лукаво прищурилась она и обратилась уже к сестре, подхватывая ее под локоть. – Ой, Оль, а машина-то есть? Может, такси стоит вызывать? Саша, который, тем временем, уже поднял сумку Кристины – англичанка, видимо, предпочитала путешествовать налегке, и Космос, которого они попросили приехать на всякий случай, остался не у дел, – ответил: – Есть, есть машина, не волнуйся. Пошлите, чего стоять-то посреди? Девушки рука об руку первые устремились к выходу, радостно щебеча. – Ой, у вас тут так знобко! – удивилась Крис, на пару секунд останавливаясь на улице, чтобы подождать чуть отставших в толпе мужчин. – Это просто ты одета не по погоде, – рассмеялась Оля. И действительно, на иностранке было короткое, тонкое пальто – явно качественное, шерстяное, но его не хватало, чтобы обогреть ее в русскую зиму, путь и уже переходящую в раннюю весну. Впрочем, день выдался довольно теплый. – Но я приготовилась! – подняла палец Кристина. – Я взяла шарф! Погоди-ка… Девушка вытащила из небольшой сумки, перекинутой через плечо, длинный шарф, и Ольга постаралась не засмеяться. Правда, сестра совершенно забыла, что это такое – жизнь в России, если надеется, что какой-то там шарф спасет ее зимой. – Ну, пошли, – предложила Кристина, когда ее шарф был намотан по самую макушку. – Ой, нет, побежали! – подул ветер, и девушка зябко поежилась, чувствуя, как холод проникает под тонкую верхнюю одежду. – Олька, покажешь мне, где у вас можно покупать теплое пальто? – поинтересовалась она у сестры. – Тебе не пальто нужно, а шуба! – Зачем шуба? – удивилась Крис, торопливо просовывая покрасневшие запястья в свой шарф. Девушки шли быстро – причем Крис закопалась в этот огромный шарф, только лохматая макушка и торчала, а Оля втихаря хихикала над сестрой, потому что шарф был своеобразной крупной вязки, такой, что насквозь продувался ветром, – и мужчины едва за ними успевали, посмеиваясь над женской говорливостью между собой. О том, что сами они гораздо более говорливы, особенно в хорошей компании, Кос и Белый сейчас предпочитали не вспоминать. – Сюда, – подхватила зазевавшуюся сестру под локоть Ольга, лавируя между припаркованными машин. – Ого, это ваша? – восхитилась Крис. – Моя, – уточнил Кос, устраиваясь за рулем. Белов сел с другой стороны, предварительно уложив вещи свояченицы в багажник, а девушки нырнули на заднее сиденье. Кристина тут же подалась вперед и сказала Косу: – У меня номер в Октябрьской, знаешь такую? – Это которая на Москве-реке? – уточнил молодой человек. – Ага. – Знаю, – произнес мужчина, заводя мотор. – Отлично, – Крис откинулась назад и обратилась к сестре. – Олька, я ничегошеньки совсем не помню. Ну, Красную площадь помню и Воздвиженку немного, и все. – Ничего, я тебе все здесь покажу, тем более что с тех пор многое изменилось, – посмеиваясь, пообещала Оля. – Обязательно погуляем по Москве. – У меня же видеокамера есть! – вспомнила Крис. – Мама дала, сказала, бережно надо относиться, все-таки, дорогая очень вещь… Да, надо бы маме позвонить, а то она изнервничается вся. – Как она? – участливо поинтересовалась Оля, вспомнив, что бабушка что-то ей говорила о самочувствии матери сестры. – Неважно, – покачала головой Крис, – со здоровьем проблемы, вроде, молодая еще, да тяжело ей в жизни пришлось. Нас ведь к папе столько лет выпускать не хотели, помнишь? – Не помню, – честно ответила Оля: ребенку действительно непросто запомнить такое. – Крис, и к бабушке заедем обязательно, она тебя завтра ждет, – напомнила она сестре, переводя тему. – Конечно, заедем… – с энтузиазмом кивнула сестра, вглядываясь в лицо скрипачки, – слушай, а она же не в Москве живет? – Нет, – откликнулась Ольга, зеркально отражая позу сестры – приятно было вот так вот просто смотреть друга на друга, – но тут недалеко, если на машине. – Оль, только за пальто сначала, да? – Конечно!