Дети ночи

       Тишина. Гробовая тишина окружала проснувшуюся Мериду. И если бы не иногда вздрагивающий свет, пробивающийся сквозь веки, она бы, пожалуй, решила, что уже мертва. Хотя по ощущениям, она была не так далека от правды: все ее тело ломило; по голове словно обухом ударили - тупая пульсирующая боль; ни руки, ни ноги не желают двигаться, а веки наконец таки открыться.        Вдруг тишину нарушили тихие шаги, будто кто-то не желал тревожить покоя спящей. Вошедший по звукам что-то поставил на стол или что-то наподобие него, стоящее рядом. Быстро среагировав, Мерида притворилась спящей.        – Хей, можешь не устраивать тут театр, спящая красавица, открывай глазки, – бодрый голос принадлежал юноше, кажется довольно молодому.        – Кхм, я бы рада, – спросонок Мерида даже не узнала свой голос - он был хриплым, как после простуды, – только я даже веком пошевелить не могу.        – Не мудрено, ты же тут двое суток провалялась, – хмыкнул незнакомец.        – Как двое суток?!        С этими словами Мерила резко села, о чем тут же пожалела: тело пронзила боль сравнимая с ударом чем-то твердым. В голове тут же что-то стрельнуло и она разболелась с еще большей силой. К горлу подступил ком, словно ее вот-вот вырвет. Мерида застонала, хватая себя за голову.        – На-на, выпей. Должно полегчать.        Юноша сунул ей в руки большой глиняный кувшин, за которым тянулась полоса пара. Содержимое кувшина пахло полевыми травами, среди которых принцесса признала запах лаванды, и такой родной для девушки хвои.        Медленно, стараясь не делать резких движений, она переняла из рук незнакомца обжигающий ладони сосуд, выпивая его содержимое. Несмотря на приятный запах, пойло оказалось крайне отвратным и терпким на вкус, но к удивлению принцессы боль в голове притупилась, а даже элементарное моргание перестало быть таким тяжким.        – Спасибо, – все так же хрипло выдохнула Мерида.        – Рад помочь. Тебя хоть как зовут-то? – спросил парень, забирая пустой кувшин из рук девушки.        – Мерида, а вас? – слегка расслабившись, она прилегла обратно на подушку.        – Слушай, я не такой старик, чтобы ты мне выкала! – обижено закатив карие глаза, ответил парень. – А имя мое Юджин Фицерберт .        – Хе-хе, прости, Юджин, – наконец Мерида улыбнулась. – Постой, а как я сюда попала?        Попытавшись вспомнить события двух минувших дней, Мерида смогла вспомнить только ссору с матерью и свой побег, закончившийся не совсем удачно - падением с коня и ударом головой о землю.        Волнение охватило ее, она сжала края одеяла в кулак и медленно выдохнула, стараясь укротить нервы.        – А, я нашел тебя в лесу, тут неподалеку от города. Ну и принес сюда, не бросать же тебя полуживую в чаще с волками и медведями.        – Спасибо... – тихо сказала Мерида, поглощенная своими мыслями.        – Что ж, думаю еще пару дней ты поживешь здесь, а потом надо будет что-то с тобой дел... – Юджин не успел закончить.        – Постой, а мой конь, ты его не видел? – воскликнула она, с надеждой глядя на своего спасителя.        – Извини, коней не видел, но поверь если он действительно сбежал, то это даже к лучшему, – резко сделавшись серьезным ответил юноша.        – Что? Почему?        – Не сейчас, тебе нужно отдохнуть, я зайду позже.        С этими словами Юджин вышел из комнаты, оставив Мериду наедине со своими мыслями и переживаниями.

***

POV Мерида.

       С того дня как я пришла в себя прошло уже трое суток. Юджин разрешил мне пожить у себя при условии, что я пока не буду выходить на улицу.        Вообще Юджин оказался славным парнем, очень добрым и веселым. На протяжении пяти дней, что я у него пролежала, он няньчался со мной как с маленьким ребенком. Даже пару раз пытался покормить с ложечки, за что и получил заслуженный подзатыльник. Но я в самом деле очень благодарна ему.        – Ну что как твое самочувствие?        В очередной раз Юджин пришел ко мне с вечерним визитом. С утра он уходит работать в кузницу - он помощник кузнеца - и приходит только к вечеру.        Но за время, что я провела тут, я успела хорошенько разглядеть хозяина дома. Он был молод, но значительно старше меня лет на семь. Высокий и мускулистый. Брюнет с красивыми чертами лица и карими глазами. Думаю, он очень популярен у местных девушек.        – Отлично, почти ничего не болит, – выдавив улыбку, проговорила я.        – Так, что это за упаднические настроения, где-то болит? – обеспокоенный Юджин сел на кровать подле меня.        – Нет, я правда цела просто волнуюсь. Если Ангус все-таки убежал домой, наверное, мои родители весь Данброх на уши поставили. Они знают, что если мы с Ангусом разминулись, значит что-то стряслось либо со мной, либо с ним.        – Они у тебя что, такие важные персоны? – недоумевал Юджин.        – Они король и королева, – удивляясь неосведомленности парня, ответила я, на что он округлил глаза. – Вы тут как живете? Ты что и о Данброхе в первый раз слышишь? – он кивнул, тут настал мой черед удивляться, но сейчас неосведомленность Юджина была не так важна:        – Думаю, мне нужно вернуться.        Юджин слегка замялся словно не хотел говорить о чем-то существенно важном. Это не укрылось от моего взгляда        – Что? Что-то не так?        – Слушай, ты помнишь, когда мы говорили о твоем коне, я сказал, что то, что он убежал даже к лучшему? Так вот, ты не сможешь вернуться домой, Мерида...        Слова Юджина поразили меня, они были словно удар. Я не смогу вернуться домой? Ха, и кто же мне помешает?        – Что за чушь ты несешь?        – Это не чушь Мерида! Тебе очень не повезло тогда, когда твой конь завез тебя в тот лес, но тебе сказочно повезло, что я тебя нашел и вынес оттуда, иначе ты бы давно была мертва! – он говорил очень серьезно, мне даже стало жутко от его тона. – И погибла бы ты не от голода или холода и тебя бы убили даже не дикие звери... Это наше проклятье, понимаешь? Проклятие всего нашего графства...        – Постой-постой, графства? – но ведь Данброх королевство и никаких графств в нем не было. – Где мы?        – Добро пожаловать на окраину Англии в графство Лунаир*! – с этими словами он наиграно поклонился.        Я в Англии. Я конечно помню, что очень хотела сбежать подальше от Данброха, но чтоб настолько далеко.        – А теперь позволь продолжить, – прервал мои мысли Юджин, – ты веришь в нечисть или магию? – я вздернула плечами. – А наши жители верят, ведь наш граф - вампир.        Здесь я не сдержала смешка, плавно перерастающего в хохот.        – Ты что выпил сегодня? Какой вампир?        – Зря смеешься, – хмыкнул он, – но именно из-за него никто не может выехать из Лунаира! Таков закон: «входить может каждый, но выйти - никто». Я думаю, что твой конь почувствовал барьер, когда вы пересекли границу, оттого и повел себя так, обычная животная защитная реакция, чутье, они-то свободно могут пересекать барьер, в отличие от нас.        – То есть, ты утверждаешь, что какой-то граф Дракула поставил на всем своем графстве барьер, запрещающий выход всем внутри него, да? – стараясь сохранять самообладание, чтобы не обидеть Юджина, спросила я.        – Не Дракула, а Фрост, но суть ситуации ты уловила абсолютно верно.        – А чего бы вам как гражданам графства и верноподданным не пойти и не попросить этого вашего Фроста: "мол так и так, снимите эту штуку с нас"?        – Ты думаешь, что барьер ради забавы был поставлен? Нет! Он превращает Лунаир в ловушку на человеческие души и все мы в этой ловушке. Ты спросишь с какой целью графу понадобилось сгонять нас сюда? Я тебе отвечу: вампирам для поддержания своей жизни нужна человеческая кровь и как ты думаешь, что происходит каждый месяц в один и тот же день?        Вопрос был скорее риторическим, но я зачем-то ответила дрожащим от жути, которую напустил Юджин, голосом:        – Он убивает людей?        – В точку. Вот только не он и не людей. Каждый месяц, в ночь с двенадцатого на тринадцатое число, наш граф вместе со своей свитой убивают только одного человека из любого конца Лунаира. Стабильно. Раз в месяц. Одна смерть, – перечислял на пальцах Юджин для доходчивости.        – У него есть свита? Другие вампиры? Неужели армия?! – сама не заметив, я перестала так скептически относиться к россказням Фицерберта, начав всерьез принимать рассказываемое.        – Нет, только лишь две девушки, лишь жители столицы могли их видеть, но люди из столицы говорят, что одна из них сводная сестра графа, которую он превратил в вампиршу, когда она была тяжело больна, а другая его погибшая возлюбленная, ее он тоже обратил после ее смерти.        – Но это ведь только слухи, да?        – Вообще да, никто не знает точно кем приходятся девушки графу и друг другу, но эта теория уже давно считается самой близкой к истине.        – Я вот чего не пойму, – я задумчиво сверлила взглядом свой колчан со стрелами, найденный Юджином вместе со мной, – почему люди не могут выйти против них, если их всего трое? Я имею в виду всякие кресты, осиновые колья, пули из серебра и прочую артиллерию против нечисти.        – Без понятия, сам иногда задаюсь этим вопросом, – он задумчиво взглянул в окно, за которым стремительно темнело, – думаю нам пора спать.        Хлопнув ладонью по кровати у моих ног, он со вздохом поднялся и направился к дверям. Когда он уже закрывал дверь, меня осенило:        – Юджин, а какое сегодня число? – когда я сбегала из Данброха, было седьмое... или восьмое?        – Двенадцатое, Мерида, двенадцатое...